Новые горизонты

С Максимом я столкнулась на следующее утро, когда мы обо спешили на свои рабочие места. - Привет, - только и произнёс он. - Привет, - вторила я. - Как ты? - Как видишь – жива. - Дуешься на меня? – он улыбнулся и я поняла, что совершенно не сержусь. - Ни грамма. Ты же всё равно не признаешься, что делал в ресторане с моей начальницей? - Я уже всё сказал по этому поводу, - голос его сделался холодным, как резкий осенний ветер, но он тут же добавил, - Послушай, я хотел бы загладить свою вину. Я приглашаю тебя сегодня после работы ко мне, на скромный домашний ужин. Как на это смотришь? Снова его манящая улыбка – и я безвольно кивнула в знак согласия. Внутри у меня всё так и затрепетало в предвкушении праздника. Весь день я провела как на иголках. Нервничала что-то и от этого успела допустить пару ошибок при составлении отчёта. Чем заслужила недовольство своей начальницы. Я волновалась? Нет. Скорее просто не понимала, что же творится у меня внутри. Почему меня тянуло к Максиму? Да, даже не тянуло к нему. Просто темпераменту требовался выход. И самым удобным объектом был Максим. И потому мне оставалось просто шагать вперёд на свой страх и риск. Закрыв глаза и не думая о последствиях - я и так уже сделала достаточно, чего бояться-то. Весь день я ловила себя на мысли, что не хочу останавливаться, даже понимая, что за всё придёт расплата. И потому я с облегчением обнаружила, что рабочий день окончен. На сей раз Максим сам был за рулём. Он увозил меня прочь от офисной громады на своём «логане». Я устала, мне хотелось побыть одной. Но никакая усталость не шла в сравнение с жаром, терзающим моё тело. Пока мы ехали я искоса поглядывала на Максима – он ни разу не повернулся ко мне, его сосредоточенное лицо без тени улыбки казалось жёстким, мышцы то и дело напрягались, когда машина совершала резкие манёвры. До чего же у него красивые губы. Я заморгала и отвернулась – выпустить на волю внутреннее я мне хотелось больше всего, но в то же время я этого и боялась больше всего. Я всё время боялась сделать что-то не так. - Ну, вот мы и приехали, - проинформировал меня Максим, когда машина замерла у знакомой десятиэтажки. Я молча вышла из машины и мы вместе под бешенный стук моего сердца, поднялись к Максиму. В этот раз я смогла получше разглядеть его квартиру. Ничего необычного – типовая двушка с холостяцкой обстановкой. Много техники, минимум уюта. На окнах вместо занавесок – жалюзи. Ни цветов, ни полок с книгами – сплошные провода, компьютеры-ноутбуки и компакт-диски. Даже на стене вместо механических часов время отмеряло электронное табло. Мы прошествовали на кухню – в царство бытовой техники. Моя мама позавидовала бы такому количеству приспособлений, облегчающих жизнь любой хозяйке. Только по виду, многим из стоящих приборов приходилось служить скорее предметом декора, нежели чем-то полезным. Максим достал из холодильника салат, разогрел в микроволновке куриные окорочка и выудил бутылку вина с двумя бокалами. От мысли об алкоголе меня передёрнуло, но я понимала, что к данному случаю вино подходит лучше, чем чай. А потому я, зажмурив глаза и задержав дыхание, осушила бокал. Терпкий напиток проложил дорожку к желудку, тело понемногу расслаблялось, я стала обращать внимание на детали, до этого скрывавшиеся от моего взгляда: к примеру, холодный интерьер квартиры был тщательно убран. Это давало понять, что хозяин квартиры как минимум очень аккуратный человек. Холодильник был под завязку забит едой, но не похоже, что сам Максим любил готовить – наверняка его хватало только на «сварить макароны» и «пожарить яичницу». А значит в этот дом была вхожа женщина – ведь кто-то же готовил и салат, и окорочка. Сам же