Чувства на волю

Ю сидел на подоконнике, держал в одной руке альбом и рисовал спящего Тияки. Рассвет уже наступил. В окно пробивались неяркие лучи солнца. Его любимый по-прежнему крепко спал. И, чтобы убить последние часы, он решил немного порисовать его. Ёсино спал безмятежно, словно младенец, лицо было таким умиротворенным и так запало в душу Янасе, что тот решил немедленно запечатлеть его у себя в альбоме. Закончив портрет, он посмотрел на нарисованное, довольно улыбнулся, засунул в сумку, и, забравшись под койку, стал выжидать. Ю знал, что скоро придет медсестра, чтобы разбудить пациента. Вскоре дверь открылась, послышался голос. Янасе услышал, как Ёсино пытаются разбудить. Койка скрипнула, видно тот нехотя поднялся. Затем в палате стало снова тихо. - Ю, ты тут? - послышался тихий голос. Янасе осторожно вылез. - Ага, - так же тихо ответил он. Тияки уже сидел на койке и позевывал. Ю прыснул. - Что? - обиделся Тияки. - Ничего. Доброе утро, - ответил Янасе и поцеловал Ёсино. - Ммм… Доброе… - Как спалось? - поинтересовался Ю, легонько отрываясь от губ, а затем снова целуя. - Хорошо… Давно я так хорошо не спал. - Рад слышать. Тебе было хорошо? - Угу… - он снова зевнул. - Скоро все вернется на круги своя. Скоро мы будем дома и мы сможем заниматься сексом сутки напролет, - хихикнул Ю. Тияки в ответ покраснел. - Не хочу… - вымолвил он. - Что? - Не хочу… - прошептал он. - Почему? - Ю пододвинулся к нему поближе и обнял. - Я… Не хочу пока… - голос дрогнул. - Ты чего? - растерялся Ю. «Что это с ним? Вчера все было хорошо, а сейчас…» Тут до него дошло. - Я понял. Закроем тему. Тогда пойду домой, - Ю быстро встал с койки и направился к выходу, - Буду как обычно забегать время от времени. Тияки лишь кивнул, но, заметив торчащий уголок альбома, рассмеялся: - Только не говори, что ты рисовал меня все это время... - А как же. Надо же было чем-то заняться. - Покажи. - Потом, - весело потянул Янасе, идя к двери. Выглянув и убедившись, что вроде никого нет, он посмотрел на Ёсино и произнёс: - Увидишь, как выпишешься. Пока.

***

Покинув больницу, Ю побежал по улице вперед. Добежав до перекрёстка, он остановился, чтобы перевести дыхание. Сердце колотилось, ноги дрожали. Сжав в руках пакет с альбомом, он выпрямился и решил уверенно и спокойно дойти до конечного пункта. - Это всё ради тебя, Тияки. Я еще не все до конца понял, но я знаю, что следует сейчас сделать. С этими мыслями он пошел вперед. До дома Хатори Ешиюки. Хотя было ранее утро, Янасе всё-таки надеялся застать того дома. Тем более он знал, что Ешиюки очень организованный и ради работы может встать и не в такую рань. Какое же было его удивление, когда придя к тому домой, он обнаружил темное заштореное окно. «Странно» - подумалось ему. Он нажал кнопку звонка. Один-два-три. Хозяин квартиры, похоже, действительно спал, раз не отвечал. После десятого раза, когда палец Ю начал уже уставать, послышалась возня и дверь медленно открылась. В маленьком проёме показалось пол-лица Хатори. Увидев нежданного гостя, он сначала не двигался с места, потом открыл дверь пошире. Только сейчас Янасе заметил, что он был в мятой рубашке и брюках, с не уложенными волосами. В общем, только что с кровати. - Что тебе, Янасе, - спросил он. Голос был тихий и хриплый. - Я пришел поговорить о Тияки, - тут же ответил он. Ешиюки нервно тряхнул челкой. - Как он? - спросил Хатори, стараясь не