J2 навсегда

Не дожидаясь завтрака, Джаред побежал к дому Дженсена, чтобы поговорить с ним, успокоив откровенным разговором и его, и себя. Конечно, он понимал, что ради ребенка им придется чем-то пожертвовать, пересмотреть свои давние планы на покорение неизведанных высот, но не считал это чем-то ужасным и неотвратимым. Ничего страшного не случилось бы, если бы они перекантовались годик-другой у себя в городке, зато потом отправились бы в ЛА уже втроем, с новым пережитым опытом и знаниями. А учиться первое время можно было и в Далласе, просто им пришлось бы вставать пораньше, чтобы успеть на самый первый автобусный рейс — так рассуждал Джаред, приближаясь к дому бойфренда. Пролезая аккуратно через забор, чтобы не побеспокоить домочадцев Дженсена, он рефлекторно положил ладонь на живот, невольно защищаясь от шероховатой поверхности деревянного покрытия. И улыбнулся, осознав это. Малыш, пусть даже еще и не рожденный, будил в нем родительский инстинкт. Подобрав мелкий камешек, Джаред кинул его в окно бойфренда, пристально вглядываясь в немного запыленное стекло, где обычно появлялась заспанная физиономия Дженсена с непослушно топорщащимися после сна вихрами. Напрасно прождав его появления несколько долгих минут, он вздохнул и запульнул в окно снова, негромко крикнув: - Дженс! В соседнем окне показалось недовольное лицо старшего Эклза, смерившего его уничижительным взглядом. Джаред с трудом сдержался, чтобы не дать стрекача, а вежливо кивнуть в ответ, уж очень грозным выглядел будущий свекор. Он неуверенно переминался с ноги на ногу, раздумывая, дождаться ли ему Дженсена или прийти попозже, но тут в поле зрения вновь появился Алан Эклз, вышедший из дома. - Доброе утро, мистер Эклз! - Джаред робко улыбнулся, по-детски пряча за спиной ладонь с зажатым камешком. - Извините, если разбудил, я пришел к Дженсену. - Здравствуй, Падалеки, - поздоровался с ним отец бойфренда, практически цедя его фамилию по слогам, заставляя внутренне сжаться от плохого предчувствия. - А Дженсен уже далеко, сегодня ранним утром у него был авиарейс в ЛА, - Алан злорадно усмехнулся, потирая заросший седой щетиной подбородок. - Как в Лос-Анджелесе, у нас ведь билеты куплены на другое число? - Джаред еще не осознал масштабы бедствия и только искренне удивился, гадая зачем отец Дженсена так жестоко шутит. - Билеты не сложно и обменять, - с ехидством заметил Алан, с нескрываемым удовольствием ставя зарвавшегося соседского мальчишку на место. - Дженсена ждет великое актерское будущее, его талант заслуживает настоящего признания и славы. - Вы меня обманываете, Дженсен не мог уехать без меня, - не выдержав пытки издевательским тоном старшего Эклза, он выхватил из кармана мобильник, пытаясь связаться с женихом. Короткие гудки, сменившиеся металлически-беспристрастным голосом автоматики, заставили его похолодеть, несмотря на пробивавшийся утренний зной. - Дженсен оставил телефон дома, в ЛА ему все равно понадобится другой оператор сотовой связи, - Алан едва не смеялся над чуть не плачущим Джаредом, будто отыгрываясь на нем за все собственные неудачи и промахи, вынудившие его когда-то осесть в их маленьком и ничем непримечательном городишке. - Не может быть, не может быть... - потерянно шептал Джаред, прижимая ладонь к животу, раздражая этим незамысловатым жестом старшего Эклза еще больше. - Что, все твои планы по шантажу моего сына полетели в тартарары? - Какой шантаж? - Джаред недоуменно вскинулся на собеседника, демонстрируя застывшие в глазах слезы. - У меня будет ребенок от Дженсена и я думал... - Ты думал, маленький паршивец, что навсегда привязал его к себе, так удачно забеременев, - перебил его Алан, краснея от негодования. - Но кто много рассчитывает — всегда