Дело принципа

Последний месяц мне кажется, что со мной что-то не так. Будто я забываю о какой-то жизненно важной мелочи. Парни моего возраста должны мечтать о том, чтобы увидеть девичьи ножки или, о, радость, девичью грудь; произвести впечатление на сверстников или вляпаться в очередное приключение. Но при взгляде на девчонок меня посещали размышления на тему "чего я там не видел", хотя, по сути, я не видел ничего; с ровесниками было скучно, а приключения потеряли ареол романтики. Пацаны от меня упрямо бегали - от нечего делать я хотел помириться, но меня с моими извинениями послали далеко и надолго. И чего они так разозлились - непонятно, медицина у нас качественная, Влад уже через полторы седмицы ходить начал, про остальных и говорить нечего. Нет, мне приятелей даже жалко было, сам не знаю, что на меня нашло. Вроде в роду у меня берсерков не должно было быть, подозрительных грибочков не ел и травок не воскуривал, так что причины впадения в боевую ярость сразу и не определишь. Видимо, всему виной таинственная встреча с сатанистами - гребаные сектанты что-то испортили в моих мозгах. Или посещения кладбища оказалось фатальным для неустойчивой детской психики. Блин, это должно было быть нечто ужасное, вроде явления демонов, черных колдунов, пляски Смерти, всех Всадников Апокалипсиса одновременно. Я же не истеричная институтка, слава тебе, Господи. Но пацаны упрямо не желали колоться, что именно произошло. Их версия событий выглядела слишком прозаично: пришли на кладбище, наткнулись на придурков в черных балахонах, затеявших жертвоприношение. Путем логических умозаключений, пришли к выводу, что ребята поклонники Люцифера. Драпанули оттуда нафиг. Все. И непонятно тогда с какого перепуга вся эта свистопляска вылетела из моей головы. В чем причина частичной амнезии, спрашивается? Но попытки выяснить отношения чуть не обернулись очередной дракой. Коварный тактический метод "зажать противников в угол" провалился ввиду их численного превосходства, на переменах меня обходили по дуге - в спину летело опасливое "бесноватый". - Парни, что-то не так? - выловив Влада со свитой на лестнице, нахмурился я. Если их долго доставать, то, в конце концов, они поймут, что проще рассказать правду, чем постоянно бегать от назойливого и нежеланного собеседника. - И ты еще спрашиваешь, что не так? - злобно засопел Игорь. У него имелся самый большой повод для недовольства - его мать, в воспитательных целях, отказалась оплачивать услуги знахаря. - Ты, предатель, - возвысил голос Влад. В целом, звучало внушительно, но до Цицерона бывший приятель не тянул - дело испортило то, что соученик внезапно дал петуха. Да и периодически проскальзывавшие истеричные нотки портили общую картину. Послушать продолжение эпической речи мне не удалось. Столкнувшись со мной глазами, Влад нервно отвел взгляд и замолчал. - Все из-за тебя, - в голосе Бореслава звучала ничем не прикрытая ненависть. Из статуса безвинно пострадавшего мой ранг плавно перетекал в "козла отпущения". Но позволить повесить на себя тяжесть коллективно принятого решения я не собирался. - А что, Атлантиду тоже я утопил? - невинное уточнение вызвало у пацанов очередной приступ раздражения. Не найдя подходящих аргументов меня осыпали оскорблениями, но ничего нового и интересного так и не услышал. После такого плодотворного диалога оставалось только одно - устроить еще одну драку. Но вместо того, чтобы еще раз проучить парней, пожал плечами и отошел. Нет, в своей способности раскидать хоть десяток противников я не сомневался. Но смысл? На лекции заметил, что Влад начал таскать в сумке связку оберегов и талисманчиков. Вся "бижутерия", по неизвестной причине, предназначалось для защиты от нечистой силы. Подобную предусмотрительность понять и простить было можно, но зачем ему амулет от капп и где этот перестраховщик отыскал стрига или баньши в среднесибирской полосе? Но Влад