Максим в столь неформальной обстановке смотрелся… неестественно. Возможно, это просто плод моей фантазии, но мне показалось, он совершенно не приспособлен к домашнему быту. А к чёрту вообще эти мысли! Ведь я сюда пришла не жениха смотреть. Жених у меня уже был. Ха! Вино слегка ударила мне в голову и я без страха и смущения разглядывала Максима. Он заметил мой пристальный взгляд. И всё понял. В ту же минуту я оказалась в его объятьях, он, срывая с меня одежду, вел в спальню. Мы обнаженные лежали рядом. Он настойчиво ласкал меня, владел моим телом. На коже оставались влажные следы его поцелуев, на животе – липкое пятно его семени. Но я почему-то снова чувствовала лишь отвращение к себе. Я постаралась не показывать своего разочарования Максиму и вечер завершился глубоким и страстным поцелуем на прощанье. Странно было и то, что я не чувствовала ничего кроме разочарования, весь мой страстный огонь погас словно под холодным проливным дождём. Может быть это просто усталость? Дома я никак не могла заснуть. Всё ворочалась и ворочалась, хотя была уверена, что усну, едва коснусь подушки. Мышцы ныли, тело ещё горело от прикосновений. Но больше всего угнетала пустота внутри. Разве это была я? Нет. Это какой-то бездушный робот. Кто-то резко изменил меня, вложил новую программу, заставил забыть всё, что было раньше. Но это была не я. Мне хотелось плакать от осознания собственной бездушности. От понимания, что я поступаю мерзко по отношению к Саше. От лжи и предательства, которыми я жила последнее время. Но я могла только сжимать подушку и переворачиваться с боку на бок. ** Утро встретило меня серой пеленой на небе, дождь неспешно моросил, словно понимал, что никуда мы от него не денемся, и он сможет завершить все свои… мокрые дела. Осень наконец-то решила наступить. Теперь мне пришлось бежать за трамваем, лавируя между лужами и стараясь не поскользнуться в грязи. Поэтому до работы я добралась изрядно подмокшая и забрызганная, огромный зонт почти не защищал от воды, которая под действием ветра хлестала со всех сторон. Как раз когда я проходила через нашу стоянку, мимо пролетел «логан» Максима, автомобиль занял своё место на парковке и затих. Я опустила зонтик, приготовившись сложить его вовсе, и пошла навстречу. Но тут же замерла. Из машины вышел Максим, он обошёл автомобиль и открыл дверь со стороны пассажира - наружу, сверкая обнажёнными коленками, выбралась девица. Её я не знала, но кажется это была одна из подчинённых Максима. Мужчина нагнулся к ней, что-то сказал на ухо. Девушка засмеялась и поцеловала Максима. Я стояла неподвижно. В голове не укладывалось, что происходит. Может быть он просто подвёз коллегу по работе и она его поблагодарила… А может быть… Гадать я не собиралась и потому решительным шагом устремилась к удаляющейся парочке. - Максим, - окликнула я мужчину. Он обернулся, жестом отправил спутницу вперёд, а сам подошёл ко мне. - Привет. - Это… - я почти захлёбывалась от возмущения, - Что это? Ты с ней… Глаза Максима серьёзно смотрели на меня. - Ты хорошая девушка, Вера, - тихо сказал Максим, - Но, надеюсь, ты понимаешь, что я не был намерен завязывать серьёзные отношения. Мне было хорошо с тобой. Но я... так получилось. Я стояла под дождём уже без зонта, но услышанное словно окатило меня ведром ледяной воды. Мне не было больно – я же бездушная. Я даже почувствовала радость. И поделом мне! - Замечательно, - проговорила я и стремглав понеслась прочь от Максима. Почти бегом я добралась до кабинета. Меня била дрожь. Мне не было больно. Но отчего-то было мерзко словно по моей руке прополз таракан. Не успела я снять мокрый плащ, как в кабинет вошёл Максим. - Вер, послушай, - возможно, он чувствовал себя