Последний шанс

Я лежала на холодной траве и жадно глотала воздух. Поверить не могу, что Томас решился на такой отчаянный шаг. Все чувства словно смешались: страх, ужас, неожиданно, гордость и уверенность в том, что все будет хорошо. Не знаю, оттого ли, что я знаю Томаса дольше, чем остальные приютели, но я была уверена почти на сто процентов, что этот парень выберется из Лабиринта и поможет выбраться Алби и Минхо. Ньют же, лежащий рядом со мной и тяжело дышащий, был уверен в обратном. - Они погибнут, - шептал он едва слышно. – Все они… Алби, Минхо… и этот сраный Чайник! – Парень стал медленно подниматься. Когда он выпрямился и грозно навис надо мной, я увидела в его глазах неожиданный гнев. – Кто просил этого гребаного шенка бежать за ними?! Идиота кусок… Вот тебе раз. Не думала, что он отреагирует именно так. Опустив взгляд вниз, я приняла сидячее положение и, уперев ладони в землю, попыталась встать. Но подвернутая во второй раз нога протестовала, и я с тихим всхлипом опустилась обратно на траву. Ньют, закатив глаза, схватил меня за руку и рывком поднял на ноги. Мне пришлось согнуть правую ногу. Я вдруг вспомнила цаплю, представив, как странно выгляжу, стоя на одной ноге. Совсем не своевременная мысль. - Извини, что столкнул тебя, - буркнул Ньют все еще дрожащим от злости голосом. – Тебе помочь дойти? - Куда? - Не знаю, куда там тебе нужно?! – неожиданно рявкнул светловолосый, и я вздрогнула, подняв на него испуганный взгляд. Парень выглядел сейчас безумным. Но владел им не гнев, а страх. Я тихо вздохнула и сделала шаг к нему. - Ньют, все будет хорошо, вот увидишь, - нерешительно произнесла я. – Они обязательно выберутся. Парень прищурился. - Вот как, да? Ты думаешь, они там на наиприятнейшую прогулку остались, или что? Там живут гребаные гриверы, которые не позволяют никому из тех, кто оставался там ночью, выжить! Я чуть было не сказала, что знаю о гриверах. Вдруг он взбесится еще больше? - Я не думаю, что там им будет просто, - терпеливо возразила я. – Я просто знаю, что они вернутся. Ньют набрал в легкие побольше воздуху, чтобы разразиться тирадой, как вдруг позади нас раздались быстрые шаги. Мы обернулись и увидели, как к Западной Двери бежит Чак. На его круглом лице застыл испуг. Когда мальчик добрался до нас, он уперся ладонями в колени и глубоко задышал. - Что тут… произошло? – выдавил Чак. – Я… слышал крики. - Ничего особенного, Чаки, - ядовито отозвался Ньют. Мне захотелось схватить его за запястье и бросить предостерегающий взгляд, ведь мальчик не виноват в том, что сделал Томас. – Просто наш расчудесный Томми отправился в Лабиринт спасать Алби и Минхо. На бледном лице мальчика теперь ясно читался ужас. Чак посмотрел на меня, словно надеялся, что я сейчас опровергну эти ужасные слова, но я лишь отрицательно покачала головой, давая понять, что это правда. Чак будто бы подавился воздухом и сипло спросил: - Они… это… Ньют, а вдруг у них получится?.. Ньют закатил глаза. - Даже не начинай, понял? Вы достали меня, оптимисты хреновы, - он обвел нас недовольным взглядом. – Утешаете себя ложными надеждами? Хорошо, можете хоть всю ночь здесь проторчать, дожидаясь открытия Дверей, только вот одного вам не изменить: Они. Уже. Не. Вернутся! С этими словами бывший Бегун отвернулся и стремительно направился к Берлоге. Чак перевел на меня потускневший взгляд. - Ты веришь в это? – тихо спросил он. – В то, что они не вернутся? Я сжала руки в кулаки. - Они вернутся, я это знаю. Просто знаю. И плевать мне на то, что говорит этот вспыльчивый идиот. Губы Чака изогнулись в слабой улыбке. - Пойдем в Берлогу, здесь нам пока делать нечего, - тихо сказала я. Конечно, с такой ногой я быстро передвигаться не смогу, но лучше ползти со скоростью улитки, чем торчать возле этой Двери и вспоминать, как Томас исчез за смыкающимися стенами. Опустив правую ногу на траву, я стала