Когда Время помогает

В боли бывает момент, когда пересекается определенная грань, и ты перестаешь чувствовать ее оттенки. Острая, режущая или какая-либо еще. Все сливается в одно вяжущее чувство. Шон Гастингс испытал подобное на себе, уже отстраненно и лениво взирая на теряющего терпение Видика. Тому ой как невтерпеж было закончить здесь и, наконец, иметь возможность отомстить самонадеянному наглецу за то время, когда Шон пытался своими силами противостоять его детищу и тамплиерам в частности. В тот раз англичанину удалось вырваться, но теперь Уоррен искренне верил, что ассасины не лишены чувства самосохранения и не сунутся в главное здание Абстерго. - И что мы будем с ним делать? - поинтересовался Дениэл Кросс, уже сам устав от выдумок очередной пытки. Ученый долго сверлил взглядом помятую физиономию Гастингса, который скучающе озирался, в попытке найти в комнате хоть что-то интересное. Не найдя таковое, Шон начал нагло раскачиваться на стуле, к которому все это время был привязан, нарываясь со стороны Кросса на пинок, от которого ножка стула отломилась и историк опрокинулся на спину, хорошенько приложившись затылком об пол. - Поместим его в Анимус. Посмотрим, что можно из него вытащить. Но что касается современных ассасинов, то инстинкт самосохранения у них действительно имелся. Что не скажешь о братии, вытащенной со всех веков, до которых дотянулся артефакт. Пальцы Хэйтема, успевшие уже освоить клавиатуру, по скорости не уступали уже Ребекке - девушка была на связи с ними по защищенной линии с Франции. Они со среднем Кэнуэем обсуждали здание Абстерго, прокладывая самый оптимальный маршрут и возможность того, где могли держать их соратника. К этому времени Коннор уже успел привести себя в подобающий вид, немного успокоился и только наматывал круги по комнате отца, ожидая сигнала начала операции. Хэйтему же помогал сириец, который разбирал бумаги с данными на людей, работающих в здании, и периодически нависал над тамплиером, чтобы вникнуть в расположение комнат на этажах. В слаженной команде они работали быстро и особого времени разработка плана не составила, потому, когда Альтаиру дали время на смывание грима, Мастер наткнулся на только вернувшегося откуда-то Эцио. - И где ты был? Строгий тон Ла-Ахада застиг итальянца врасплох. Отрицать тот факт, что он выбирался вообще из дома, было весьма глупо, поэтому пришлось соображать где именно он был. - Я...я был...в магазине, - искренне соврал Аудиторе. Взгляд золотых глаз метнулся на настенные часы, которые показывали второй час ночи, потом вновь вернулся к созерцанию невинной мины представителя итальянского дворянства. - И что покупал? - о наличие круглосуточных магазинов сириец знал, хотя вот что-то слабо верилось о появлении там этого несносного юнца. - Знаешь, вдруг мороженного так захотелось... - Ага, - согласился сириец, удаляясь в свою комнату. - Оно бы реально сейчас пригодилось. Остудить чью-то голову. - Кажется, я сильно прокололся, - подвел итог Эцио. - Не сильно, - хохотнул за его спиной Эдвард, затягивающий ремни на предплечье. - Просто он зол, что тамплиеры захватили Шона. А так он прекрасно понимал, что ты любыми путями проникнешь сегодня в студию. - Когда это случилось? - опешил итальянец от таких новостей, не говоря уже о том, что вид старшего Кэнуэя при полном параде заставил напрячься. - Между окончанием конкурса и нашей базой. Так что сбор у Хэйтема через пять минут. Аудиторе был на месте уже через две минуты, занимая место на изголовье кровати тамплиера, на что тот недовольно покосился, но промолчал. Почти следом появился сириец в повседневной одежде современников, по чему стало ясно, что он остается здесь и за главного. Мастер положил перед Хэйтемом свой наруч со скрытым клинком, а сам одел беспроводной наушник с микрофоном. - Ты уверен, что стоит тамплиера отпускать к тамплиерам? - осторожно уточнила Бекка, до того, как средний Кэнуэй воспользовался запасной гарнитурой, предварительно