Позволь залечить твои раны

Однажды ночью Дайки не спалось, и он решил прогуляться во внутреннем дворике. Он надел лёгкие штаны и светлую тунику и вышел из дома. В ту ночь луна была особенно красива, её яркий свет падал на журчащий фонтан, от чего тот казался волшебным и чарующим. Дайки присел на его край и посмотрел вверх, любуясь «царицей ночи». Вокруг было ни души, и Аомине упивался этим умиротворением и тишиной. Вдруг на втором этаже он заметил тень. Она медленно кралась в направлении восточного крыла дома, и Дайки с ужасом вспомнил, что именно там находятся покои Кагами. Почувствовав беспокойство, он встал и незаметно прошмыгнул к мраморной лестнице, ведущей на второй этаж. Тем временем тень скрылась за поворотом. Аомине неслышно и быстро поднялся наверх и, заглянув за угол, различил высокую мужскую фигуру, которая уже подошла к нужной двери и взялась за ручку. Дайки был напуган, но, собравшись с духом, начал продвигаться вперёд, прижимаясь к стене, чтобы быть менее заметным. Мужчина отворил дверь и нырнул в комнату. Аомине понял, что счёт идёт на секунды и осмотрелся по сторонам в поисках подходящего оружия. Кагами был миролюбивым человеком и в отличие от многих богатеев не развешивал на стенах дома боевые топоры и копья. Аомине, конечно, соглашался с ним в этом, но в данный момент он бы предпочёл иметь хоть какое-то оружие. Вдруг он заметил вазу, которая стояла на небольшом столике напротив комнаты Кагами. Дайки бросился к столику, схватил вазу и ринулся в покои Тайги. Приоткрыв побольше дверь, он увидел, что незнакомец стоит около кровати господина и уже занёс над ним руку для удара, а в ней, в свете луны, блестел острый кинжал. С диким криком Дайки кинулся на разбойника. Меньше чем за секунду он оказался около кровати и со всей силы ударил мужчину по голове вазой. Тот не успел вовремя разобраться в ситуации и в итоге, потеряв сознание, свалился на пол, пачкая ковёр собственной кровью. Услышав сквозь сон страшный вопль, Тайга тут же проснулся. Он вскочил, как ошпаренный, и с удивлением смотрел на испуганного Дайки, у которого тряслись руки, а лицо было белым, как мел. Потом он перевёл взгляд ниже и увидел окровавленного слугу с кинжалом в руке и множество керамических осколков вокруг. В этот момент в покои вбежала стража с факелами и, не разбирая кто прав, а кто виноват, схватила Аомине. Тот начал вырываться и беспомощно смотрел на Тайгу. - Отпустите его! – приказал Кагами. – Хватать надо не его, а вот этого, который на полу лежит! Отнесите его в подвал, а когда очнётся, допросите! После доложите мне о результатах! - Но господин, - начальник стражи решил возразить. – Вдруг они заодно? - Ты будешь мне указывать в моём собственном доме?! – Тайга поднялся с постели и подошёл ближе к стражникам, глаза его сверкали гневом и яростью. – Я всё сказал! Выполнять! И пришлите слуг, чтобы они к утру убрали всё! Я переночую в другой комнате! Начальник кивнул, а один, самый высокий стражник, перекинул злоумышленника через плечо и вышел из комнаты, за ним последовали остальные. Начальник ушёл последним, оставив господина и раба наедине. Дайки всё ещё стоял с паническим ужасом в глазах и прошептал глядя на Кагами: - Господин… Я не с ним заодно… Это неправда… Он упал на колени и низко поклонился, доставая лбом до пола. - Это неправда, господин… Неправда… - повторял Аомине, как заведённый. Тайга приблизился к нему и, взяв его за плечи, поднял на ноги. Он заключил лицо невольника в ладони и погладил большими пальцами бледные щёки. - Тише, Дайки, тебя никто не обвиняет, - успокаивал он. – Наоборот, я очень благодарен