Чувства на волю

Тияки медленно приходил в себя. Вначале он испытал что-то вроде легкого удивления по поводу того, что очнулся, а затем на него нахлынул прежний ужас, когда он осознал, что произошло, что с ним сделал Ешиюки. Посмотрев по сторонам, он обнаружил, что того рядом уже не было. Ёсино тупо уставился в потолок, его сильно трясло, зубы стучали, как при лихорадке. Так он пролежал несколько минут, пока не успокоился окончательно. Но вставать все равно не хотелось. Ощущение приятной прохлады под телом заставило его подняться. К его удивлению, он лежал на чистых белых накрахмаленных простынях. «А ведь вроде она вся была в крови…» Пошатываясь, Тияки поплелся в ванную. Перед зеркалом возникло печальная картина: худенький и бледный парень со спутанными волосами смотрел на него серыми глазами, полными боли. Тело не болело, но что-то непонятное добавляло неприятных ощущений. Больше всего его удивило то, что вроде все было в порядке. А не приснилось ли ему все это? Может, ничего этого не было? Может, он просто заболел, а воспаленный мозг выдал совершенно другую картину? Хотя он не чувствовал себя больным. Проведя рукой по телу, внимательно рассматривая себя со всех сторон, он обнаружил пару засосов на шее и почти невидимые синяки на запястьях. «Чёрт…» Опустив руку вниз, он дотронулся до анального отверстия и тут же одернул руку. Боль появилась неожиданно и так же неожиданно исчезла. Боясь подтвердить свои догадки, Тияки долго стоял перед зеркалом не решаясь проверить. Потом, наконец, решился. Он сел перед зеркалом, раздвинул ноги и аккуратно провел пальцем по анусу и установил, что там была небольшая рана, небольшая, но, тем не менее, очень болезненная. Кровотечения к счастью не было, что не могло не радовать. Ёсино тяжело вдохнул, но стоило ему осмотреть ванную комнату, как его начинала бить нервная дрожь от накатившихся воспоминаний. Стараясь не зацикливаться, Тияки некоторое время он еще простоял неподвижно, уткнувшись лбом в зеркало. «Почему ты так поступил со мной, Тори?» - спрашивал он, - Ведь я тебя очень любил и надеялся, что мы останемся друзьями…» Всхлипывая, он потянулся к шкафчику, открыл его, пошарил в лекарствах, но ничего нужного не нашел. Хотел было принять ванную, но увидев там осколки, чуть не разорался от досады. Еще один сюрприз ожидал его рядом - корзина с постельным бельем. Грязным и испачканным в крови. Выругавшись на всю ванную, Ёсино зашел в душевую кабинку, открыл серебряный краник, стараясь не забивать голову дурью, снял со стены душ и приставил к своему отверстию гибкий шланг. Прохладная вода начала приятно ласкать нутро, иногда вызывая кратковременную боль. Минут через десять усиленного промывания боль начала отпускать. Тияки вышел из душа, обернулся полотенцем и сел на кровать, закрыв глаза руками. Когда он открыл глаза, то увидел Хатори, сидящего рядом. - Ёсино… Внезапно Тияки как будто шарахнуло током. Глаза расширились. Руки противно задрожали, он рухнул на кровать, не обращая внимания на резкую боль, пронзившую тело. - Ненавижу тебя… - прошептал он и заплакал. - Прости… Я не хотел… Тияки замолк. «Он просит прощения, после того как изнасиловал меня? Когда поиздевался морально и физически?» Ёсино в упор посмотрел на бывшего любовника. Тот не отрывал от него своего взгляда, полного… неясно чего. - Я был пьян, - вымолвил Ешиюки, но Тияки дернулся. Не от того, что впервые Хатори стал оправдываться перед ним. - Это не оправдание, и, кажется, ты был вполне трезв, когда унижал меня! Ты насиловал меня, когда я молил остановиться. Мне было больно, но ты продолжал… Ты просто не мог смириться с тем, что я тебя больше не люблю. Алкоголь просто обострил твой гнев. Ненавижу тебя!!! Убирайся… насильник! Но Ешиюки, наоборот, перегнулся через него и, нависнув прямо над ним, произнес: - Тияки, прости… Я не хотел… Мне очень жаль. Я могу все исправить… Вот лекарства, - он кивнул в сторону аптечки, которая лежала неподалеку. - Там есть все, что нужно… - Отвали! - взвизгнул Тияки. - Ничего уже не испр… Хатори заткнул его поцелуем. Самым обычным, нежным и неторопливым. Ёсино уперся руками ему в грудь, отталкивая. - Нет… Не надо… Ты и так мучил меня несколько часов… Но брюнет все еще надеялся на прощение, и, как будто обезумев, стал покрывать его лицо поцелуями и как в бреду, сбивчивым шепотом умолял его простить за все, а руки принялись блуждать по телу, осторожно и нежно, будто стирая следы насилия. Тияки казалось, что по телу ползают змеи, и стал сопротивляться, хотя сил не было, как и воли. Ласки становились более ощутимыми, однако сам Ёсино старался не обращать на это внимания. Вскоре он перестал