виноватым, - Я ведь не обещал тебе ничего. Не нужно делать сейчас из меня подлеца. Да, а возможно он и не чувствовал вины. - Я понимаю, - плащ я всё-таки сняла, - Уходи, Максим. Не знаю зачем я тебе была нужна, но сейчас уже это не важно. Дверь распахнулась и в кабинет вошла Алла Анатольевна. Максим долго смотрел мне в глаза – а я никак не могла понять, что же он думает – и молча вышел. Я наконец повесила на вешалку мокрый плащ. Алла Анатольевна подошла ко мне. - Вера? - наконец произнесла она голосом полным беспокойства. - Всё в порядке, - я кисло улыбнулась. Начальница стояла рядом, и я чувствовала, что несмотря на это ещё минута и я разревусь. Но я держалась. Алла Анатольевна осторожно коснулась моего плеча. - Простите меня, Вера, - вздохнула она, - Я должна была вас предупредить. На счёт Максима. Он у нас весьма своеобразный мужчина. - Что вы! – мои глаза широко распахнулись, - Всё в порядке. Не волнуйтесь. - Надеюсь, что так, - её губы дрогнули в улыбке, - Мне нужна помощница в полной боевой готовности. Я улыбнулась в ответ и заверила начальницу, что в этой самой готовности я и нахожусь. Нельзя было сказать, что мне приходилось сейчас как-то особенно тяжело. Максим как был для меня чужим, так и остался. Даже не верилось, что я спала с ним. Терзала меня теперь не ревность, хотя и было обидно, что я нисколечко не уникальна и мне могут найти замену или дополнение. Сейчас мне ещё больше становилось стыдно за содеянное. Стоило ли оно того? В итоге я как и раньше была с Сашкой, только теперь запятнав себя этой историей. Ладно, хоть Сашка не знал ничего, но ведь рано или поздно он узнает. Работала в этот день я с холодной головой, здраво рассудив, что идиотская ситуация, в которую я угодила по собственной глупости, не стоит переживаний. Работа дороже. К тому же я была приятно удивлена реакцией начальницы. И, чёрт возьми, мне было это приятно! Вообще утренний эпизод смутил меня – я привыкла воспринимать Аллу Анатольевну как бездушного демонического монстра, а тут вдруг проявление человеческих эмоций. Полдня из моей головы не выходил её взгляд, наполненный сочувствием, сопереживанием, участием. Я поняла, что вообще не знаю, у кого мне приходится работать под началом. Быть может Алла Анатольевна не была такой уж… стервой, какой её считали многие из нашего отдела. Обедала я как обычно вместе Леной. У той был вид нашкодившего щенка. Неужели тоже сожалеет, что не предупредила меня о Максиме? О нём Лена меня тактично не спрашивала. А я сама и говорить о нём не хотела. Меня даже начало забавлять такое положение вещей. Всех вокруг грызла совесть, что меня – такую маленькую и невинную – бросил местный бабник. Теперь, видимо, в глазах окружающих я должна была биться от страданий головой об стену и выть в приступе печали на луну. Мне же не хотелось ни того, ни другого. К концу дня я даже решила, что назло всем завтра буду мило о чём-нибудь трепаться с Максимом. Пусть пооткрывают рты от удивления. И с таким оптимистичным настроением я вышла из офиса. Благо в этот день мы закончили во время. Дождь с утра не прекращался, лужи быстро превратились в океаны. Я вставила в уши наушники, запахнула поплотнее плащ и пошла к остановке. Задача эта сегодня была не из лёгких – ветер вырывал из рук зонтик, вода хлестала, через лужи я перебиралась чуть ли не вплавь. Ладно хоть со мной был плеер – музыка меня успокаивала. Вот потому что у меня громко играла музыка, сигнал машины, раздавшийся сзади, я услышала не сразу. Я подпрыгнула от неожиданности и обернулась. За моей спиной стоял тёмно-синий форд фокус, а изнутри мне отчаянно жестикулировала Алла Анатольевна. Я стояла не очень хорошо понимая, чего от меня хотят. Может быть