J2 навсегда

- Расслабься, Дженс! Ты такой напряженный, - проворковала Данниль Харрис, невзначай кладя ладонь ему на грудь. С трудом заставив себя сдержать гримасу отвращения, он с излишней аккуратностью отвел ее руку с тщательно наманикюренными пальчиками. - Послушай, Данни, давай хотя бы среди своих не играть в жениха и невесту, окей? - и не дожидаясь ответа, Дженсен поспешил отойти в сторону барной стойки, чтобы стопкой неразбавленного виски унять разбушевавшиеся эмоции. Его псевдороман с Алоной не доставлял столько неудобства, потому что Тал была симпатична, неглупа, а главное — достаточно тактична, чтобы не лезть в чужое личное пространство. Они лишь продолжали играть перед выключенными камерами, в то время как нахальная и беспардонная Харрис постоянно донимала его ненужными знаками внимания. И если бы Марк не настаивал очень рьяно на их «отношениях», Дженсен давно послал бы ее подальше, но продюсер для такого начинающего актера, как он — царь и бог и перечить ему было бы величайшей глупостью. Тем более, Шеппард пообещал ему не препятствовать его вокальной или модельной карьере. Да, оказалось, что съемки в рекламе могут приносить неплохой доход, в этом Дженсен убедился снявшись для пары агентств. Звонок мобильника отвлек его от раздражающих мыслей. - Привет, Чад! - сказал он в трубку после очередного бокала, выпитого залпом. - Ну что, как проходит вечеринка у Шеппарда? - судя по голосу, Мюррей принял уже немало коктейлей и загнался травкой или кокаином. - Так себе, - честно ответил Дженсен, досадуя на своего продюсера, не пожелавшего пригласить и его друга к себе домой. - Марк — засранец, заставляет меня флиртовать с этой наглой сукой. Его ощутимо толкнули в спину, невольно прерывая разговор: рядом села Данниль, делая заказ бармену, наверняка слышавшая его нелестные слова в свой адрес. - Если ты думаешь, что я без ума от тебя и твоей провинциальной неотесанности, то ты ошибаешься, - сообщила Харрис, помешивая соломинкой куски льда в бокале. Дженсен громко рассмеялся, убирая телефон в задний карман джинс: - Понимаю вас, мисс Голубая Кровь, вы докучаете мне исключительно из-за антипатии. - Заткнись, умник, - злобно прошипела Данниль, разворачиваясь к нему лицом. - Я просто делаю то, что велит мне Шеппард. Вам, мужикам, конечно, проще пристроиться в Голливуде, особенно таким смазливым, как ты, - ее взгляд блеснул ненавистью. - Развлекаетесь? - к ним неслышно подошел Марк, расплываясь в добродушной улыбке. Правда, Дженсен давно уже понял, что это лишь его маска — имидж плюшевого толстячка, эдакого всеми любимого дядюшки, готового всегда прийти на помощь. Но дела он вел очень жестко. - Пытаемся, - если бы Дженсен не видел истинное лицо Харрис, сейчас вообразил бы, что та безумно рада находиться в гостях у их общего продюсера. - Вы оба так молоды и красивы, просто залюбуешься, - Шеппард снова улыбнулся и как-то странно переглянулся с Данниль, будто что-то замышляя, а потом, отсалютовав им стаканом с выпивкой, удалился. Дженсен тоже начал спускаться с высокого барного стула, не желая больше находиться в обществе Харрис. Но Данниль неожиданно преградила ему путь, протягивая на ладони какие-то таблетки. - Марк хочет, чтобы мы сегодня оторвались. - Неужели ты всерьез считаешь, что я возьму что-то из твоих рук? - сквозь зубы процедил Дженсен, жалея, что перед ним девушка, а не парень. Парню он, наверное, сейчас здорово бы бы врезал, наплевав на интересы продюсера. - Боишься? - усмехнулась Харрис, беря его за ладонь и пересыпая таблетки ему. - Зря, это типа экстази, только круче, - и вдруг склонилась к нему, проводя языком по чувствительной коже, слизывая одну из таблеток. - Опасаюсь, - Дженсен завороженно наблюдал