сопротивляться, замирая в немом шоке, он не ожидал такой реакции Хатори, не мог предположить, что тот набросится на него и начнет целовать, это было так неожиданно и так нереально. Занавеса из слез застелила глаза, а он даже не попытался закрыть их. - Я люблю тебя…Тияки, – шептал Ешиюки, нетерпеливо покрывая его плечи и шею страстными поцелуями, ставя новые засосы на нежной коже. Вместе со страстью, разрушающей сознание, к горлу подступали рыдания. То, что он с ним сделал, гложило душу. Взгляд мимолетно скользнул по Ёсино. Тияки не изменил позы, так и лежал, почти неподвижно, его глаза ничего не выражали, в них была пустота, по щекам катились слезы. Ешиюки решил, что надо его расшевелить как можно скорее. Стараясь особо не размышлять, чтобы не передумать, для начала он попытался хотя бы углубить поцелуй. Однако едва он это сделал, Тияки замычал и дёрнулся. Ешиюки тут же разорвал его, понимая, что сейчас это невозможно. Огромным усилием воли он заставил себя остыть, но всепоглощающая нежность и засасывающее желание охватило мысли. Пальцы быстро нащупали его член и обхватили его, начав двигаться, лаская нежную плоть. Ещё мгновение – и он уже лежал на нём, целуя его вовсю, продолжая ласкать. Ещё – и он быстро спустился вниз, чтобы взять его член в плен своих губ. Тияки протестующе застонал: - Тори… - Ёсино хоть и не мог его оттолкнуть, но трезво мыслить еще удавалось. - Мне плохо… Я… Договорить он не успел, так как у него перед глазами все поплыло, и он… кончил. Секунду спустя он лежал с закрытыми глазами, тяжело дышал и с ужасом думал о том, что только что случилось. Хатори довел его до оргазма, он кончил ему в рот и, к своему стыду и ужасу, должен был признать, что, возможно, сошел с ума. Как можно было так низко пасть после насилия? - Проваливай, извращенец! - истерично закричал Тияки и, схватив одну подушку, запустил ее в Ешиюки. Тот даже не увернулся, и подушка попала в него. - Это был даже не секс, - отпихивая подушку в сторону, вымолвил Хатори. - Что? - Это должно было тебя успокоить, вспомни, мы всегда занимались им нежно... - О чем ты? – Тияки впал в смятение, - Да кем ты себя возомнил, думаешь, после такого я буду с тобой заниматься сексом как раньше? С Ю и то лучше… - и тут же одернул себя за такое откровение. Все-таки не привык он все держать в себе. Даже в нынешней ситуации. Почувствовав острую жестокую боль в груди, он понял, что это заболело его сердце и зажмурился. «Ю. Если он узнает об этом…» Голова пошла кругом, он поднёс руку ко рту, покашливая. Через несколько минут его стошнило. - Тияки, что с тобой? – испуганно спросил Ешиюки. Тот лишь застонал и уткнулся головой в подушку. Тело задрожало с новой силой. - Есино, что тебе дать? - паникуя, стал спрашивать Хатори, хватая один пузырек с лекартвом за другим, даже не читая названия. - Не знаю. Лучше скорую… - прошептал Тияки, поворачиваясь к нему лицом. У Ешиюки сердце замерло, когда он посмотрел на него, тот был бледен, глаза были тусклые. Но самое страшное было впереди, он почувствовал, что место, на котором он сидел, стало очень мокрым. Переведя взгляд вниз, он увидел, что вся простынь оказалась пропитана кровью. До него сразу дошло, откуда она появилась. Он думал, что кровотечение прошло, когда он уложил бессознательного Тияки в кровать, потом за несколько минут перепотрошил всю аптечку и применил все средства для его остановки. Ешиюки вскочил с кровати, громко ахая. Сейчас он действительно испугался, не столько за себя, столько за своего бывшего любовника. До него стало доходить, что он натворил. Он не просто его изнасиловал и унизил, он еще и нанес очень серьезные повреждения, которые теперь могут представить серьезную угрозу для жизни Ёсино. Мир на время окрасился в черно-белые тона и словно замер. Хатори стоял посреди комнаты, почти не видя ничего перед собой. В голове вертелось только одно: «Что делать?» Если вызвать скорую, то как тогда он объяснит все врачам? Беспорядок можно было устранить, но это повторное сильное кровотечение - вряд ли. Донести самому до больницы? Нет. Теперь он до ужаса боялся прикасаться к Тияки. Да и тот теперь его никогда к себе близко не подпустит. Остается… Хатори нагнулся и полез под кровать. Откуда выполз через несколько секунд, сжимая в руке мобильный телефон Ёсино. Быстро включил его и, радуясь, что тот цел и невредим, стал набирать нужный номер. - Да, Тияки, - ответил Ю. - Ты чего так долго? - Янасе, это я… - ответил Хатори, пытаясь унять дрожь в голосе. - Хатори??? Некоторое время по обе стороны связи стояла тишина, Ешиюки не знал, что сказать. А потом... - Тияки плохо! - почти прокричал он. - Быстрее приезжай!!!