тебе. Ты спас мою жизнь. Я теперь у тебя в неоплатном долгу. Не бойся, никто не тронет тебя. Успокойся пожалуйста. Кагами крепко обнял Аомине, которого всё ещё била дрожь, и ласково погладил по спине. Дайки доверчиво уткнулся носом в его плечо, положил руки ему на грудь и, закрыв глаза, вдохнул аромат любимого тела. Тайга стоял в одних штанах с голым торсом, и Аомине, чувствуя, как возбуждение сменяет страх, поспешил отстраниться. Он завозился в объятиях и сказал подрагивающим голосом: - Господину надо отдыхать… Я пойду к себе, если позволите… Кагами усмехнулся, ещё крепче прижимая его к себе и пресекая возможность побега на корню. Наконец-то любимый рядом с ним, в его руках, и Тайга не был намерен отпускать Дайки сегодняшней ночью. Близость Аомине сводила его с ума, а внизу живота всё скручивало от нахлынувшей страсти. Кагами взял Дайки за руку и, ни слова не говоря, потащил в другую комнату. Они почти бегом пересекли коридор и остановились в самом конце, около большой резной двери. Тайга открыл её и втолкнул внутрь ничего не понимающего Дайки. Тот вдруг оказался посреди большой спальни, которая была освещена лишь ярким лунным сиянием, и, увидев огромных размеров кровать, залился румянцем. Кагами закрыл дверь и неспеша, словно хищник, настигающих несчастную жертву, подошел сзади к Аомине. Он обвил любимого руками за талию и запечатлел поцелуй на его шее. Дайки закрыл глаза и положил голову ему на плечо. - Это спальня моих покойных родителей, - зашептал Тайга, продолжая покрывать поцелуями пряную кожу Дайки. – На этой кровати моя мать потеряла невинность, здесь же и я родился. А теперь хочу разделить с тобой это ложе… Аомине глубоко вздохнул и вцепился пальцами в руки Тайги. Вдруг в дверь постучали. Кагами рыкнул и зло выкрикнул, оторвавшись от приятного занятия: - Кто ещё там? - Я подумал, что господину нужен будет свет… - послышалось из-за двери. Тайга отстранился от Аомине и в два прыжка оказался около портала. Он рванул створку на себя и увидел старенького слугу, который держал факел в руке и виновато улыбался. Кагами, буркнув слова благодарности, быстро взял факел и захлопнул дверь. Он установил светоч на стене в специальной подставке, и тут же комната озарилась ярким светом. Кагами вновь подплыл к Дайки и, развернув к себе, без лишних церемоний впился в его рот своим. Возбуждение накрыло его, и Тайга, забыв обо всём на свете, терзал его губы, гладил руками плечи и спину, спустившись на ягодицы, судорожно сжал их. Аомине прижался к нему и пальцами изучал грудь и живот господина. Он был настолько счастлив сейчас, стоя рядом с ним, что был готов сделать что угодно, лишь бы Тайге было хорошо. Кагами раздвинул губы возлюбленного и юркнул внутрь тёплым языком. Аомине подался вперёд, и их языки встретились, затеяв страстную игру. Они свивались лаская друг друга, а двое любовников постанывали в унисон. Вскоре они стали задыхаться от нахлынувших чувств и недостатка воздуха. Кагами, отстранившись, начал осыпать шею и ключицы Аомине лёгкими поцелуями и приговаривать: - Я люблю тебя… Господи… Как же я люблю тебя, Дайки… Аомине болезненно улыбнулся, услышав его признание, и зашептал: - Я тоже вас люблю, хозяин… Очень сильно… Тайга поднял голову и посмотрел в синие глаза. В них читались бесконечная преданность и обожание. Он снова прикоснулся к губам Дайки и принялся стаскивать с него одежду. Туника тут же полетела на пол, и Кагами потянулся, чтобы снять с любимого штаны, но тот остановил его. - Господин, прошу, не надо… - прошептал Аомине, опуская глаза и краснея. – Я могу удовлетворить вас ртом… Тайга усмехнулся и