ее настраивая. - Уверен. Больше никаких обсуждений, - почувствовав, что у девушки есть еще доводы, Альтаир огрызнулся. - Это приказ. После последней команды даже Радунхагейду перестал мерить шагами комнату, остановившись посередине. Все были в курсе того, что Ла-Ахад винил себя в потере младшего брата дорогого ему человека, и понимали, что сейчас он не настроен кого-то отдавать тамплиерам вновь. Но мало кто вспомнил, что была еще Адха, павшая так же от рук их врагов. Золотые глаза сирийца внимательно посмотрели на Коннора. - Ты мне доверяешь? - дождавшись утвердительного кивка головы того, Альтаир кинул свой скрытый клинок Хэйтему, а после еще по одной гарнитуру метису и его деду. - Тогда не теряйте времени и оставайтесь на связи. Не создавайте мне лишних проблем. - А мне что делать? - подал голос Эцио, стоило остальным скрыться за дверью. - Помоги мне не совершить очередную ошибку. - Кхем, ребята, - неуверенно подала голос Крейн. - Я все еще здесь. Не забыли? К тому времени, как спасательная группа достигла точки назначения, проснулись Дезмонд с вирусом. Краткий экскурс о проблеме проводил Эцио, разбавляя факты ворчанием, что его туда не пустили. - Могли бы меня попросить, - отозвался Мерсер. - У меня не было бы проблем с проникнуть и притащить обратно вашего ненаглядного англичанина. - Ты бы действовал так же, как на нашей тренировке? - огрызнулся Эцио, который ни за что не принял бы помощь вируса. - Разрисовал бы все стены им в крови и спровоцировал на изничтожение всех ассасинов? Очень бы помог, просто незаменимо. - По крайней мере не создал бы риска того, что погибну там. Что несомненно очередным камнем повиснет теперь на душе Альтаира, - парировал Алекс. - К тому же, вот с провоцированием вы сами неплохо справляетесь, как я погляжу. Всю перепалку слушал внимательно только Майлз, который не мог понять, что ему делать: ревновать вируса к своему предку или успокаивать итальянца, чтобы тот не накинулся ни на кого. Но влезать особого желания не было - получит по шее от обоих. Прервана баталия была Альтаиром, от которого Мерсеру прилетела по носу книга. Ла-Ахад старательно игнорировал крики на заднем плане, ровно до тех пор, пока они не стали заглушать Кэнуэев. - Вы мне мешаете, идиоты! - прорычал сириец, схватив за "хвост" Эцио и, не обращая внимания на его вопли о боли, поволок к столу. - Если еще хоть что-то услышу, то вспорю вам глотки. И плевать я хотел кому это будет смертельно, а кому нет. Угроза старшего прозвучала достаточно правдоподобно, чтобы Дезмонд поспешил вытолкать Мерсера из комнаты до того, как тот начал препираться еще и с сирийцем. Потирая ушибленный нос, вирус недовольно ворчал о взрывном характере уроженцев восточных стран, когда наткнулся на серьезный взгляд представителя современных ассасинов. - Что? Считаешь Эцио прав? - Я считаю, что ты слишком много внимания уделяешь Альтаиру, а Эцио здесь как следствие. Тебе всегда нравилось выводить из себя окружающих. Не берем обычных людей в расчет, они расходный материал для тебя. - Ревнуешь? - догадался Мерсер. - Я еще не соглашался ни с какими обязательствами с тобой, поэтому ревность здесь не уместна... - Но обоснована, - прервал ассасина вирус. - Я знаю, что слишком увлекся златоглазым. Признаю свою ошибку. Но он похож на диковинную птицу, которую бы ты хотел запереть в клетке, но никогда не сможешь этого сделать. К тебе я отношусь иначе. - И как же? Как к птичке, которая уже в клетке и никуда не денется? - огрызнулся Дезмонд. - Нет. Как к тому человеку, кто понял и принял мою сущность. - Давай без пафосных речей, они тебе совершенно не идут. - Я знаю. Улыбнувшись, Алекс легко провел кончиком пальца по щеке ассасина, заставляя посмотреть в его сторону, и после накрыл губы Дезмонда в поцелуе. Парень не сопротивлялся, присутствие рядом этого несносного вируса почему-то заставляло поверить, что завтрашний день не только настанет, но и сохранит им жизнь. Дезмонд часто ругал себя за