Паучьи хитрости

- Паук, пленяющий добычу...-

Спустя три недели, незаметно пролетевшие в Хогвартсе, все - и родители, и дети - пребывали в приподнятом настроении. Каждый из профессоров школы был высококлассным специалистом своего предмета, а новый директор обладал просто виртуозным искусством дипломатии, устраняя возникшие проблемы и отвечая на многочисленные вопросы взрослой половины населения магического мира. Однако это не мешало Рону вышагивать под каменными сводами замка с кислой миной на лице. Гермиона только что вернулась из Министерства, где пересеклась с Малфоем. Она-то и рассказала рыжему, что блондин был крайне расстроен после своей встречи со Снейпом в Хогвартсе, и что причиной по всему был именно Гарри с его нелепой просьбой о возвращении. Он не слышал продолжения рассказа, зациклившись на одной-единственной мысли... Рон издали следил за карьерой Гарри как директора с тех пор, как начал свою карьеру вратаря в «Пушки Педдл». У его команды был удивительный девиз: «Скрестим пальцы и будем надеяться на лучшее». Если не считать того факта, что, имея за плечами двадцать одну победу, в последний раз команда выиграла аж в 1892-м году. Сам Рон с утра до вечера пропадал на тренировках. Гермиона не единожды пыталась его убедить, что ярко-оранжевая форма просто кошмарно диссонировала с цветом его волос, но всё было впустую. Рон слишком долгое время был фанатом команды, и теперь страшно гордился тем, что стал ее частью. Кроме того, в ближайшее время ожидалась игра против Tutshill Tornados, и он намеревался выиграть этот матч, как и все последующие за ним. Он яростно тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли прочь, которые так и норовили увести его в сторону квиддича, чтобы сосредоточиться на текущей проблеме: зачем Гарри попросил вернуться Старую Летучую Мышь Подземелья обратно в Хогвартс, если не был под воздействием какого-нибудь мерзкого, особо сильного заклятия? Он был выдернут из лабиринта мыслей двумя девчушками-первогодками, бегущими по коридору сломя голову. Окинув взглядом мантии: малышки, принадлежавшие Хаффлаппафу, были просто очаровательны, с милыми веснушками на курносых носиках. - Я всегда полагал, девочки, что бегать по коридорам школы строго-настрого запрещено, - насмешливо произнес Рон. Девочки остановились. Первой отозвалась темненькая, когда ее более робкая подружка несмело улыбнулась, невольно вызвав у Рона ответную улыбку. - Простите, сэр, но, понимаете, у нас Зелья... - О, я понимаю! В таком случае, все понятно, - ответил Рон, понимающе усмехаясь. – Вы не хотите, чтобы старая летучая мышь несправедливо сняла с вас баллы? Он был ошеломлен, когда юная блондиночка буквально пронзила его тяжелым взглядом. - Мастер Зелий никогда не бывает несправедливым! – безапелляционно заявила она. - Это так, - добавила первая, поддержав подругу. – Он очень красивый и загадочный... - И у него такая очаровательная улыбка, - мечтательно добавила блондинка. - ... мы хотим быть первыми. Если опоздаем, то нам может не хватить места. С этими словами девочки вспомнили, куда торопились, и, больше не обращая внимания на Рона, давившегося от смеха, припустили в сторону класса. Я знал, что Гарри не