Гарри Поттер и Тайны чистокровных

Их губы шевелились, но она не слышала срывающихся с них слов. Они были там, за тонкой – непреодолимой – стеклянной преградой. Они были пятнадцать лет назад в особняке в Годриковой Лощине. Они были пятнадцать лет назад рядом с ней. Лили Поттер улыбалась устало и мягко, легко поглаживая ее по плечу и глядя с поистине материнской гордостью. Джеймс ерошил волосы на макушке и показывал большой палец, словно понимая, что его все равно не услышат, что бы он ни сказал. - М-мама?.. – голос был хриплым, надтреснутым. Восклицание вышло почти неслышным. Жалким. – Мамочка! Папа! Они были черно-белыми. За преградой зеркальной глади красок как будто в и помине не существовало. Как будто там, по ту сторону, все было таким – монохромным. - Я… Я люблю вас!.. Я хочу к вам!.. Заберите меня! Пожалуйста!.. Лили Поттер удрученно поджала губы и, чуть наклонившись, легко поцеловала Гарри-отражение в висок. Джеймс, улыбнувшись задорно, погрозил пальцем, притворно строго глядя из-за стекла. «Еще рано. Еще не время. У тебя еще много дел, Гарри». Габриэлла Поттер распахнула глаза и уставилась в расплывающийся перед глазами потолок, бессознательно комкая в пальцах и без того помятую простынь. - В чем дело, Гарри?.. Ранним утром Малфой не был тем идеальным Малфоем, каким его все давно уже привыкли видеть. Ранним утром Малфой тянул слова лениво, а не манерно, и его отросшие волосы не были перевязаны в маленький низкий хвостик тонкой зеленой лентой. Габриэлла протянула руку к лицу нависшего над ней слизеринца и, скользнув пальцами по скуле, убрала ему за ухо светлую до седины прядь. И мотнула головой, насколько ей позволяло положение. - Ни в чем… Это просто сны. - Отгони их от себя заклинанием и продолжай спать, дурочка. Драко сгреб ее в охапку и, поплотнее укутав в теплое одеяло, прижал к себе – кажется, оконная ставня ночью чуть приоткрылась, однако вставать и закрывать ее или даже просто тянуться к палочке было ужасно лень. Габриэлла завозилась, устраиваясь рядом с юношей поудобнее, и едва удержалась от фырканья. У Малфоя был острый язык и теплые руки. Девушка крепче прижалась к нему, позволяя сомкнуть за своей спиной кольцо объятий, и снова закрыла глаза. Слизеринский принц уткнулся ей носом в макушку, постепенно вновь усыпляя своим тихим дыханием. За окном светало. Гарри лениво приобняла уже успевшего задремать Драко одной рукой и чуть улыбнулась. Да, умирать действительно еще рано.