медленно идти к Берлоге. Удивительно, но лодыжка больше не болела так сильно. По крайней мере, это было терпимо. Чак неспешно шел рядом со мной и молчал. Я следила за удаляющейся фигурой Ньюта. В голову вдруг прокралась мысль о том, что теперь мы оба хромаем на одну ногу. Откуда такие совпадения? И откуда такие глупые мысли в моей голове? Мы потратили на дорогу некоторое время. Когда мы почти дошли до Берлоги, Ньюта уже и след простыл. Похоже, в хибарке собралась большая часть приютелей, потому что гомон слышался еще на улице. Я нерешительно открыла дверь, и мы просочились внутрь. Мальчишки встали вокруг скрючившегося в кресле Ньюта, но смотрели не на него, а переговаривались между собой. В следующее мгновение их ропот перекрыл крик Гэлли. - А ну заткнулись все, шенки чертовы! Удивительно, но все послушались и захлопнули рты. Удовлетворенный Гэлли повернулся к Ньюту. - Что произошло? – требовательно спросил он. Ньют вздохнул и устало потер глаза. - Минхо и Алби показались в проходе перед самым закрытием Двери. Они не успевали выбраться, и Чайник пошел за ними, - бесцветным голосом отрапортовал светловолосый. Гэлли непонимающе нахмурился. - Постой, что… кто? - Томми отправился спасать их задницы, - тихо пояснил Ньют. Его опустошенный взгляд скользнул по толпе и задержался на мне чуть дольше, чем на лицах остальных. Я понадеялась, что мой взгляд красноречивее выкриков, слетающих теперь с губ приютелей, которые наперебой кричали о том, какой Томас идиот. - Значит, мы разом лишились вожака и Стража Бегунов, - мрачно подытожил Гэлли, умудрившись перекрыть всеобщий гомон - Лучше заткнись, понял? – огрызнулся Ньют устало. – Никого мы еще не лишились. Я не думала, что Ньют верит в свои слова. Скорее, он не хочет, чтобы Гэлли был тем, кто озвучит его страхи. Гэлли посмотрел на него с недобрым прищуром. - Ты знаешь правила. Если они остались там, они – трупы. Если им и удастся выжить, то, по крайней мере, одного из них ждет суровое наказание, - он повернулся к приютелям и заговорил громче. – С этим гребаным Чайником всегда было что-то не то, я думаю, все с этим согласятся. Те, кто проходил Превращение, подтверждали, что видели его. Я видел его, черт побери. К тому же, он нарушил самое главное правило Приюта. И там, в Лабиринте, его ждет наказание за это, - последние слова парень произнес с такой мрачной торжественностью, что внутри меня отчетливо зашевелился страх. Однако именно он придал мне смелости. Я сделала шаг вперед и посмотрела на псевдо-лидера. - Не тебе его судить, понятно? Ты здесь не вожак и даже не капитан Гэлли, - я вспомнила одну из последних записей с мониторов, где Гэлли рисовался перед новичком. – Томас действовал храбро, он отправился спасать жизни приютелей, на что ни у кого бы не хватило смелости. В глазах Гэлли читалась бешеная ярость, когда он сделал шаг в мою сторону. Ньют бросил на него предостерегающий взгляд. - Тебе вообще слова не давали, кукла! – прошипел темноволосый, выставив в мою сторону указательный палец. – Ты тут никто, поняла?! Вообще с вами, Чайниками, в последнее время, происходит какой-то плюк. Один решил геройствовать, но все, что его ждет, это смерть, вторая лежит в коме, пообещав, что все скоро изменится, а ты вообще появилась вразрез с той запиской, вылезла из ниоткуда и права качаешь. Думаю, лучше будет запереть тебя в Кутузке или выбросить в Лабиринт к Томми, от тебя никакой пользы. Гневная тирада зацепила меня за живое, хотя я понимала, что вся гниль, льющаяся изо рта Гэлли, не должна меня задевать. Стало до слез обидно. Настолько обидно, что я, сжав губы, отвернулась и быстро, насколько могла, вылетела из Берлоги. И вот я снова бегу отсюда, бегу в сторону леса. Теперь, несмотря на бурю эмоций, охватившую меня, я старалась смотреть под ноги, потому что если я лишусь и второй здоровой ноги, действительно не буду способна