в своих устремлениях оказался не одинок. Когда на алгебре сидящий рядом Иоанн, отродясь не отличавшийся истовой верой, водрузил на стол икону, у меня зародились нехорошие подозрения. Икона, старинная и, по видимости, намоленная, смотрелась до крайности неуместно среди учебников. Спаситель насмешливо улыбался: то ли знал, что-то мне неизвестное, то ли не одобрял поведение парней. Хорошо, хоть экзорцистам меня на опыты не сдали, и то плюс. Нервное и подозрительное отношение пацанов я уж как-нибудь переживу, главное, пусть молчат. А то проблем с ФСпКС очень не хотелось, с федералами как свяжешься, так и не отвяжешься до конца жизни. А уж в Службе по контролю за сверхъестественными явлениями и вовсе, говорят, сущие звери служат. Слава трусости и, прости Господи, хитрожопости пацанов, желающих получить черную пометку в личном деле не больше моего. Так что, все обошлось игнорированием моей персоны. За неимением общения приходилось довольствоваться ночными прогулками. Для родителей, к моему удовлетворению, разница между мной и сделанным из одеяла чучелом оказалась небольшой. По крайней мере, мое отсутствие еще ни разу не засекли. Родители, вообще, в последнее время редко бывали дома. Даже Васька, известная прогульщица и лентяйка, зачастила в университет. Периодически мне даже казалось, что родственники целенаправленно меня избегают, но потом я выкидывал пессимистичные размышления из мыслей. Не потому как такой исход событий выглядел маловероятным, просто меня мало волновали проявившиеся тараканы родичей. Своих хватало. Оставаться одиноким мне было не суждено: проходившая мимо знакомая буряточка составила мне кампанию. Так, как скамеек в парке лицея хватало, я счел, что девица села ко мне нарочно. И так, как соседка выглядела симпатичной, возражать против ее присутствия не стал. - Присоединяйся, - примостившаяся рядом Айгюль протянула мне бутерброд. Сначала я уставился на девушку как баран на новые ворота, а потом меня осенило. До меня дошло, что я уже почти третью неделю забывал поесть. Да я даже не пил! И, вроде бы, это ненормально. - Эй, ты говядину не любишь? - с сомнением в голосе осведомилась бурятка. Еда неловко застыла в протянутой руке. Подавил неприличное желание спросить кошерная ли она - на еврея я не тянул. - Извини, - спохватился, пока девушка не передумала общаться с нелюбезным собеседником, - что-то задумался. Спасибо за угощение. На вкус мясо с хлебом было как старая подошва, наверное, слово "спасибо" вызвало у меня несварение желудка. Питаться оказалось нудной, пусть необходимой обязанностью, от которой, если постараться, нетрудно избавиться. Главное, не забывать есть, а то моя вынужденная голодовка вызывает у окружающих неприятное впечатление. - Слушай, Айгюль, у тебя вроде дедушка - шаман? - дожевывая еду, я ощущал себя коровой с охапкой сена во рту. - Угу, - щурясь на солнце, согласилась бурятка. Короткие черные волосы трепал холодный промозглый ветер. В его тихих нашептываниях мне чудились слова, еще чуть-чуть и стало бы понятно, что ветер собирается поведать. Я моргнул и наваждение пропало. - Скажи, он сможет меня принять? Я заплачу, - уточнил свои намерения. Осталось решить, где возьму деньги. Раскулачить Васькину кубышку, что ли? Нет, сестрица меня тогда ночью подушкой придушит. Просить деньги у родителей - не вариант, посвящать в свои проблемы их нельзя. Ладно, поищу какой-нибудь завалящийся клад, пусть до цветения папоротника далеко, я и так справлюсь. Совет компетентного специалиста мне точно не помешает. Шаманы старой школы легко чувствуют наличие постороннего духа, а также, при необходимости, способны проконсультироваться с жителями как Верхнего, так и Нижнего миров. - В ближайшее время он очень занят, - с сомнением протянула Айгюль, - к дедушке большая очередь. - Ясно, - разочарованно кивнул. Если очередь, значит, специалист хороший, но мне от этого не легче. Не то