Под знаменем Кертье

Ночь в деревне Кляйн Крамс герцогства Мекленбург была такой же дикой, как звери, рыщущие в чаще. Как только догорело солнце, она вырвалась из леса, проглотила селение, разбросала по небу холодные яркие звезды и принялась разгуливать по узким грязным улочкам, волоча за собой хвост из суеверий и страхов. В обеденном зале постоялого двора собралось много народу. За дубовыми, недавно скоблеными столами с кружками хмельного сидели охотники, которые каждый год съезжались сюда из других княжеств, чтобы продемонстрировать свое искусство в ловле зверя. Знатные и не очень, богатые и обнищавшие за время войны, они под треск разгорающегося в камине огня рассказывали друг другу истории о том, как добывали свои памятные трофеи. Но с приближением полночи все чаще в разговорах стал упоминаться огромный косматый волк, что разгуливал по округе. Начинали поговаривать, что это не обычный зверь – вервольф. Его не брала пуля, он не боялся огня и красных флажков и каждый раз ухитрялся уйти от погони. Оборотень так забавлялся: воровал охотничьи трофеи, подпускал их к себе на расстояние выстрела, а после исчезал. Но игры закончились, когда поутру местные жители нашли в лесу растерзанное тело солдата, глядящего в стылое небо пустыми глазницами. На маленьком, окруженном деревьями пятачке пожухлая трава была бурой от запекшейся крови. Видимо вервольф не был голоден, поэтому он разорвал как тряпку стальную кирасу жертвы, выгрыз внутренности и разбросал их по поляне. Останки быстро привлекли к себе внимание падальщиков. Пожилой крестьянин, нашедший убитого, говорил, что к этому месту его привели густой запах разложения и гул, в который сливалось жужжание сотен мух, роящихся над трупом. Обглоданное и изуродованное тело принесли в деревню, чтобы очистить от скверны и захоронить. – Господа, – из-за стола, что располагался ближе других к камину, поднялся немолодой, крепко сбитый мужчина. Он был одет по военной моде и, очевидно, уважаем другими охотниками, поскольку разговоры стихли, стоило ему заговорить. – Предлагаю в этом году изменить условия нашего соревнования. Победителем будет тот, кто добудет голову этого дьявола. – Он уже столько раз уходил, – раздраженно махнул рукой один из звероловов, чье лицо раскраснелось от количества выпитого. – В этот раз не уйдет, – уверенно заявил молодой человек в богато расшитом камзоле. – Не уйдет, – подтвердил его друг. Зал вновь наполнился хором голосов. Охотники принялись спорить о том, как лучше убить зверя. А за окном завыл промозглый осенний ветер, и только один из присутствующих в зале мог различить в этом вое шелест листвы, потревоженной волчьей лапой. Вервольф был даже ближе, чем люди могли представить. Он жил в их деревне и каждый день прогуливался по тем же улицам, что и его преследователи. Он смеялся над ними, пока они сидели на постоялом дворе или по домам, придумывая для него новые ловушки. Зверь, однажды попробовавший человеческой крови, становился опасен, а эти люди, вместо того чтобы объединиться и поймать его до того, как он начнет убивать для удовольствия, предлагали друг другу пари. Самоуверенность, граничащая с безумием, – одна из наиболее непонятных черт человеческой природы. Поднявшись из-за стола, Рейгар Кертье направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Там располагалась крошечная комнатушка, в которой ему предстояло провести ночь. С тех пор как лорд Музакка исчез, а его место занял Мадьюк, оборотни стали гораздо чаще вмешиваться в жизнь смертных. Их присутствие в людских селениях уже сложно было скрыть. А плоды их внебрачной любви и те, с кем они заключали контракт, превосходили в своей жестокости первородных, и это не могло не привлечь внимания благородных. Когда-то давно люди придумывали легенды, чтобы объяснить вещи, которые они не понимали и которых боялись. Шли годы, стирались настоящие имена – им на смену приходили другие, менялся облик местности, исчезали из памяти жуткие подробности. Время медленно и неотвратимо превращало то, что раньше было реальностью, в страшную сказку. Сейчас же, как и много лет назад, родители вновь начинали рассказывать детям о событиях, свидетелями которых они стали. И эти истории уже вряд ли когда-нибудь забудутся. Открыв дверь, Рейгар вошел в небольшое помещение, где из мебели были лишь кровать и сундук. В камине еще тлели угли, но даже тепло недавно горевшего пламени не смогло изгнать из комнатушки запах сырости. Подойдя к окну, каджу Кертье распахнул ставни. На улице накрапывал мелкий дождь. Холодный ветер шелестел листвой раскинувшегося на холме леса. Внизу, в обеденном зале, раздавался громкий смех и не умолкали голоса. Завтра охотники пойдут ловить оборотня, и он отправится вместе с ними. Не желая провоцировать новые конфликты, из-за которых могли пострадать невинные, Лорд велел каджу Кертье открыто не вмешиваться в борьбу местного населения с оборотнями. Рейгар должен был наблюдать и осторожно направлять людей, а при необходимости – помочь им, но сделать это незаметно. Интриги и прочие подобные игры претили благородным, привыкшим все вопросы решать напрямую при помощи переговоров. Однако нынешний лорд вервольфов еще недавно сам заметал следы своих деяний подобно лисице и уж точно не стал бы «ущемлять интересы своего народа» в пользу смертных. «Если лисица лезет в сарай и ворует кур, ее пора пустить на воротник», – так говорили новые