мог вернуть в школу Ужас Подземелий,- подумал он. – И как только Гермиона поверила Малфою! Красивый улыбающийся профессор совершенно не соответствовал привычному образу Снейпа. Он хохотал до самого кабинета Гарри, который с удивлением посмотрел на друга, оторвав взгляд от изучения документов. - Привет, Рон! Чем обязан удовольствию лицезреть тебя в стенах Хога? - Привет, Гарри, - веселился Рон. – Ты будешь смеяться, но я всерьез поверил, что ты попросил Снейпа вернуться в школу, и пришел посмотреть, не наложили ли на тебя какое-нибудь проклятие, ха-ха-ха! Округлив глаза, Гарри глянул на Рона, всерьез не понимая причины безудержного веселья друга. - Я на самом деле попросил Снейпа вернуться, и он принял мое предложение. – Гарри стало любопытно, что заставило Рона подумать обратное. - Но не профессором Зелий? - переспросил Рон, едва слова Гарри достигли его сознания, от чего синие глаза распахнулись так, что стали похожи на блюдца. - Да, но... – Гарри ничего не понимал. - Нет! Это не возможно! Профессор Зелий красивый, с загадочной улыбкой, - возразил Рон тем самым тоном, который означал лишь одно: «ты же прекрасно видишь, что это невозможно». Гарри, до которого начала доходить суть проблемы, рассмеялся. - Ха! Я вижу, что ты повстречал первокурсниц. Они просто без ума от Северуса. Впрочем, должен признать, что мальчики обожают его ничуть не меньше... - Но это были хаффлаппафцы, - в голосе Рона сквозили ужас и недоверие. Гарри, хорошо понимавший проблему Рона, не имел ни времени ни желания заниматься ею, ища способ избавиться от назойливости друга. - Послушай, Рон, у меня нет времени объяснять тебе, что людям свойственно меняться. И что Северус действительно изменился, или, вернее, стал тем, кем бы он был без войны. Мне бы сейчас с бумагами разобраться. Давай встретимся в другой день, и, клянусь, я отвечу на все твои вопросы... Хотя убежден, что Гермиона уже поняла и сможет объяснить тебе всё, что бы ты у нее не спросил. Говоря это, Гарри поймал за руку Рона и тихонько потянул к двери абсолютно ошеломленного рыжего, который, казалось, завис на мысли, что Снейп может быть привлекательным. Он довел его без особых усилий до выхода, когда на пороге Рон указал перстом в сторону Гарри: - Я слишком шокирован, чтобы сейчас говорить об этом. Но ты должен мне все объяснить, Гарри. И, клянусь, ты сделаешь это! Я буду в оба следить за Снейпом, чтобы убедиться, что он не предпринял против тебя никаких незаконных действий! - Давай, Рон, сделай это. Вместе с Драко, который следит за мной во все глаза, как ты за Снейпом. Пока вы вместе, в Магическом мире будут процветать покой и благоденствие! До свидания! – и Гарри без сожаления захлопнул дверь перед самым носом Рона, который уже начинал серьезно действовать ему на нервы. Гарри становится таким же полным сарказма, как Снейп, как если бы это было признаком конца света, - сказал себе Рон, торопясь поговорить с Гермионой о произошедшем. Она всегда знала, как помочь Гарри, когда тот не походил на самого себя и был похож на часовой механизм, наполненный свинцом. Того и гляди, разлетится на маленькие кусочки. Без сомнений, это признаки поздних последствий после битвы с Волдемортом.

