Забытая сказка

- И как это все понимать? – скрипя зубами, сбросив с себя все маски вежливости и невозмутимости, произнес Рен, стоя за дверью палаты и открыто нападая на врача. Верить в то, что девушка так просто забыла его, он не мог, это было слишком больно. Неужели все то, что он сделал для нее, совершенно безразлично актрисе, и единственный, кого она желает сохранить в своем сердце – это Шо? Неужели она совершенно ничего к нему не чувствовала и считала только семпаем? Просто учитель и друг, который является всего лишь незначительной строчкой в ее истории? Неужели все это время она любила только певца, даже невзирая на то, что он сделал с ее жизнью? Любила и простила все его ошибки? Неужели всему суждено закончиться именно так? Она уйдет и навсегда забудет о его существовании? Будет воспринимать его так же как до их знакомства? Навсегда исчезнет из его жизни оставляя гореть в той беспроглядной тьме, что снова застилает его душу и сердце? Никогда не вспомнит и будет жить счастливо с тем, кто предал ее? Что такого сделал этот мальчишка, что ему дается второй шанс в то время как актеру не дали даже единственного шанса на счастье? Или это судьба так его наказывает, отнимая в который раз дорого человека? Почему все происходит именно так? Мужчина, из последних сил стараясь сдерживать нахлынувшие эмоции, в отчаянии сжимал кулаки. Что делать в подобной ситуации, он не знал. Хотелось подобно одинокому волку выть на луну и, падая в пропасть, просто успокоить болеющее сердце. Все не могло закончить так, ведь их сказке даже не суждено было начаться. - Прошу меня простить, но в этом нет нашей ошибки, - сохраняя спокойствие, отвечал врач. – Дело в том, что из-за сильного удара и на фоне нестойкого психического состояния у девушки случилась обыкновенная травматическая амнезия. Я думаю, что вам не стоит беспокоиться, ведь подобное длится не более нескольких дней, но в нашем случае период времени, который забыла пациентка слишком большой, и на восстановление может уйти несколько месяцев. - То есть она в итоге все вспомнит? – вмешался в разговор Шотаро, который уже насочинял, целую историю о том, как Кеко попала в шоу-бизнес и то, что они до сих пор вместе. Он, наверное, был единственным, кто всей душой желал, чтобы подруга никогда не вспоминала всего произошедшего за этот год, так как ему впервые выдался шанс все исправить. Даже без особой борьбы победить великолепного Тсуруга Рена и заполучить девушку назад, казалось ему верхом удачи. - Конечно, вспомнит, только на это уйдет некоторое время, а после выписки я настоятельно рекомендую поместить актрису в ту среду, в которой она была до происшествия. Возможно, ей следует вернуться к тем проектам, в которых она работала до этого, - раздавал инструкции пожилой доктор. – А сейчас прошу подождать здесь, пока я осматриваю пациентку, - строго посмотрев на разволновавшихся посетителей, произнес врач, и, громко хлопнув дверью, скрылся в палате. - Как только ее выпишут, я заберу ее, так что можете больше не беспокоиться и не приходить сюда, - облокотившись о косяк двери, как ни в чем не бывало, огласил свое решение Фува. Он решительно поставил себе цель не позволить девушке все вспомнить. - И с чего это ты решил, что я отпущу ее с тобой? – погружаясь в темную ауру, со спокойствием маньяка спросил Рен. Мужчина бы ни за что не позволил этому зазнавшемуся мальчишке снова эксплуатировать Кеко и уж тем более никогда бы не оставил ее в данном состоянии наедине с ним. Даже в самых страшных кошмарах актер не мог представить, что придет на ум этому самовлюбленному засранцу. - Я – ее друг, которого она любит больше самой себя, а ты – никто, всего лишь жалкий актёришка, мой соперник! Точно! Я ей так и скажу, что причиной ее появления на экране была месть тебе, - выделив голосом