посторониться? Неужели меня нельзя объехать? Дверь водителя открылась и Алла Анатольевна вышла мне навстречу. - Вера, - она щурилась, потому что дождь хлестал ей в лицо, - Пойдёмте я вас подвезу. Признаться, я обалдела. - Да, я дойду сама, спасибо. - Пошлите, - настойчиво повторила Алла Анатольевна и с улыбкой кивнула в сторону машины, - Чем мокнуть, пойдёмте лучше. Я колебалась ровно секунду, затем всё-таки забралась в машину. Как же всё это было необычно – кто подменил мне начальницу? Дворники размеренно очищали лобовое стекло от излишков воды. Я сидела вслушиваясь в стук дождя, шуршание шин. По крайней мере я теперь знала, на какой машине меня везли в ту злополучную ночь. Кстати, чего я собственно удивляюсь – человечность Алла Анатольевна начала проявлять уже тогда. - Вы не против, если я включу музыку? – неожиданно спросила Алла Анатольевна, повернувшись ко мне пока мы стояли в пробке. - Нет, конечно, - я улыбнулась, - Что вы. Это же я в вашей машине еду, а не вы в моей. Изящная ручка потянулась к магнитоле, и салон машины наполнился тихими звуками инструментальной музыки. Надо же – я раньше и не обращала внимание, на то что у Аллы Анатольевны такие красивые руки. И маникюр. Кстати, мне бы самой не мешало сделать маникюр. Мы ехали молча. Мне было неловко. Я всё стеснялась спросить, где меня собираются выкинуть. Но вскоре я поняла, что мы едем прямиком в мою сторону. Правда, не то, что бы ехали – стояли в пробке. - Как вам работа в нашем сумасшедшем коллективе? – спросила Алла Анатольевна после того как включила музыку. Её пальцы легонько стучали по рулю в такт музыке. - Мне нравится, - я произнесла это и поняла, что это действительно так. - Хорошо, - улыбнулась мне начальница, - Дома наверное, не одобряют постоянные задержки. Конечно же дома не одобряли. Но что же мне об этом нужно было говорить своей начальнице? Этого я говорить не стала. - Дома меня понимают, - ответила я, - Работа есть работа. - Это прекрасно, когда близкие понимают тебя, - улыбнулась Алла Анатольевна. Отчего-то её улыбка показалась мне грустной. Молчание снова затягивалось, но почему-то теперь я не чувствовала неловкости. Спокойствие обволокло меня своим теплом, под нежные переливы гитары хотелось закрыть глаза, расслабиться и уснуть. Я смотрела на Аллу Анатольевну, гадая что чувствует она. Может быть жалеет, что я села в её машину. - Простите, пожалуйста, - я всё-таки решилась спросить, - А куда вы меня можете подвезти? - Я? Конечно же до вашего дома, - тут Алла Анатольевна мягко улыбнулась, - Дорогу я помню. Я смущённо опустила взгляд – вспоминалась не самая лучшая ночь. Хотя я не могла с уверенностью сказать, что меня смутило больше: это воспоминание или улыбка начальницы. Я никогда ещё не видела на её лице такую искреннюю и тёплую улыбку. Как странно. - Могу я вас попросить кое о чём? – я не знала, что двигало мной в этот момент, но отчего-то я осмелела. Алла Анатольевна бросила на меня короткий удивлённый взгляд и снова вернулась глазами на дорогу. - Конечно, - сухо проговорила она, и в её голосе послышалось напряжение. - Мы можем разговаривать на «ты»? – сказала я тихо, словно боялась вызвать её гнев. Я замерла, ожидая реакции, но глаз не опускала. Вообще, надо сказать, я ощущала странную смелость. Хотя до того момента, любой разговор с руководством вызывал у меня, если и не панический страх, то по крайней мере стресс. Алла Анатольевна спокойно вела машину, мне даже на секунду показалось, что она не слышала мой вопрос. Но она слышала. - Хорошо, Вера, - женщина на секунду оторвала взгляд от дороги и повернулась ко мне, - Думаю, давно пора. Не первый день ведь работаем вместе. Я облегчённо вздохнула – больше всего на свете мне не