на что-нибудь полезное. Я решила не убегать сильно далеко, и остановилась, как только оказалась в тени лесных деревьев. Здесь было еще достаточно светло для вечера. Выбрав удобное дерево, я медленно забралась наверх и свесила с ветки правую ногу. Вот бы просидеть тут вечность, не слышать эти мерзкие и беспочвенные обвинения, не знать той жестокости, которая происходит в Приюте, не переживать тот ужас, который творится в реальном мире. Если бы я могла застыть здесь и больше ничего не чувствовать. Думаю, если бы я осталась в ПОРОКе, такое стало бы возможным. В моем-то положении… Тьма вокруг меня сгущалась. Впереди загорались факелы и лампы. Этой ночью Приют не будет спать. Это было ожидаемо. Несмотря на осуждение поступка Томаса все в глубине души надеялись на то, что все закончится благополучно, что утром парни войдут в Западную Дверь и снова окажутся среди нас. Страшно подумать, что сейчас там происходит. Поэтому лучше и не думать. Я не успела принять такое решение и прикрыть глаза, как вдруг кто-то схватил меня за поврежденную лодыжку и со всей силы потянул вниз. Прочувствовав спиной все неровности, несмотря на то, что отчаянно цеплялась пальцами за ветки, я шлепнулась на землю и на какое-то время дезориентировалась. Вокруг полумрак, слева мелькают огоньки, а прямо надо мной застыла фигура. Приютель. Он тяжело дышит, его руки сжаты в кулаки. Я не знаю этого человека. Не помню. У парня были длинные темные волосы, убранные в хвост, широкие плечи и сильные мускулистые руки. Глаз его я рассмотреть не могла. - Ты… не должна… быть здесь, - выдавил он, нависнув надо мной. - Что ты… - Ты. Не должна. Быть здесь! – проорал парень и, с силой сжав мои предплечья, пригвоздил меня к переплетающимся корням дерева. Боль пронзила спину и затылок. – ПОРОК не допустит. ПОРОК не допустит. Я похолодела. Это не воля парня. Им управляли. ПОРОК. Ненависть, вскипевшая внутри, не смогла перекрыть страх. Парень превосходит меня физически. Я не смогу убежать или дать отпор. Словно понимая это, Создатели позволили ему убивать меня медленно. Его рука неторопливо поползла к моему горлу. - Они найдут того, кто помог тебе, - бесцветным тоном продолжал приютель. – Найдут и убьют. Но ты уже не узнаешь. Я изогнулась в попытке ударить его ногой в живот, но неожиданный удар в бок вывел меня из строя. Я обмякла на жестких корнях и ничего не могла сделать, когда обе его ладони обвились вокруг моей шеи и стали медленно давить. Придя в себя, я стала брыкаться и царапать его руки, но марионетке было все равно. С лицом, являющим воплощение зла, он сдавливал мое горло. Тогда я собрала все имеющиеся силы и заорала, пока была возможность: - Помогите! ПОМОГИТЕ! Легонько встряхнув меня, парень добился того, что я ударилась виском об корень и затихла. Я все еще была в создании, но все было как в тумане. Пальцы вновь сжались на моем горле. Парень навис так, что я слышала его частое дыхание. Вглядываясь в мое лицо безумными глазами, он шептал: - ПОРОК – это хорошо. ПОРОК – это хорошо. ПОРОК – это хорошо. А ты плохая. Внутри меня все холодело с каждой секундой. От нехватки кислорода голова кружилась, а легкие горели. Значит, вот как все закончится. Я думала, я умру по-иному. Такое не вписывалось в мои планы, но это все равно случилось бы. Я уже слышу вокруг себя шаги и крики. Я умираю? Или я уже умерла? А вокруг меня – мои родные, погибшие несколько лет назад? На одно короткое мгновение я почувствовала истинное блаженство от мысли о том, что воссоединюсь со своей семьей гораздо раньше, чем планировала. Но в следующую секунду все ощущения вернулись: нехватка кислорода, головокружение, жжение у виска и дикий страх. И голоса. Я действительно их слышала. - Что происходит?! - Это Чайник! Она кричала! - Сабина?! Где ты? - Эйден?! Что ты делаешь, шенк?! Звуки смешались в один, пока я отчаянно цеплялась за жизнь, задыхаясь