спросил: - Ты стесняешься меня? Дайки отрицательно замотал головой. - Не в этом дело, господин… - ответил он. – Я не хочу, чтобы вы меня таким видели… Вам будет противно… Прошу, пожалуйста, не надо… Кагами прижал его к себе и шепнул на ухо: - Дайки, хороший мой, с чего ты взял, что мне будет противно? Ты прекраснее всех на свете! И я всегда буду любить тебя… Вдруг Аомине резко оттолкнул его от себя, и Тайга увидел совершенно другого Дайки. У «того другого» был остекленевший взгляд, и он будто смотрел сквозь Кагами, жуткая улыбка напоминала оскал, а его грудь вздымалась, словно Аомине не доставало воздуха. - Вы будете любить меня всегда? Да? – Дайки говорил так, словно выплёвывал слова. – Вы будете любить меня даже таким? Аомине отошёл от Кагами, резкими движениями снял штаны и раскинул руки в стороны. Он повернулся вокруг своей оси, давая хозяину возможность хорошенько рассмотреть себя. То, что увидел Тайга, заставило его распахнуть глаза в ужасе и застыть на месте. Обе ноги Дайки были покрыты жуткими шрамами. Бёдра, колени, голени, ягодицы – всё было затянуто сеткой рубцов. - Я всё ещё вам нравлюсь, господин? Вы любите меня? – Дайки был похож на человека, который потерял рассудок. Он тяжело дышал и, казалось, вот-вот разразится истерикой. Какая-то часть его мозга вопила о том, что не гоже так грубо разговаривать с хозяином, но на Аомине вдруг разом накатили все обиды и страхи, что он не смог совладать с собой. - Откуда? – выдавил Кагами. – Кто это сделал с тобой? За что? - Кто? – казалось, Дайки был удивлён вопросу. – Я думал, вы догадаетесь. Это господин Ханамия Макото постарался! Вы как-то спросили: как он обращался со мной? Так вот вам мой ответ: он чудовище! Дьявол! Садист! Он постоянно унижал, бил, издевался надо мной! Он пичкал меня всякой дрянью, насиловал и уродовал! И всё время говорил, что я никому не буду нужен таким! Никому! Он мучил меня, а сам улыбался! Понимаете, улыбался! Ведь вам, богатым, всё равно что мы, рабы, чувствуем! Нас можно покупать и продавать, можно любить и издеваться! С нами можно делать всё, что угодно! Даже вы говорите, что любите меня! Но настанет день, и вы должны будете оставить меня! Это неизбежно! Тайга не мог больше выносить этого. Он смотрел на Дайки и не мог поверить, что такое можно сотворить с человеком. Кагами никогда пальцем не тронул никого из своих слуг и поэтому не понимал, зачем мучить беспомощного человека. Он подошёл к Аомине и, взяв его лицо в свои ладони, посмотрел прямо в синие глаза. Тайга заговорил спокойно, но твёрдо: - Я никогда тебя не оставлю! Слышишь? Никогда! Ты мой! А я твой! И я никогда тебя не отпущу, даже если ты сам захочешь избавиться от меня! Я люблю тебя, Дайки! Люблю и таким тоже! Любым люблю! Дайки сглотнул и ошарашенно посмотрел на него. Слова застряли в горле, а сам он боялся пошевелиться. Тайга легонько прикоснулся к его губам своими и лизнул их языком. Аомине издал тихий стон и покачнулся. Слишком много всего случилось за последний час, и силы постепенно оставляли его. Видя его состояние, Кагами взял его за руку и отвёл к кровати. Тот не сопротивлялся и послушно последовал за ним. Тайга помог Дайки лечь и, скинув с себя одежду, забрался сверху. Кагами расцеловывал лицо возлюбленного, шею, плечи, грудь, живот, гладил шелковистые волосы. Спустившись ниже, он начал выписывать языком влажные узоры на ногах Аомине, трепетно целуя каждый шрам. Дайки захлестнула волна бесконечного счастья, а возбуждение уже кипело в крови. Его член налился кровью и встал, а анус запульсировал. За свою недолгую жизнь Аомине много занимался сексом, но всё