это, пытался заставить быть постоянно настороже, но стоило замаячить на горизонте мертвенно-голубым глазам, внимательно следящим за каждым его движением, и душа выбиралась из пяток, занимая по праву принадлежащее ей место. Нет, Майлз не был трусом, уже успел привыкнуть к мысли, что завтра аппаратура, считывающая его ДНК, наконец вытянет из него душу. Но сейчас ему стало в разы спокойнее, он верил в своих предков, зная, что они смогут вернуть Шона. Майлз впервые стал полагаться на кого-то рядом, и это позволило вздохнуть немного свободнее. Несомненно, Дез не отделался бы одним поцелуем, но на кухню ворвался злой, как черт, Ла-Ахад. - Алекс, нам нужна твоя помощь. Шон ранен, а Эд один не справится против армии тамплиеров. Вытащи их, - сириец говорил спокойно, но по глазам Мерсер понял, что сейчас лучше ничего не спрашивать, а сделать так, как его просят: потом будет уже явно не просьба. - Один? - недоуменно спросил Дезмонд, когда вирус покинул их базу. - Что с Коннором и Хэйтом? - Мы не знаем, они просто исчезли, - пояснил Эцио, и здесь уже не выдержал Альтаир. - Они не просто исчезли! Этот придурок поднял Яблоко, второе Яблоко Эдема, которое хранилось в Абстерго! А еще один идиот попытался выхватить из его рук чертов артефакт! С силой сорвав с себя гарнитуру, сириец закинул ее в глубь комнаты. На другом конце все еще пыталась успокоить Мастера девушка, прекрасно понимая, что мужчина по большому счету прав. Операция по спасению их куратора началась даже слишком хорошо: тамплиеры наивно полагали, что захватив одного из ассасинов, ничем не рискуют. Враг расслабился и пропустил первый удар, который позволил проникнуть в здание троим представителям убийц, и даже найти необходимый этаж, периодически убирая кого-то из скудной охраны. Первым препятствием на пути оказался Дениэл Кросс. - Оу, за этим рыжиком все-таки кто-то пришел, - удивленно вскинул брови тамплиер. - Надо было все же позабавиться с ним подольше перед Анимусом. - Благодарим за информацию, - мило улыбнулся Хэйтем, тут же уточняя у Альтаира, который прокладывал уже маршрут до самих лабораторий, но заметив, что Коннор не сдвинулся с места, экс-Магистр остановился. - Сын? - Иди. Я задержусь ненадолго. Хэйтему не нравилась перспектива оставлять метиса мстить за Гастингса, но времени было не столь много. И похлопывания Эдварда по плечу торопили с решением, которое было сделано в пользу продвижения вперед. Упустят шанс сейчас, и вряд ли получится вытащить Шона живым. Слышались выстрелы и скрежет стали, что только доставляло больше беспокойства старшим Кэнуэям. Через этаж пришлось задержаться и бывшему пирату, освобождая дорогу своему сыну на подходе к самой лаборатории. Бывший тамплиер быстро достиг нужной комнаты и больше не собирался размениваться на слова, поэтому приветствием стал звук выдвигающегося скрытого клинка, который остановился у самого горла ученого. - Отключай. - Иначе что? - усмехнулся Видик. - Убьешь меня, ассасин? - Увы, с последним ты ошибся. Я не ассасин. Лезвие скрытого клинка легко вошло в шею ученого, который удивленно начал оседать на пол в попытке зажать рану руками. Хэйтем брезгливо отпихнул тело в сторону и под руководством Ребекки отключил машину. Кэнуэй сначала проверил пульс у освобожденного историка и только удостоверившись, что сердце не спешит останавливаться, начал пытаться приводить англичанина в чувство. - Шон, ты меня слышишь? - легкое похлопывание по щекам постепенно перестало в полноценные пощечины. - Да очнись же ты, черт тебя дери! Как ты мне предлагаешь тебя тащить, такого бессознательного? Тебя же только начали подключать. Отсутствие очков, постоянная изматывающая боль или воздействие Анимуса, пусть даже только начальное, но, открыв глаза, Шон обнял своего спасителя. Бывший тамплиер такого не ожидал, поэтому чуть ни рухнул на Гастингса сверху, вовремя опершись обоими руками о корпус аппарата. - Глупый Коннор...