Последний шанс

Я выскочила из Берлоги и сломя голову побежала к лесу. По пути мне встречались приютели, и неизменно каждый одаривал меня взглядом типа «а, это та ненормальная». Мне хотелось плакать. Воспоминания неумолимо восстанавливались, но картина все еще была неполной. Теперь я знала, зачем я здесь. Тереза была последней. Я не входила в их планы, но кто-то смог убедить Создателей отправить меня сюда. Или… никого не убеждали, а смогли провернуть это дело за их спинами? Так или иначе, я здесь. Сейчас, когда я начала вспоминать, когда я столкнулась со всем и ощутила на собственной шкуре, я считала затею бессмысленной. И видела только один выход. Ньют не отставал от меня ни на шаг. Он думал, что я бегу прочь от лишний ушей, но я бежала от него. И знала, что мне не убежать. И хотела, чтобы он догнал меня. Такая вот история. Я остановилась около одного из деревьев и прижала к нему ладони. Глотку раздирало от долгого бега. Ноги подкашивались. Я ненавижу бег. Ньют замер в шаге от меня и глубоко задышал, восстанавливая дыхание. - Какого… хрена?.. – запыхаясь, спросил он. Я смотрела себе под ноги, не желая встречаться с его взглядом. Не открою рта, пока это будет возможно. Вместо ответа я стала размеренно дышать носом, не желая напрягать разболевшееся горло. - Сабина, - напомнил о себе Ньют. Я вздрогнула. Его голос, произносящий мое имя. Я помню и это. - Я видела девочку, - сиплым голосом произнесла я и повернулась к нему. – Не знаю, где и при каких обстоятельствах, но я видела. – Ложь сейчас просто необходима, но чтобы заслужить его доверие, можно чуть приоткрыть завесу. В его глазах читалось потрясение. - Ты уверена? – тихо спросил Ньют. Я кивнула, и парень поперхнулся воздухом. – Парни правы, здесь нечисто. Тебя не должно здесь быть… Я снова кивнула, не желая говорить. Светловолосый долго хмурился и смотрел то на меня, то на Берлогу. В конце концов он тяжело вздохнул. - Сейчас я вынужден тебя оставить. Пришлю сюда кого-нибудь, тебе надо здесь все показать… - Не надо, в этом нет необходимости, - я покачала головой. – Будет достаточно того, чтобы Гэлли и Алби не приближались ко мне. Ньют внимательно посмотрел на меня. В его глазах читалась тревога и недоверие. - Чем они тебе не угодили? – с намеком на враждебность спросил он. Если честно, все это давило на меня. Не знаю, с чего я решила, что между нами все будет по-старому, что он проникнется ко мне, но его неверие угнетало меня. Из меня словно весь воздух выпустили, и я обессилено прислонилась спиной к шершавому стволу дерева. - Они задают слишком много вопросов, а у меня безумно болит голова, - приглушенно произнесла я. Кажется, мне удалось добиться от него жалости, потому что взгляд его смягчился. Мне не хотелось, чтобы меня жалели, но по-другому я никак не добьюсь, чтобы меня оставили в покое. - Хорошо, - вздохнул Ньют. – Я вернусь к тебе, как только освобожусь. Только не уходи далеко, - с этими словами он попятился, а потом, развернувшись, припустил обратно к Берлоге. Вид хромающего Ньюта причинял мне боль. Не знаю, почему. Не прошло и пяти минут, как неподалеку от меня прошел, ломая опавшие ветки, Томас. На его лице застыло выражение испуга вперемешку с отвращением. «Надо пойти за ним и поговорить», - подумала я и сделала шаг в его сторону, но тут же остановилась. Нет, сейчас это ни к чему. Я собью его с толку. Я здесь и суток не пробыла, ничего не сделала, не добилась его доверия, которое мне понадобится. Поэтому я скосила чуть левее и ушла в сторону, к приземистому дереву с толстым стволом и широко расставленными ветвями. Мне не пришлось высоко забираться, чтобы найти удобное место для отдыха. Думаю, здесь даже можно будет поспать ночью. Как только я разместилась поудобнее, позади меня послышался крик мальчика, приглушенный расстоянием. Он отчаянно звал Томаса и утих, когда тот ему ответил. И в течение разговора зовущий его мальчик говорил все тише, а Томас чуть ли не