Новые горизонты

Алла Анатольевна жила в исторической части города – не так уж далеко от меня. Сказать, что я волновалась это значит не сказать ничего. Волнение это окрашивалось то в тревожные оттенки, когда я принималась снова сомневаться, то становилось радостным предвкушением. Я ушла из дома за два часа до назначенного времени – обычно я долго плутала прежде чем найти нужный адрес. Вот и сегодня, сойдя с трамвая, я прошла приличный путь пешком, сжимая в руке листок бумаги с записанным адресом. Для своих не стала придумывать долгих объяснений. Коротко прозвучал предлогом всё тот же день рождения. Мама с папой не проявили к этому никакого интереса, Олеська лишь проводила меня долгим взглядом. Может быть, она и сказала бы мне что-то, да только я собиралась в такой спешке, что сестра просто не успела ничего сказать. Да и кому какое дело. Вчерашний снег уже превратился в грязную кашицу на дорогах, старые обшарпанные дома провожали меня унылыми взглядами. Наконец я добралась до нужного мне дома – это был внушительный трёхэтажный дом болотного цвета, с облетевшей кое-где белой лепниной. День сегодня выдался пасмурный и потому во многих окнах горел свет. «Интересно, какие окна – её?» Я покрутилась вокруг дома – в запасе у меня было ещё полчаса. В конце концов я замёрзла и это подтолкнуло меня вперёд. Я вошла в тёмный подъезд, каких повсюду тысячи. Поднималась наверх – а именно на третий этаж мне и нужно было – я медленно. И не только для того, чтобы придти ровно во столько, во сколько было оговорено. Меня терзали сомнения и страх. Но вот я очутилась наверху, вот и нужная квартира. Я нажала на кнопку звонка, за дверью послышалась тихая трель. Щёлкнул замок и дверь открылась. Я прикрыла глаза и глубоко вздохнула, стараясь избавиться от волнения. Я сделала ещё один глубокий вдох и открыла глаза. До меня дошли аппетитные ароматы. - Так и будешь стоять на пороге? – улыбнулась мне хозяйка квартиры. Мне пришлось взглянуть на неё. На работе она совершенно другая. Но сейчас всё иначе. Я выдавила слабую улыбку и снова опустила глаза в пол. Алёна отступила вглубь квартиры, впуская меня. - Проходи. Я через пару минут буду, – и она быстро исчезла где-то в недрах своего дома. Я оказалась посреди широкого коридора, упирающегося в резную деревянную дверь и заворачивающего направо. Судя по запаху справа – кухня. И именно там скрылась Алёна. Я обвела взглядом коридор: стены обшиты деревянными панелями, на стенах - изящные светильники-бра… зеркало… Вся обстановка говорила о том, что совсем недавно тут был сделан ремонт. Я сняла пальто, поправила причёску, рука потянулась к сумочке за помадой. В этот момент из кухни показалась Алёна, в руках она держала блюдо с румяной курицей, запечённой с чем-то – с чем именно я не разглядела. - Ты чего стоишь? – с улыбкой спросила Алёна, - Ну-ка проходи. Она открыла дверь, пропуская меня вперёд. Я робко прошла вперёд и оказалась в просторном зале. На стенах светло-бежевые обои. Потолок высокий, как и во всех квартирах, построенных в те времена, с красивой отделкой, с потолка свисала большая хрустальная люстра с гроздьями переливающихся «сосулек». Из окон на противоположной ко входу стене сквозь светлые занавеси проникал солнечный свет, на широких подоконниках цвели какие-то растения. Слева от входа во всю стену от пола и до потолка растянулись полки: их заполняли в основном книги, в центре же я заметила музыкальных центр с массивными колонками. Возле книжных полок разместились два мягких кресла песочного цвета, а между ними торшер. В центре комнаты сейчас торжественно раскинулся обеденный стол, накрытый белой скатертью – он уже ломился несколькими блюдами, вазочкой с фруктами, колбасными нарезками и в довершение всего пузатой бутылкой вина. Но больше всего моё внимание привлекло пианино, стоявшее у стены. Выкрашенное белым, дерево украшала причудливая резьба, две свечи в бронзовых подсвечниках в виде цветков лилии крепились прямо на корпусе инструмента. - Нагляделась? Алёна поставила блюдо с курицей на стол и отодвинула стул, приглашая меня присесть. - У тебя красиво