Забытая сказка

Настойчивое солнце, пробиваясь через щель между плотно занавешенными шторами, не переставая, светило прямо в лицо спящей девушки, а по щеке её неожиданно скатилась прохладная капля воды. Голова лежала на чем-то мягком, а по лицу кто-то осторожно проводил мокрой тряпочкой. Было непривычно приятно чувствовать эти нежные и бережные прикосновения, и, словно кошка, Кеко нечленораздельно промурлыкала. Глаза не хотелось открывать, прерывая эту минуту заботы. - Эй, ты как? Голова сильно болит? Ты меня так испугала, - услышав приятный мужской голос, актриса расплылась в довольной улыбке. Осознание того, кто именно это говорит, пришло к ней не сразу. Постепенно в мыслях Могами стало прояснятся, а забытые некогда происшествия - вставать на место, сравнительно так же, как и те, что происходили с ней, пока она была в беспамятстве. Резко распахнув глаза, Кеко, будто первый раз увидев Шотаро, смотрела на него словно на инопланетную зверюшку. Но не прошло и пяти секунд, как в ее душе поднялась необузданная ярость. Этот жалкий голосистый изверг вновь захотел сделать ее своей служанкой, и от этого просыпалось желание как следует кинуть в него что-нибудь тяжелое, например, кирпич. Девушка словно ища этот самый строительный предмет, ну или там бензопилу, стала осматривать комнату. - Кеко, с тобой все в порядке? – с настороженностью наблюдая за странным поведением подруги, осторожно поинтересовался Шо. Что-то в девушке резко изменилось с момента ее пробуждения. В глазах появился странный огонек. - Конечно, Фува-чи, со мной все в порядке, я просто очень устала, а на кровати было спать неудобно. Да ты ведь и сам болеешь, иди приляг, я о тебе позабочусь, - с доброжелательной улыбкой Тсуруга Рена сладко произнесла актриса, а парня аж всего перекосило. Он отчетливо помнил это притворное «Фува-чи» еще со съемок своего клипа и прекрасно понимал, что ничем хорошим это не обернется. Если Кеко все вспомнила, то его она теперь точно захочет пропустить через мясорубку. - Да нет, я себя хорошо чувствую, - неуверенно начал юноша, слегка отодвигаясь от подруги детства. «Если она очнулась в таком настроении, то ей точно наплевать на все то, что я сделал для нее. Вот же дура неблагодарная!» - скрипнув зубами от неприязни, подумал парень. Наверняка она вспомнила только то хорошее, что сделал для нее этот бездарный актеришка, и теперь собиралась всю свою злобу выплеснуть на него. И почему он только соглашался терпеть все это? Ради ее прощения? А разве оно ему надо? Певец с горечью сжал кулаки. Конечно, ему хотелось заполучить прощение, ведь видеть влюбленную в себя Кеко было для него верхом удовольствия. Ощущать ее заботу, волнение и поддержку – только так он начинал чувствовать себя живым. Но, к сожалению, видимо, только ненавистью к себе он сможет удержать ее рядом. Только из-за злости и ярости, что пробуждаются в актрисе лишь при звуке его имени или голоса, она не сможет навсегда выкинуть его из своего сердца. Видимо, в ее истории ему отведена роль злодея. Что ж, тогда ему придется стать для нее достойным противником, которого она никогда не сможет победить, а значит, и выкинуть из своей жизни. - Если все вспомнила, хватит ломать комедию. Так и говори, - безразличным тоном, с ухмылкой отвращения проговорил Фува, а глаза девушки тут же вспыхнули лютой ненавистью. - Вспомнила, - глухо произнесла Могами, а в следующую секунду влепила парню сильную затрещину. – Ты совсем оборзел, придурок? Чего вытворяешь? Обманул меня, привез не пойми куда да еще и доброту проявляешь! Чего удумал? Или смертельно болен? Головой окончательно тронулся? Или хотел втереться в доверие и чтобы я тебе опять прислуживала? Не бывать этого? Слышал, садюга? Никогда! – активно жестикулируя, взялась орать на юношу девушка, а тот лишь, зверея, весь покраснел. - Да кому ты сдалась? Я заботился о ней, а она еще претензии предъявляет! Это у тебя мозги не в порядке, идиотка несчастная! – не менее яростно принялся отвечать Шо. Его, мягко сказать, бесило подобное отношение подруги детства, ведь он столько сделал для нее. И что получил в ответ? - Лучше бы мозги мне не парил! Как лучше он хотел, конечно, так я и поверила! – вскакивая с кровати и направляясь к выходу, возмущенно говорила Могами. «Да что он о себе возомнил? Думал, так легко удастся меня обмануть? Вот же наивный!» - буквально вскипая от гнева, размышляла актриса, а внутренние демоны уже, сверкая глазами, активно точили ножи. Поверить в то, что Тсуруга Рен бросит шоу-бизнес и решит стать мангакой, было легче, чем в то, что Шотаро проявил к ней чувство заботы и беспокойства. - И куда ты собралась? К своему обожаемому Тсуруге? А не забыла, что если влюбишься в него, то станешь служанкой у моих родителей? – в след с желчью произнес Фува и с улыбкой наблюдал, как девушка резко замерла. Да, это был их личный договор, который она никак не могла нарушить, и его главный козырь. - Тсуруга-сан, тут ни при чем, я иду к Корну! – гордо обернувшись, выпалила актриса, а за спиной со страхом сжала кулаки. А ведь и правда, о ее друге Корне речь не шла. Ну и подумаешь, что это один и тот же человек. Не прошло и нескольких секунд, как пара стояла и шокировано пялилась друг на друга. До обоих медленно доходил смысл сказанных Кеко слов. Шотаро не мог понять что это за внезапно