***

Гарри спешил, поскольку Рон его все-таки задержал. Он должен был присоединиться к Северусу, чтобы определить соответствующее наказание для двух студентов, устроивших драку в коридоре. Это было нововведением Гарри. Наказание должно было быть назначено двумя профессорами для того, чтобы избежать предвзятости. И был вынужден признать, что наказания Северуса были особенно забавны. Особенно когда ты наблюдаешь с точки зрения учителя! На этот раз это было новое противостояние в стенах Хогвартса. Стивен Перт – Гриффиндор и Персиваль Хаксли – Слизерин. Гарри словно вернулся в то прекрасное время непримиримых отношений с Малфоем. Персиваль никогда не упускал случая вывести из себя Стивена. И поскольку последний сначала размахивал кулаками, и лишь потом думал, всё закончилась упомянутой дракой, которая, к счастью, обошлась без магии, так как они оба были первокурсниками. Директор не смог помешать ностальгической улыбке расцвести на своем лице, вспоминая перепалки с Драко, которую тут же стер, принимая серьезный вид, и, глубоко вздохнув, толкнул дверь в кабинет Северуса. - Добрый день, профессор Снейп. Мистер Перт, мистер Хаксли. Оба мальчика быстро, вскочили со своих мест, словно чертики из табакерки. - Директор Поттер, сэр, - вместе ответили дети с тоской в голосе. - Что случилось? – спросил Гарри у Северуса. - В этот раз эти два молодых человека устроили маггловскую драку и уронили все доспехи в коридоре, в котором затеяли ссору. - Тц, тц, - Гарри неодобрительно покачал головой. Оба драчуна нервно сглотнули. Он скрестил пальцы, сделав вид, что глубоко задумался. Позволил полной тишине на мгновение насладиться триумфом. Оба мальчика под гнетом вины заерзали на своих местах. - И это не в первый раз, не так ли? - Нет, сэр, - едва послышались два голоса. - Но обычно мы используем заклинания, - счел нужным уточнить Стивен, словно смягчающее обстоятельство. - Что вы об этом думаете, профессор Снейп? - Не знаю, сможем ли мы избежать Аврората... ведь у нас на лицо испорченное имущество Хогвартса. Два испуганных взгляда, которыми обменялись мальчики, объединили их в единой беде. - К сожалению, я тоже этого боюсь, - разочаровано подтвердил Гарри. Глаза, полные ужаса от правоты слов директора, заставили Гарри едва сдержаться от смеха. Заметив это, Северус продолжил сам: - Если только... нет. Боюсь, это никогда не сработает... – зельевар сделал вид, что вновь глубоко задумался, пронзая проницательным взглядом обоих мальчиков. - Я догадываюсь, о чем вы думаете, профессор Снейп, но считаю, что это действительно невозможно. Только не с этими двумя. Они никогда не смогут сотрудничать, - добавил Гарри. - Что вы, профессор, уверяю, что мы можем. Да, Хаксли? - Да, конечно сможем, - подтвердил товарищ по несчастью. - Что вы об этом думаете, директор? – поинтересовался Северус. Гарри испустил тяжелый вздох. - Я думаю, мы можем предоставить им такую возможность. – Он строго посмотрел на первокурсников: - В последний раз, - добавил, особенно выделяя последнюю фразу. - Хорошо, в таком случае, мистер Хаксли и мистер Перт, вы должны будете привести в порядок все доспехи и смазать их маслом, не производя при этом ни малейшего шума, - торжественно закончил Гарри. - И это всё? – Стивен не смог сдержать удивленного возгласа, мимоходом толкая в бок Персиваля, стараясь поверить, что они отделались малой кровью. Северус наклонился к Стивену и проникновенно произнес: - Не стоит доверять первому впечатлению, мистер Перт. Последнего, чистившего доспехи, больше никто никогда не видел. Мы не знаем, что произошло на самом деле... Возможно, причиной стали сами доспехи... Во всяком случае, я рекомендую вам соблюдать крайнюю осторожность. - Можете быть свободны, - Гарри, больше не в силах себя сдерживать, ловил ртом воздух. Мальчишкам не нужно было повторять дважды. Они покинули кабинет профессора на запредельной скорости. Едва дверь за сорванцами захлопнулась, Гарри смог, наконец, расслабиться и рассмеяться в полный голос. В след ему вторил Северус. - Браво, Северус! Какое высокое искусство повернуть все так, чтобы их воображение работало в едином русле. И, Мерлин свидетель, они оба не испытывают в нем недостатка! Они на самом деле очень милые, - смеясь, признал Гарри. - Миленькие, но способны на большие пакости, - добавил Северус. - К счастью, у них нет своей Гермионы, которая обязательно попеняла бы им, заметив, какие они глупые и что учителя никогда бы не подвергли их опасности! - Верно. Но все-таки мы им предложили великолепную страшилку. Хотя не уверен, что это продлит их перемирие. Впредь они будут более осторожны, чтобы не попасться, - обреченно заметил Северус. - По крайней мере, мы выторговали парочку спокойных недель, - пожал плечами Гарри. - Кстати, Гарри, я понял, что вы сделали с Веритасерумом. Предлагаю обсудить это вечером в ваших апартаментах. Я принесу вино, - коварно улыбнулся Северус. - Для этого вам потребовалось три недели. Стареете, профессор. Жду вас сегодня в восемь вечера у себя. Гарри поспешил покинуть кабинет, не услышав, как за спиной Северус нежно обронил: - Каков наглец!..