знакомые герра офицера со столь непривычной для местных жителей фамилией Кертье. И в чем-то Рейгар был с ними согласен. Только, к сожалению, с таким противником, как оборотень, людям самим было не справиться... Утро выдалось холодным и пасмурным. Свинцовые тучи так плотно затянули небо, что определить рассветный час можно было лишь по еле уловимым снежным крупицам, витавшим в сыром, пахнущем прелой листвой воздухе. Они всегда вплетались в потоки ветра на исходе ночи и, вместе с хрусткой коркой, сковывавшей лужи, напоминали о приближении зимы. Рейгар Кертье вслед за другими охотниками покинул постоялый двор и направился в промокший рыже-желтый лес. Тихо ступая по валежнику, он пытался уловить ауру других оборотней, которые могли скрываться неподалеку. Но их не было. Только один вервольф обитал в этой местности, и он пожелал сегодня остаться в деревне. Поправив на плече лямку ружья, которое даже не было заряжено и лишь дополняло образ офицера кавалерии, каджу Кертье направился обратно в селение. Он шел по кромке леса, осторожно отгибая ветви деревьев, которые в любой момент могли осыпать его холодными горошинами капель. Опытный вервольф всегда мастерски прятал за человеческой личиной свою звериную сущность, молодым же это удавалось с трудом. Они еще не умели в полной мере контролировать чувства, будящие хищную часть их натуры, поэтому их аура всегда оставалась аурой зверя. Дикая, яркая, пахнущая шерстью и кровью. Такого противника всегда было легко обнаружить. На окраине деревни, в непосредственной близости от леса, стоял низкий бревенчатый дом. Его ставни были плотно закрыты, а из каминной трубы не шел дым. «Надеюсь, ты меня учуял», – подумал каджу Кертье, подходя к перекошенной двери со следами когтей. Тайное устранение обидчиков смертных не входило в планы Лукедонии, поэтому своего присутствия благородный не скрывал. Внутри раздалось глухое рычание, которое Рейгар воспринял как приглашение войти. В дальнем углу темного помещения стоял и щерился волк. Одно его ухо было оборвано, а шерсть на боку слиплась от крови. Рана была запущенной, края её воспалились. Каджу Кертье уловил запах начинающегося гниения. Изначально Рейгар собирался выманить – а при необходимости и выгнать – зверя в лес, к охотникам, но сейчас, увидев это голодное и больное существо, которое, скорее всего, свою единственную жертву убило в целях самозащиты, решил повременить. – Прими свой истинный облик, я хочу поговорить, – произнес Рейгар. Но оборотень его не послушал. Зарычав громче, он бросился на каджу Кертье. Благородный без особого труда ушел от атаки, а после, схватив волка за загривок, швырнул его об стену. Послышался жалобный визг. Рейгар оказался рядом с хищником до того, как тот успел подняться на лапы. – Делай, как я сказал, – велел каджу Кертье, наступив сапогом на раненый бок вервольфа. Злобно посмотрев на своего противника, волк заскулил и затих. Обращался он медленно, тело его то и дело начинало трясти, как в лихорадке, и тогда он принимался скрести втягивающимися когтями по полу. Когда же мучительное изменение облика было завершено, глазам благородного предстал худой чумазый мальчишка с растрепанными темными волосами. Рейгар поспешно убрал ногу и отступил назад. Ребенок... Внутри кольнуло. Ему следовало быть аккуратнее. – Возьми, – каджу Кертье снял с себя плащ и протянул волчонку, который сжался в комок. На боку его сочилась кровью и гноем плохо затягивающаяся рана. Мальчишка поднял на благородного взгляд, полный обиды и страха. Рейгар вздохнул. Все верно, он сам виноват. Привык сражаться с сильными противниками и не пощадил ребенка. Великий Лорд... Ребенка. Каджу Кертье быстро накинул плащ волчонку на плечи. Тот вздрогнул, когда понял, что больше не обнажен. – Идем, – просто сказал Рейгар. – В селении много охотников, тебе лучше им не попадаться. Я помогу тебе. Волчонок некоторое время внимательно смотрел на каджу Кертье. Он ждал чего-то, но благородный молчал. Просить мальчишку не бояться было глупо, особенно после демонстрации силы, предлагать довериться – еще глупее: затравленный зверь будет скалиться, сколько не прикармливай. – Идем, – уже мягче позвал каджу Кертье, а после добавил: – у меня есть сын, примерно твоего возраста. Я не могу позволить им убить тебя, но у меня нет желания тащить тебя силой. Повернувшись к мальчишке спиной, Рейгар вышел на улицу. Через некоторое время он услышал шаги и шелест волочащейся ткани. – Я тебе все равно не верю, – хмуро выдал ребенок. Каджу Кертье улыбнулся. Иного он и не ожидал. На следующий день Рейгар Кертье вместе со своим новым знакомым под перешептыванье местных жителей покинул Кляйн Крамс. Вернувшись в Лукедонию, благородный доложил о результатах миссии Лорду, а после направился во владения вервольфов, чтобы отвести волчонка в его новый дом. – Мы еще увидимся? – хмуро спросил маленький оборотень. – Возможно. – С полуулыбкой ответил Рейгар. – Надеюсь, мне не придется опять тебя ловить. Немного подумав, каджу Кертье погладил мальчишку по волосам. Он так обычно поступал, когда Раэль сердился. Маленький оборотень вывернулся и побежал в лес. Остановившись у самой его кромки, он обернулся и прокричал: «Я всему научусь, и ты меня больше не поймаешь!» Не поймает. Пройдет не так много времени после того случая, и прежние каджу вслед за Лордом погрузятся в Вечный Сон. Но волчонок об этом узнает потом, намного позже...