***

Когда Тияки снова пришел в себя, то чувствовал себя отвратительно. Сейчас его мало волновало, рядом ли Ешиюки, ему хотелось одного: поскорее найти помощь. Он пытался встать, но не получилось, и он свалился с кровати. Сколько он так пролежал, он не знал, наверное, долго, но ему это было необходимо. - Тияки, ты где? - послышался обеспокоенный голос Ю, а затем тот шагнул через порог. Ёсино сидел на полу, прижавшись к изголовью кровати, обхватив колени, и дрожал. - Тияки, какого хрена ты делаешь? - зло прошипел Ю, приподнимая парня. - Оставь меня, - крикнул Тияки. - У тебя истерика, что ли? - спросил Янасе. - Что случилось? Мне позвонил Хатори и сказал, что тебе плохо… Услышав это, Ёсино впал в ступор. Но потом быстро успокоился: Тори ему ничего не сказал, а просто… вызвал? - Тори тебе звонил? - переспросил он. - Да, и я так удивился. Я ждал твоего звонка, а тут… О бля, Тияки, это что такое?! - почти проорал Ю. Понятное дело, что он увидел на белье огромные кровавые разводы. - Что это??? - Это… - промямлил Тияки. - Это… Он не знал что ответить, как вдруг: - Я порезался в ванной. Разбил там… одну вещь, - соврал он. - Ясно. Так присядь пока, я заменю на новое. Он аккуратно усадил Ёсино на краешек кровати, а сам полез в шкаф новым постельным бельем. Но не найдя его, он бережно уложил Тияки на оставшиеся чистые подушки, заботливо укрыв одеялом. Ёсино почему-то не выдержал и разрыдался. - Эй, Тияки ты чего? Все хорошо, - Ю обнял его, как маленького ребенка. - Что случилось? Что здесь делал Хатори? Ёсино не ответил и закусил губу. Но через пару минут он стал чувствовать, что не может унять дрожь, прекрасно понимая, что это не от холода. Не получив ответа, Ю легонько потянул того за плечо, и это вызвало новый стон. Поняв, что дела совсем плохи, не теряя времени, он вызвал скорую.

***

«Наверное, он очень серьезно поранился, и в кровь попала инфекция», - думал Янасе, неся друга на руках в машину. Это не было так легко, как казалось поначалу: Ёсино хоть и был хрупким пареньком, но определенно не походил на пушинку. Но почему-то это было необъяснимо приятно. Тияки обнимал его за шею и, похоже, время от времени терял сознание, потому что руки сползали, а потом, приходя в себя, он снова сцеплял их на затылке. Голова Ёсино лежала у Янасе на груди, а темные волосы трепал ветер. На неестественно бледном лице почти не выделялись когда-то красные, а сейчас совершенно белые губы. Янасе ускорил шаг, пытаясь сохранять спокойствие и не впадать в панику, несмотря на то, что из полуоткрытых губ Ёсино дыхание вырывалось все слабее и слабее. Ю на чем свет стоит, продолжал про себя ругать его, лишь бы не дать прорваться крику и непрошенным слезам. И снова в голове звенела одна-единственная мысль: «Только не умирай!». В больнице так же не хотелось отпускать Тияки, что даже врачи даже поторопили Ю. - Быстрее, ему срочно нужна помощь, бедный мальчик потерял слишком много крови. Спасибо, что доставили его сюда. Еще пару часов промедления - и его уже невозможно было бы спасти. К сожалению, вам сейчас придется уйти, - мягким, но не терпящим возражений тоном сказал главный врач. - Да, да… - проговорил Янасе, а потом наклонился к Ёсино и шепнул, собственно, сомневаясь даже, что тот его слышит: - Я тебя люблю, ты только держись. И это еще не все, что я хотел бы тебе сказать! Веки дрогнули и, приоткрыв глаза, Тияки прошептал: - Да, я знаю... - Уходите немедленно в коридор, или я вынужден буду забыть о вашем благородном поступке и попросить увести вас отсюда насильно! Янасе неохотно покинул палату и до самого вечера не мог выкинуть из головы сегодняшний день. Ужасно болела голова, настолько, что больно было даже смотреть. Нервы были на пределе. Прошло много времени с того момента, как он помог привезти Тияки в больницу. И оставалось только терпеливо ждать.