срывался на крик. Странно. У него что-то случилось? Я приметила крепкую ветку, отходящую от ствола, переползла на нее и свесилась корпусом вниз, чтобы хорошо слышать. Стало не намного лучше. Все, что я поняла из разговора, это то, что какой-то Бен, которого, видимо, считали мертвым, на самом деле жив, но скоро он пожалеет о том, что не умер. Томас выкрикнул слово «Изгнание», и больше я ничего не услышала, поэтому вернулась на место. Мне становилось не по себе. Что происходит в Приюте? Неужели они убивают друг друга? Совсем ополоумели? Меня пробрало неожиданное раздражение на мальчишек. Но я тут же поняла, что неправа. Они ведь не знают, что происходит на самом деле, что каждая смерть внутри Приюта – еще один шаг для Создателей на пути к их цели. Теперь я злилась на них, Создателей, запихнувших ни в чем неповинных детей в это ужасное место и сделавших все для того, чтобы они не выбрались. Ненавижу. Ненавижу их. Я все-таки уснула. Разбудил меня настороженный голос Ньюта, который неторопливо расхаживал по лесу и звал меня по имени. Признаюсь, я позволила себе несколько секунд лежать без движения и слушать его голос. Но потом я заставила себя свесить ноги вниз и аккуратно спрыгнуть на землю. Ньют был неподалеку и отскочил в сторону от неожиданного шума. - Извини, - буркнула я и сонно потерла глаза. - Ничего. Ты должна идти со мной. Его голос неожиданно жесткий. Непривычно было слышать в нем стальные нотки. Мне стало грустно от мысли о том, что Приют и Лабиринт сделали Ньюта жестоким. - Куда? - К Восточной двери. Идем, - он положил руку мне на спину и легонько подтолкнул, вынуждая идти в нужном направлении. Что-то подсказывало, что меня ждали не дружеские вечерние посиделки. Мы выбрались из густого леса, и я увидела, что небо уже достаточно потемнело. Приют буквально опустел: все столпились у одной из дверей. Они приглушенно переговаривались между собой. Воздух будто бы сгущался от напряжения. Все ждали чего-то. Приблизившись к толпе, Ньют резко убрал руку и направился к Алби, на которого было страшно смотреть. Вожак стоял мрачнее тучи. - Тащите его сюда! – вдруг рявкнул он, и я подскочила от испуга. Из-за Берлоги, на которую перевели взгляд приютели, вышли трое парней крепкого телосложения. Они тащили кого-то за собой. Изувеченное тело в бинтах и разорванных тряпках, которые раньше служили одеждой. На его лице застыло выражение ужаса. Это и есть Бен? Он отказывался идти своими ногами, и крепыши волочили его по земле, направляясь к двери. - Ньют. Принеси шест, - сказал вдруг Алби, да так тихо, что его мало кто услышал. Светловолосый кивнул и направился к сарайчику неподалеку. Наверное, там хранят какие-то инструменты. Я отвернулась от Ньюта и наткнулась на взволнованный взгляд Томаса. Он, кажется, как и я, не понимал, что тут происходит, и боялся собственных догадок. Я понадеялась, что мой взгляд выражает сочувствие. Почему-то мне стало жаль парня. К этому моменту крепыши приволокли Бена к Алби и поставили его прямо, что не помешало безумному на вид парню опустить голову, чтобы избежать чьих-либо взглядов. - Ты сам виноват в том, что сейчас происходит, - ровно сказал вожак. Двери сарая распахнулись, и оттуда вышел Ньют, неся в руках несколько металлических палок, которые он стал соединять между собой. Закончив с этим, он надел на один из концов непонятную вещь, напоминающую короткую веревку, и уверенным шагом направился к приютелям. Когда Ньют приблизился к Алби, я поняла, что за штуковина была на конце длиннющего шеста. Ошейник. Меня передернуло, и я обхватила себя руками, будто боялась, что рассыплюсь. Стоило мне бросить взгляд на приютелей, как в поле зрения снова попал Томас. На его лице отражалась буря эмоций, быстро сменяющих друг друга. Я удивилась, заметив виноватое выражение. Как такое может быть? Тем временем Алби подошел к Ньюту и забрал у него шест. Приблизился к Бену и беспрепятственно застегнул ошейник на шее