и уютно, - я оторвала восхищённый взгляд от пианино и двинулась к столу. - Спасибо, мне приятно. Алёна пододвинула стул, тем самым помогая мне удобнее устроиться, и после этого направилась к своему месту. Я наконец-то смогла её разглядеть. на ней было по летнему лёгкое светло-голубое платье, обнажающее изящные руки и лишь слегка открывающее декольте. Светлые локоны, свободно падали на плечи, голубые глаза светились улыбкой. Сегодня не осталось ни следа от ежедневной строгости - воплощение изящности и нежности. Я почувствовала на себе её пристальный взгляд и поёжилась. Как ни была очаровательна сегодня Алёна, но сомнение не покидали меня ни на минуту. То, что я делала сейчас и то, что возможно произойдёт дальше – может оказаться огромной ошибкой. Зачем же я тогда согласилась? Да, потому что хотела! Я вздохнула и вымучено улыбнулась. - Ты нервничаешь? – Алёна сидела, не двигаясь, не сводя с меня глаз. Я замотала головой. - Я же вижу, - улыбнулась женщина, - Вера. Послушай, я не собираюсь делать ничего вопреки твоим желаниям. Выпьем вина? Даже голос у неё сейчас был не такой как обычно – тихий, мягкий, наполненный теплотой. Я заслушалась. Я не могла ничего соображать – только смотрела в эти бездонные синие глаза, обычно холодные как маленькие льдинки. Но сейчас… Мой голос куда-то пропал и язык прилип к нёбу, поэтому я ограничилась кивком. Алёна потянулась за вином и разлила в бокалы рубиновый напиток. Выпили мы молча, одновременно словно по команде. Мягкая теплота просочилась в каждую клеточку моего тела и напряжение стало потихоньку отступать. - Ещё вина? Вместо ответа я протянула бокал. - Алёна, - наконец выговорила я, - Я прошу – не обижайся. Мне действительно хочется… быть с тобой. Но я не знаю как себя вести. Со мной такое впервые. И я… боюсь. - Понимаю, - Алла Анатольевна вернула мне наполненный вином бокал. На её губах играла лёгкая улыбка, но в глазах промелькнула грусть. - Пускай тогда всё идёт своим чередом. Никаких разговоров на щекотливые темы. И в любой момент, если ты захочешь, ты можешь уйти. Как ты на это смотришь? Как я на это могла смотреть? Уходить? Я не собиралась этого делать несмотря на ту неловкость, что испытывала в данный момент. Разговоры – их я тоже не боялась. Мне было больше страшно за собственные мысли. - Хорошо. - Что будешь есть? А то мы слишком резво принялись за вино. Смотри, - рукой она указала на стол, - Есть салат греческий, салат с помидорами, запечённая курица… - Ты сама всё это приготовила? – удивлённо перебила я. - Не всё, - сверкнула улыбкой Алёна, - Торт я покупала. «Ничего себе она готовилась к моему приходу. Столько всего наготовила. Наверняка всё утро у плиты стояла» Я решила отдать должное кулинарным талантам и протянула тарелку с просьбой наложить всего по чуть-чуть. Я принялась за еду, постоянно поднимая глаза на Алёну. Она же совершенно спокойно и непринуждённо приступила к обеду. - Вкусно, - резюмировала я, слопав салаты. Алёна откинулась на спинку стула, её лицо озарила улыбка. - Спасибо, мне очень приятно слышать это. Наконец моя тарелка опустела, и я снова потянулась за бокалом. Взгляд как магнитом притягивало к Алёне. Она уже доела, отложила приборы и пригубила вина. Одна её рука легла на стол, пальцы легонько постукивали по скатерти. - Может, что-нибудь ещё хочешь? - Я объелась, - с улыбкой призналась я. В комнате воцарилась тишина, на себе я поймала пристальный взгляд Алёны. Она сидела неподвижно, на её лице играла полуулыбка, глаза загадочно блестели. Я любовалась ею: как двигались её губы, когда она говорила, как опускались длинные ресницы, когда она слегка прикрывала глаза - каждая чёрточка её лица казалась прекрасной. Я не хотела говорить, не хотела двигаться. Боялась даже дышать – мне казалось, даже дуновение ветра может нарушить этот волшебный момент. - Расскажи мне о себе, - вдруг попросила Алёна. По всей видимости, на моём лице отразилось замешательство, потому что Алёна тихо рассмеялась. - Мне интересно, чем и как ты живёшь, - пояснила она, - Чем ты увлекаешься? Что любишь из еды? Хотя этот вопрос нужно было задать