я так рад тебя видеть. - Коннор действительно глупый, но пока это его отец, - от снисходительного тона Хэйтема парень в его руках ощутимо вздрогнул. - Встать сможешь? Смутившись, Шон тут же отпустил среднего Кэнуэя, окончательно приходя в себя и тут же сползая со стола. Магистр ловко поймал историка, который от боли чуть ни рухнул на пол, после чего перекинул его руку через свое плечо и повел в сторону выхода. Коннор ими был обнаружен в кабинете ученого, подле него валялся недавний знакомый, явно пребывавший без сознания и полностью осознавший свою ошибку: нельзя говорить Радунхагейду что-то плохое о том, что тому нравится. И все бы ничего, но у ног метиса остановился небольшой золотистый шарик. Хэйтем среагировал быстрее, чем подумал, отпустив Гастингса, который умудрился найти опору в виде косяка двери, и бросившись к сыну. - Не трогай Яблоко... У Хэйтема вышло только накрыть рукой поднятое Коннором Яблоко, и они оба рассыпались золотой пылью перед ошеломленным Шоном, медленно сползавшим по стене. От ора Альтаира, который сначала пытался докричаться до пропавших, а затем, осознав случившееся, перешел уже на арабский не снижая при этом громкости, у Эдварда звенело в ушах. Пират быстро расправился с парой охранников и отправился на поиски историка. - Прошу тебя, Альтаир, не кричи... Я понимаю, что Яблоко может убивать... Да, они идиоты... Нет, я полностью с тобой согласен... А сейчас я вообще не понял, что ты сказал... - пытался успокоить координатора Эдвард, поднимая с пола Гастингса. - В моей комнате. Первый ящик справа, - наконец подал голос Шон. - Там дневник Хэйтема. Если они вернулись в свое время, то записи будут вплоть до 1781 года. - Слышал? - по шуршанию и арабской ругани пират понял, что Альтаир услышал и перекапывает бумаги в столе Гастингса. - Нашел? Отлично... Нет, вернись на английский, пожалуйста... Бекка, милая, скажи ты ему... Просто вернулись в свое время.... Да...Нет! Они, конечно, в теории мертвы уже три века, но я не об этом. Ай!.. Я оглох. - Они живы? - плохо разбирая в этом монологе хоть что-то решил уточнить Шон. - Записи есть. Все в сохранности, включая, вероятно, и их задницы, - измученно выдохнул Эд, который сам с радостью малость придушил бы своего внука и сына заодно, для профилактики. - А теперь давай закроем тему. Если мне еще и твою истерику придется выслушивать, то проще будет сдаться тамплиерам, - как только ассасины добрались до лестницы, дорогу им преградили новоприбывшие сотрудники Абстерго в немалой численности. - Накаркал. Старший Кэнуэй уже прикидывал примерные шансы против этой толпы, когда противники резко задергались и начали валиться один за другим на пол. Только много позже, когда большая часть уже не была живым заслоном, Эдвард увидел пришедшего к ним на выручку Мерсера. - Ох, привет. Ты вовремя. Альтаир сильно бесится? - решил все же уточнить Эдвард, предчувствуя, что за своих отпрысков придется отдуваться ему одному. - Знатно, - кивнул Алекс. В гарнитуре вновь раздался голос Ребекки, сообщая, что врач предупрежден и ждет их в своей частной клинике недалеко от нового убежища. Прежде, чем отключить наушник, пират выслушал еще наставления о том, чтобы они не привлекали внимания, ибо подставлять хирурга, который им помогает и готов предоставить укрытие, очень не выгодно. Пока Эцио и Альтаир быстро собирали все бумаги и аппаратуру, находившиеся в комнатах, Дезмонд активно перетаскивал все в лифт, а дальше в фургончик, предназначенный именно для таких случаев. На все попытки итальянца заговорить Ла-Ахад огрызался на своем родном языке, и Аудиторе понимал, что перевод некоторых фраз он знать не хочет. Но терпение не было безгранично даже у представителя итальянского дворянства, поэтому парень просто впечатал сирийца спиной в стену. - Перестань, - схватив руками голову Альтаира, когда тот попытался отвернуться, Эцио заставлял смотреть на себя. - Прошу тебя, успокойся. Ты бы все равно ничего не смог сделать. Слышишь меня? Ла-Ахад не вырывался, молчал, закусив