Индейцы-3

Жил-был один юный мышонок по имени Весёлый Хвостик, и был он очень любопытен, даже любопытнее, чем другие мыши, а ведь всем известно, как пронырливо это племя. Рос он, как это ни печально, круглым сиротой, потому что отца его и мать утащили и съели хищники: одного — канюк, а другую — лисица. Весёлый Хвостик долго горевал, но время берёт своё, и вот он снова стал пытливым и любознательным, как прежде. Племя заботилось о нём. Соседки Мягкая Спинка и Тёплая Шёрстка опекали его, отдавая ему часть своих припасов, а храбрые воины Острый Зуб и Меткий Глаз учили его выбирать вкусные корешки, ловить жуков и укрываться от канюков, сов и лисиц. Вместе со своими друзьями Твёрдой Лапкой и Жёлтым Пятнышком он прилежно собирал и носил в норку колоски и орешки. Однако Весёлому Хвостику всегда чего-то не хватало в размеренной монотонной жизни своего племени. Скучновато ему было, попросту говоря. Он часто забирался на россыпь камней, поднимался на задние лапки и вглядывался вдаль, пытаясь увидеть, что же там такое, в этих таинственных неизведанных краях, за туманной дымкой горизонта. Но он не смел отправиться туда. Столько опасностей угрожало маленькому мышонку и в родном-то лесу, что уж говорить о незнакомых землях. — На какие ещё неизведанные края посмотреть? — строго выговаривала ему Мягкая Спинка, согнав с камня. — Что ты за глупости выдумываешь? Вот вырастешь, встретишь хорошенькую мышку по душе, женишься на ней. Как пойдут у вас детки, некогда тебе станет глупостями заниматься, нужно будет семью кормить. Слушайся старших и выброси из головы свои бредни. Я ведь тебе только добра желаю. То же самое сказала бы и твоя покойная мать. Весёлый Хвостик кивал и соглашался, но на душе у него становилось темно и пусто, как в заброшенной норке. Неужели вся его жизнь всегда будет такой вот пустой и скучной? Он не утерпел и однажды отправился за советом к великому шаману по имени Толстое Брюшко, принеся ему подношение — несколько колосков. Тот был уже стар, в самом деле довольно-таки толст, с длинными седыми усами. Выслушав Весёлого Хвостика, он встопорщил усы и важно произнёс: — Я услышал тебя и понял. Ступай, сын мой. Я поговорю с духами и завтра к вечеру передам тебе их ответ. Робея, Весёлый Хвостик отправился прочь. А Толстое Брюшко задумался. Ему и раньше доводилось встречать таких юных пылких храбрецов, и он знал, что их гложет — неустанная жажда познания мира. Он и сам когда-то был таким. Но его жажда познания вылилась в беседы с духами, которые давали ему советы, он доносил их до остальных членов племени и считал себя нужным и важным. Но как утолить жажду Весёлого Хвостика? Все ему подобные храбрецы рано или поздно оставляли племя и не возвращались. Разумеется, они погибали в пути. Толстое Брюшко вздохнул и отправился к заветному озерцу, в воде которого всегда видел духов. И в этот раз пришли они, отразившись в водной глади. Внимательно выслушав шамана, они спросили его? — Насколько сильна та жажда, которой пылает сей юный герой? Готов ли он пожертвовать ради неё жизнью? Толстое Брюшко подумал и отозвался: — Я спрошу его, а вы скажите мне, о духи, что он должен будет сделать, если решится. И духи сказали ему. Когда следующим вечером Весёлый Хвостик явился к жилищу шамана, тот уже ждал его в полной раскраске и облачении. Юный мышонок опять оробел. Он почтительно опустил к ногам шамана новое подношение — жёлудь — и с запинкой осведомился: — Говорил ли ты с духами, о великий шаман, и что они сказали тебе? — Сперва они поручили мне спросить тебя, — строго ответил Толстое Брюшко, — и вот я спрашиваю: готов ли ты пожертвовать жизнью ради той жажды познания, которую испытываешь? Весёлый Хвостик, задумавшись лишь ненадолго, решительно кивнул и проговорил: — Я готов отправиться в путь к горизонту, чего не решался сделать раньше. Но если духи меня благословляют… — Не торопись, юнец, — осадил его Толстое Брюшко. — Множество подобных тебе героев не смогли миновать даже соседнего оврага, потому что были растерзаны коршуном или лисицей. Нет, твоё испытание будет более тяжёлым, но если ты выдержишь его, твоя жизнь не оборвётся, а изменится, и ты получишь то, чего так жаждешь. — Что же я должен сделать? — тихо спросил Весёлый Хвостик, завороженно уставившись на шамана. — Ты должен вскарабкаться на самую высокую ветку вон той сосны, — со вздохом объяснил Толстое Брюшко, указывая на корявый ствол росшей над обрывом сосны, — и прыгнуть вниз. Если ты сделаешь это без колебаний и уныния, духи исполнят твоё желание. — Но я же разобьюсь насмерть, — ужаснулся Хвостик. — В этом-то всё и дело, сынок, — грустно покачал головой шаман, — в этом-то всё и дело. Твоя жизнь сейчас не столь уж плоха, не так ли? Тебе есть что терять. Готов ли ты принести такую жертву ради исполнения мечты — чтобы достичь далёких горизонтов и узнать, что там находится. — Я бы мог точно так же отправиться в путь среди равнины, — в замешательстве пробормотал мышонок, опуская свою бедовую голову. — В этом-то всё и дело, — с силой повторил шаман. — Если бы ты пошёл в это путешествие к горизонту, как и многие раньше, то тебя бы согревала надежда на то, что канюки тебя не схватят. Или на то, что ты сможешь вернуться. Здесь же ты принимаешь решение безо всякой надежды. Подумай. Ему было жаль отчаянного юнца. — Я уже подумал, — отозвался Весёлый Хвостик, и голос его окреп. — Я сделаю, как сказали духи. …Итак, он вскарабкался на красную кору старой сосны и, цепляясь за неё коготками, начал свой трудный подъём — к самой луне, уже появившейся на темнеющем небе. Из-под коры выбегали муравьи и жучки, иногда ему приходилось огибать смоляной ручеёк, но он упорно лез всё выше и выше. И вот наконец Весёлый Хвостик достиг основания ветки, простиравшейся прямо над краем обрыва, и побежал по ней. Ветка упруго качалась под порывами ветра. Мышонок бежал, не останавливаясь, быстро перебирая лапками, пока ветка совершенно не истончилась. Весёлый Хвостик взглянул вниз, но шамана и родных нор не увидел. Подступала ночная тьма. Замерев всего лишь на мгновение, Весёлый Хвостик прошептал себе ли, духам ли: — Я не боюсь! Вернее, я очень боюсь, но всё равно хочу достичь недостижимого. И отважно ринулся вниз. Честно сказать, он зажмурил глаза, ежесекундно ожидая, что порыв ветра понесёт его, завертит и расшибёт о камни. Но этого так и не случилось. Ветер нёс его, но Весёлый Хвостик не падал. Когда он решился открыть глаза, оказалось, что внизу простирается равнина, посеребрённая светом луны и звёзд, а чёрная громада гор на горизонте стремительно приближается. Да, они приближались! И звёзды сияли таинственным льдистым светом, совсем близкие, какими он никогда их раньше не видел! И тогда он радостно закричал. Никогда прежде он не знал такой радости, какая переполняла сейчас его маленькое сердце. Какая-то птица поравнялась с ним. Это была не сова, как он опасался, а козодой. Тот сказал, удивлённо глядя на мышонка: — Ты летишь! У тебя крылья! Но ты не птица. Кто ты такой? И тут в голове у мышонка зазвучал голос шамана. Весёлый Хвостик сперва опешил, но потом повторил ответ вслух. Он гордо сказал: — Я летучая мышь! Мой удел — небо. Так появились летучие мыши — оттого, что Весёлый Хвостик решил достичь недостижимого. * * * Примечание автора: летучие мыши принадлежат к отряду рукокрылых, и их уделом действительно является только небо. На земле они беспомощны, а спать (днём) могут только вниз головой, зацепившись за опору, и из этого положения отправляются в полёт.