последнее слово, самодовольно произнес певец, а на его губах засияла победоносная улыбка. – А ты не считаешь это отличной причиной? Ведь Кеко так любит меня, что готова пойти на все, даже растоптать великого Тсуруга Рена… - договорить в этот раз парню не дал приземлившийся рядом с его головой кулак, а лицо собеседника было скрыто тенью от спадающей челки. От слов юноши актер пришел в такую ярость, что темная аура, разливающаяся от него волнами, казалось, уничтожала все на своем пути. Он снова полностью погрузился в убийственный образ Каина Хилла и, как при той встрече на парковке, был готов просто размазать самодовольную рожу наглеца по стенке. Злость была такая, что даже разрушенное амплуа Тсуруга Рена было не так страшно сколько то, что его любимая снова попадет в лапы этого ничтожества. Защитить дорогого для него человека было важнее, чем что-либо. Фува же, во второй раз лицезрев подобное настроение мужчины, был готов рвать оттуда когти, ведь в тот раз ему удалось избежать кары только благодаря появлению менеджера актера. В этот же раз, подруга Кеко вряд ли станет выручать его. Но что он мог поделать? Присутствие Могами в его жизни стало для парня так же необходимо, как и воздух. Хоть и не сразу, он осознал, что по-настоящему волнуется и беспокоиться за девушку, что ему, в самом деле, не безразлично то, что с ней происходит, и то, что она целеустремленно идет к своей мечте, по-настоящему восхищало его. Шо понял, что чем-то они все-таки похожи. Оба, отбросив все то, что от них требовали, шли к своему счастью, вот только самолюбие не позволяло ему поверить в то, что она сможет быть счастлива без него. Счастлива с кем-то вроде Рена. Певец эгоистично хотел завладеть ею, чтобы все мысли актрисы были только о нем, и чтобы она не мыслила своего существования без него, и не важно, будет она любить его или ненавидеть, ведь от одного до другого, как известно, один шаг. Впервые он захотел бороться за то, что всегда считал своей собственностью. Просто протянуть руку и взять, не обращая внимания на острые шипы, что до крови впиваются в его кожу, оставляя кровавые подтеки и вечные шрамы. - Мне не важно, что ты тут скалишь зубы, потому что ты все равно понимаешь, что я прав, и что ты с этим ничего не сможешь поделать! – буквально выплевывая каждое слово, наигранно храбрившись, открыто противостоял мужчине Шотаро. Теперь он не просто хотел отобрать у него славу, он хотел отобрать у него то, что изначально, как он считал, принадлежало ему – девушку, которую по иронии полюбили они оба. - Надеюсь, ты понимаешь, что я не сдамся, какие бы уловки ты не предпринимал! Чтобы ты ни делал, как бы изощрённо ни врал ей, я все равно завоюю ее сердце, потому что теперь она не потеряла любовь, она с ней, а значит, я смогу отобрать ее у тебя! – смотря прямо в глаза певцу, отчеканил Рен. В его взгляде читалась такая уверенность, что сомневаться в силе угрозы было невозможно. - Котонами-сан, надеюсь, вы позаботитесь о Кеко и заберете ее с собой, сейчас ей нельзя волноваться лишний раз, а с этим… - мужчина, сделав паузу, тяжело выдохнул, - она не сможет отдохнуть должным образом. Но! Если ты, попытаешься забрать ее с собой, помни, что где бы ты ни был, я приду и заберу ее! – снова обратившись к Шо, произнес Куон. В подобной ситуации проявлять излишнюю вежливость и учтивость Рен считал более чем лишним. Кеко могла принадлежать только одному, и во чтобы то ни стало мужчина был готов поставить на кон даже свою душу, но добиться, чтобы сердце возлюбленной было отдано ему. В этой битве он просто не мог выйти проигравшим и, выпустив на волю всю свою истинную сущность, Рен был готов бороться. Бороться за ту, что исцелила его и дала шанс на счастливый конец, за тот лучик света, который согревал его в непроглядной тьме отчаяния и одиночества.