просчитывается, - закончил он торжествующе. - За что вы меня так ненавидите, мистер Эклз? - Джаред все-таки не удержался и пролил слезинки, утирая их тыльной стороной ладони. - Что я вам плохого сделал? - Такие, как ты — классический пример неудачника и примитивного обывателя, неспособные сделать шаг в сторону и построить настоящую карьеру. Убогая работа с девяти до пяти в каком-нибудь офисе с понедельника по пятницу, да барбекю по субботам — ваш вечный предел мечтаний. Но мой сын достоин большего, куда большего! - Алан, ты куда пропал? - раздался певучий голос Донны, выглянувшей из приоткрытого окна и приветливо помахавшей соседскому мальчишке, верным хвостиком всегда следовавшим за Дженсеном. - Завтрак давно готов. - Все, Падалеки, разговор окончен. Да, и не вздумай рассказывать направо-налево про свою беременность якобы от моего сына. Иначе все узнают о том, какая ты шлюшка, дающая всем без разбора, - пригрозил Алан на прощание. - Дженсен был у меня первым и единственным! Это точно его ребенок, - упрямо не сдавался Джаред, зная что истина на его стороне. - Люди больше склонны верить сплетням и слухам, нежели правде, - цинично заметил Эклз. - А теперь ступай к себе и не вздумай больше появляться у нас со своими небылицами, - он направился к дому, попутно срывая большую пурпурную розу и с наслаждением втягивая в себя ее сладковатый, дурманящий аромат. Сегодняшнее утро определенно удалось. - Сынок, открой дверь, пожалуйста. Обед стынет, а ведь ты еще и не завтракал, - Шерон в который раз настойчиво постучала в комнату Джареда, запершегося на ключ. - Мам, я же сказал, что не голоден, - оторвавшись от подушки, влажной от слез, Джаред попытался говорить нормально, стараясь подавить спазм горла от длительных рыданий. - Да сколько можно с ним носиться, как с пятилетним, - послышался сварливый голос отца и постукивание его деревянной трости, с которой он никогда не расставался по причине хромоты. - Проголодается — поест. В ответ Шерон что-то пробормотала тревожным шепотом, слов Джаред не разобрал. - Джей, открой быстро дверь, мать беспокоится о тебе, - немедленно скомандовал старший Падалеки, повысив голос. - Оставьте меня в покое! - выкрикнул Джаред, срываясь на всхлип и тут же замолкая. - Если сию секунду ты не отопрешь дверь — я ее выломаю, - пообещал вконец разозленный Джеральд, для верности грохнув со всей силы тростью по полу. Не сомневаясь, что отец так и поступит, Джаред вскочил с кровати и, повернув ключ пару раз в замке, вновь улегся, отвернувшись к стене. - Джей, что случилось? Ты плохо себя чувствуешь? - Шерон мигом уселась рядом с сыном в попытке потрогать его лоб. - За что мне такое наказание, о боги, - риторически вопросил Падалеки-старший, входя следом за женой. - Какое счастье, что через неделю наш сын уедет в ЛА и заживет своей жизнью. Услышав последнюю фразу отца, Джаред не смог подавить беззвучное рыдание, сотрясаясь всем телом. - Джей, ты плачешь! - потрясенно воскликнула Шерон, не видевшая слез сына с его раннего детства. Даже частенько падая и разбивая коленки, он молча терпел боль, терпеливо снося все материнские манипуляции с его царапинами и ушибами. - Небось со своим ненаглядным Эклзом поссорился, вот и льет теперь слезы, - заключил Джеральд, стукнув тростью. - Не волнуйся, папа. Больше ты меня рядом с Дженсеном не увидишь, потому что он уехал. Уехал! - прокричал Джаред в отчаянии, вконец выведенный из себя теперь уже собственными родителями. - Без тебя? А как же ты? - растерянно пролепетала Шерон, с болью в сердце наблюдая заплаканного и очень расстроенного сына. - Вы же вдвоем собирались в Калифорнию, деньги копили на поездку, мы тебе даже билет на самолет подарили к выпускному балу. - Потому что я не нужен Дженсену, вот