время это было по принуждению и не доставляло удовольствия. Но теперь ему хотелось погрузиться вместе с Кагами в этот бешеный водоворот страсти и дарить всего себя любовнику. Он стонал и выгибался от его умелых ласк, умолял Тайгу прекратить любовную пытку и наконец взять его. Но Тайга не торопился и с хитрой улыбкой продолжал вылизывать и посасывать пальцы на его ногах. Дайки, видя сие безобразие, широко раздвинул ноги и снова умоляюще осмотрел на любовника. Тот не выдержал прекрасного зрелища и, приблизившись лицом к промежности, лизнул языком истекающий смазкой член. Аомине подбросило на кровати, а Кагами вобрал его ствол в рот и принялся нежно посасывать. Он ласкал член языком по кругу и по всей длине, дразнил головку и уздечку. Двумя пальцами он проник в анус и задвигал ими, подготавливая отверстие к соитию. Дырочка Дайки была хорошо разработана, но Кагами всё равно не хотел брать возлюбленного, предварительно не растянув его как следует. Пальцы внутри гладили влажные стенки, и Тайга, нащупав бугорок простаты, легонько надавил на него. Аомине заметался на постели и попытался насадиться на пальцы. Кагами осторожно вынул их и приставил свой член к анусу. Он легко скользнул внутрь и начал осторожно двигаться. В недрах Дайки было горячо, влажно и удивительно хорошо. Эластичные стенки полностью сжимали член, но Тайга двигался легко и без затруднений. Он наклонился к партнёру, целуя его в губы и ловя пошлые стоны. Аомине отдавался ему весь и без остатка, он подстроился под ритм Кагами и старался подмахивать бёдрами. Вскоре Тайга решил поменять позу и, согнув ноги Аомине в коленях и прижав их ближе к телу, полностью лёг на него сверху. Член Дайки теперь был зажат между их тел и тёрся об их животы, а сам Аомине обнял любимого ногами, сцепив их за его спиной в «замок». Казалось, что уже ближе и быть не может. Они целовали друг друга с упоением, их губы распухли и болели, а Кагами, желая большего, сорвался на бешеный ритм и остервенело таранил растраханную дырку. Аомине орал благим матом и тем самым подстёгивал Тайгу вдалбливаться в него ещё более яростно. Предвкушая скорый оргазм Кагами проехался по простате членом, и Аомине закатив глаза выстрелил вязкой жидкостью, пачкая себя и любовника. Он сжал ствол Тайги внутри себя, и тот, толкнувшись несколько раз, спустил внутрь и упал в изнеможении на Дайки. У Кагами не осталось сил для того, чтобы хотя бы выйти из партнёра и лечь рядом. Они так и заснули, сцепленные друг с другом. *** Кагами спросонья пошарил рукой по простыне ища любимого, но наткнулся на пустоту. Он тут же вскочил и огляделся по сторонам. Ни Дайки, ни его одежды поблизости не наблюдалось. Тайга выругался про себя, встал с постели и, подняв штаны с пола, начал их нервно напяливать. В голове крутилась одна единственная мысль: почему Аомине после чудесной ночи любви ушёл даже не прощаясь, словно обычная проститутка. Но в то же время Кагами не винил его в этом. После всего пережитого и вчерашнего разговора бедный парень мог испугаться, что хозяин рассердится и накажет его за дерзкий тон. Вспоминая его раны, Тайга не мог унять гнева. Истязать человека, да ещё так изощренно… Да кем надо быть, чтобы пойти на такое? Желание придушить Макото с каждой секундой росло, но больше всего сейчас хотелось отыскать Дайки, прижать его к себе и никогда не отпускать. Наконец Кагами натянул штаны и направился к двери. Он открыл створки и нос к носу столкнулся с начальником стражи. Тот, видимо, бежал, так как был запыхавшийся и тяжело дышал. - Что у тебя? – спросил Тайга. Начальник перевёл дух и отрапортовал: - Слуга, которого