Забытая сказка

Память – это странная штука. Ты можешь хранить в воспоминаниях совершенно ненужные вещи, а важные легко забывать. Но от чего это зависит? Почему каждый раз при подготовке к экзамену ты не можешь совершенно ничего запомнить, а цитаты из фильмов, сериалов легко? Что мешает тебе запросто запоминать все, что ты видишь? Дело в том, что память очень избирательна. Мы можем представить ее в виде человечка, что ходит в нашей голове и в ящичках отыскивает нужную информацию, но не всегда успевает, ведь ее очень много. Как ему помочь? Да, собственно, никак… Память и хранимые ей воспоминания у всех людей индивидуальные они не могут повторяться. Мы всегда храним те чувства и переживания, что произвели на нас наибольшее впечатление. Но это бывают как радостные воспоминания, так и негативные, что давят на сердце, заставляя его болеть с каждым днем все больше и больше, покрывая сумрачной тенью все хорошее. В таких случаях лучшим выходом будет не сдаваться, искать лучик света даже в кромешной тьме, которая нависает со всех сторон. Только он может спасти, уберечь от невзгод, только он согреет в полнейшем одиночестве. Постепенно этот лучик приобретёт очертания и превратится в самого дорогого человека, что и убережет от дальнейших невзгод, переживаний. На удивление, этим человеком может оказаться уже давно знакомая для вас личность. Возможно, вы встречались с ним в детстве и по наивности принимали за сказочного принца-эльфов, а может, просто человек, которого до определенного момента считали просто учителем, наставником, или он вообще окажется и тем, и другим. И когда ты, уже закрыв глаза, решительно вступил в его лучи, желая согреться его теплом, оставить одиночество далеко позади, все вдруг резко обрывается, и тебя снова окутывает тьма. Что делать в этом случае? Бежать уже некуда, и ты только забываешься в отчаянии, отыскиваешь снова его глазами, пытаешься сдвинуться с места, но все безрезультатно, и ты только тянешь к нему свою руку и снова падаешь в темноту.

