Гюрза

Мы вышли на уходящую за холмы дорогу. Справа от нас располагался негустой лес, слева – стоянка заброшенной техники, где горел костер и находилась относительно небольшая группа людей в куртках, серо-зеленых комбинезонах «Заря» и «Ветрах Свободы». Аккорд кивнул в сторону леса: – Зайдем на пять минут, полянку проверить надо. – Какую полянку? – удивилась я. – Да там местечко одно. Земляничная полянка, можно сказать, – хмыкнул сталкер. – Земляничная? То есть? – На месте все увидишь, – махнул рукой парень, – дольше объяснять. Минут через десять, углубившись в лесок, мы вышли на небольшую, ничем не отличающуюся от других полянку, посреди которой подрагивал воздух. Аномалия. Ну и где земляника? Если земляникой Аккорд назвал артефакты, то их тут, похоже нет. Однако сталкер достал болты и стал подбираться к аномалии. Первый болт, долетев до аномалии, резко приостановился и начал раскручиваться по часовой стрелке. Прокрутившись несколько кругов, он вдруг с большой скоростью понесся в нашу сторону. Аномалия, прокатив на себе болт, выплюнула невкусную добычу. – Ну, новичок, что за аномалия? – спросил меня Аккорд. – Карусель, – не задумываясь, ответила я. – Хватит цирк устраивать. Лучше скажи, зачем мы сюда пришли? Ты хотел узнать, как хорошо я запомнила то, чему ты меня учил? И почему ты назвал это место земляничной поляной? Артефактов тут вроде нет. А времени у нас мало: сам сказал, нам до вечера надо до Армейских складов добраться. – Это земляничная поляна в прямом смысле слова. А земляника, которая вырастает вокруг Каруселей, покруче любого артефакта будет. Ягод и цветов у этой, так сказать, псевдоземляники нет. А за пару-тройку листочков этого растения можно выручить куда больше, чем за Выверт. – И чем же эти листочки так ценны? – усмехнулась я. – Светятся в темноте от радиации и их можно использовать ночью вместо фонарика? – Если приложить листок псевдоземляники, обработанный спиртом, под бинт на рану, он через некоторое время уменьшит боль. А через сутки псевдоземляника практически заживит рану, какой бы ужасной и серьезной она не была. Ну и байка такая есть: найдешь и съешь ягоду псевдоземляники – станешь практически неуязвимым до конца дней своих, раны будут заживать, как на химере. В том и смысл, что байка. Ягод псевдоземляники не видел никто. И причем в каждом лесу здесь обычной земляники довольно много, и ягоды встречаются. Но у аномального растения, что вырастает у Каруселей, плодов почему-то никогда не бывает. Одними усами размножается. И весной одна из первых отмерзает. Я пригляделась – под аномалией не было видно земли: одни тройчатые листочки, чуть забрызганные чьей-то кровью. По мере отдаления от центра Карусели кусты псевдоземляники редели. – Может, пару листочков отхвачу, – сказал Аккорд, бросая следующий болт. – В пути если не приходятся, так на складах кому надо продам, все прибыль. Болты падали на землю с легким шорохом, приминая короткую траву. Очень осторожно Аккорд подбирался к кустикам псевдоземляники. Подкравшись на метр к самым ближайшим листочкам, сталкер лег прямо на землю и осторожно двинулся вперед. Дотянувшись рукой до аномального растения, Аккорд, медленно схватив в пучок листья, аккуратно потянул их на себя. Карусель, почувствовав, что ее сад разворовывают, дрогнула, как и я в тот момент. Но, к счастью, аномалия оказалась бессильна: расстояние было слишком большим для того, чтобы Карусель могла захватить довольно тяжелое тело сталкера. Через некоторое время Аккорд, отдав мне пучок вырванной с корнем псевдоземляники, отряхивался от прошлогодних листьев и земли, налипшей на комбинезон. – А теперь мы куда? – спросила я, убирая целебное растение в рюкзак. – Теперь мы вернемся на дорогу. Конечно, неплохо бы было пройти по лесу, не привлекая лишнего внимания, но тут может быть приличное количество зверья. Лучше мы пройдем по дороге до развалин Барахолки и свернем вправо, в лесок. А там выйдем у камней на Армейских складах. Да и на стоянку техники зайдем: может, кто из наших ребят на склады тоже пойдет. Минут через пятнадцать мы уже подходили к стоянке. Народу там поубавилось: свободовцев стало наполовину меньше. Дежурный сталкер в «Заре» кивнул нам: – Просто посидеть или дело какое? – Что-то среднее. У вас никто на Армейские склады не собирается? А то нам вдвоем идти как-то скучно да и не очень безопасно. – Эх, вот пришли бы вы на полчаса раньше… У нас ведь с четверть часа, как Миксер, Баюн и Желток к Депо пошли, к торговцу. На склады как раз пойдут. Скоро нас вообще на стоянке двое останется, для