хотелось портить эту восхитительную атмосферу. Остаток пути до дома мы молчали. Когда наконец машина замерла возле моего подъезда, я почувствовала лёгкое разочарование – почему-то мне не хотелось, чтобы этот путь заканчивался, не хотелось выходить из машины, не хотелось терять ощущение спокойствия. Мы попрощались, какое-то долгое мгновение мы смотрели друг на друга, я не в силах была отвести взгляд. Секунда, другая – я смущённо улыбнулась и вышла из машины, бросив «до свидания». Форд всё ещё стоял, разгоняя дождевую завесу светом фар, когда я вошла в подъезд. Ужинать мне не хотелось. Я приняла душ, наплела своим, что успела перекусить на работе перед уходом и улеглась спать. Время было ранее и наверное поэтому мне не спалось. За стеной я слышала Олеськин голос – сестра вновь по телефону выясняла отношения со своим парнем. В моей же голове всё перемешалось: Максим, Сашка… и Алла Анатольевна. Я с каким-то испугом и трепетом обнаружила, что мысли о начальнице греют меня больше чем мысли о женихе или любовнике. Наверное, всё дело было в её взгляде: что-то необычное улавливалось в голубых глазах. Сколько я не думала об этом, никак не могла понять в чём дело. И отчего мне всё вспоминалась улыбка Аллы Анатольевны? Проходили минуты и уже наверное часы, а я всё ворочалась. За последнее время произошло столько всего, что хотелось разобраться, разложить всё по полочкам. Саша. Кто для меня Саша? Друг, любовь... Нет нет. Какая любовь? Не трепетало у меня от него сердце. Не было в наших отношениях и огня. Меня и раньше не покидало ощущение, что я не слишком-то привлекаю Сашу как женщина. Только раньше я списывала это на очень нежное и бережное отношение ко мне. Как к хрупкой китайской вазочке. А сейчас... Максим. Я не могла понять, почему меня вдруг заклинило на этом человеке. Я ему была безразлична, да и он мне в общем-то тоже. Но его внимание ко мне мне требовалось как воздух. Даже не секс с ним, а именно внимание... Алла Анатольевна. Что ж от себя не скрыться. Как ни странно было размышлять об этом, но я не могла закрыть глаза на собственные ощущения. Мне вдруг подумалось, что с самого начала помимо страха к начальству я ощущала нечто иное, что заставляло меня вешаться на Максима. Ещё немного и я бы стала подозревать себя в самом худшем, но сон пришёл ко мне неожиданно и похитил меня в мир грёз. ** Утром я посчитала всё странным наваждением. Видимо, сказалось напряжение вчерашнего дня и ссора с Максимом. Новый день принёс мне облегчение, мысли о Максиме у меня не вызывали бури гнева и обиды. О начальнице я даже не думала. На самую первую мысль о ней я резко сказала себе "глупости" и больше не возвращалась к этому. За завтраком мама вновь устроила промывание мозгов на тему "быстрее бы вы Сашенькой поженились". Я даже не стала возражать и отбиваться. Надоело. И почему мне нельзя самой решить, когда выходить замуж и выходить ли вообще. Всё надоело и все надоели. После того как я устроилась на работу, моя жизнь перевернулась с ног на голову. Внешне всё вроде бы ещё имело первозданный вид, но внутри всё изменилось. Нет, пора было что-то предпринимать. На работе я с радостью погрузилась в суматоху дел и проблем. Изредка я посматривала в сторону своего руководства. Руководство вовсю закопалось в работе и на меня обращало внимание лишь по очень важным вопросам. К вечеру мне позвонила моя давняя подруга Света. После школы наши пути разошлись, но мы так и поддерживали отношения. Дружили парами - Саша довольно быстро нашёл общий язык с её Костей. А когда год назад они поженились, дружба потихоньку стала сходить на нет. - Пошли сегодня вечером к нам в гости, мы с Костиком отмечаем годовщину свадьбы, - мне стало стыдно до