смотреть в глаза Янасе. Ю сразу заметил это и подался вперед. - Ему лучше. Можно войти? К его удивлению Ешиюки легко открыл перед ним дверь. Тот вошел. Он здесь был всего один раз, когда помогал Хатори с рукописью Ёсино. Это было так давно. Здесь практически ничего не изменилось. Разве что стало как то холодно и неуютно. Хотя, возможно Ю сейчас это сам себе все придумал из-за предстоящего разговора. Хатори видимо пошел включать свет. Янасе даже не стал разуваться и пошел следом за ним. Ешиюки остановился на кухне, возле холодильника. - Пить будешь? - спросил он. - Я… - Ю даже растерялся, но потом его растерянность пропала, когда везде зажегся свет. В квартире царил беспорядок: и тут, и там валялись разные вещи, раковина была забита посудой, на столе громоздились тарелки. - Нет, не буду… - ответил он и еще раз оглядел кухню. - Не обращай внимания, я тут малость приболел и не смог навести порядок, - произнёс Хатори. «Приболел? Ну конечно». Янасе просто кивнул и пошел в комнату. Там был не меньший бардак, только повсюду валялись рукописи. Куча рукописей. А так же банки из-под пива. «Как все запущено» - подумал он. - «Но так ему и надо». - Тебя сюда никто не звал, но, раз уж ты пришел... - Хатори стоял у него за спиной. Янасе резко обернулся и только сейчас заметил, как тот ужасно выглядел: лицо немного осунулось, а под глазами залегли тени. «Он, должно быть, не был на работе, и не спал вообще. А еще, похоже, он беспробудно пил…», - подумал Ю. «Хватит тянуть. Действуй!» - пронзила его мысль. Янасе сжал кулаки, потом отпустил ручки пакета, развернулся и двинул кулаком вперед. Ослепительная вспышка боли заставила Хатори завопить: - Янасе!!! - Это тебе за Тияки, - произнес Ю с ненавистью. С такой-же ненавистью его встретил взгляд Ешиюки. У того потемнело в глазах, кулаки непроизвольно сжались, и, с каким-то диким животным криком, он бросился на Ю, швырнул того о стену, и схватил за горло. Янасе задергался, предпринимая попытки вырваться, руками ухватился за руки Хатори, пытаясь ослабить его хватку - но безуспешно - и захрипел. Ешиюки сильнее сдавил его горло. - Пусти, - задыхаясь, захрипел ему в ответ Янасе. Тот лишь сильнее вжал его в стену. Понимая, что вырваться не удастся, Ю лихорадочно засунул руку во внутренний карман, достал какой-то длинный предмет и вонзил его в руку Хатори. Боль привела Ешиюки в чувство, он на миг замер, затуманенные ненавистью глаза несколько прояснились. Он разжал руки, и Янасе оказался свободен. Ю сделал глубокий вдох и закашлялся. - Псих, - прохрипел он не своим голосом. Пальцы Хатори автоматически вытащили предмет из руки. Это был шприц. У него на лице застыл испуг. - Что ты сделал? - спросил он ослабевшим голосом. Поршень был вдавлен всего наполовину, а значит, часть препарата уже попала в кровь и начала действовать. Янасе отнял у него шприц и ответил: - Это морфин. Скоро ты заснешь, но сначала… - Ю занёс руку. Попытка спрятать лицо не осталась безнаказанной. Удар по одной щеке и тут же - по второй заставила его вскрикнуть и упасть на спину. - Подонок, - каждое слово сопровождала веская пощечина. Удары ладонью, казалось, были бесконечны и болезненны. Скоро сопротивление было сломлено и Ешиюки стало клонить в сон. Ю воспользовался этим и принялся жестоко избивать его. Злость, обида, переживания захлестнули его и вылились в настоящую агрессию, которой, казалось, не было конца.