под страшным гнетом. - Ты плохая. Ты плохая. Ты плохая. Ты плохая… - шептал приютель, пока из моего горла вырывались хриплые стоны. В какой-то момент гнет с моего тела пропал, и я почувствовала, как легкие стали наполняться воздухом. От резкого вздоха горло пронзила острая боль, но я готова была расплакаться от физического ощущения жизни, наполняющего меня изнутри. Чьи-то руки заскользили по моим щекам, и я стала осматриваться в поисках человека, чьи прикосновения сейчас были самыми вещественными. - Сабина, ты в порядке? – раздался надо мной знакомый голос. Я молча глотала воздух и смотрела на лицо Ньюта, теперь четко виднеющееся перед моим. В его глазах такой испуг. Но этот испуг почему-то заставляет мое сердце биться уверенно и спокойно. - Сабина? – прошептал Ньют. Я откашлялась. - Я в порядке, - вырвался из горла хрип, едва ли напоминающий слова. Ньют тут же обернулся в сторону Гэлли и двух незнакомых мне ребят, которые скрутили, как я поняла, Эйдена. Волосы его растрепались, темные глаза горели недобрым огоньком, а губы беззвучно шевелились. Я знала, что он говорит. «Ты плохая. Ты плохая». Я невольно отодвинулась к стволу дерева и прижала протестующие ноги к животу. Не оборачиваясь, Ньют положил руку на мое плечо. - Что с ним такое? – спросил он у приютелей, удерживающих Эйдена от повторного нападения. Гэлли мрачно нахмурился. - Что бы это ни было, гриверы тут не причем. Парень из моих, из Строителей. - Отправьте его в Кутузку. Завтра утром решим, что делать с этим плюком. Страж Строителей долго буравил бывшего Бегуна тяжелым взглядом, но потом отвернулся, помог поставить Эйдена на ноги и, держа его за плечи, повел парня в сторону Приюта с помощью приютелей. Ньют повернулся обратно ко мне и убрал руку, смутившись своего собственного прикосновения. Я опустила голову вниз, прижав лоб к коленям. Меня все еще била крупная дрожь, а горло раздирало с каждым вздохом. - Тебя надо отвести к Медякам, - неуверенно сказал светловолосый. - Не надо, я сейчас приду в себя, - гулко отозвалась я, не желая выпрямляться. - Я не об этом. У тебя царапина на голове. Я похолодела и так резко выпрямилась, что Ньют невольно отшатнулся. Его взгляд выражал опасение и непонимание. - Что такое? - Где царапина?! – вскричала я и рефлекторно прижала ладонь к ноющему виску. Так и есть. Пальцы коснулись чего-то теплого и влажного. Я снова часто задышала, но причиной была не нехватка воздуха. Глаза наполнились слезами. Мне стало безумно страшно. Я еще никогда не сталкивалась с царапинами. Удивив парня еще больше, я стала предпринимать попытки подняться. - Умоляю, помоги мне, - дрожащим голосом попросила я и протянула ему руку. – Я хочу к Медякам! Пожалуйста! Тряхнув головой, словно отмахиваясь от странных мыслей, Ньют поднялся на ноги и помог мне встать. - Ты сможешь идти? – спросил он. - Поползу, если надо. Только скорее, - выдохнула я и, не выпуская его руки, ломанулась в сторону Берлоги. Сбитый с толку Ньют быстро поравнялся со мной. Его взгляд то и дело возвращался к моей руке, прижатой к виску. - У тебя какие-то проблемы с царапинами или что? Вида крови не выносишь? – терялся в догадках парень. - Думай, что хочешь. Все варианты хороши, - туманно ответила я. Ньют закатил глаза. Зайдя в дом, он сразу же провел меня на второй этаж, в комнату, где находилась Тереза. Указав мне на свободную койку, на край которой я опустилась, бывший Бегун что-то едва слышно объяснил двум парням, крутящимся около Терезы. Один из них кивнул, ненадолго скрылся в подсобном помещении, а когда вернулся, в его руке был чем-то смоченный бинт. Ньют бросил заинтересованный взгляд на бинт и стал следить за действиями Медяка. - Собираетесь перевязать мне голову? – тихо спросила я, гадая, чем пропитана тряпица. - Есть другие предложения? Я закатила глаза, но позволила незнакомому парню перебинтовать мне