Новые горизонты

Я с трудом открыла один глаз. Даже это сделать оказалось сложно, будто к каждому веку было привязано по мешку с песком. Солнечный свет резанул словно кипятком ошпарил. Огнём пронзило всё тело от головы до пят, живот скрутило невыносимой болью, внутренности тут же подступили к горлу. О боже, как же плохо! В комнату вошли, и тут я почувствовала, что всё съеденное накануне немедленно устремилось наружу. Кто-то вовремя подставил тазик и заботливо убрал волосы от лица. А я снова погрузилась во мрак. Почти весь субботний день я провела в постели. Полдня меня полоскало. Мне прочищали желудок и отпаивали минералкой. Мама грустно качала головой, папа недовольно хмурился, но молчал. А Олеська всё ухмылялась каждый раз при взгляде на меня. Мне было не то что бы очень стыдно за свой вид и поведение, просто то самое чувство стыда притуплялось общим отвратительным самочувствием. К вечеру, когда мне стало лучше, к нам в гости зашёл Саша. Он окружил меня вниманием и заботой, и я почувствовала, что он единственный, кто по-настоящему сочувствует мне. Ему тоже когда-то приходилось страдать от похмелья, а у меня такое случилось в первый раз. Родители были ослеплены возмущением и укором, Олеся же пребывала в том же самом противном настроении – мне было даже обидно, что ни от кого из них я не чувствовала поддержки. Как бы то ни было, но ужинать я села вместе со своей семьёй. Желудок не стал бунтовать против тарелки куриного супа, и ничей аппетит не оказался испорчен. - Тебе повезло, что вчера так хорошо всё закончилось, - проговорил отец, намазывая хлеб маслом, сверкая при этом сердитым взглядом, - Как ты вообще могла такое допустить? - Перед твоей начальницей-то как стыдно, - качала головой мама, - Вера, Вера. - Да, ладно вам, тёть Валь, - Саша взял меня за руку и ободряюще улыбнулся мне, - С кем не бывает. Зато это надолго отобьёт у неё охоту пить. - Но не на работе же такое допускать, - не унимался папа. - Так я и не на работе, - пискнула в своё оправдание я и стыдливо потупила взгляд. - Всё равно, там же были все твои коллеги. И начальство. Ах, как перед Лёшей неудобно. Ужин начинал утомлять меня, но я держалась. За сашкину руку как за спасительную соломинку. - Маам, - протянула я, чувствуя как шум в голове становится всё громче. - Нет, Вера! Тебе нужно будет извиниться за своё поведение перед коллегами, - мама поднялась и уперла руки в боки. Это был верный признак её гнева. - Да, - продолжила мама, - Тебе нужно извиниться. В особенности перед Аллой Анатольевной… подумать только, ей пришлось везти бесчувственную тебя домой. - Ей помогали. - Ты извинишься перед ней и поблагодаришь за помощь, - впечатала мама. Я тяжело вздохнула и вжала голову в плечи – мне уже сейчас становилось не по себе от мысли, что придётся расплачиваться за содеянное хотя до понедельника был ещё как минимум один день. - Да, подари ей коробку конфет, - мама всё не унималась, а я поморщилась как от боли. Олеська показала мне язык и ухмыльнулась: - Правильно, нечего за фигурой следить, пусть налопается конфет. - Нет-нет, Олесь, ты права. Вера, ты отблагодаришь свою начальницу цветами. Цветами угодишь любой женщине. Я скривилась ещё больше. После всего что произошло извиняться, да ещё и цветы дарить – это было слишком. Тем более мне так и не было ясно, о чём же так мило весь вечер беседовали Максим и Алла Анатольевна. А ведь именно это повлекло за собой все события вчерашнего вечера. Но на вариант с цветами мне пришлось согласиться. О том, что по сути причиной моего падения стала Алла Анатольевна никто, конечно же, не знал. И потому в очень жёсткой форме настояли на публичной форме