***

Гарри с нетерпением ждал Северуса. Он мерил комнату шагами от стены к стене, считая минуты, ожидая назначенного часа. И чувствовал, как сердце, словно сумасшедшее билось в его груди, готовое вот-вот вырваться наружу. Идя по длинному коридору широким шагом, чтобы как можно скорее добраться до Гарри, Северус неожиданно столкнулся с Луной Лавгуд – новым профессором Предсказаний. Она встала на его пути, рассеяно глядя куда-то сквозь своего бывшего учителя. - Добрый вечер, мисс Лавгуд, - поздоровался зельевар, чувствуя себя неуютно под странным взглядом Луны. Склонив голову набок, от чего длинные серебристые серьги причудливой формы отозвались мелодичным звоном, девушка неожиданно сделала шаг вперед и порывисто обняла профессора, тихо прошептав ему на ухо: - Я так рада видеть, профессор, что вы наконец-то решили взять это дело в собственные руки. Вы заслужили это право – быть счастливым. Лишившись дара речи, мужчина ошеломленно наблюдал, как она, улыбнувшись, вприпрыжку, как в студенческие годы, направилась дальше по своим делам. Мисс Лавгуд действительно не изменилась, - подумал Северус, умильно улыбаясь. Ему всегда нравилась Луна, острый ум которой скрывался под маской наивности. Ровно в восемь вечера Северус постучался в дверь, ведущую в комнаты Гарри, держа в руке бутылку коллекционного вина. Гарри вновь выполнил ритуал, который состоялся в день их первой встречи, и стал привычным в последние несколько недель. Аккуратно, почти с благоговеньем откупорил бутылку с помощью магии и принес тарелку с мясной нарезкой. Расположившись каждый в своем кресле, они в полной тишине несколько минут смаковали вино, наслаждаясь игрой вкуса и аромата, и перекатывая на языке послевкусие хмельного напитка. Затем Гарри ринулся вперед: - Ну и?.. – спросил он, приподнимая одну бровь вверх. - Это зелье было сварено именно для меня, я прав? Гарри озорно улыбнулся в ответ, вновь касаясь губами края бокала с вином. - Вы знаете, что я владею виртуозно окклюменцией, что позволило мне сохранить свою роль шпиона довольно долгое время. Вы знали, что я всеми силами буду скрывать все свои чувства, о которых вам знать не положено, упрятав их за непроницаемый барьер. Вы добавили в зелье лунный камень, и только после этого – кровь дракона, чтобы добиться нужного эффекта, поскольку грамотное сочетание этих ингредиентов могли обнажить мои истинные чувства к вам. Эта смесь не окажет никакого действия ни на кого другого, вы это прекрасно знали. Одно не могу понять – зачем вы дали мне противоядие? Почему не позволили признаться до конца? - Потому что я вас прекрасно знаю, Северус Снейп. Если бы я вас вынудил вывернуть душу наизнанку, в последствии вы бы все отрицали, лишь бы не потерять чувство собственного достоинства. Я бы предпочел, чтобы вы мне все сказали по своей собственной доброй воле. Тем более что я не был уверен, что эти чувства... ну они... существуют. Северус нежно улыбнулся наивному молодому человеку, сидящему напротив. - Мои чувства существуют уже очень много лет, Гарри. Мне пришлось их скрывать все время, когда я был шпионом. Моя роль была настолько хорошо выстроена, что для того, чтобы скинуть ее гнет со своих плеч, мне потребовалось приложить максимум усилий. Она почти стала моим вторым Я, моей второй натурой. Теперь осталось только определить, не слились ли они воедино. И я не мог заставить вас принять Веритасерум, поскольку на вас он не произвел бы никакого действия, - с юмором произнес Северус, но в его голосе слышалась неопределенность, которая заставила Гарри многое переосмыслить. - Ну, да. Они существуют. Я даже признаюсь, что терзают меня очень давно. Если я и исчез после того, как вышел из комы, то только потому, что все время задавался вопросом, почему вы уехали? Может, просто из-за того, что вы больше никогда не желали меня видеть? Я терзался этими мыслями многие месяцы, пока Минерва МакГонагалл не сделала мне это предложение. И я подумал, это великолепный шанс узнать, что вы на самом деле чувствовали ко мне, и что мы действительно нашли точки соприкосновения на Гриммаулд-плейс. Вот тогда я и решил попросить вас вернуться. Должен признаться, что это именно я испортил зелье вашего предшественника, чтобы оно взорвалось, - Гарри посмотрел на Северуса глазами побитой собаки. – Но я подстраховался, чтобы никто не поранился. Мне нужен был повод заменить его. И я не хотел видеть никого другого на вашем месте, - спешно добавил он. Северус справился со своим удивлением довольно быстро. Встав с кресла, он подошел к Гарри и обнял парня. - Я ужасно польщен, что вдохновил тебя на столь дьявольский план... - На самом деле это Гермиона подсказала... Она сказала: - «После всего, что произошло, ты имеешь право на счастье. Иди вперед, сметая все препятствия на своем пути...» Не уверен, что она говорила о профессоре Зельеварения, но для меня он был истинным препятствием. – Гарри смешно сморщил нос. Северус не удержался и коснулся губами губ молодого человека, вовлекая его в нежный поцелуй. Губы Гарри приоткрылись, позволив языкам начать восхитительную игру. Это было чудесно. Наконец каждый заполучил то, чего хотел. Когда поцелуй закончился, Гарри удовлетворенно положил голову на плечо профессора. Сидя в полной тишине, они чувствовали, что это время принадлежит им. Наконец-то они оба нашли свое место. - Ты же не обидишься на меня, решив, что я поймал тебя в ловушку, как паук, соткавший свою паутину и притаившийся в засаде? – тихо спросил Гарри. Северус наклонился и проникновенно посмотрел в зеленые, словно лесное озеро, распахнувшиеся в ожидании глаза. - Абсолютно нет. А впрочем... ты уверен, что являешься единственным пауком?.. – прошептал мужчина, в черных глазах которого мелькнул дьявольский огонь.

FIN