почему! Я вообще никому не нужен: ты постоянно занимаешься с Меган, у отца в любимчиках Джефф, а я для вас пустое место, обуза! - Джей, не говори так, пожалуйста, - Шерон обняла сына, прижимая к себе в порыве защитить от всех невзгод, как делала это в его детстве. - Ты же знаешь, почему я все свободное время провожу с твоей сестрой. А отец берет слишком много заказов, чтобы обеспечить всем вам достойное существование, поэтому не может ходить с тобой на рыбалку или на футбол, как другие родители. - Почему вы с Дженсеном расстались? - настороженно поинтересовался старший Падалеки, начинавший подозревать неладное. Джаред поднял на него зареванное лицо, неохотно отрываясь от матери. - Потому что ему не нужен ни я, ни наш будущий ребенок, - тихо ответил он. - Я отказался делать аборт, и Дженсен бросил меня. - Господи! - пораженно ахнула Шерон в резко наступившей тишине комнаты. - Вот скотина — обрюхатил нашего сына и свалил подальше, - завопил вслед за ней Джеральд, мгновенно наливаясь яростью. - А ведь я предупреждал тебя, Джей, говорил держаться подальше от Эклзов, зная их подлую натуру, но ты все твердил, что «Дженсен не такой». А он просто получил от тебя все, что хотел и сбежал из нашего захолустья, повесив на меня очередного нахлебника. Да мне скоро работать по ночам придется, чтобы прокормить вас всех. - Джей, не слушай отца, я давно мечтаю о внуках, - попыталась успокоить сына Шерон, бросив осуждающий взгляд на мужа. - Думала, что Джефф порадует нас с отцом первым, но ты его опередил. Будет кому теперь вязать пинетки и кофточки, а насчет денег не волнуйся — придумаем что-нибудь. - Так, я немедленно отправляюсь к Алану Эклзу, - принял решение Падалеки — старший. - Пусть он тоже поучаствует в судьбе будущего внука. А вздумает кочевряжиться — пригрожу полицией, ты ведь еще несовершеннолетний, и закон на нашей стороне. Его сын за все ответит. - Нет, не надо полиции, - ни на шутку испугался Джаред, вспоминая недавнюю беседу с отцом Дженсена. - Я лучше уйду из дома, чтобы не быть вам в тягость. - Прекрати третировать сына, Джеральд, - строгим голосом велела Шерон мужу. - В его положении вредно волноваться, - она приложила ладонь к животу Джареда. - Мы сами справимся. Ой, мне же пора кормить Меган, - спохватившись, она вскочила с места и наскоро поцеловав сына, отправилась в комнату дочери. - Алан Эклз в курсе, что ты ждешь ребенка? - прямо спросил старший Падалеки усевшись на место жены и осторожно вытягивая больную ногу. - Да, - коротко сказал Джаред, не желая вдаваться в подробности. - Узнаю старину Эклза, - невесело усмехнулся Джеральд. - Говно непотопляемо, - и поймав недоуменный взгляд сына, пояснил. - Мы же с ним в одном классе учились, я его подлую душонку еще тогда раскусил. Ходил по школе эдаким самовлюбленным павлином, окруженный толпой прихвостней из театрального кружка, заносчивый и избалованный девчоночьим вниманием, воображая себя негласным королем. Любил порассуждать об актерах и фильмах, задирая нос перед своей верной свитой, ни в грош не ставя остальных. А уж если одноклассник чем-то отличался от других, к примеру, тем, что носил очки или был толстым, так вообще, насмехался над ним, делая фактически изгоем. - Тебя он тоже обижал? Ну, из-за хромоты? - Пытался... Но быстро зубы обломал, - процедил старший Падалеки, невольно сжимая кулаки. - Такие как он, вечно любят самоутверждаться за счет остальных. - Дженсен другой, он никогда не вел себя так, - покачал головой Джаред. - Он никого не унижал и не оскорблял, - и тут же замолчал, ощущая боль в груди от предательства любимого человека. - Ладно, Джей, не переживай, прорвемся как-нибудь, - Джеральд с неожиданной для самого себя нежностью, потрепал сына по взъерошенной