ужаса, что я не поздравила подругу, но что уж там – в последнее время я испытывала угрызения совести то за одно, то за другое. - Мы специально не стали никого приглашать - решили устроить такой междусобойчик, - продолжала Света, - Не хочется никакого празднества: ни подарков, ни толпы гостей. Только своя компашка. - Я… - я пыталась по-скорому придумать отмазку, но и в этот раз ничего не вышло, - Я не знаю как сегодня работает Саша. - Я ему уже звонила. Он согласен. По правде говоря, я не думала, что ты работаешь, поэтому и позвонила ему, а он уже сказал перезвонить тебе – ты теперь занятая вся, - в трубке послышался смех. Вот блин! - Ну, так как, Вер? Я, конечно, понимаю, что всё как с неба свалилось, но так уж получилось. Мы до последнего думали, отмечать вообще или нет. - Да, конечно, мы с Сашей будем, - пробормотала я в трубку. Отказываться было не хорошо. Друзья всё-таки. Да и я соскучилась, если уж честно. Против был только один аргумент – мне хотелось побыть одной. Слишком много в последнее время произошло. Я обернулась вправо - Алла Анатольевна стояла возле окна и о чем-то негромко разговаривала по телефону. Она стояла спиной ко мне, и я могла спокойно смотреть на неё. Сегодня на ней был чёрный брючный костюм в сочетании с голубой блузкой. Надо было признать, ей шли любые костюмы. И этот в том числе. Приталенный пиджак подчеркивал изящную фигуру, выглядывающий из-под пиджака воротник рубашки акцентировал внимание на линии шеи. Тут до меня дошло, чем я занимаюсь. Я резко повернулась назад и задела локтём подставку под канцтовары. Всё шумно свалилось со стола. Алла Анатольевна обернулась. Почему-то мне стало трудно дышать. - Секунду, - проговорила она в трубку, прижала её к себе и обратилась уже ко мне, - Всё в порядке? - Да, - я виновато улыбнулась, - Нечаянно вышло. Женщина кивнула и вернулась к разговору. А я продолжала сидеть как пришибленная на голову. Рабочий день завершился без особых приключений. На них просто не осталось времени потому что под конец дня валом повалили на почту письма клиентов. А не ответить на них я не могла. Пришлось включать ускорение и концентрировать мозги только на работе. Я была рада выйти из офиса и глотнуть свежего воздуха. Пусть на улице моросил дождь, но мне хотелось погрузиться в промозглый холод, чтобы хотя бы ненадолго переключить мысли. Я быстрым шагом шествовала домой. По пути мне позвонил Сашка, мы ещё раз напомнили друг другу про планы на вечер. Дома я переоделась и заказала для нас такси. На какое-то время я снова осталась одна. Четыре стены моей маленькой комнатки давили, дома никого не было, Сашка ещё не явился. Каких-то десять минут я была наедине с собой. И снова вернулись мысли. Нет, даже обрывки воспоминаний. Я подняла со стола нашу с Сашкой фотографию. Мне нужно было зацепиться за те, другие воспоминания. Я разглядывала нас, счастливых и улыбающихся во всё ширину. В дверь позвонили. Саша. Пока мы ждали такси, Сашка упоённо рассказывал забавный случай с его работы. Я смеялась и на душе теплело. Квартиру Света с Костей приобрели совсем недавно, я ещё конечно же у них не бывала. Как оказалось, их апартаменты находились в стареньком двухэтажном доме почти на окраине города. Нас высадили возле дома посреди плохо освещённой улицы и у меня промелькнула мысль, что я не хотела бы тут жить. Слишком уж неуютно и устрашающе было всё вокруг. Первый этаж, квартира под номером четыре - и вот дверь нам открыли дверь наши друзья. Расцеловались, шумно и радостно поздоровались. Свете вручили букет цветов, купленных по дороге, Косте - открытку-конверт с деньгами внутри. Квартирка была маленькой, но уютной. Светка провела меня по комнате, в красках рассказывая, что тут было до ремонта. Вот бывает иногда, вроде что-то происходит вокруг, а организм отказывается реагировать. У меня как раз так и получалось. В другой бы раз я скакала от восторга и счастья вокруг Светы. А сегодня приходилось лепить на своём лице заинтересованность. Так или иначе, но мы расположились за столом. К назначенному времени подтянулись Лена и Петя - тоже наши знакомые со школьной скамьи - и двое приятелей Кости с подругами. Тосты, шутки, разговоры - я даже не слушала, что происходит вокруг. Из головы не выходил сегодняшний день. - ...