Чудовище

Побег дался мне с большим трудом, и удался по чистой случайности. Невозможно было все заранее просчитать, даже предугадать я был не в силах. Но результат желанный получил. Я на свободе. Где? Теряюсь в догадках. В каком-то непроходимом лесу. Небо над головой скрыто кронами многовековых исполинов, а воздух полон дурманных, ядовитых испарений. Может быть, я попал в Неолит нашего Мидгарда, может быть, в иное измерение, может быть в чей-то кошмар, или просто в ад. Неважно, главное, что здесь нет никого, и у меня есть возможность восстановить по крупицам утраченные силы. И восстанавливать их придется долго. *** Который день неподвижно сижу на берегу неширокой, но очень быстрой реки. Один взгляд на воду позволяет понять, она отравлена заклинанием. Каким точно, не ясно, узнаю потом, сейчас мне нужен покой. А еще, мой недалекий обход, который я совершил ранее, открыл для меня еле заметную тропу, которую вряд ли протоптали животные. Все это дает понять, что я не в Мидгарде, и что лес не необитаем. И, если в этой чаще кто-то живет, он, скорее всего, не человек, а маг. Сильный и опасный маг, не желающий видеть в своих владениях посторонних. И даже дурманящие газы, которые источает сама земля, наверняка, его рук дело. Благо, для меня они не опасны. Я в заколдованном лесу, и это мне на руку. Он пропитан магией, которую как раз я и собираю из воздуха. Чужая сила витает в нем, и я дышу ей, концентрируя в своем существе. Будто конденсат она оседает на мои ладони невидимыми каплями, питая иссушенные чакры. *** Различаю голоса где-то вдалеке. Люди. Это неприятно ударяет изнутри и заставляет открыть глаза. Прислушиваюсь, но не различаю ни слова. Они кричат, слышу лязг металла и непонятный визг. Будто они сражаются с кем-то, буквально в двух милях от меня. Шум становится громче — люди приближаются ко мне. Поднимаюсь и скрываюсь в тени. Тело вновь легкое, а движения быстры и точны. Силы восстановились на треть, не более, но я чувствую себя уверенно и сумею за себя постоять в случае надобности. Из-за деревьев выбегает странное создание. Не сразу признаю в нем паука, наблюдая, как черная масса мельтешит конечностями в сумраке леса. Огромный паук оборачивается в ту сторону, откуда прибежал, раскрывает жвала и издает противный визг. В мгновение ока взбирается на дерево, тут же бросая сеть паутины на показавшегося человека. Тот ловко уходит от нее и стреляет в паука из лука. Стрела пронзает черную голову, войдя между глаз. Насекомое падает замертво наземь. Снова свирепый визг, человек оборачивается в сторону угрозы и не успевает воспользоваться луком. Падает на спину и острыми клинками вспарывает брюхо пролетающему над ним пауку. Человек поднимается и настороженно оглядывается по сторонам, брезгливо покосившись на дернувшегося в последний раз и испустившего дух паука. — Мерзкое чудовище, — еле слышно шепчет он, в адрес поверженного врага, не скрывая и толики презрения. Это дает понять не только то, что парень чересчур высокомерен, но и то, что мы говорим на одном языке. Этот факт упрощает претворение вспыхнувшей вдруг идеи в жизнь, и наполняет жилы ненавязчивым предвкушением. Значит, чудовище? По мне, так нет разницы, человек или паук. Все ничтожны и бесполезны одинаково. Люди те же насекомые, только на двух ногах, те же самые чудовища. Они даже не осознают, какими скверными паразитами являются. Живут во лжи, возомнив себя венцом природы. А воин, на свою беду, вместо того, чтобы поспешить к тем, кого оставил минимум в миле от нас, погнавшись за жертвой, упорно вглядывается во мрак, и словно видит меня в нем, или пытается разглядеть. Он осторожно вынимает стрелу из колчана, прикладывает к тетиве. И направляется в мою сторону, ступая абсолютно беззвучно, слишком тихо для человека. Ведь ранее я сделал вывод, что вряд ли здесь живут люди. Да, пожалуй, это не человек. Теперь, когда он подошел ближе, я чувствую слабую магию, что течет в его крови. И замечаю необычную форму ушей, присущую эльфам. Эльф? В список ничтожеств легко вписывается и эта раса. — А ты не думал, что являешься для них еще большим чудовищем, чем они для тебя? — решил сказать я слово, оставаясь в темноте. То, что эльф обладает живительной для меня энергией, дает повод дополнить идею еще одним пунктом и превратить ее в план. Возможно мне удастся восстановиться гораздо быстрее. Эльф останавливается и прицеливается мне в голову, как если бы вдруг увидел меня. Но в темноте он не