макушке, тяжело вздыхая. Вечером, на семейном совете, решено было всем перебраться в Сан-Антонио, где жили их родственники, и где Джеральду давно предлагали работу в переплетной мастерской, зная как хорошего профессионала. - Не было бы счастья, да несчастье помогло, - пошутил он. - Мы с Шерон все никак не могли решиться на переезд, но теперь выбора практически нет, местные сплетницы ведь проходу нам не дадут, обсуждая беременность Джареда. Кстати, на время переезда ты мог бы уехать на ранчо к моему кузену, Джеффу, все равно в твоем положении вредно таскать тяжести, - обратился Джеральд уже к сыну. - Хорошо, пап, как скажешь, - безразличным тоном откликнулся тот, невидяще глядя в окно, где белым цветом наливалась яблоня. Еще неделю назад он отчаянно бы цеплялся за родной городок и за дом, где прожил всю свою жизнь, но сейчас ему самому, не меньше отца, хотелось уехать подальше от тех мест, где все напоминало о Дженсене. - Но перед отъездом на ранчо обязательно посети доктора, - наставительно произнесла Шерон. - В Сан-Антонио очень хорошая клиника, особенно все хвалят специалиста по мужским родам Мишу Коллинза. - Окей, мам, - тем же тоном отозвался Джаред, держась уже из последних сил. - А сейчас я хочу пойти к себе, устал что-то, - он быстро поднялся из-за стола и вышел из столовой, машинально кидая прощальный взгляд на соседний дом с красной черепичной крышей. Счастливая сказка с непременным хэппи-эндом обернулась для него жесточайшим разочарованием, давя тяжелым грузом неразрешенных проблем днем и горькими слезами ночью. Чета Падалеки обеспокоенно переглянулась, ища в друг друге поддержку и опору. - Алан, сегодня утром я встретила Шерон — она едва поздоровалась со мной, сразу же отворачиваясь в сторону, будто не желая даже смотреть на меня. - Не обращай внимания, дорогая, ты же знаешь этих Падалеки, - рассеянно отозвался Эклз, перелистывая очередную страницу газеты. - Небось, вообразили, что наш Дженсен был обязан жениться на их бездарном мальчишке, вместо того, чтобы делать карьеру в кино. Да что с них взять, провинциалов, дальше Далласа и нос не высовывавших. - Не знаю... Просто все это очень странно выглядит: срочный отъезд Дженсена, больше похожий на бегство, разные домыслы подруг на работе. Говорят, что Падалеки переезжают в Сан-Антонио и все мол, неспроста затевается. - Давай лучше ужинать, Донна, мы с Мак очень проголодались, - Алан приблизился к жене и поцеловал в щеку. - Не люблю бабские пересуды, ты же знаешь, - добавил он извиняюще. - А что касается Падалеки, то я очень рад, что больше не увижу постную физиономию Джеральда и его навязчивого отпрыска, ни на шаг не отпускавшего от себя нашего сына. Хорошо, что Дженсен решил порвать с ним. - А мне всегда нравился Джаред, - сказала Донна. - Очень добрый и искренний мальчик, по-моему. Не понимаю, почему они разошлись с Дженсеном, я была бы рада видеть их парой. Да и недостатки Джеральда ты слишком преувеличиваешь, ему досталось от жизни, вот и причины его скверного характера, а так он — порядочный и честный человек, везущий на своем горбу все многочисленное семейство, несмотря на инвалидность. Судя по искривившемуся в злой ухмылке Алану, он хотел произнести в ответ что-то резкое, но тут их уединение прервала младшая дочь. - Ма, па, а мы сегодня будем ужинать? - поинтересовалась она с детской непосредственностью, надкусывая зеленое яблоко. И Донна, всплеснув руками, понеслась на кухню, на ходу обсуждая с Маккензи меню на ближайший пикник, а Алан вернулся к брошенной газете, надеясь, что вместе с отъездом Падалеки канут в небытие и прочие неприятности, в виде грядущего пополнения их и без того многочисленного семейства. Будущего ребенка он упорно не хотел считать своим внуком.