Вера? До меня дошло, что все за столом смотрят на меня вопросительно. - Простите, - собственный голос мне показался скрипучим и хриплым, - Трудный день был... Простите. Я поспешно вышла из-за стола. Тянуло куда-нибудь спрятаться. Но куда спрячешься в чужой квартире. Я вышла на кухню и бесцельно уставилась в окно. За спиной я услышала шаги и обернулась. - Что с тобой, Вер? - Сашка обеспокоенно смотрел на меня. - Да, ничего особенно. Просто действительно тяжёлый день. Проблемы, проблемы, - я вздохнула, - Никак не могу отделаться от них. - Вер... Почему бы тебе не поискать другую работу? Я удивлённо воззрилась на него. - Ну, посмотри сама на себя. Всё время ходишь как в воду опущенная. Постоянно перерабатываешь. Времени на жизнь совершенно не остаётся. Вспомни, - он взял меня за руку, - Раньше мы с тобой виделись каждый день. Каждый день делали что-то вместе. А сейчас мы вместе никуда не ходим. Я чувствую, что ты отдаляешься... Я отдёрнула руку. - Не говори глупости. Мне нравится моя работа. И потом, не ты ли мне говорил, что нам понадобятся деньги. Сашка посмотрел на меня недоумённо, лицо его напряглось. - Не понимаю я тебя, Вера, - он развернулся и бросил на ходу, - Дома поговорим. Я осталась на кухне, борясь с желанием разреветься. Ко мне подошла Света, которая по всей видимости была свидетелем нашего разговора. - Вера, я смотрю вы с Сашей изменились, - тихо проговорила подруга. Я вздохнула и попыталась улыбнуться. - Жизнь не стоит на месте. Света пожала плечами. - Мне бы не хотелось, чтобы вы расстались. Вы так друг другу подходили. Мы вернулись за стол. Все живо обсуждали что-то, шутили. Я как могла старалась поддерживать беседу и не выпадать из разговоров. Возвращались с Сашей мы вместе. В такси он сел возле водителя, я залезла на заднее сиденье. Так мы и ехали до дома: молча, с горьким привкусом обиды. Но не успели мы выйти из машины как Саша накинулся на меня. - Вера! Можешь ты мне наконец объяснить, что происходит? - мы стояли под окнами и наверняка любопытные соседи с удовольствием наблюдали эту картину. - Что ты от меня хочешь услышать? Свет из окон мерцал на его лице, я видела как его губы сжались в тонкую линию, ноздри раздувались, когда он судорожно втягивал воздух. - А чего ты добиваешься? - прошипел Саша, уперев руки в боки, - Ты видишься со мной раз полмесяца и то как будто по принуждению. Мне так всё надоело, так хотелось, чтобы закончилась эта пытка, что я просто разревелась. Глаза застилала солёная пелена, поэтому я не заметила, как Саша подошёл ко мне и обнял. Я растворилась в его объятиях, но успокоиться не могла долго. Саша что-то шептал мне, я не разбирала слов. А когда мои слёзы высохли, он проводил меня до квартиры. Я быстро пробралась к себе в комнату и закрылась. Никого не хотелось ни видеть, ни слышать. Включила телевизор: в новостях снова вещали о том, что разбился самолёт, ток-шоу по другому каналу кипело страстями. А я была опустошена. Ответов на Сашкины вопросы я не озвучила, но это не означало, что их не было. И что Сашка не понял в чём дело. Пора было хотя бы на один вопрос ответить. Хотя бы самой себе. Я не хочу замуж за Александра.