видит, иначе бы не стал красться. Неужели определил по голосу мое расположение? Чуткий слух… мне бы гвоздь и стекло… — Покажись, не прячься в темноте как трус, — приказом на вопрос. А высокомерный блондин начинает меня раздражать. И делает он это даже цветом своих волос, ненавижу этот цвет. Выхожу из тени, демонстрируя безоружные руки, держа ладонями к стрелку. Он не знает, что оружие мне не нужно, чтобы дать ему бой, но все равно держит меня на прицеле, словно чуя угрозу. Я улыбаюсь, ступаю ближе. Эльф не двигается и не меняется в лице, но вдруг командует: — Стой на месте. Ну что же, стою. Пускай думает, что он хозяин положения. Я все так же улыбаюсь и, чуть склонив голову, задаю вопрос (голос мой даже мне кажется лукавым и полным приторного яда): — И чем же ты лучше… чудовища? — показывая глазами на мертвую тушу. Если чем он и лучше, то наличием магии в жилах, но это ненадолго. По его лицу вижу, эльф не понимает, зачем я задаю такой вопрос. А я знаю как мне прояснить для него этот момент наглядно. Мгновенно оказываюсь возле него и хватаю за руки, легко развожу их в стороны. Эльф не успевает среагировать и смотрит на меня с откровенным испугом. Пытается сопротивляться, все так же крепко держит стрелу в правой руке, а лук в левой, но он абсолютно беззащитен передо мной. Я склоняюсь ближе к его губам и заглядываю в ясные глаза. — Какая разница между тобой и пауком? Не задумывался? — он молчит теперь уже с ужасом глядя на меня. Видимо понял, что и ногами двигать не может — я предотвратил его брыкания легким связывающим заклинанием, но дара речи не лишал. А это его последняя возможность произнести хоть слово. Короткий смешок с моей стороны и я касаюсь его губ, вытягивая питательную магическую энергию. Касание обращается в поцелуй. Проникая глубже, скользя по его языку своим, я высасываю необходимую мне силу до дна, а вдыхаю уже губительное заклятие. Оно беспрепятственно проскальзывает между побледневших приоткрытых губ. Эльф закрывает глаза и беззвучно кричит от боли. Я отпускаю его руки начинающие менять цвет. Он падает на четвереньки и из его спины лезут новые конечности, разрывая одежду. Его тело увеличивается, изменяя форму. Весь он становится черным и приобретает черты паука. Уже насекомое, он неуклюже бьет непослушными ногами по земле не в состоянии крепко встать на них и падая на брюхо. Его глаза теперь не голубые и глядящие вдаль, а черные круглые бусины, усеявшие мохнатую голову, и видеть отныне будут лишь тьму. Я доволен своим творением и улыбаюсь, глядя на новорожденное чудовище. — Может быть я о тебе еще вспомню и дам еще один шанс, — присаживаюсь на корточки поближе к черной морде, прикладывая пальцы к своим влажным губам, — вдруг ты найдешь ответ на вопрос. Тогда я, может быть, освобожу тебя от этого обличия, — даю тень надежды, зная, что суть моих слов доходит до спрятанного под паучьей плотью сознания эльфа. Чудовищем никто не рождается, таковыми становиться по прихоти чьей-то руки. Вот он, грубый и яркий пример. А паук пятится, все шипит, кричит, падает. Ноги путаются, он спотыкается сам об себя. — Леголас, — крик из-за деревьев, которому вторят другие голоса. И они все ближе. Я бросаю смешливый взгляд на затравлено прячущегося в тени паука и начинаю менять собственный образ. Волосы мои из черного выцветают в ненавистный золотой и становятся длиннее. Глаза меняют цвет, теперь они голубые. Уши становятся острыми. Одежда меняет фасон, но мало в чем меняет цветовую гамму, все те же мои любимые зеленные оттенки. Я поднимаю с земли лук и стрелы и еще раз бросаю взгляд в тень, где спрятался паук. Он там, затаился и не издает ни звука. Умный мальчик, знает, что если его обнаружат, то так же бесцеремонно убьют, как и всех остальных неугодных созданий. На полянку выбегает рыжая девушка, которая тут же озаряется улыбкой, завидев меня. Такой влюбленный и счастливый взгляд, знала бы она, что ошиблась адресатом. Подбегает ко мне и становится достаточно близко, чтобы я ощутил пряный запах ее разгоряченного сражением тела и разглядел лучезарные глаза. — Ваше высочество, — она легко кланяется в игривой официальности, — задание выполнено, прошу во дворец, — и очаровывающая широкая улыбка. Принц значит? Это судьба, точнее, ее ирония. Надеюсь, у нашего принца нет старшего брата? Следую за рыженькой, оставляя истинного принца позади и гадая — не совершаю ли я ошибку. Надеюсь, я смогу восстановиться раньше, чем подлог будет изобличен.