***

Туман. Пустота. Слабость. Что-то сдавливало тело, но больше всего руки и ноги. Ничего не слушалось, как и разум. Веки были тяжёлые и не хотели открываться. Дыхание очень тихим. И только сердце постепенно ускоряло свой ритм. Ешиюки очнулся. Что-то внутри оборвалось. Невидимые нити, которые сдавливали его, ослабли и исчезли. Все тело ныло. Словно его взяли за руки и за ноги, раскачали и с силой швырнули об пол. Но перед этим хорошо отбили все: и рёбра, и живот, и почки… Пошевелив конечностями, он почувствовал, что их неприятно стянуло. Когда зрения полностью прояснилось, он понял, что связан по рукам и ногам. Присмотревшись, Хатори разглядел широкие прочные кожаные ремни, стягивающие запястья и, вдобавок, привязанные к батарее. Ноги были неудобно вытянуты вперёд и так же стянуты ремнями на лодыжках. У него все внутри похолодело, когда он увидел сидящего рядом Ю, который с большим интересом смотрел на него. - Ну, наконец-то проснулся. Долго ты спал. Похоже, я превысил дозу. Хатори только шумно выдохнул и задергался, пытаясь освободиться. Однако, через некоторое время понял, что не сможет разорвать эти тугие ремни. - Даже не пытайся, - пригрозил ему Янасе и поднялся. Ешиюки посмотрел на него и тут обратил внимание на то, что пространство вокруг них выглядело не так, как раньше. Это была его комната, но…что-то изменилось. Он не сразу понял, что просто стало чисто. - Где…все…мои…вещи? - медленно спросил он. - Я не хотел проводить допрос в этом свинарнике, - ответил Ю, - Вот и убрал все. Времени было предостаточно. Это почему-то разозлило Хатори и он задёргался с новой силой. - Тишие-тише. Что ты так разошелся, ведь я еще не начал, - как-то издевательски потянул Янасе. - Ты ненормальный? Вломился, избил, усыпил, связал. Это же сродни насилию… - Ничего более. Это ты его совершил, я всего лишь…дополнил. Насильник… «Значит, Тияки ему все рассказал». Ю подошел к нему вплотную и быстро, взволнованно начал говорить ему в самое лицо: - Ты изнасиловал моего друга, моего любимого человека, и теперь ты - конченый преступник. - Ёсино тебе всё рассказал? - В том то и дело, что нет! Я сам догадался. И это меня взбесило, - Ю запнулся. Ешиюки тоже не знал, что ответить. Он был удивлён. Очень сильно удивлён. - Я тут не причём… - наконец вымолвил он. - Не причём??? - И что же ты хочешь? - Зачем и почему… - последовал вопросительный ответ. - Что зачем и почему? - не понял Хатори. - Зачем ты так поступил с ним? И почему он мне не рассказал ничего об изнасиловании, обманывая и придумывая глупые отговорки… - голос его дрогнул, - Мне пришлось самому обо всем догадываться… Он перестал мне доверять? - Я откуда знаю… - Ты знаешь его больше меня… - Это так, но… - Поэтому я хочу всё знать! Я хочу понять, почему мы оказались в этом дерьме! Моё условие: расскажи мне всё! И поклянись, что никогда не сделаешь Тияки больно. И что оставишь нас в покое. - Я и так оставил, ведь он теперь меня ненавидит… Что касается тебя… то… - Я так не думаю, - перебил его Янасе и неуклюже опустился на колени с ним рядом: - Тори… Я хочу всё знать! - он вцепился в воротник Ёшиюки и притянул к себе. - Ты нанес ему