полголовы, закрыв лоб и туго стянув затылок. Как только бинт прикоснулся к виску, его пронзила жгучая боль. Я дернулась и зашипела, но Медяк толкнул меня обратно на койку. - Сиди смирно. Ты думала, я тебе конфетку в рот суну? – буркнул он. Я смерила его уничтожающим взглядом, но сохранила спокойствие. В моем состоянии любая царапина могла оказаться смертельной. Это я знала из теории, потому что никогда не сталкивалась с этим на практике. Теперь же, когда у меня из головы фактически сочилась кровь, страх медленно съедал меня изнутри. Как остановить кровотечение? Медяк, закончив свой шедевр аккуратным и крепким узлом, тоже почувствовал, что что-то не так. Ткань слишком быстро пропиталась кровью. Приютели обменялись обеспокоенными взглядами. Парень, перевязывающий мою голову, внимательно посмотрел на меня. - Ты знаешь, почему кровотечение не останавливается? – вкрадчиво спросил он. - Я не врач. И я первый раз поцарапалась, - пробормотала я в ответ. Медяк вздохнул и, процедив под нос что-то про больший кусок бинта, снова скрылся в подсобке. Его напарник убрал с тумбочки около кровати Терезы пустую тарелку и вышел из комнаты. Ньют скрестил руки на груди. - Вечно с тобой что-то не так, - медленно протянул он. - Такая вот я проблемная, - вздохнула я, разматывая бинт. От одного взгляда на него мне стало плохо. Тряпка наполовину пропиталась кровью. Бывший Бегун смотрел на меня с беспокойством. Значит, его не очень раздражает моя проблемность? Или он просто не хочет, чтобы кто-нибудь еще сдох, учитывая то, что за Дверями сейчас борются за жизнь три приютеля? Первый Медяк быстро вернулся с большим куском бинта, который он сложил в несколько раз и получил плотную повязку. Он нарочито медленно обматывал ее вокруг моей головы. Я больше не жаловалась на жжение, понимая, что главная задача сейчас – остановить кровотечение. Когда последний узел был закреплен, Медяк отряхнул руки и выдохнул. - Не знаю, что за хрень с тобой происходит, но это явно не просто так. Сегодня тебе лучше остаться тут. Я буду заходить иногда, чтобы проверять повязку. При необходимости сменим. Я недовольно нахмурилась, не желая оставаться здесь, но кивнула. Страх перед смертью пересилил упрямство. Получив мое согласие, Медяк забрал использованный бинт и вышел за дверь. Я медленно переползла к изголовью кровати и опустилась спиной на подушку. Ньют замялся у двери. Увидев, что он собирается уходить, я вздрогнула. - Ты же не оставишь меня наедине с девушкой в коме? – жалобно произнесла я. По его лицу можно было понять, что он не может принять решения. – Там ты сейчас будешь только доставать всех своими депрессивными мотивами по поводу никчемной гибели ребят в Лабиринте. Ньют скорчил недовольную рожицу, но прошел к моей койке и опустился на стул, стоящий рядом. - Вот уж спасибо, утешила. Я улыбнулась. Светловолосый перевел взгляд на мою повязку и помрачнел. Я поборола желание прикоснуться к ней рукой. - Что, все еще сочится? – тихо и опасливо спросила я. - Нет, - тихо ответил Ньют. По его тону нельзя было понять, лжет ли он, но я решила поверить. – Ты… можешь рассказать, что произошло между тобой и Эйденом? Я вздохнула и скрестила руки на груди. Колени уже на автомате притянула к животу и сжалась в комок. - Я сидела на дереве, когда он вдруг появился и сбросил меня на землю, - приглушенным голосом начала я. – Он бормотал что-то про то, что… - Не тяни, - попросил Ньют без злобы в голосе. - Сказал, что меня не должно здесь быть. Что я плохая. Он устало выдохнул и потер лицо. Затем уперся локтями в расставленные колени и подпер ладонями подбородок. - С появлением последних трех Чайников в Приюте стала происходить какая-то чертовщина, - задумчиво произнес Ньют. – На Томми напал Бен. На тебя – Эйден. Но Бен был ужален, тут все ясно… - Я знаю, почему Эйден так поступил, - избегая смотреть ему в глаза, призналась я.