за ее манипуляциями, словно загипнотизированный. - Как видишь, я жива, а скоро мне будет замечательно и легко, - Данниль рассмеялась, запрокинув голову. - В общем, захочешь — присоединяйся, - улыбнувшись напоследок, она танцующей походкой направилась вглубь помещения, оставляя его в сомнениях и раздрае. Искушение соблазном было велико, и Дженсен подумал, что понимает теперь сцену грехопадения в Библии, запретный плод всегда кажется более сладким и притягательным, чем все остальные. И он, конечно, не первый и не последний, кто решит не сопротивляться роковому влечению, а поддаться ему. Ожидание какого-то вдохновляющего эмоционального подъема сил после приема таблетки затянулось, и Дженсен в раздражении подумал, что скорее всего, рыжая плутовка разыграла его, подсунув вместо сильнодействующего средства обыкновенную пустышку. - Не хочешь посмотреть мою картинную галерею? - перед ним как чертик из коробочки снова нарисовался Марк, благодушно усмехаясь. Дженсен хотел сказать, что живописью не интересуются, но вместо членораздельных слов из его горла вырвались лишь отрывистые звуки. - Пойдем, Дженс, - его упрямо тянул к себе Шеппард, внимательно всматриваясь в глаза, и Дженсену ужасно не понравился его оценивающий взгляд. Дальнейшее он помнил урывками: почему-то вместо картинной галереи оказываясь в спальне — то ли гостевой, то ли самого Шеппарда. Память, ослепляющей на миг вспышкой, показывает ему Данниль — встрепанную, нагую, с размазанной помадой по краешкам губ, делающую ее похожей на вампиршу. Он хочет сказать ей об этом, но снова проваливается в густую черноту. Опять яркая вспышка: он — совершенно голый щиплет Харрис за соски, а та протяжно стонет, скача на его члене. - Молодец, моя девочка, - доносится как сквозь вату голос довольного Марка, который сидит рядом в кресле; его рука шустро движется в расстегнутой ширинке брюк. Дженсену кажется, что он участвует в каких-то сериальных съемках и снова впадает в непонятное беспамятство, медленной пеленой, обволакивавшей его сознание. - Дженс, Дженс, - он проснулся от тихого тормошения, недоумевающе широко распахнув глаза. - Очнулся, приятель, - с облегчением выдохнул Чад, успокаиваясь. - Ну и напугал ты меня вчера. При слове «вчера» на Дженсена разом нахлынули воспоминания. Воспоминания, которые хотелось бы забыть, стереть, делая вид, что ничего не произошло. Вскочив с постели, он помчался в ванную комнату, где его вывернуло наизнанку остатками легкого ужина и желчью. Ощущая на языке невыносимую горечь, Дженсен поторопился прополоскать рот водой, а потом шагнул в душевую кабинку, сразу врубая воду на полную мощность. - Шлюха, - произнес он вслух. - Шлюха! - ударяя кулаком по кафелю. Никогда в жизни еще не мечтая так сильно избавиться от грязи, прекрасно понимая, что никакие гели и шампуни не в состоянии отмыть его от чужих касаний и липких взглядов. Дженсен всхлипнул, оседая на дно кабинки, прикрывая лицо руками и не сразу почувствовал, что вода больше не падает на него водопадом, окутывая миллиардами брызг. На плечи ему упало мягкое полотенце — над ним склонился встревоженный Чад. - Дженс, Шеппард... Он что-то сделал с тобой... Против твоей воли... Дженсен молчал, не в силах ответить ему, затем заставил себя подняться и выдавить пару фраз, не глядя на друга. - Я позже тебе все расскажу, а сейчас хотел бы остаться один, извини. Чад неуверенно потоптался на месте, не зная толком что делать, но затем все-таки вышел за дверь, оставляя Дженсена наедине со свинцово-тяжелыми мыслями. Мюррей прошел в гостиную, распахнул бар, вытаскивая из нее пузатую бутыль бренди и щедро отхлебнул прямо из горлышка, тут же закашлявшись. Когда вчера ему позвонила так называемая «невеста» Дженсена — Данниль Харрис - и срывающимся на визг голосом попросила подъехать к особняку Шеппарда, чтобы забрать Дженсена домой, он сразу заподозрил неладное. Нет, Дженсен, конечно, не был паинькой, но никогда еще не напивался до невменяемого состояния, так, что его пришлось тащить практически на себе. Лицо Чада исказилось от душевной боли, он снова приложился к бутылке, а потом потянулся к мобильнику. - Привет, папочка! Надеюсь, ты соскучился? - дурашливо поинтересовался он. - Не беспокойся, я звоню по делу, - продолжил он, мгновенно посерьезнев. - Понимаешь, есть тут у нас в тусовке некая Харрис... - Спасибо, что пришел, Дженсен, мне не хотелось по телефону обсуждать это, - Марк в строгом костюме и привычной гримасой добродушия, показушно смущенно потупился, переходя к важной части беседы. - В прошлый раз, когда ты заговорил о своих сексуальных предпочтениях, я отмолчался, - он сделал театральную паузу, затягиваясь сигарой. Дженсен молчал, не желая облегчать ему задачу, приступ ярости и самобичевания у него прошел, но это не значит, что он по-прежнему будет послушной марионеткой в руках опытного кукловода. - Я — эстет, люблю все красивое, в том числе тела, особенно женские, - продолжил Шеппард мечтательно. - Но предпочитаю быть не участником, а зрителем. Дженсен скривился в усмешке: - У тебя наверняка богатая видеоколлекция, - бросив наугад. - Что ж, ты очень умный и проницательный молодой человек, Дженс! - улыбнулся очередной фальшивой улыбкой Марк. - Немногие красивые пареньки могут похвастаться этим. Но не буду тебя томить: да, я записал ваше... хм... свидание с Данни, уж очень хороша чертовка, да и ты не промах, - глаза Шеппарда загорелись плотоядным огоньком. - Обожаю смаковать кадры, останавливая их на самых пикантных моментах. - Марк, я хочу в следующем месяце сняться в рекламе, - прервал его пылкий монолог Дженсен. - Какой разговор, Дженс, - обрадованно воскликнул Шеппард. - В нашем деле главное практичность. Организую тебе шикарную съемку в журнале Стайлз. - Две, - Дженсен нервно облизал губы. Марк в ответ расхохотался: - Молодец! Чем сидеть и распускать сопли, сразу взял быка за рога. Уважаю, - протягивая ему руку. Дженсена внутренне передернуло от отвращения, но он заставил себя солнечно улыбнуться, словно на камеру и пожать чужую ладонь — никто не мог упрекнуть его в плохой актерской игре. И если уж он проиграл, поставив на Шеппарда — старого сластолюбца, как оказалось, то по-крайней мере, использует того на всю катушку, упорно пробиваясь наверх, через тернии к настоящим звездам Голливуда. *** - Клевый фильм, да? - после выхода из кинотеатра Мэтт выжидающе смотрел на Джареда, предоставляя тому самому выбирать: ограничиться ли дружеским рукопожатием, либо совсем не дружеским поцелуем. И Джаред, бывший выше ростом, склонился над ним, неловко прикасаясь к чужим шершавым губам, совсем не похожим на те, другие. Но ему не дали зацикливаться на прошлом, тут же перехватывая инициативу, увлекая в горячий и продолжительный поцелуй с одним на двоих дыханием. - Люблю тебя, Джей, - прошептал ему потом Коэн в губы. - С ума по тебе просто схожу, - прижимая его ладонь к своему паху, чтобы продемонстрировать свои слова воочию. Джаред и сам уже затвердел и хотел, очень сильно хотел оказаться сейчас распластанным под жарким, тяжелым телом. - Пойдем в отель, - предложил он первым, смущаясь. - Джей, - охнул Коэн в ответ. - Я и мечтать не смел так быстро уложить тебя в постель. - Послушай, Мэтт, это ничего особенного не значит, - быстро проговорил Джаред. - Здесь, в глуши к сексу относятся с излишней щепетильностью, сразу переводя отношения на другой уровень, но на самом деле ничего не меняется, скорее усложняется, - пробормотал