вчера схватили в вашей комнате, господин, - шпион Ханамии Макото. Он признался, что тот его подкупил, пообещав за вашу смерть десять золотых. Кагами присвистнул: - Я стою десять золотых? - Нет, господин, - поспешил ответить начальник, думая, что вопрос был адресован именно ему. Тайга улыбнулся и коротко бросил: - Передать злоумышленника властям! Отпустив начальника стражи, Кагами направился на поиски Аомине. Беглец нашёлся в своей комнате, сидел на кровати и пришивал к танцевальному костюму яркую мишуру. Он поднял глаза на звук открывающейся двери и замер с иголкой в руках. Невольник никак не ожидал, что Тайга с утра пораньше прибежит в его комнату. Хотя, после всего, что было, возможно, господину захочется «продолжения банкета»… - Почему ты ушёл? – спросил Кагами, сверля Аомине взглядом. Дайки отложил одежду и встал. Он потупил глаза и еле слышно ответил: - Я подумал, что будет нехорошо, если в постели хозяина увидят раба… - Нехорошо для кого? – не понял Тайга. - Для вас разумеется, господин, - отозвался Дайки. Кагами подошёл к нему и провёл пальцами по его щеке. Аомине прикрыл глаза, наслаждаясь лаской. - Какой же ты всё-таки… - покачал головой Тайга. – Мы же любим друг друга, Дайки, неужели тебе этого мало? Ну что мне сделать, чтобы ты отбросил все свои сомнения и просто был счастлив? - Ничего не изменишь, хозяин, - грустно ответил Аомине. - Я – раб, невольник, а вы – мой господин. Я рад и тому, что вы мне даёте. Я даже не могу представить, что мне для вас сделать, чтобы отблагодарить за доброту и заботу. Тайга положил ладони ему на затылок и прикоснулся к его лбу своим. - Пожалуйста, перестань называть меня господином и обращайся ко мне на «ты». - Но я… - начал было Дайки, но Кагами прервал его. - Прошу, пожалуйста, назови моё имя… Аомине дёрнул губами и тихо произнёс: - Тайга… Этого оказалось достаточно, чтобы Кагами прижал его к груди и принялся чувственно и пылко целовать. Дайки застонал и, разомкнув губы, впустил его язык к себе внутрь. Он прильнул к Тайге, тая в его руках от удовольствия и нежности. Кагами подумал, что неплохо было бы хорошенько «наказать» его за утренний побег, но не хотел пугать возлюбленного. После пережитого кошмара Дайки только начал раскрываться и доверять ему, и Кагами не хотелось, чтобы Аомине думал, что нужен ему только для секса. Тайга отстранился и посмотрел на возлюбленного. Румяный, с мутными глазами от возбуждения Дайки был особенно хорош. Кагами облизнулся и хриплым голосом зашептал: - Сегодня вечером я буду ждать тебя. И не вздумай ещё хоть раз назвать меня «хозяином». Аомине смущённо улыбнулся и кивнул головой. Кагами в жёсткой форме приказал самому себе на время оставить в покое Дайки и поспешил в свою купальню, дабы привести себя в порядок. По пути в покои он встретил слугу и отдал распоряжение приготовить своего коня для поездки к старому другу отца – высокопоставленному чиновнику, который мог помочь ему сделать Дайки настоящим членом общества, а главное, свободным человеком. *** Вечером возвращаясь из гостей, Тайга, чтобы побыстрее добраться до своего особняка и обрадовать любимого человека хорошей новостью, решил срезать путь и поехал по улице, где стоял дом семьи Ханамия. Кортеж проезжал мимо, когда стражи государственного порядка выволокли Макото из дома и с силой заталкивали в тюремную карету. Кагами жестом приказал своим телохранителям остановиться. Все спешились, а Тайга наблюдал, как Ханамия полупьяный и почти раздетый одновременно плакал и ругал блюстителей порядка на чём свет стоит. Около ворот стояли его рабы и с нескрываемым удовольствием