выплывший хмырь, а Могами с ужасом осознала, что великолепный и неподражаемый Тсуруга Рен любит ее. - Я пошла, - встряхнув головой, все еще находясь под впечатлением, шепотом оповестила актриса и начала обуваться. - А ну стой! Че это еще за Корн? – схватив ее за руку, требовал ответа Шотаро. Подобная информация стала слишком неожиданной для парня, ведь он даже ничего не слышал об этом сказочном субъекте. - Мужчина… которого я люблю и... который любит меня… - счастливо усмехнувшись, проговорила Кеко и неверяще приложила ладонь к губам. – И не трогай меня!.. – вырывая руку из ладони ошарашенного юноши, проговорила девушка и даже с какой-то грустью в глазах, добавила: - Прощай, Шотаро… Дверь небольшого съемного дома, громко хлопнув, навсегда попрощалась с недавней хозяйкой, оставляя молодого певца в гордом одиночестве. Могами сломя голову неслась по улице, совершенно не разбирая дороги. Сердце колотилось, словно бешеное, то ли от бега, то ли от осознания чувств любимого мужчины. Поверить в подобное было невозможно, но все то, что произошло, пока она была в беспамятстве, актриса тоже не могла игнорировать. Семпай оказался ее другом детства – и это казалось еще более ненормально. Он все это время так заботился о ней, а она не замечала его чувств, и от этого было как-то паршиво на душе. «А он еще и отнекивался… все! Больше не поверю ни единому слову этого бабника! Столько времени меня обманывать. Ну это ни в какие ворота не лезет!» - сложив на груди руки, наконец-то остановившись, бурчала про себя актриса, в то время как сердце трепетало от счастья. Все происходящее не было похоже на реальность, и девушка уже всерьез начала думать, не стукнулась ли она головой еще раз. Сама не заметив как, Кеко уже спокойно шла вдоль проезжей части, глубоко погрузившись в себя. Голову разрывали сомнения насчет увиденной ей правды. Она зареклась больше не влюбляться, но и эти замки мужчине удалось легко сорвать с ее ларца, а теперь он еще и оказался ее другом детства. Очень хотелось в это верить, но… Да, и никаких «НО» актриса не видела, ведь Рен сам во всем ей признался, а повода лгать у него не было. - Да что ж это такое? – выругалась Могами и, нервно топнув, села на ближайшую скамейку. Ей нужно было все хорошенько обдумать, а пока она больше всего хотела напустить своих демонов на несносного семпая. Мало того, что он скрывал от нее такую важную информацию об их общем детстве, так еще и свои чувства скрыл. Она, значит, мучилась от своей неразделенной любви, беспокоилась о том, что не подходит ему, избегала его взглядов, чтобы не выдать своих эмоций, а он все это время был тайно влюблен в нее… Немного так посидев, актриса обреченно выдохнула. Она не могла винить во всем актера, ведь она сама старательно не замечала его чувств к ней. Но чего Кеко никак не могла простить, так это того, что он под предлогом сказки украл ее первый поцелуй. - Могами-сан? Что вы тут делаете? – актриса еле заметно вздрогнула от настолько знакомого баритона и инстинктивно напряглась, будто ожидая атаки. За ее спиной было прекрасно слышно, как припарковался автомобиль и хлопнула дверца машины. – Могами-сан? – осторожно присаживаясь рядом с девушкой, проговорил Рен и опешил от полного ненависти и обиды во взгляде Кеко. – Что-то произошло? - Да, - спокойно ответила актриса, больше всего сейчас напоминая обиженную Сецуку, что обычно добром не кончалось. – Я все вспомнила, - так же без эмоционально продолжила девушка и усмехнулась, заметив как напрягся актер. Вот теперь мужчина не на шутку испугался, ведь реакция возлюбленной на его тайны могла быть какой угодно, и оставалось лишь ждать бури. Хотя нотки радости все же проскакивали в его душе, ведь если она не убежала от него сейчас, то самое худшее уже позади. - И? – осторожно поинтересовался мужчина, и его тут же окинула волна обиженного ора. - Тсуруга-сан, вы ужасны! Как так можно? Вы столько всего от меня скрывали, что просто в голове не укладывается! Это не честно! И что вы устроили на Гуаме? Вы же могли пострадать! Как можно быть таким беспечным? И как вы только могли под таким глупым предлогом украсть первый поцелуй влюбленной в вас девушки?.. – не успела Кеко и спохватиться о сказанных ею словах, как ее губы в нежном поцелуе накрыли губы Рена. После того, как девушка произнесла, что любит его, мозг уже окончательно перестал думать от счастья. - А? Что? Да вы… - задыхаясь от возмущения, неожиданности и смущения, пыталась выговорить Могами, но в ответ лишь получила соблазнительную улыбку Повелителя ночи. - Если я украл первый поцелуй, то и все остальные принадлежат мне, - спокойно произнес он, а улыбка все так же отказывалась покидать его лицо, особенно когда он глядел на еще больше раскрасневшуюся девушку. – А теперь поехали, у нас скоро съемки. – поднимая девушку за руки и по собственнически приобнимая ее за талию, довольно добавил Тсуруга. «Он сделал для нее так много, что сердце не могло не открыться вновь, ведь чувство любви невозможно контролировать. Да, у него множество своих тайн, но у кого из нас их нет? Она полюбила. Она вспомнила. А он никогда не позволит слезам горя опечалить ее лицо, что всегда должно лучиться улыбкой счастья. Он никогда не позволит ей остаться одной. Он никогда не оставит. А все потому, что он больше жизни любит ее.» The End.