большую психологическую травму. Он теперь боится сексом заниматься!!! Хатори округлил глаза от таких откровений. Янасе продолжал бесноваться: - Ты сука, вот ты кто теперь. Но об этом знаем только мы двое. Я пока никому ничего не сказал. И, если ты хочешь, чтобы я молчал и дальше, тебе придется делать то, что я скажу. Я предлагаю тебе сделку. Ты же не хочешь, чтобы все узнали, что ты едва не убил Тияки, когда насиловал? Он еле оправился. Врач почти догадался обо всём, мне пришлось самому выкручиваться. А если я расскажу все врачу? Доказательства не понадобятся, тебя просто отправят на один анализ и все… Догадываешься, что произойдет потом? Тебя все начнут презирать, все будут плевать в твою сторону, называть грязным извращенцем. Уволят с работы. Твои же близкие друзья в первую очередь отвернутся от тебя. А ты сам отправишься в тюрьму лет на пятнадцать. Но я добрый и предлагаю тебе альтернативу: ты просто сделаешь то, что я прошу, и никто ничего не узнает. Так что оцени мое предложение. От тих слов Хатори едва не перекосило, Янасе загнал его в угол. - Ты псих, - с ужасом глядя в холодные глаза, прошептал Ешиюки. - Нет, Хатори, у меня все в порядке с психикой. - Ты на полном серьезе думаешь, что я соглашусь на это? - Конечно, у тебя нет другого выхода. Либо ты добровольно соглашаешься, либо я в деталях расскажу всему издательству, что по твоей вине Ёсино Тияки лежит сейчас в больнице. Перспектива того, что всем откроется такая правда не радовала Хатори, но и пресмыкаться перед Янасе он не собирался, но все же осмелился спросить: - И какое у тебя условие? - Одно простое, другое сложное. С какого начать? Ешиюки задумался. - Давай со сложного. - Уверен? Ты можешь пожалеть… - Мне уже не о чем жалеть, - отозвался Хатори, - Я это заслужил. По крайней мере, я знаю одно: Ёсино жив, но теперь мы с ним уже никогда не будем вместе… Можешь даже прям сейчас взять и оттрахать! Можешь поиздеваться, как тебе вздумается. Я это заслужил. Из этих услышанных слов, Ю понял, что Ешиюки просто сдался. - Через три дня Тияки выписывают из больницы, - произнёс Ю, отводя взгляд, - Я хочу чтобы вы встретились и поговорили обо всём и на этом все закончилось бы. Но я не могу простить тебя за то, что ты с ним сотворил. Была бы моя воля, я бы тебе отрезал член! Но я не какой-то маньяк, хотя руки так и чешутся. Но мне пришла в голову другая идея. Это и есть мой ответ. Янасе поднялся с пола, притянул пакет и вытащил оттуда альбом. Раскрыв его, он показал Хатори недавно нарисованный портрет Ёсино. - Ты знаешь, как я люблю его. И рад, что он тоже ответил взаимностью. Если бы не ты, у нас все бы было хорошо. Мы бы спокойно сидели сейчас дома и занимались любовью. - Слушай, ты что, только на сексе помешан? - вспылил Ешиюки, - Только и слышу от тебя это слово! Я вот, когда встречался с ним, у нас все было по обоюдному согласию. Я никогда его не заставлял! - Но сейчас это не важно… - Янасе посмотрел в альбом, потом закрыл его, убрал в пакет и потянулся рукой за шприцем. Сжав его, он запустил в предплечье Хатори иглу и выпустил оставшуюся жидкость. - Поспи пока, а мне надо кое-куда отлучиться. Спокойной ночи.