смотрели, как их бывшего хозяина увозят в тюрьму. Вдруг Ханамия увидел Тайгу и закричал ему: - Это ты во всём виноват! Ты! Да чтоб ты сдох! Ты и твой любовник! Я знаю, что ты его трахаешь! Знаю! Кагами, услышав вопли, облил его таким презрением, что Макото захлопнул от страха свой рот и застыл, а стражи, воспользовавшись моментом, затолкали его в карету и заперли. *** Тайга еле дождался, когда наконец Дайки придёт в его покои. Как только открылась дверь, Кагами подбежал к любимому и, не давая тому опомниться, стиснул в объятиях и крепко поцеловал. Аомине опешил от такого проявления чувств, но потом расслабился и позволил прижать себя к стене, дабы Тайга вдоволь натешился. Дайки прикрыл глаза и блаженствовал в ласковых руках Кагами. Он плавился от его прикосновений и поцелуев и жаждал большего. Но вопреки ожиданиям Тайга отстранился и с загадочной улыбкой на лице повёл Дайки вглубь комнаты, где стоял столик с разложенными документами. Подойдя ближе, Кагами молча взял два листа с государственной печатью и протянул их Аомине. Тот осторожно взял их и начал читать. По мере прочтения глаза Дайки расширились от удивления, а лицо вытянулось. Он дошёл до конца и поражённо посмотрел на Тайгу. - Что это значит? – осведомился он. - То, что ты теперь свободный человек, а не раб или невольник. Одна бумага – это моя тебе «вольная», вторая является удостоверением личности полноценного гражданина нашего государства со всеми правами и обязанностями. Всё законно и уже вступило в силу. Теперь мы равны с тобой, любимый. Кагами с торжествующей улыбкой ждал, что Аомине обрадуется такому повороту событий и с восторгом бросится к нему на шею, но этого не произошло. Наоборот, лицо Дайки помрачнело, и он, обречённо посмотрев на него, спросил: - Зачем? Улыбка сползла с лица Тайги. - Прости что? – недоумевал он. - Зачем ты дал мне «вольную»? – повторил вопрос Дайки. – Чтобы от меня избавиться? Да? Я тебе уже не нужен? Кагами аж задохнулся от такого: - Что ты такое говоришь? Как ты мог подумать, что ты мне не нужен? Ты в своём уме? Я уже говорил тебе, что никуда тебя не отпущу и не оставлю тебя! Ты моя жизнь, мой свет, моя любовь! Я дышать без тебя не могу! Скажи, что мне сказать или сделать, чтобы ты перестал переживать и успокоился? Дайки вздохнул и, положив бумаги обратно на столик, ответил: - Понимаешь, Тайга, моя жизнь – сплошное разочарование: сначала семья меня предала, потом я терпел издевательства Макото. И мне очень тяжело поверить в то, что такой замечательный человек, как ты, будет со мной всегда. Я боюсь однажды проснуться и вдруг понять, что всё это было лишь прекрасным сном. Я не знаю, что ты должен сделать, просто не знаю… Тайга улыбнулся и взял его за руки. - А я знаю, что должен делать. Просто я буду любить тебя, мой Дайки… Кагами приблизился к нему и бережно поцеловал своего любимого. Аомине откликнулся на ласки и с жаром обнял его. - Я такой дурак, Тайга, - прошептал Дайки, когда Кагами отпустил его и повёл к кровати. - Просто ты не привык быть любимым, - ответил Тайга. – Но я исправлю это… Кагами вновь принялся осыпать ласками Дайки, попутно срывая с обоих одежду. Когда с цветными тряпками было покончено, Тайга забрался на кровать и потянул за собой Аомине. Тот оказался сверху и принялся целовать и покусывать шею Кагами, вдыхая его запах. Он оставлял на бледной коже яркие засосы, а укусы он тут же зализывал языком. Кагами наблюдал из-под полуопущенных ресниц за любовником и кайфовал от одного вида горящих синих глаз и каменного стояка, который тёрся о его эрегированный член. Дайки спустился к соскам и, и взяв один в рот, начал