бедолаги. Как только вожак отошел, Бен выпрямился и уставился на него блестящими от слез глазами. Ничего, кроме жалости, он не вызывал. - Пожалуйста, Алби. Клянусь, я был просто болен, башку переклинило после Превращения, - скрипучим дрожащим голосом заговорил он. Превращение? Что это такое? И как оно влияет на поведение человека? – Я не собирался его убивать, просто у меня на минутку крыша поехала! Пожалуйста, Алби, пожалуйста… Сказать, что я была поражена, это ничего не сказать. Бен пытался убить кого-то? Почему? Что с ним такое? Что-то подсказывало мне, что Томас в этой истории не последний человек. Проигнорировав исповедь безумца, Алби прошел к свободному концу шеста, крепко схватил его двумя руками и обернулся к приютелям. Его глаза были налиты кровью, а лицо выражало холодную ярость. Мне стало страшно. - Бен из Строителей! – торжественно начал Алби. – Ты приговорен к Изгнанию за попытку убийства новичка Томаса. Стражи сказали, и их слово неизменно. Ты уйдешь и не вернешься. Никогда. Бен пытался убить Томаса?! - Стражи, займите свое место у шеста изгнания. Из толпы приютелей выступило в общей сложности десять человек, включая Ньюта и Гэлли. Они схватились за шест, встав в своеобразную шеренгу между Алби и Беном. У меня внутри все похолодело и сжалось от страха перед неизбежным. - Пожалуйста! – звенел по всей округе голос Бена. – Пожа-а-а-алуйста! Кто-нибудь, помогите мне! Зачем вы делаете это со мной? В какой-то момент Бен посмотрел на меня, и сердце мое ухнуло вниз. На него было страшно смотреть. Глаза покраснели от слез и жутко смотрелись на бледном лице, с носа капало. - Заткнись, - рявкнул Алби, но все было тщетно. - Кто-нибудь, остановите их! Помогите! Пожалуйста! Мое сердце разрывалось от внезапной боли. Это ужасно. Зачем они так делают? Я присела на корточки и часто задышала. - Если бы мы позволяли таким шенкам, как ты, оставаться безнаказанными, то никто бы из нас не дожил до этого дня, - упорствовал разъяренный вожак. – Стражи, приготовьтесь. - Нет, нет, нет, нет! – заверещал Бен. – Клянусь, я все!.. Его прервал оглушительный грохот, заставивший меня вскочить на ноги от испуга. Дверь. Она начала закрываться. Я и раньше видела, как закрываются эти двери, но не с такого ракурса. Масштаб происходящего выбил у меня почву из-под ног, и я затаила дыхание, на мгновение забыв о Бене. - Стражи, пошли! – выкрикнул Алби, и Стражи толкнули шест по направлению к закрывающейся двери. Голова безумца странно качнулась. Из его горла вырвался вопль, заглушивший грохот закрывающейся двери. - Не-е-е-е-ет! – кричал в истерическом припадке Бен, пытаясь сорвать ошейник, но все усилия были напрасны. – Не-е-е-е-ет! Его попытки упереться ногами в землю не приносили результатов – Стражи неумолимо вели его ко входу в Лабиринт. Парень дергался и извивался, как ужаленный. Каким-то чудом ему удалось развернуться лицом к приютелям. Лицо его походило больше на гримасу ужасного одичавшего монстра с бледной кожей, пеной у рта и светящимися безумием глазами. - Внимание! – крикнул Алби, и все вокруг буквально взорвалось от визга Бена. Меня била крупная дрожь. Я впивалась пальцами в предплечья, словно хваталась за спасительный круг. Мои щеки были давно мокрыми от слез ужаса, но я ничего не могла поделать. В самый последний момент кому-то удалось отсоединить ошейник от шеста. Стены с грохотом сомкнулись, отрезая от Приюта безумные крики Бена. Изгнание было совершено. Мне казалось, что в какой-то момент я очутилась здесь совсем одна. Все эти люди вокруг, позволившие случиться этому кошмару, не были людьми. Это монстры. Монстры, распоряжающиеся судьбами других. Животный страх, поселившийся в моей груди, управлял мной. Именно он заставил меня убрать затекшие пальцы от сдавленных предплечий и со всех ног ринуться обратно к лесу. Там, несмотря на его жуткий вид, я буду в безопасности. Кажется, кто-то звал меня по имени, но я не отзываюсь на крики монстров.