он оправдывающе. Но Коэн его уже не слушал, распаленный сверх меры желанием. Гостиничные простыни были излишне накрахмаленными, а кровать противно скрипела при каждом толчке, сбивая с ощущений — напрасно Джаред пытался полностью сосредоточиться на процессе. Ему не в чем было упрекнуть Мэтта, старавшегося быть нежным и внимательным, подавляя свою излишнюю горячность верхнего. Но после всего испытывал только одно желание — поскорее оказаться дома, на ранчо. Нет, Джаред, конечно, ничем не выдал своих истинных чувств, стоически выдержав чужие ласки и поцелуи, но память — подлюка, самым издевательским образом подкидывала ему старый образ из прошлого - с необычайно зелеными глазами и мягкими губами, которые нежно прихватывали его кожу, лаская когда-то давно. Наконец он распрощался с Мэттом, добросившим его на своей машине до ворот фермы, не поддавшись на уговоры проводить его лишь до автобусной остановки. - Теперь я отвечаю за тебя перед твоим дядей и Господом Богом, - торжественно провозгласил тот, вгоняя Джареда в тоску: кажется, он все-таки, умудрился вляпаться в серьезные отношения, которые вообще-то не собирался заводить в ближайшее время. - Привет, Джефф, - Джаред поздоровался с родственником, вышедшим ему навстречу, когда он открыл входную дверь и наверняка видевшим его целующимся с невыносимо назойливым Коэном. Но оба промолчали об этом, пожелав друг другу спокойной ночи, а затем Джаред долго ворочался в кровати, борясь с искушением полистать все те журналы, которые прятал от дяди, а Морган героически боролся с самим собой и собственной ревностью при виде припухших губ Джареда, встречавшегося с Мэттом — молодым, сильным парнем, и его сердце разрывалось от боли поражения. *** - Мистер Эклз, ваш экземпляр контракта, - профессионально улыбавшийся адвокат, сунул ему под нос бумаги, а потом, попрощавшись с ним и Гэмбл, удалился, оставляя после себя шелест страниц и запах крокодиловой кожи от портфеля. Дженсен поставил размашистую подпись в конце многостраничного документа и протянул скрепленные листы Саре. - Не спеши, посмотри все тщательно дома, посоветуйся со своим юристом, - порекомендовала ему Гэмбл, сидя напротив него за столом в переговорной. - Не надо, я тебе доверяю, - Дженсен измученно усмехнулся. - В отличие от Шеппарда. - Ну, Марк оказался не таким уж монстром: разрешил тебе записать третий альбом на моей студии, выбивает для тебя рекламные съемки, - Сара переложила бумаги в кожаную папку. - Ничто в этом мире не делается просто так, все имеет свою цену, - проговорил Дженсен, вставая. - Подожди, Дженс, - Гэмбл тронула его за рукав, обеспокоенно глядя в его посеревшее от усталости лицо. - Что случилось? - Ничего, все в порядке, не обращай внимание, - попытался уйти от объяснений Дженсен, с трудом поделившийся случившимся даже с Чадом. Не хватало еще постыдных исповедей с Сарой. - Пусть будет так, - покладисто согласилась та, не настаивая. - Просто знай, что я не посторонний для тебя человек и всегда помогу, несмотря на наши разногласия в прошлом. Дженсен не представлял себе, как сам бы продолжал вести дела с предавшим его партнером. А он предавал, и предавал не только Гэмбл, но и Джареда, оставшегося в далеком прошлом, исчезнувшем, сгинувшем в омуте прошедших лет. - Спасибо за участие, Сара, но такие Иуды как я, лишь Шеппарда и заслуживают, - уклончиво ответил он на прощание с самоиронией. Гэмбл отстраненно улыбнулась ему, но стоило закрыться двери за ним, как быстро набрала номер своего доверенного лица, вслушиваясь в телефонные гудки. Сейчас, глядя на Сару, гневно сверкавшую глазами, никто не рискнул бы связываться с ней, даже сам Марк, прекрасно знавший деловую бульдожью хватку конкурента.