Скорый Москва-Череповец

- Сволочь! Падла! Как я могла настолько ошибаться в человеке?! – Альбина не могла найти себе места, металась по комнате и раскидывала вещи, - Как же я не разглядела эту циничную стерву? Эту эгоистку, думающую только о себе? Чееерт, как же жарко… - Альбина открыла окно нараспашку, выгнувшись наружу. Она была в одной футболке, и из-за холодного апрельского воздуха по телу пробежались мурашки. «Заболеешь», - предупреждал внутренний голос, но Альбине было плевать. Плевать на себя, на свое здоровье, на свои чувства… Хотелось стереть себе память. Или вернуть время назад, чтобы поменять какую-то часть прошлого. «Мне срочно надо в Череповец», - решила Альбина и на следующий день купила билеты. Ей необходимо было увидеть маму с папой, поговорить с Дашкой, оказаться в родных местах, навестить крышу своего дома, где она так часто сидела раньше. Наконец, в пятницу вечером, никого не предупреждая, Альбина закрыла пустую комнату общаги, так как Натальи, как всегда, не было, и поехала на вокзал. *** - Альбина?.. – сказать, что мама девочки была ошеломлена, значит не сказать ничего, - Ты чего не предупредила, что приедешь? - Хотела сюрприз сделать, - грустно улыбнулась Ал, - Я только на выходные приехала, просто соскучилась очень. - Ты какая-то помятая и усталая… - сказала ей мать. - Да, все так говорят… Наверное, недосып. Да и сессия опять приближается. - Ты справишься, даже не стоит переживать насчет экзаменов, - это в разговор вступил отец. Он всегда был уверен в силах собственной дочери и учил ее добиваться своего. Как жаль, что его уроки по достижению целей не работали по отношению к Наталье… Приняв душ после дороги и хорошенько покушав, наша героиня побежала к Дашке, которая офигела даже больше, чем родители девочки. - Посидим дома или погуляем? – единственное, что спросила Дашка. - Давай погуляем, - сказала Альбина, - Я соскучилась по городу. В этом году весна выдалась теплая. Обычно в апреле снег еще прикрывает землю, а тут его почти не осталось, и асфальт был сухой. Девочки шли по тротуару, наслаждаясь погодой. Альбина рассказывала своей подруге обо всем произошедшем, а та лишь вздыхала и изредка вставляла короткие комментарии. - Милая моя, такое часто бывает. Мы ошибаемся в людях, идеализируем их. А потом, узнав поближе, понимаем, что образ, который придумали, не соответствует действительности. - Но, черт возьми! Я была уверена, что узнала ее достаточно, чтобы понять, какая она на самом деле. - Видимо, не достаточно. Да и что ты ожидала? Такая разница в возрасте, вы из разных поколений, у вас разные ценности, разные ориентиры, разные интересы. Вас же ничего не связывает. - Может, ты и права. Но мне никогда не мешал ни возраст, ни интересы человека. - Это в твоем стиле, - Дашка улыбнулась. Как же Альбине не хватало этой родной улыбки. Иногда она думала, почему Бог не подарил ей Дашку в качестве сестры, а не в качестве подруги. Хотя, когда девочки еще были в пятом классе, они поклялись, что навсегда останутся дружны и неразлучны, будут друг другу опорой и поддержкой. И это было даже важнее, чем кровное родство – это было родство их душ и сердец. Все свое пребывание в Череповце Альбина почти не расставалась с Дашкой. Она хотела наговориться с ней на месяц вперед. С остальными ребятами они не встречались – сейчас не было ни времени, ни настроения для тусовок и вечеринок. Когда настал вечер воскресенья и Альбине пора было ехать обратно в Москву, она сказала как бы невзначай: - Я подумываю о переводе. Скажи, ведь можно перевестись из столицы сюда? - Думаю, можно. Я не уверена, но мне кажется, что это вполне реально. А что, серьезно хочешь перевестись? - Да. Мне там плохо, Даш, очень плохо… - Я буду счастлива, если