***

Ю покинул квартиру Ешиюки, чтобы остаток времени потратить на поиски одного непримечательного места. Янасе отправился в маленькую подпольную «аптеку», чтобы найти одну довольно специфическую вещь. И надеялся, что всё пройдет гладко. Узкий мощеный переулок был заставлен маленькими коробками. Пройдя еще немного, он увидел магазин, с покрытой полустершейся вывеской. «На все случаи жизни». Ю никогда не видел этой улицы и не был в этом магазинчике раньше. Войдя внутрь через маленькую дверь, он оказался в небольшом помещении, заставленным бутылками из под пива, консервными банками, а так же кальянами. Несколько минут Янасе с интересом озирался. Он проникся почтительным трепетом и не хотел нарушать тишину полутемной комнаты. Через мгновение грубый голос крикнул: - Дайте мне минутку! Голос доносился из темного дверного проема, который, видимо, вел в жилую часть дома. Когда Ю рассмотрел все, к нему вышел угрюмый и худой человек. Он задержался в дверном проеме, вытирая руки куском ткани. Разглядывая посетителя, то есть Янасе, мужчина неприятно улыбнулся, одновременно выпуская из задней комнаты других клиентов. Сердце Ю ушло в пятки, когда он увидел, что это пара фриков. Похоже, это еще была пара геев. Один обмотал вокруг шеи клетчатый шарф, второй вообще был почти голый - в одной майке и трусах. Оба были немного пьяны, ковыляли, обнявшись, словно парочка голубков, и весело хихикали. Они в унисон подняли брови, но, к облегчению Ю, промолчали. Янасе замер на несколько секунд, рассматривая их, прежде чем заметил за их спинами недовольную гримасу главного. - Что вы хотели, молодой человек? Здесь у нас, как видите, сейчас очень многолюдно. Все приходят группами, а вы один… - Действительно? А где твой? - спросил обнаженный фрик, в его вопросе звучала явная угроза. Температура в магазине поднялась на несколько градусов, и Ю сглотнул. - Где-то забыл, наверное, - пожал плечами тот, что бы в шарфе. Янасе отошел подальше от этих странных двоих и подошел вплотную к продавцу, тихо и быстро сообщил о своих требованиях, чем вызвал большой интерес хозяина. - Ах, вот оно что, конечно у нас это есть. Но… - он наклонился к уху Янасе и что-то прошептал. Ю попытался понять, что ему только что сказали. Вдруг он громко ахнул, обратив на себя внимание присутствующих. Его колени подогнулись, один из фриков подскочил к нему и подхватил, а потом слегка встряхнул. - Ты в порядке? Его посадили на стул и дали воды. Потом все трое молча смотрели друг на него. Помолчав, продавец сказал: - Я пошутил, приятель, у нас тут свое место для своих. Но будь осторожен, кто знает, что тут тебе сделают? Ю с облегчением вдохнул. - Так значит, вы мне это продадите? - Конечно, - улыбнулся тот. - Сколько я должен? - поинтересовался Янасе, шаря по карманам в поисках денег. - Сколько? Нисколько. Наше заведение не берет денег. - А что тогда? - удивился Ю. И тут на его плечи опустились две руки. Эта пара фриков вцепились ему в плечи. Янасе струхнул и дёрнулся. - Я не собираюсь ни с кем спать! - заорал он, - У меня уже есть любимый человек! - Да? А тогда зачем тебе это? - поинтересовался парень в шарфе и перехватив из рук продавца маленькую бутылочку, потряс ею перед глазами Янасе. Ю догадался, эти двое - подстава, они оказались помощниками продавца. «Ну все я попал!!! Сейчас меня зацапают!» - Так надо, - голос слегка задрожал, но он собрал всю свою мужественность в кулак, - А если не верите, то в пакете у меня есть альбом. Там его портрет. - Потрет? - потянул тот, что был почти без одежды, отнял у него пакет и достал оттуда альбом. - Ты художник? - Почти… - уклончиво ответил Ю. - Это твой парень? - спросил он, показываю ему изрисованный лист бумаги. Тот кивнул. - Ёсино Тияки, это его имя? - спросил продавец, увидев в уголочке подпись. - Да. - Красивое имя и паренек симпатичный. Ладно, парни отпустите его. Он свой. Те послушно отпустили Янасе. Он поклялся про себя больше сюда и ногой не ступать. - Иди гуляй, малыш, а своему голубку предавай пламенный привет. Ю взял в руку этот флакончик, засунул в карман и, поблагодарив, поспешил поскорее убраться их этого сомнительного места.