Я не кукла

Ева долго прокручивала в голове, почему согласилась встретиться с Максимом. Возможно, она хотела лишний раз убедиться, что ничего не чувствует к нему, хотя какие могут быть чувства к человеку, который столь сильно ранил и унизил. Оставил одну, лишив воздуха и смысла к существованию. Бросил три года назад, оставив ни с чем, почти пропав бесследно. Ни одного звонка, ни одного письма, ничего. Ушел, закрыв за собой двери, оборвав все связи, сказав, что никогда не любил, есть другая. Столько грязи вылил, что можно было захлебнуться, что и произошло. Если тогда, она и чувствовала, как боль, почти сворачивает в тугой узел сердце и ребра, которые будто шипы пронзали его насквозь, то сейчас, внутри ничего не осталось, кроме жалости; к нему, к себе и возможно капли ненависти. - Как ты? – Спросил он тихим, ровным голосом. - Тебе не кажется, что это немного глупый вопрос? Спустя столь лет, вдруг появиться. – Она отпила немного горячего кофе из кружки. Приятная, терпкая жидкость обожгла язык, а затем, пройдя по горлу, в желудок, мягко опустившись там, распространила свое тепло по всему телу. - Хотел тебя увидеть. – Максим сузил глаза, не скрывая своего любопытства рассматривая ее. - И все? – В голосе прозвучала ирония и на губах Евы появилась улыбка. Переведя взгляд по направлению, где было расположены окна, выходившие на сторону центрального парка, она с нескрываемым любопытством посматривала на детскую площадку, где игрались дети, забрасывая друг друга снегом, либо строя снеговика, нос которому заменяла обычная сухая ветка. -Нет. - Тогда, что? – Вопрос прозвучал довольно резко, даже для самой Евы, которая вновь посмотрела Максиму в глаза. – Хочешь знать, как мне живется? - Хочу. – Коротко ответил он, попытавшись прикоснуться к ее пальцам. Ему требовалось это прикосновение. Максим хотел почувствовать ее тепло, ее близость. Но девушка лишь недовольно отдернула свою руку, будто его прикосновение было ей неприятным. - Откуда такой интерес? - Расскажи, как жила, после нашего расставания. - Расставания? – Ее глаза расширились от ощущения шока. Прикусив внутреннюю сторону щеки, чтобы таким образом сдержать себя и не позволить языку почти выплюнуть очередную колкость, она тяжело сглотнула, мысленно сосчитав до десяти. – Ты бросил меня. -Разве? - Ты издеваешься? Издевается ли он? Неизвестно, но Максим хорошо помнил их расставание. Сколько бы он не пытался убежать от своих воспоминаний, ничего не получалось. С кем бы он ни проводил ночи, перед глазами, каждый раз возникал образ Евы. Его Евы. И сейчас эта почти незнакомая женщина сидит напротив него, нервно поправляет пряди волос, которые мягким каскадом рассыпались по ее плечам, достигая длинны ниже лопаток. Ему захотелось погрузиться в них пальцами. - Да. Издеваюсь. – Перемена, которая произошла в нем, поразила Еву. Она забыла, как часто настроение Ларина может изменяться, из-за чего вжалась в спинку стула. – Что? – Его холодный взгляд уперся в нее почти в упор. – Ты меня боишься? Господи, Ева, я ведь никогда к тебе даже пальцем не прикасался! -Я замужем. – Почему-то произнесла она. Взгляд Максима помутнел, но лишь на мгновение или возможно ей так только показалось. - Правда? Замужем? - Ты глухой? - Кто он? - Какая разница? - Кто он? – Чуть раздраженно повторил свой вопрос Ларин. - Андрей. - Савин что ли? Ей стало невыносимо душно. Захотелось выбежать на улицу, что она и сделала, понимая, что поступает, будто маленький ребенок. И как дурно это выглядит со стороны. Но еще она знала, то, что Максим никогда не пойдет за ней. Ему легче и проще отпустить или сделать вид, что все в порядке. Но она ошиблась. Ларин не собирался оставлять ее в покое. Он жестко схватил ее за локоть и развернул