извинения. Саша из лучших побуждений предложил завтра сходить за цветами вместо меня – пришлось согласиться и на это, потому что никаких причин для отказа я выдумать не смогла. И какой чёрт дёрнул Сашку с его помощью. Я в тайне надеялась отделаться от всех этих извинений. Но отделаться мне так и не удалось. В воскресенье Саша, как и обещал, сходил за цветами и принёс вполне сносный букетик роз. Погода сегодня стала по настоящему осенней – на улице лил мерзкий дождь, и небо заволокло серым. Я, мокрая и такая же хмурая как и небо, ехала в переполненном трамвае с тремя розочками, чувствуя себя при этом полной дурой. Вот и что я должна сказать? «Простите меня за неподобающее поведение, Алла Анатольевна. Спасибо, что помогли мне. Кстати, а что вы делали весь вечер с Максимом?» Глупо. Ещё более глупо я буду выглядеть на работе. Я вышла пораньше, чтобы избежать встречи с коллегами и лишних вопросов о букете. Пусть уж придётся краснеть так только перед Аллой Анатольевной. Охрана теперь пропустила меня без лишних вопросов. И вот сейчас я была одна. До начала рабочего дня было ещё больше часа. Я сидела слушая как включается компьютер и смотрела на цветы. Нет, всё-таки стоит их выкинуть. Прямо в корзину. И уж точно не дарить. Я бы не стала столько пить, если бы в тот вечер не видела их вдвоём. Значит виновата во всём не я. Но ведь Алла Анатольевна не бросила меня. Сама лично довезла до дома. Ведь ей проще было затолкать меня в такси, чем самой искать дорогу ко мне. Она же довезла меня, нашла в моём мобильнике номер родителей, дозвонилась – в общем, сделала всё, чтобы доставить меня в целости и сохранности. За что я, конечно, ей была благодарна. Значит, цветы всё же стоило подарить. Пока я сидела и задумчиво гипнотизировала букет, дверь открылась и в кабинет вошла Алла Анатольевна. - Доброе утро, - я подскочила. - Доброе. Что-то вы рано сегодня, Вера. Как вы себя чувствуете? Сегодня Алла Анатольевна выглядела привычным образом: одета в чёрный брючный костюм, всё в тот же хвостик убраны волосы, в глазах привычная серьёзность. Я заметила, как с её волос упали пару капель – по всей видимости, от машины она шла без зонта. - Хорошо. Сегодня я хорошо чувствую себя, - я смущённо улыбнулась и сгребла со стола букет, - Алла Анатольевна… Спасибо вам за… Ну, что вы меня так выручили. Женщина замерла возле своего стола, а я, чувствуя себя трижды не в своей тарелке, подошла к ней и вручила цветы. Алла Анатольевна приняла их из моих рук, на её губах заиграла лёгкая улыбка, взгляд потеплел, словно в голубых глазах растаяли льдинки. - Не за что. На корпоративах чего только не случается, - тихо произнесла она, - Не стоило таких благодарностей. Я вернулась на свое место с каким-то странным ощущением. Что-то было не досказано. Какие-то слова повисли в воздухе. Я чувствовала это как и до сих пор чувствовала запах свежего парфюма своей начальницы, смешанного с запахом дождя. Всё это меня смутило до невозможности, и поэтому я не решалась поднять на неё глаза. Вскоре начался рабочий день и водоворот дел закружил, заставив забыть обо всём. Максима я не видела ни утром, ни за обедом. Пересиливая неловкость, я извинилась перед всеми, кто лицезрел меня в самом непотребном виде. Ребята с улыбками понимания приняли мои слова и успокоили, что со многими такое уже случалось. Не такое уж хорошее утешение, но всё-таки я поняла, что подобные истории тут ни для кого не являются откровением. Действительно, мало что ли сотрудники напивались за все эти годы. И я потихоньку успокоилась. День размеренными шагами подошёл к концу. Домой я вернулась с чувством выполненного долга, о чём радостно сообщила домашним.