Доверься мне

— Леро, пересядь, пожалуйста, на диван или кресло, — успокаивающе обратился Лис к съежившемуся на полу юноше. Мальчик поднялся и пересел на диван. Тем временем Лисимах оценивал обстановку. Гостиная представляла собой просторную светлую комнату. Стены в тёплых тонах, зелень, мягкая, хоть и кожаная, мебель. Это было важно. Макс молча поблагодарил небо за то, что брат подрабатывает дизайнером. Атмосфера комнаты успокаивала. Но, всё же, по некоторым деталям было видно, что это квартира холостяка. Мужчина перевёл взгляд на юношу, который не отрывал глаз от пола, тихо отвечая Лису. Лисимах с трудом сдержал улыбку, когда близнец поднялся и сказал:  — Пойду, сделаю чаю. Или тебе спиртное? — Макс уловил предупреждающий блеск в глазах близнеца и вежливо улыбнулся:  — Спасибо, я буду чай. Лисандр удалился. Вот она, возможность. Макс осторожно подсел к мальчику и мягко улыбнулся. Лис в который раз обернулся и посмотрел на часы. Прошло всего семь минут. Иногда можно было расслышать тихий ласковый голос Макса, но слова Лис не мог разобрать. Он поставил чайник на маленький огонь и не отходил от плиты, наблюдая за синим пламенем. Сзади послышались шаги, и, обернувшись, Лисандр увидел Макса.  — Ну? — нетерпеливо окликнул его Лис. Близнец тоже уставился на пламя.  — Ничего.  — Что значит «ничего»? — не понял Лисандр, озабоченно рассматривая брата.  — Он ничего не говорит. За эти десять минут мне удалось вытянуть из него лишь несколько слов.  — За семь. — Поправил его Лис. — И что же он сказал?  — Что ничего не скажет без твоего разрешения! — недовольно фыркнул Макс. Конечно, и не такое бывало, но психолога очень напрягало то, с какой настороженностью отодвигался мальчик, и как он сжался, называя Лиса Господином. И, конечно, Лисимах не мог не заметить виноватого, испуганного взгляда, который юноша кинул на Лиса, когда тот уходил на кухню. Лисандр выругался. Сделав огромный огонь и приготовив чай, он взглядом отослал брата назад и вскоре присоединился к Леро и Максу. Мальчик вскочил, как только вошел Лис.  — Садись, — мужчина усадил парня назад на диван. Несколько минут прошло в молчании.  — Леро, а сейчас ты поговоришь со мной? — мирно улыбнулся мальчику Макс. Юноша кинул вопросительный взгляд на сидящего напротив Лиса. Поняв, что от него ждут ответа, мужчина кивнул.  — Да, сэр, если Вам угодно, — покорно ответил мальчик. Лисандр осторожно отставил чашку, боясь опрокинуть её содержимое на себя. Лисимах сохранил невозмутимое выражение лица и продолжил:  — Конечно, хочу! А, позволь спросить, Лисандр давно твой Господин? Лис округлил глаза и выпрямился в кресле. Мальчик, на время задумавшись, ответил:  — Четвёртый… Пятый день, сэр. Но… если Вы о том, когда мой прежний Господин сообщил о Господине Лисандре…– мальчик сцепил руки в замок и покраснел, испугавшись, что назвал имя своего Господина.  — Твой прежний Господин? — заинтересованно наклонился к мальчику Макс. Юноша кинул ещё один вопросительный взгляд на Лиса и тот опять кивнул.  — Господин Домн, — уточнил парень, уставившись на свои руки.  — А-а-а…– согласился Макс. — И он говорил тебе о Лисандре? Мальчик беспокойно заёрзал на диване.  — Да, сэр. Несколько недель назад. Макс с подозрением покосился на брата и Лис виновато пожал плечами.  — Понятно. А что ещё говорил тебе твой прежний Господин? — поинтересовался Лисимах, наклоняясь к Леро ещё больше.  — Что, вне зависимости от того, как будет вести себя Господин Лисандр, я буду его… — юноша покраснел ещё больше. Наглые, дерзкие слова! И хотя он всего лишь передал слова Господина Домна, от вины это не избавляет.  — Э-э-э…– Макс немного растерялся. — А как он тебя называл?  — Господин Домн называл меня Леро, а во время сцен — сабом или рабом, сэр, — парень вздрогнул. Он сказал, то о чём не спрашивали. Но, похоже, ни Господин Лисандр, ни сэр Лисимах на это не обратили внимания. В глаза бросилась едва заметная деталь — у Господина волосы были немного короче, чем у его брата.  — А что… Какие правила он установил для тебя? В жизни? — Макс задал вопрос, лихорадочно обдумывая, как будет объяснять близнецу ситуацию.  — Господин всегда прав. — Тут же выдал мальчик и виновато добавил. — Но это не правило…  — А…что же это? — Лисимах внимательно наблюдал за жестами мальца.  — Это… Так было всегда, и я не уверен, правило ли это…– отозвался юноша, потупив взгляд.  — Я думаю, это всё же правило, — пытался приободрить мальчика Макс. Однако парень сник и виновато съежился. Лис неосознанно положил руку на лицо, глядя на юношу и брата сквозь пальцы.  — А какие ещё? — Задал новый вопрос Макс.  — Прощение идёт через наказание, — ответил Леро, едва не заплакав. За пять дней он столько всего натворил — ослушался, сбежал, протестовал. Хуже того — был нагл, груб и доставлял Господину хлопоты! И это не считая мелких нарушений. А Господин не наказывал его, за исключением одного шлепка вчера вечером. Более того, Господин сам делал то, что должен был делать он, Леро. От попыток сдержать слёзы голова заболела с новой силой. Макс внимательно наблюдал за мальчиком.  — Я согласен, — медленно произнёс Лисимах, подмигивая брату, — продолжай, пожалуйста.  — Не должно быть секретов от Господина, — поведал мальчик.  — Д-да, — подтвердил Макс.  — Ложь, измена, кража, наглость, непослушание наказываются самым строгим наказанием.  — Э-э-э… Строгим? — переспросил Лисимах, желая убедиться в своих мыслях.  — Это когда Господин бьет или иным способом наказывает, но не по количеству, а пока Господин не устанет, или не решит, что достаточно…– попытался объяснить юноша, бросая испуганный взгляд на Лисандра.  — Спасибо, что объяснил, — кивнул Макс. Лис откинулся на спинку кресла и мрачно уставился куда-то поверх головы мальчика.  — Легкое непослушание наказывается обычной поркой розгами, — необычно тихим голосом сообщил парень, вжимаясь в диван.  — Розгами? — Удивился Макс, скрывая настоящие эмоции. — Так тебя обычно наказывал Господин? Леро так долго молчал, что Лису показалось, будто мальчик опять безмолвно плачет. Он слушал весь разговор, запоминая всё до единого слова. Некоторые фразы показались знакомыми. В груди заныло, когда он понял, насколько тяжела была жизнь мальчика. Или думал, что понял. И в то же время он вслушивался в голос Макса.  — Обычно — розгами или плетью, сэр. Иногда использовал хлыст, кошку* или ремень, — раздался тихий дрожащий голос. Макс понял, что пора заканчивать. Он и так уже много выведал. Но, не сдержавшись, задал очередной вопрос: — А как насчёт Господина?  — Недопустимо смотреть Господину в глаза. — Прошептал мальчик, с ужасом понимая, что за этот день посмотрел в глаза дважды. — Это наказывается без правил.  — Но почему? — не выдержал Макс.  — Но Господин же…нельзя. — Как-то обречённо ответил юноша. — Так же, как нельзя сидеть или лежать в присутствии стоящего Господина. Лис задумчиво перевёл взгляд с точки на стене на мальца. Вот поэтому он и вскакивает каждый раз. В душе зарождалось нехорошее чувство.  — Ладно, прости…– Поспешил успокоить паренька Лисимах. — А сколько правил? Их много?  — Есть основные. Есть менее важные, — последовал тихий ответ.  — Спасибо, Леро, — поблагодарил его Макс и оба близнеца встали. Юноша тут же вскочил на ноги, и слегка пошатнулся. Лисандр обеспокоено посмотрел на парня.  — Иди, отдохни. Голова болит?  — Да, спасибо, Госпо…сэр, — кивнул юноша. Макс настороженно посмотрел вслед удаляющемуся мальчику.  — Когда ты говорил, что у него не всё в порядке с головой, я думал, ты это в переносном смысле…– обронил он. Лис устало вздохнул:  — Сегодня разбил.  — Ты бы дал ему выспаться… Мучаешь ребёнка, — Макс знал, что это не так. Лисандр никогда бы не стал издеваться над ним, но слова вырвались сами собой.  — Он сам встаёт. У него бессонница, — мрачно ответил Лисандр.  — Надо будет узнать, — решил Макс. Не сговариваясь, братья вернулись на кухню.  — Ну и что ты можешь сказать? — вскоре нарушил тишину Лис. Макс что-то поспешно записывал в блокнот.  — Подожди, — огрызнулся тот, яростно что-то зачеркивая. Спустя несколько минут он отложил блокнот и ручку.  — Если не матом, то и сказать нечего…– вздохнул он. Лис нахмурился, понимая, что братец собирается его дразнить.  — Не смешно.  — Конечно, не смешно. — Улыбка сползла с губ Макса. — Это… Знаешь, есть одна субкультура. Люди, принадлежащие к ней…– Лисимах запнулся, не зная как объяснить и с чего начать.  — Ну? — Лис ждал объяснений.  — Я…не знаю, как объяснить, — выдавил Макс, глядя в такие же серые, как и у него самого, глаза. — Давай, я немного информации подготовлю, а в субботу приеду…– предложил он, съеживаясь под взглядом близнеца. На какую-то долю секунды психологу показалось, что Лисандр сейчас попробует сломать ему челюсть. Но неожиданно мужчина напротив откинулся назад и закрыл глаза рукой.  — Ну, а что мне с ним делать, Макс? — устало произнес он. Макс облегчённо выдохнул и с сожалением посмотрел на брата. Чувства близнеца частично передавались и ему. И сейчас в душе Лиса творилось что-то непонятное. Макс чувствовал, как тревожно бьется сердце, а в глазах начинает темнеть.  — Просто веди себя с ним мягко и не пугай. — Предложил он, борясь со сбившимся дыханием. — И прекрати нервничать! Это они вместе называли «синдромом близнеца».  — Пытаюсь, прости. — Вымученно улыбнулся Лисандр. — Просто рядом с этим мальчиком мне не по себе.  — Ему намного хуже. — Заверил брата Лисимах, и тут же вспомнил оговорку мальчика. — Меня удивляет, что его Господин говорил ему о тебе…– как бы невзначай хмыкнул Макс. Лис покраснел.  — Если честно, то я его не подобрал. — Начал оправдываться он, наблюдая как губы брата растягиваются в довольной ухмылке. — Помнишь, я в воскресенье ездил наследство принимать? Ну, так вот, на наши счета переведена крупная сумма, но это было не всё. Ещё любимейший дядюшка оставил письмо, где был написан список того, что надо забрать из дома. И в этом списке значился Леро. К величайшему удивлению Лисандра близнец лишь откинулся на спинку и выругался.  — Я так и думал, — ответил Макс после ругательств. Лис с подозрением осматривал брата:  — Ты меня пугаешь, братец. И что же это значит? Лисимах смутился и мысленно пообещал воздать Ричарду за то, что вынуждает врать их старшему брату. Но, немного подумав, он коварно улыбнулся:  — Я объясню в субботу. И Рик тоже приедет. Братья в молчании выпили по стакану спиртного и Макс уехал. Лис с тоской смотрел вслед близнецу. Тишина невыносимо давила и угнетала, поэтому мужчина тихо включил радио. Это было только утро. А, как известно, как день начнёшь, так его и проведёшь.