губу, и холодно сверлил взглядом юношу перед собой, который не сдавался в попытке достучатся до него. - Ты не виноват. Они вернулись к своим жизням, которые еще не прожили до конца, в своем времени. И ты ничего с этим сделать не можешь. Рано или поздно нам всем суждено вернуться на свои места. И ты это знаешь. Эцио был прав, и Мастер понимал это. Но "понять" и "примириться" совершенно разные действия. Последнее все никак не давалось. Альтаир закрыл глаза, тяжело выдохнув и успокаиваясь, чувствуя, как итальянец прислонился своим лбом к его, осторожно переместив руки сначала на шею, затем на плечи сирийца. - Я не должен был отпускать их одних. - Альтаир, - Аудиторе вновь тряхнул мужчину за плечи. - Даже если ты был там, ты разбирался бы с тамплиерами, а не следил что там подбирает Коннор! - Эм, - в очередной раз вернувшийся Дезмонд не нашел коробок у выхода и решил поторопить ассасинов. - Ребят, я все понимаю, но давайте потом. - Я в норме, Эцио, - сириец легко высвободился из рук юноши и вновь принялся заполнять очередную коробку хламом. - Точно? - Прекрати говорить, как маленький ребенок, - фыркнул Альтаир. - Нам надо спешить. Вычистив квартиру полностью от пребывания в ней живых людей, ассасины отправились на новое место. За рулем предусмотрительно был Дезмонд, хотя на парня давила аура исходящая от рядом сидящего Альтаира. Сириец молча смотрел в окно, его мысли были далеко отсюда. Он должен был исправить свою ошибку, но каким образом, - к тому же что именно он должен исправлять тоже было важным вопросом. Ла-Ахад не понимал, должен ли он был найти способ вернуть Кэнуэев обратно в этот век; или же наоборот оставить там; ведь сейчас они вернулись туда, где и должны быть. И если снова вырывать их из своего времени не правильно, то верно ли будет с его стороны примириться просто с тем фактом, что он их потерял? Но сколько бы Альтаир не перебирал в голове варианты, а чувство вины не хотело покидать его. Аудиторе, до сих пор тихо сидевший на заднем сидении, наблюдал за сирийцем и уже психующим Дезмондом. Чтобы последний расслабился, парень завел совершенно отстраненный разговор, что надо будет заодно по дороге заехать хотя бы в пиццерию. Никто не ел толком сегодня, за исключением Алекса, тот в Абстерго явно не упустил возможности перекусить. Майлз немного нервно хохотнул, но постепенно втянулся в диалог и перестал обращать на Альтаира внимание. Добрались они как раз вовремя, с тремя коробками пиццы, за которые Эдвард, уже ожидавший их в новой квартире, готов был расцеловать каждого. Сириец от еды отказался, начав разбирать привезенные ими вещи, благо остальные понимали, что на данный момент ему лучше не перечить. Остался в помощь только Мерсер. - Если скажешь хоть слово, Аллахом клянусь, я найду способ тебя убить, - оборвал Ла-Ахад, когда Алекс только открыл было рот. Вирус клацнул челюстью, мол, "намек понял", но хватило его терпения выносить угрюмую "птицу" недолго. Так что попытка была предпринята снова. - И смысл убиваться? Альтаир глубоко вздохнул, затем с силой уронил очередную коробку на ногу Мерсера. Тот взвыл, не ожидая такого подвоха, но сдержал себя, чтобы не навредить предку своего любовника. Хотя очень хотелось. - Я просил помолчать. Во-первых, я думаю. И, увы, я не умею это делать при болтовне. Во-вторых, я зол, ибо мне не дают подумать, а не в деп...дип... О Аллах, как же это называется? - Депрессия? - догадался вирус. - Глупое слово, - кивнул Альтаир. - Так вот. Я не в депрессии, чтобы каждый пытался со мной поговорить и обсудить произошедшее. Я не женщина, которая нуждается в ком-то для принятия решений. Что вас всех заставляет так думать? - Хм... Твой рост? Алекс вновь, как в первый день их знакомства, получил точный и сильный удар в нос. Вирус мог поклясться, что этот гордый орел единственный, кто ломал ему этот орган дважды, оставаясь безнаказанным, и очень хотел верить, что третьего раза не будет. Но вот кто его все время за язык тянет?