чтобы я особо страдал от своих странностей, но мало ли. - А тебе очень надо? - Айгюль сощурила жгуче-черные глаза, став похожей на лениво пригревшуюся на солнце кошку. - Просто позарез, - заверил я бурятку. И не соврал. - Ладно, я уточню, - великодушно решила Айгюль, - если хочешь, прямо после уроков к нему и сходим. Я с энтузиазмом закивал. Домашний арест уже закончился, так что мне снова позволили гулять допоздна. Не то чтобы я сильно обращал внимание на запрет родителей, но проветриваться лишь по ночам - не дело. А тут разнообразие - симпатичную девушку провожу, с шаманом пообщаюсь. Навестить шамана, сто процентов, лишним не будет. Даже если, предположим, дедушка весь погружен в работу, то, все равно, вряд ли он допустит близость опасной твари рядом с родной кровиночкой. Так или иначе, все выяснится. Жила Айгюль почти у самой реки, идти от лицея до ее дома нужно минут тридцать. Нагруженный сразу тремя сумками - Айгюль, ее подружки и своей, я был вынужден слушать девичье щебетание. К счастью, болтушкам хватало моих редких "угу" и "ага", и принимать участие в разговоре меня не заставляли. Наконец, мы распрощались с подружкой, и обсуждение разной ерунды завершилось, избавив мои уши от печальной участи свернуться в трубочку. Теперь осталось познакомиться с дедушкой. Жила соученица в типично русском доме, так что полюбоваться на бурятское жилище изнутри мне не довелось. - У меня отец - русский, - поймав мой заинтересованный взгляд, фыркнула девчонка, открывая противно скрипящую калитку. Во дворе, на крышке колодца притаился мелкий дух воды. При виде меня он испуганно дернулся, и исчез в глубине провала, откуда донесся призрачный всплеск воды. Какие нынче пугливые духи пошли, мне за них стыдно. Девушка ничего не заметила, из чего я сделал вывод, что дара дедушки моя соученица не унаследовала. Помнится, у шаманов-мужчин дар передается по мужской линий, а у женщин - по женской. С другой стороны, шанс стать шаманом есть у каждого, хотя определенные предрасположенности должны наличествовать. Иначе, в противоположном случае, будущий шаман просто не переживет обряд инициации. Дедушка оказался немного занят, но обещал скоро освободиться. Я особо не спешил, так что мог и подождать. Ждать пришлось на кухне - традиция предлагать гостям разделить трапезу выводила меня из себя. - Чай налить? - гостеприимно засуетилась Айгюль, щелчком включая автоматическую печь. Краешком глаза зацепил танцующую саламандру, огненная ящерица вильнула кончиком хвоста и растворилась в загоревшемся пламени. Полезно иметь в семье своего специалиста, дешевле выходит, чем нанимать постороннего. Мать постоянно жалуется на высокие цены, которые заломили муниципальные колдуны за коммунальные услуги. На стене гордо красовалась лицензия, заключенная в деревянную рамочку. В углу документа стояла печать, сообщающая о том, что дедок шаманит на вполне законных основаниях. Зачем документ повесили в кухне, леший его знает, вдруг во всем этом есть глубокий смысл, ускользающий от непосвященного. - Айгюль, а твой дед - шаман Верхнего или Нижнего миров? - сахар давно растворился в стакане, но я продолжал размешивать даже на вид приторный напиток ложечкой. Надо не забыть уточнить имя дедушки, а то опять из головы вылетит. На лицензии сильно невнятно написано, типичным лекарским почерком - не разберешь, лучше у внучки спросить. - Верхнего, - скосила темный глаз девушка. Кокетничает она так, что ли? Что Верхнего - уже успокаивает, у шаманов Нижнего мира характер не мед, вредные донельзя. Да и выбора - становится шаманом или нет у бедняг не было - духи сами заявлялись к избранникам. Дедушка, которого, как выяснилось, звали Гэлэг, освободился часа через два, проводив дородную тетку в пестром платке. - Дедушка Гэлег - заарин, шаман девятой ступени посвящения, он легко отыщет заблудившуюся вдали от тела или похищенную демоном душу, - шепотом поведала