ты переедешь обратно. - И я, наверное, тоже… - вздохнула Альбина. *** Все выходные Альбина не появлялась дома. Наталья сидела в четырех стенах и ждала, когда же появится ее соседка. Женщине хотелось поговорить с Ал. - А о чем говорить? Ты уже все сказала, довела ее до слез, - это Совесть не давала покоя Наталье Александровне с того самого вечера, когда Альбина пришла к ней на кафедру. Совесть была права, и женщина не собиралась с ней спорить. Она сама прекрасно понимала, что Альбине было больно слышать ту чушь, которую наплела Наталья. Даже ей самой было больно и тошно от всего этого. - А что, если она вообще не вернется?! – в душе преподавательницы затаилась тревога. По сути, Альбина еще подросток, она может наложить на себя руки, убежать, куда глаза глядят, натворить глупостей. Но тревога улетучилась вместе со скрипом двери. Альбина вернулась в общагу. Облегченный выдох. Тревожный вдох. Девочка даже не смотрела в сторону Натальи, хотя, непременно, отметила про себя, что преподавательница находится в комнате. - Доброе утро, Альбина… Игнор. Полный игнор. - Я хотела поговорить. То, что было тем вечером, на кафедре… все, что я тебе наговорила… - Вы все сказали, Наталья Александровна, - надо же, глаза Альбины никогда, никогда не были такими холодными, злыми, ненавидящими, - Думаю, Вам больше нечего сказать. - Извини меня, просто извини, я большего не прошу. Альбина молча собирала тетради в сумку. Ей было невыносимо больно игнорировать любимую женщину и доставлять ей страдания. Но если уж решила забыть человека, то надо идти до конца. - Не молчи же! Что с тобой? – Наталья ждала, когда же Ал повернется к ней, улыбнется согревающей душу улыбкой и скажет, что все забыто. Что она простила и зла не держит. Но девушка лишь положила в сумку конспекты, кошелек и телефон с наушниками и молча вышла из комнаты. Было еще очень рано, без пятнадцати семь. Просто она больше не могла вынести этой пытки. Наталья же позвонила на работу и взяла отгул. Она морально не могла заставить себя работать в этот день. *** - Смотрите, кто пришел! – воскликнула Ксения, когда Альбина зашла в аудиторию. - Королева гопоты, - глаза Кристины сузились, - Ты что, такая закомплексованная, что кроме бесформенных толстовок больше ходить ни в чем не можешь? Альбина терпела все эти подколы с того дня, как они с Ксенией расстались. Игнорировать этих придурков было самым благоразумным решением. Альбина ошибалась не только в Наталье, но и в тех ребятах, которых называла друзьями. Чуть что – и эти псевдодрузья отвернулись от нее, а вдобавок ко всему стали обливать грязью. «Лучше бы делали вид, что я - пустое место», - досадно подумала Альбина. - Слушай, а ты вообще в зеркало-то смотришь? Что это за гнездо на твоей голове? - О, да, я давно хотел обратить на это внимание, - вклинился Андрей. Ну он-то куда? «А они правы, я даже не расчесалась сегодня после дороги», - рука девочки инстинктивно дернулась вверх поправить волосы, но Ал вовремя себя остановила. - Вот же идиоты, - Альбина повернулась в их сторону с беззаботной улыбкой на лице, - Если я такая неинтересная, некрасивая, неряшливая, так плохо одеваюсь, не соответствую вашей красоте, то почему же вы дружили со мной целых полгода? Что вас держало около меня? Ребята молчали, дерзко смотря на одногруппницу. Альбина, выдержав паузу, продолжила: - И знаете что? Пусть каждый из вас задумается. Завтра на моем месте может оказаться любой из вас. Сегодня вы лучшие друзья, а потом один из вас станет козлом отпущения. Я вам это гарантирую. Вы – гнилые внутри, - не дожидаясь ответа своих бывших «друзей», девушка села за парту и уткнулась в телефон в ожидании начала семинара. С того дня никто из одногруппников больше ее не трогал.