Аргетлам

      — Здесь мы можем поговорить.       Анжела заварила мне чай с ромашкой и поставила на пол, чтобы он настоялся. Затем, усмехнувшись своим мыслям, задернула полог палатки, словно проверяя, нет ли рядом любопытных ушей. Лиан с Солембумом дежурили снаружи, опасаясь погони. Мы отъехали от столицы больше чем на сорок лиг, но и это нас не успокаивало.       — Как рука?       — Которая? Левую я почти не чувствую, а на правой кожа жжется, не переставая. — я слабо улыбнулась. — По-моему, я скоро умру от болевого шока.       — Потерпи, скоро все пройдет. Время лечит.       — И калечит, — подхватила я.       Травница посуровела.       — И такое бывает.       — Так о чем вы хотели со мной поговорить? И как узнали о моем местонахождении? — я нетерпеливо заерзала на спальном мешке, — если вы мне не доверяете, тогда зачем же спасли меня?       — Это не вопрос доверия. Это перст судьбы, — Анжела невидящими глазами уставилась на меня, — это будет долгий рассказ, прошу, не перебивай меня. Я открою тебе то, что было скрыто. Не все сразу, разумеется, но ты получишь достаточно информации. Ты согласна?       — Да.       Меня подмывало спросить что-нибудь еще. Например, зачем они рисковали своими жизнями ради меня? Что искали в замке Гальбаторикса? Что означает рисунок на руке?       «Не самое подходящее время, Лагерта»       Ой, а это уже шизофрения. И давно я разговариваю сама с собой? Вообще-то, да. А, хотя, почему бы и да? Чего только не бывает в фэнтези-мире.       — Слушай меня очень внимательно, — травница прерывисто вздохнула и набрала в легкие побольше воздуха, — наша история — то есть, моя и Солембума с сестрой начиналась двадцать лет тому назад. Я тогда путешествовала в компании своих друзей-волшебников. Шла война с Гальбаториксом. Она и сейчас идет, но тогда все было в открытую. Среди варденов прошел слух о том, что три драконьих яйца сохранились. Разумеется, всех постигло разочарование — наша надежда, наша цель находилась в руках врага. Тогда-то и вышел на сцену Бром с его планом похищения яиц из сокровищницы короля. Надо заметить, что именно Бром создал варденов, — Анжела наклонилась вперед. — Когда убили его дракониху, Бром буквально обезумел. Тогда он был также юн, как и Эрагон. Да-да, я знаю про него, — женщина снова расслабилась и откинулась назад, на одеяла. — Любопытный мальчик. Я гадала для него. Судьба интересная, почти такая же, как у тебя. Но не в этом суть. Перейдем к главному. Солембум рассказал мне, что тебя схватит шейд и уволочет в Урубаен, чтобы ты смогла стать Всадницей. Все это он понял в первые две минуты вашего знакомства. Не смотри на меня так, — Анжела замахала руками, когда я возмутилась, — коты-оборотни редко делятся информацией и даже Гальбаторикс не скажет, откуда они столько всего знают. Солембум давно направлялся в столицу, он и его сестра планировали кражу ценных… предметов. А затем появилась ты. Лиан связалась со своими агентами и передала мне и Солембуму, что ты в большой опасности, а также то, что спутаешь все карты, если сделаешься Всадницей. В таком случае, судьба Эрагона кардинально менялась. Этого мы допустить не могли, уж прости.       — Разве ваши предсказания способны меняться?       — К сожалению, да.       — А моя судьба поменялась из-за того, что Лиан спасла мне жизнь?       — Мне кажется, что да. Даже очень. Теперь наступает самая захватывающая часть моего рассказа. Лиан является кошкой-оборотнем, и у нее есть некие… сведения о тебе. Она уверена, что ты дитя Пророчества.       Под ложечкой засосало. Какого еще нафиг Пророчества?!       — И?..       — Есть такое поверье. Это очень древняя легенда, которую знают и хранят коты-оборотни. Оно гласит, что дитя, со знаком Черной Смерти на руке и есть дитя Пророчества. Там сказано, что дитя будет путешествовать по миру в компании Всадника, дракона и мудреца. Это дитя будет похищено темными силами ради злых деяний. Освободить дитя можно с помощью Древнего языка. У котов-оборотней хранится это заклинание, ибо как самые сильные и мудрые, они смогут спасти дитя Пророчества.       — Я идеально подхожу под это описание, — с пониманием протянула я.       — В этом-то и дело, дорогая! Ума не приложу, как обстоятельства смогли сложиться в пророчество?! С первого взгляда на тебя я поняла, что ты необычайная девушка. Но такое… теперь ты навсегда связана с котами-оборотнями, Лагерта. Их народ никогда тебя не отпустит из своих цепких лап, деточка. Ведь Пророчество не кончается на твоем освобождении…       — Как я и думала, — помрачнела я.       Опять влипла…       — Верно. Далее ты должна будешь возродить народ котов-оборотней, возглавить их расу и защищать их права на международной арене до воцарения баланса природы. И сделать это нужно таким способом: выйти замуж за представителя королевской линии крови, продолжить династию, подарив наследников своему народу, чтобы те правили после тебя. Королевская кровь невероятна сильна — с ее помощью можно пробудить древних оборотней от спячки. Но ты получишь эту силу только после замужества.       — Какой еще спячки?       — Я не знаю. Мне известно лишь то, что многие оборотни заточили себя в гробницах, уснув навеки, но оставив свои тела нетленными.       — М-да, замужество не для слабонервных… Что еще говорит Пророчество?       — На этом оно обрывается.       — Получается, что Солембум и Лиан уверены, что я — то самое дитя?       — Ага.       — И этот рисунок — то заклинание из легенды?       — Точно.       — И они от меня не отвертятся?       — Нет. Это приговор.       — Ну, офигеть просто! Я не хочу замуж! Я не умею сражаться, вести за собой людей!       — Боюсь, выбора у тебя нет. Это заклинание, — травница убрала за ухо непослушную прядь волос, — убьет тебя если ты откажешься.       — Черт.