Айгль, пока ее дед прощался у порога. Знать бы еще, нужно ли мне "искать" пресловутую душу или она и так на месте. Ладно, следы одержимости шаман обнаружит быстрее банального колдуна, и ладно. - Онгона привела, - профессионально определил дед, морща сухой лоб. Одет Гэлег в ту же одежду как любой уссуриец, только на шее болталось ожерелье из волчих и медвежьих клыков. На плече шамана вольготно расположился шудхэр, мелкий злой дух. Странно, вроде Айгюль только что упоминала, что дедушка шаман Верхнего мира... Пояснение о том, что я ничего не помню, Гэлега не удивила - при потере души или подселении еще одной сущности, уходит и воспоминание о страшном событии. Шаман, пообещав нам с его внучкой, что все будет в порядке, зажег вонючий травяной сбор, коротко бросив похвальбу Сахяадай-нойону, хозяину огня. К бубну и ритуальному облачению Гэлег даже не притронулся. - А в бубен вы бить не будете? - визит к шаману проходил буднично, как к обычному колдуну, ни тебе плясок с бубнами, ни ритуальных песнопений. Скучно, никакой экзотики. - Парень, тебе чего надо - эффектности или эффективности? - в уголках губ шамана зазмеилась усмешка. Наверное, старик не устраивал красочных представлений принципиально. - А нельзя ли как-нибудь совместить, - скромно уточнил я, рассматривая висящий на стене бубен. - Тебе денег не хватит, - хохотнул дедок. Но полюбоваться на камлание мне все же довелось. Походив вокруг меня кругами, поцокав языком, дед Айгюль задумался. Мой случай шамана заинтересовал настолько, что тот решился на визит в мир духов. И я остался один в комнате с впавшим в ритуальный транс бурятом. Визит заарина к Эсэгэ Малану, их верховному божеству, прошел плодотворно, вернувшись шаман обрадовал меня тем, что, вроде бы, я не злой дуи и, точно, ничем не одержим. - Ну, у меня хоть одна душа в теле, - успокоено вздохнул. Вот если сразу несколько духов на одно тело - это проблема, а так все путем. Но бурят не спешил уверять меня в моей нормальности. Скорее, шаман был уверен в обратном. - Мальчик, - мелким дребезжащим смехом рассыпался старик, - то, что душа у тебя есть и одна, я уверен. Но не уверен, что именно та, что была раньше. Рассуждения в восторг не привели. А вдруг выяснится, что меня настоящего уже нет, и я - не я. Не то открытие, к которому стремишься. - Видишь ли, совсем недавно в твоем теле, - шаман тыкнул в меня заскорузлым пальцем, - присутствовало две души. И они боролись между собой, пока, в конце концов, одна не поглотила другую. - Как выяснить, кто из нас остался? - нервно осведомился я. Так и ходи по разным подозрительным местам, а потом в твоем родном теле появятся всякие незваные гости. - Понятие не имею, но не все ли тебе равно? Парень, я не знаю, та ли душа в твоем теле, что при рождении, но сейчас ты - только ты. Та личность, что пришла сегодня в поисках ответов. - И вы, действительно, считаете, что это уже неважно? - недоверчиво тряхнул головой я. Мелкие духи, сгрудившиеся возле старика, ломанулись прочь. Я им не нравился. Позиция шамана меня сильно волновала. Сейчас, на словах, он либерал, а после донесет на меня в Службу контроля, и запрут где-нибудь бедного Макса, не отыскать. - Не беспокойся, - отложил бубен бурят, - я соблюдаю тайну клиента, если оная тайна не вредит безопасности других людей, церкви или государства. А в твоем случае, уже поздно. Тем более, точно определить оставшуюся душу мы не способны. "Мы" звучало оптимистично, намекая на то, что и другие специалисты не дадут мне точных ответов. По дороге домой, окончательно запутавшись в собственных размышлениях, решил обратиться к высшим инстанциям. Благо выбор у нас большой: от синагоги до старой мечети. После антиклерикальной реформы 90-х у нас полная свобода вероисповедания, по закону. Заглянул в православный храм, все равно по пути. В буддийском дастане, бесспорно, веселее, но конфессиональную принадлежность пока никто