посасывать чувствительную бусину. Тайга прикусил нижнюю губу и выгнулся навстречу. Аомине подхватил его руками за поясницу и продолжал попеременно мучить языком и губами соски. Кагами застонал и, захлёбываясь, прошептал: - Дайки, возьми меня… Аомине как будто током ударило. Он взглянул в глаза Тайги и спросил: - Ты уверен? Ты правда этого хочешь? - Да, любимый… Я очень хочу чувствовать тебя в себе… У Аомине расширились зрачки, и он, плотоядно улыбнувшись, скользнул вниз. Он развёл ноги Тайги в стороны, наклонился и, расслабив горло, взял его член в рот до самого конца, упираясь носом в лобковые волосы. Кагами чуть не задохнулся и от неописуемых ощущений слегка толкнулся любовнику в рот. Аомине приноровился и начал насаживаться головой на его ствол. Но в то же время он не забывал проводить языком по всей длине, лаская каждую венку и складочку. Одним пальцем Дайки осторожно помассировал анус и проник внутрь. Он гладил влажные стенки, а через некоторое время добавил ещё палец. Аомине стал более интенсивно двигать ими, раздвигая вход и практически трахая партнёра. Тайга даже не представлял себе, какое это блаженство чувствовать свой член в чужом рту и одновременно принимать внутри себя нечто твёрдое и длинное. Он заёрзал и простонал: - Дайки, умоляю… Аомине с хлюпаньем выпустил его член и вытащил пальцы. Он помог Тайге перевернуться на живот и встать в нужную позу. Тот широко расставил ноги и выпятил зад. Дайки раздвинул ягодицы и припал ртом к чуть приоткрытой дырке. Он исступлённо и жадно вылизывал анус и, проникая кончиком языка внутрь, без стеснения трахал стонущего в голос Кагами. Тайга потерял голову и, подавшись назад, сам начал насаживаться на язык. Но и Дайки уже не мог сдерживать себя. Он выпрямился, приставил свой ствол ко входу и легонько толкнулся. Кагами расслабил мышцы, и уже вскоре Аомине был весь внутри. Он сделал несколько пробных движений, чтобы Тайга привык к нему, а после перешёл на более быстрый рваный темп. Аомине положил ладони на бёдра возлюбленного и размеренно вбивался в него. Он с улыбкой смотрел на краснощёкого Тайгу, который, закрыв глаза, непристойно стонал и мял руками простыни. Узость партнёра сводила с ума Дайки, и он понял, что долго не протянет. Он просунул одну руку под Кагами и обхватил горячий и мокрый от смазки член. Аомине сжал его и начал дрочить в такт своим движениям. Тайга стонал всё громче и скоро практически перешёл на крик, а Дайки, уже не осознавая действительность, прекратил деликатничать и забился в диком ритме, вжимаясь в ягодицы любовника. Тайга подмахивал ему бёдрами и вскоре, не выдержав бешеной скачки, кончил. Стенки его ануса сжались, крепко обхватив ствол возлюбленного, от чего Аомине финишировал почти синхронно с ним. *** На город уже опустилась ночь, и в потемневшем небе зажигались первые звёзды. А двое влюблённых шептали друг другу признания в любви и не замечали ничего вокруг. Разморённые и счастливые после оглушительного оргазма Тайга и Дайки лежали на мятой постели, восстанавливая дыхание и приходя в себя. Они переплели свои ноги и, обнявшись, нежно целовали друг друга. Они пока не знали, что проживут рука об руку счастливую и долгую жизнь. Кагами станет уважаемым государственным чиновником, которого будут уважать друзья и бояться враги, а Аомине откроет хореографическую школу, где воспитает много прекрасных танцоров как среди мужчин, так и среди женщин. Но самое главное, в жизни Тайги и Дайки будет большая любовь, которая, словно солнце, озарит их путь и даже после смерти влюблённых не перестанет будоражить умы великих поэтов и простых людей.