ещё вчера. А то я наготовила – могла ведь промахнуться. - Нет-нет, всё замечательно и вкусно. Ты очень хорошо готовишь. За окном стемнело, а мы всё разговаривали. Я рассказала о своём увлечении танцами, когда ещё в детстве, я дома изображала балерину. Рассказала, как ходила на танцы, но подвернув ногу, так и не вернулась обратно. К спорту, в общем и целом, я относилась с уважением, сама любила кататься на лыжах, плавать, с удовольствием смотрела фигурное катание. Алёна озвучила то, что я и так заметила – помимо работы её большим увлечением была музыка. Росла она в основном на классической музыке и русских романсах. В юности для себя открыла блюз, джаз и инструментальную музыку во всём её многообразии. Я попросила поставить что-нибудь из самого любимого. Комнату наполнила нежная лиричная мелодия. -Чудесная музыка! – восторженно воскликнула я, прослушав несколько композиций, которые Алёна назвала самыми любимыми, - А пианино – ты сама на нём играешь? - Да, немного играю, - кивнула она. - Сыграешь что-нибудь? Ну, если, конечно же, ты сама хочешь. - Конечно, - улыбнулась Алёна, поднимаясь из-за стола, - Я люблю играть. Она устроилась за инструментом, открыла крышку и пробежалась по клавишам, по всей видимости, раздумывая что бы такое сыграть. Наконец она заиграла, мелодия плавно потекла из-под её пальцев. Я угадала в мелодии только что услышанную композицию. Играла Алёна замечательно. Я смотрела на неё и получала удовольствие, да и сама Алёна тоже наслаждалась игрой. Её глаза были закрыты, пальцы по памяти бегали по чёрным и белым клавишам, она слегка то подавалась вперёд, то отклонялась назад. Лицо её – такое сосредоточенное, даже, можно сказать, напряжённое – сияло. Пока я за слушала и наблюдала за её игрой в моей голове пронеслось, что я совершенно не знала эту женщину. Да, мы были знакомы – работали вместе бок о бок. Но разве кто-то из нас знал хоть что-то друг о друге? Мы были слишком далеки даже будучи рядом. И вот сегодняшний день стал первым шагом навстречу, мы заложили первые кирпичики в мост между нами. Когда Алёна закончила играть, я не удержалась и захлопала в ладоши. - Просто великолепно! Улыбка на её лице сделалась смущённой. - Да, брось ты. Это я так – для себя играю. Я продолжила рассыпаться в комплиментах, но меня прервал звонок мобильного телефона – меня хотел услышать Саша. Я с извинениями выбежала в коридор. - Как ты там? - Как и должна быть – отмечаю день рождения. Чай с тортиком пью. - И ничего крепче? - Саш! - Ну, у вас же не детский утренник. - Саша! Ты меня контролировать вздумал? - я старалась говорить тихо, чтобы не услышала Алёна, и потому у меня выходило гневное шипение. - Да, что ты, родная. Даже в мыслях не было, - в его голосе я с удивлением расслышала раздражение и злость. Так он со мной не разговаривал никогда. – Я просто за тебя беспокоюсь. На какое-то время я даже растерялась. - Знаешь что?! Такое беспокойство мне не нужно, - с этими словами я отключила телефон и вернулась в комнату. - Что случилось? – Алёна встревожено смотрела на меня, - Проблемы дома? Я помотала головой. - Точно? – настойчивее спросила она, сощурив глаза. Я вздохнула. - Ну, как сказать… - Говори прямо. Тебе нужно идти? - Наверное… - Ясно. Тогда давай я тебя подвезу. - Алёна… - Нет-нет. Никаких возражений! Подожди меня, я через пару минут буду готова, - Алёна тут же удалилась в смежную комнату. Я с сожалением посмотрела на стол, за которым мы только что обедали. Уходить не хотелось. Здесь всё дышало спокойствием и комфортом, особая атмосфера жила в каждом уголке этого дома. Алёна появилась уже одетая в брюки и джемпер. - Прости, я испортила сегодняшний вечер. - Не извиняйся, Вера, - женщина приблизилась ко мне, её рука легла мне на плечо, - Сегодня был чудесный день. И я очень рада, что он прошёл именно так. Мы вместе вышли, до дома машина довезла меня беспощадно скоро. А я всю дорогу не могла оторвать взгляда от Алёны. Как же не хотелось расставаться, как не хотелось отпускать её и уходить самой. Но расстаться пришлось. Я отправилась к себе, а она укатила в сумрачный холод.