контроля, а остальные по Свалке разбредутся… Вы идите к Депо, может, еще догоните ребят. За время, что мы шли к Депо, Аккорд объяснил мне, что основная база одиночек на Свалке – в Депо у торговца Крокуса, куда они все и сходятся по вечерам, а днем – расходятся по Свалке, зачищая ее от бандитов и мутантов, заодно – собирая артефакты. Торговец в Депо был копией Кармана. Только чуть поменьше, намного моложе и лицо слегка другое. Когда мы пришли, он отчитывал сталкера в «Заре»: – Ты меня что, за идиота считаешь? Нет, ты скажи: за идиота считаешь? Думаешь, я совсем дурак? Думаешь, аномальную землянику от обычной не отличу, да? – увидев нас, Крокус немного успокоился. – Уходи давай. Ко мне вон, нормальные люди пришли. Одиночка схватил пучок земляники, лежавшей на столе, и ушел. – Здорово, Аккорд, – кивнул торговец. – Надеюсь, порадуешь чем? А то ничего стоящего с последнего выброса никто не притащил. – А что стоящее может быть на Свалке? Ничем, к сожалению, порадовать не могу. На Армейские склады идем с Гюрзой, вот, думали, попутчиков найдем. А что, Желток, Миксер и Баюн уже ушли? – Вообще-то, они даже не приходили. Я уже полчаса тут скучаю, переругиваясь с очередным идиотом, считающим себя умнее всех. – Понятно… Значит, сюда они не заходили, – протянул Аккорд. – Что ж, мы тоже пойдем. Мы вышли из Депо. Обогнув радиоактивный холм, покрытый аномалиями, мы свернули налево и двинулись по негустому лесу. Издалека доносились звуки выстрелов и выкрики, понять которые было невозможно. Чем больше мы шли, тем отчетливей слышалась перестрелка, к которой мы приближались. Вскоре из-за кустов, которыми Свалка сильно поросла в этом месте, показались развалины здания, около которого яростно перестреливались несколько людей в черных куртках и «Ветрах Свободы». Не очень далеко от места, где находились мы с Аккордом, спрятавшись за бетонной плитой, боком к нам сидел на коленях один из бандитов, предоставляя нам возможность прицелиться. Аккорд моментально, без колебаний вскинул «калаш» и почти сразу выстрелил. Выпустив еще пару патронов из MP5 в никуда, бандит с простреленной головой (вернее сказать – отстреленной) завалился набок. Тем временем выстрелы свободовцев смолкли. Судя по лежащему телу в черной куртке около другой бетонной плиты, победу одержали свободовцы. Вскоре мы обнаружили их около самих развалин здания. Вскоре выяснилось, что двое свободовцев, остановившихся у одной из бетонных плит, чтобы прийти в себя после боя, – это Баюн и Миксер. Баюн, невысокий полный парень, был ранен пулей в предплечье. Миксер спешно копался в аптечке и объяснял нам сложившуюся ситуацию. – Мы в Депо шли. Только ПДА у нас пискнули – сигнал SOS от Барахолки. От Вьюна, они вчера вечером с Кляром не вернулись. Мы, как дураки, поперлись сюда, в засаду. Ну и вот ситуация. Желтка мы потеряли, Баюна ранили. Еще и земляники с собой нет… У вас, случаем, не найдется? Должок вернем, как сможем. Я достала пучок листьев, добытых Аккордом. – Понятно… – протянул Аккорд. – Значит, на Армейские склады вы сейчас не пойдете… – Почему не пойдем? – возразил Миксер. – Пойдем. Задание никто не отменял. Примерно через полчаса, когда рана Баюна была обработана, мы вчетвером двинулись в лес. Погода была довольно таки хорошая для Зоны: солнце изредка показывалось из-за облаков, но тут же скрывалось. Вокруг нас шуршали кусты от сильного и холодного весеннего ветра. За этим шуршанием мы не заметили, как к нам подобралась небольшая стая слепых собак. Так бы они и набросились на нас из зарослей, если бы не визг щенка-подростка, которого тяпнул в воспитательных целях кто-то из сородичей. Так как скрываться дальше было бесполезно, стая бросилась на нас из кустов. Хорошо, что все держали оружие наготове и почти сразу начали стрелять. По непонятным причинам мутанты промчались мимо меня и Баюна, которому из-за раны пришлось стрелять из пистолета левой рукой, что, понятное дело, не очень удобно. Всех пятерых псов мы положили быстро и без потерь. Удобнее всего стрелять было мне: на меня слепыши не кидались, да и обе руки хорошо работали. Только мы вздохнули с облегчением, как раздался хриплый лай. Такой хриплый, что его даже лаем трудно было назвать. Из кустов показался мутант, который, скорее всего, управлял слепышами – матерая седая псевдособака. Она была намного умнее и хитрее своих подопечных: показав нам свою ободранную морду, псина скрылась в кустах. И только шуршание. Мутант понимал, что он один против четверых почти ничто, и поэтому как можно дольше пытался нас запутывать и запугивать.