не отменял. Незнакомый внушительный батюшка приветливо кивнул, отмечая наличие еще одного прихожанина. В нос ударил резкий, неприятный запах ладана, захотелось опрометью броситься прочь. Останавливало только то, что объяснить побег достаточно трудно, и проблем потом не оберешься. Пословица "как черт от ладана" имеет свои основания. Поставил свечки знакомым святым, и задержался у изображения Святого Сильвестра. Церковный горе-реформатор популярностью не пользовался, у меня в том числе, но более влиятельных богоизбранников оккупировали стайки бабушек. Мне же хотелось одиночества. В светлом и ярком помещении храма я ощущал себя чужим, как странник, вернувшийся домой после долгой разлуки и выяснивший, что его не ждали. Возникло чувство сильной потери, словно когда-то давно я лишился чего-то важного, необходимого как воздух. - Что-то случилось, сын мой? - прогудел над ухом внушительно возвышающийся батюшка. Запах церковных благовоний смешался с ароматом жаренного лука. Ненавижу лук. - У тебя какое-то горе? - продолжил расспросы священник. В ответ я только хлопал глазами - не говорить же любопытному батюшке о своей предполагаемой одержимости. Что-то не хочется мне, чтобы из меня дьявола изгоняли, все-таки наша ветвь христианства в экзорцизмах не сильно хороша. Все вспоминается дело Евсевии, изрядно нашумевшее в прошлом десятилетии. Изгнание якобы легиона демонов из сорокалетней девицы вылилось в настоящий скандал. Перезрелая барышня оказалась латентной сильной колдуньей, чем изрядно посрамила горе-специалистов. Так что, обойдемся без изгнания. Да и в церковь я зашел, что еще надо. Пришлось сказать священнику, что зашел поставить свечку ангелу-хранителю, и в его услугах, к счастью, не нуждаюсь. Батюшка покосился на кривую и толстую свечу, застывшую напротив Сильвестра, чья канонизация вопияла о явной уступке власти церковной власти светской, но промолчал. Ангелов поблизости не наблюдалось. Святого Сильвестра в народе не ценили, и оригинала, согласившегося бы позвать его в хранители своему ребенку, днем с огнем было не сыскать. Да и на ангела мертвый политик по всем параметрам и канонам не тянул. Добавил, что заодно решил пообщаться с Богом без толпы, сосредоточившейся в другой части церкви. Батюшка, убежденный, что молодой парень просто так, помолиться, в храм не заглянет, недоверчиво нахмурил кустистые брови. Однако, продолжать расспросы подозрительный служитель Господа не стал. Настроение испортилось окончательно и бесповоротно. Еще немного постояв, посмотрел, как вечерний свет преломляется в светлом пространстве храма. Но как только началась служба, постарался незаметно улизнуть. Вездесущие бабульки укоризненно смотрели вслед. На выходе из церкви я заметил знакомого священника, но где видел сего изнеможденного типа со светлыми рыбьими глазами, не вспомнил. Одет церковник был в потертую, черную рясу, имел вид праведника - тощий, постный и скучный. Не удивлюсь, если выяснится, что он носит власяницу и вериги под балахоном и неустанно блюдет пост. Но, как ни крути, есть вероятность, что круги под глазами вызваны не полночными бдениями, а беспробудным пьянством. Шанс пятьдесят на пятьдесят. Фанатик истово перекрестился, и я понял, что в нем не так. Странно, что в нашем захолустье делать католикам? Для них мы, схизматики, даже хуже их собственных еретиков и мусульман. На груди святого отца зловеще сверкнул повсеместно известный нагрудный знак. Осмотрев окрестности, отметил наличие целой группы иезуитов. Суровые и плечистые божьи люди напоминали военных, точно также обвесившись оружием. Но их я вроде не видел, в отличие от начальника бравых борцов за веру. И где мы могли повстречаться? Католики, тем более представители знаменитого Ордена иезуитов, в нашем городке наперечет, так как считать нечего. Остается один вариант. Здравствуйте, святой отец. А не вас ли я повстречал на приснопамятном кладбище?