***

- Что произошло? – на съемочную площадку с нескрываемым беспокойством в глазах ворвался Тсуруга, от резко возникшего грохота и женских криков у него защемило сердце, как это случается, когда с твоим дорогим человеком происходит ужасная вещь. Плохое предчувствие насквозь пронизывало каждую клеточку его тела, а душа казалось, и вовсе покинула его, когда перед его глазами предстала Кеко, лежащая под обломками декораций с каплями крови, что пачкали солнечно-рыжие волосы девушки. Как такое вообще могло произойти, он не понимал, но факт оставался фактом: сейчас его любимая, истекая кровью, лежала под антикварным шкафом, а рядом валялись обломки маленького столика, ваз и картин, которые для большей опасности упали на девушку. Вслед за мужчиной на площадку выбежали президент и Канаэ и просто замерли в испуге. Недавно веселившаяся актриса по случаю завершения Box-R сейчас больше напоминала мертвеца, нежели улыбчивую красавицу. А ведь они собрались здесь, дабы поздравить ее с дебютом, и никто даже представить не мог, что все обернется подобным образом. Не желая больше ждать ни секунды, они бросились к девушке, которую уже несколько рабочих пытались вытащить из-под обломков. - Звоните в скорою! А вы чего стоите?! Поднимайте скорее эту громадину! Если с ней что-то случится, я вас всех на куски порву! – яростно кричал Такарада, стоя посреди образовавшегося хаоса. Жизнь актрисы подвергалась опасности все больше и больше, чего он просто не мог допустить, ведь эта девочка только начала жить, вернула себе то великое чувство, что было потеряно, казалось на веки. А эти нерасторопные обезьяны, что позволили такому случиться, двигались как нарочно слишком медленно. Рен же все это время, стоя на одном месте лишь пустыми глазами наблюдал за суматохой. Он был в простом оцепенении. У них же только все начало налаживаться, особенно после той поездки на Гуам. Он уже был готов рассказать ей всю правду о себе. А что сейчас? Он снова потеряет дорогого для него человека? Это что, цена за то, что он позволил себе надеяться на счастье? И что он должен сделать, чтобы девушка снова улыбалась, а не лежала окровавленная с закрытыми, будто уснула, глазами? Сейчас мужчина был готов отдать все на свете, только бы все вернулось на десять минут назад. Назад в то время, когда все было хорошо, и она ругала его за то, что он не позавтракал, злилась на одно лишь упоминания о Шотаро, улыбалась искренне и неподдельно. Но судьба забирала его последнюю надежду на счастье, и прямо сейчас, словно в замедленной съемке, на Кеко надевают этот большой и неказистый ошейник для поддержания головы и будто хрустальную кладут на носилки. Ее уносят, а он не может пошевелиться, не может подойти и обнять свое маленькое солнышко, укрыть от проблем, поцеловать, как тогда, на балконе. Из оцепенения выводит лишь прикосновение Котонами, что со слезами в глазах, что-то спрашивает у него, а он лишь видит движения ее губ и совершенно не слышит каких-либо звуков. Хочется бежать, кричать от боли, а актер даже не может сдвинуться с места. Все в его жизни перевернулось с ног на голову, и что делать дальше, он не имел ни малейшего представления. И только одна фраза прорывается сквозь пелену отчаяния: - Она жива, с ней все будет хорошо, - и только это заставляет его снова начать дышать, видеть будущее. Рен, будто только проснувшись, судорожно старается проморгаться и с шокированным видом смотрит на Канаэ, а та лишь облегченно вздыхает, ей наконец-то удается докричаться до мужчины. – Тсуруга-сан, пожалуйста, поедемте со мной вместе с Кеко в больницу, а то Такарада-сан тут разошелся, а одна я ехать боюсь, - впервые показав свои истинные чувства к подруге, показав свою слабость и неподдельные слезы, проговаривает девушка, а актер, все еще не пришедший себя, сдержанно кивает, а дальше все снова будто погружается в туман. Как они доехали до больницы, он не помнит, то, что было дальше - тоже. Сейчас единственно, что известно мужчине, так это то, что его возлюбленная жива и с ней все в порядке, но вот то, что сейчас она попала в операционную, не успокаивало. Спустя час в центральную больницу Токио прибыла почти вся съемочная группа, но даже самых близких людей не пускали в палату. Врач настрого запретил беспокоить девушку. У нее была сильнейшая травма головы, сотрясение и перелом руки. Стоило врачу все это перечислить, как Такарада снова принялся разносить в пух и прах всех виновных, до такой степени, что его попросили покинуть больницу. Ситуация вышла наихудшая, но несмотря на это, на губах Рена играла еле заметная улыбка. Он благодарил небеса уже за то, что девушка осталась жива, а все остальное, по сравнению с этим, казалось пустяком. Хотелось ворваться к ней в палату, дабы убедиться, что она и вправду не умерла, но его лишь попросили подождать пару дней, а пока успокоиться и дожидаться момента, когда актриса очнется. Уже на следующий день этот запрет пришлось снять оттого, что пострадавшей присылали бесчисленное количество цветов, и каждый час кто-то просил хотя бы одним глазком взглянуть на актрису. Вся эта передряга тут же проникла в желтую прессу, а заголовки заставляли рвать газеты на части, всех кому была небезразлична эта девушка. «Недавно прославившаяся актриса – Могами Кеко, погибла на съемках!», «Режиссеры пожертвовали девушкой, дабы прославить свой проект!», «Могами Кеко прославляется за счет лжетравмы!» - Рен, яростно смяв жалкий клочок бумаги, с силой швырнул его в стену. Все в LME прекрасно знали, что это была клевета, но даже бесчисленные опровержения президента умудрялись перевернуть с ног на голову и преподнести все в совершенно ином свете. Уже прошло три дня, а девушка все так и не подавала признаков жизни, а надоедливое пиканье приборов давило на психику. За это время палата девушки стала больше напоминать цветочную оранжерею, нежели медицинскую комнату. За окном уже снова опускалась ночь, а время посещения подходило к концу, у кровати Кеко неизменно, уже заснув от усталости, сидел Рен. За это время он был единственным, кто навещал актрису ежедневно, и даже наплевав на работу, продолжал приходить сюда. Мужчина просто не мог оставить возлюбленную хоть на минуту, а когда был далеко от нее, не мог собраться, постоянно отвлекался, а сердце было не на месте. - Тсуруга-сан, пошлите, время посещения заканчивается, - устало потрясла за плечо актера Котонами, они с президентом вот уже который раз не успевали ко времени из-за работы. Видеть лучшую подругу в таком состоянии было для Канаэ наихудшим испытанием. Пускай она и постоянно жаловалась на надоедливую девчонку, сама с того случая не могла нормально спать. Почему-то не хватало постоянного задора, что несла в себе эта особа. - А? Да, конечно, - убито проговорил мужчина и, слегка покачнувшись, поднялся с места. «Вот бы меня не будили, и я бы смог постоянно быть с ней, ведь только с ней мое сердце успокаивается. Слышать биение ее сердца, чувствовать тепло ее тела - это все, что я прошу…» - в последний, казалось, на сегодня раз обводя спокойное лицо возлюбленной взглядом, подумал Тсуруга, но тут на всеобщее удивление в палату с огромным букетом ввалился Шотаро. Захотелось, как следует врезать по этой наглой и самодовольной роже, что за все время впервые соизволил навестить, как он утверждал, дорогую для него девушку. - Что ты тут забыл? – грубо, сухим, безэмоциональным голосом, спросил Рен. Устраивать разборки в подобном месте, это последнее, что он желал делать. Просто вышвырнуть зазнавшегося мальчишку вон, и не трепать никому нервов - таким было его желание. - А что я уже не могу навестить ее? Я ее друг, а ты вообще никто, вот и вали, - скопировав манеру разговора, ответил Фува. О том, что девушка пострадала, он узнал совсем недавно, а до этого его менеджер профессионально скрывала все это, дабы не отвлекать певца от выпуска нового альбома. Не случись этого, он бы, наверное, навсегда потерял надежду на прощение подруги, а теперь в его душе снова загорелся огонек надежды. Что-то подсказывало, что теперь все может измениться. - Шо-чан, что случилось? Где я? – неудавшийся спор прервала внезапно очнувшаяся девушка, и сонливо потирая глаза, посмотрела на шокированных друзей. Она не понимала, что происходит, как она оказалась, судя по обстановке, в больничной палате, откуда столько цветов и почему ее любимый Шо-чан так спокойно стоит рядом со своим главным соперником Тсуруга Реном. – А что этот жалкий актеришка тут делает? И кто эта милая девушка за его спиной? Шо-чан, ты с ней работаешь? – с нескрываемым интересом, спрашивала Кеко, а присутствующие просто стояли с открытыми ртами, не зная, что на это ответить.