к себе лицом. Она видела, то, как что-то наподобие боли исказило его красивые черты лица. - Ты вышла замуж за моего лучшего друга? Как ты могла? Как он мог? - Как ты мог?! – Выкрикнула она. – Спустя столько лет, появляешься и делаешь вид, будто все хорошо? Будто мы с тобой старые добрые друзья! - Сейчас разговор не об этом. - Почему же? – Чуть более спокойно спросила девушка. Краем глаза она стала замечать, что мимо проходившие люди бросали на них с Максимом осуждающие взгляды, как только они начали кричать друг на друга прямо посредине улицы. – Кто ты такой, чтобы решать и указывать нам, что делать? Я больше не принадлежу тебе и никогда не принадлежала. Ты только делал вид. Пользовался тем, что я была в тебя влюблена. И мы не разошлись Максим. Ты, как последний трус бросил меня! Убежал к этой…- шатенка запнулась, пытаясь вспомнить, как зовут ту девушку, ради которой ее бросил Максим. – А впрочем, какая разница, не в этом дело. Думаешь, я стала ждать твоего героического возвращения? - Ты начала новую жизнь. Уехала. - Ты что, следил за мной? - Тебя не было на выпускном, а Лиза отказалась говорить мне, где ты. - Конечно, отказалась. Она моя лучшая подруга. - Я хотел повести тебя на бал. – Ему все-таки удалось прикоснуться к ней, пускай даже костяшками пальцев по щеке, но это было самое лучшее, что произошло с ним за последнее время. – Хотел увидеть тебя в красивом платье. Но Дубравина его не слушала, а точней пыталась не слушать. Она не верила ему. Ни тогда. Ни сейчас. Рушить собственную жизнь, брак, отношения с Андреем и Лизой, девушка не собиралась. Возвращаться назад к человеку, который тебя однажды предал – это предел безрассудства. Идиотизм, если выражаться другими словами. - Денис! – Крикнула она, отвернувшись от Максима в сторону детской площадки. – Нам пора домой! - Но ребенок не реагировал, как заведенный крутясь около снеговика и о чем-то болтая с детьми его возраста. – Дэн! Я кому сказала! – С нажимом, предупредила женщина, не сводя взгляд с сына. Она хотела, как можно быстрей уйти и увести малыша подальше от удивленных синих глаз, переводивших взгляд с нее, на малыша, который с трудом передвигая маленькими ножками, бежал к ним, спотыкаясь о сугробы. Не дожидаясь, когда приблизиться сын, Ева быстро пошла ему навстречу, расставив руки в разные стороны, таким образом, распахнув объятья мальчику, перед этим ответив на немой вопрос Ларина: «- У тебя сын?» - Да, сын. Она чувствовала, как взгляд бывшего возлюбленного прожигал в ее спине насквозь дыры. Чувствовала всю злость, которую источало его эго. И кажется, даже слышала, как скрипнули его зубы, как только он сомкнул их столь сильно. Но ей было безразлично, что он чувствует или видит. Он прошлое. Точка. Максим долго смотрел вслед удаляющихся Евы и Дениса, которого не сумел как следует рассмотреть. Но горечь неприятным осадком опустилась где-то в желудке, заполнив собой все внутри. Он отказывался верить своим глаза и словам, о том, что Дубравина, с каких-то пор успела стать Савиной и родить сына, бывшему лучшему другу. Его пальцы сжались в кулак. Глаза заволокла пелена животной злости. Такого поворота событий он не ожидал. Максим надеялся, что если уйдет от Евы, то сможет вернуться в любой момент, если только пожелает, а она его будет ждать, помнить и любить. Но на деле все оказалось иначе. Он вернулся в никуда. Вернулся к той, которой больше не нужен и к той, которая начала все с чистого листа, забыв о том, кто когда-то несправедливо причинял ей боль, пользовался свободой, которая оказалась на деле совсем не нужной и пустой. Ева не позволит снова ворваться в ее размеренную жизнь вихрем. Она прочно заперла все свои двери от него. Навсегда. - Какой ты идиот Ларин!