Ясень - сила друида

От Абе шуму было, как от стаи диких поросят. Кнур сидел за столом, закинув ноги на столешницу и покачивался, наблюдая, как мальчишка мечется по дому, что-то разыскивая. Сам альфа стругал коротким ножом фигурку, напоминающую кривой шарик. — Вода сказала, что я ещё слаб. И она права. Посмотри, — он поднял свою руку и напряг мышцы, — пока я две недели возился с воздухом, я потерял форму! — Возился... — проворчал Кнур, — я три года пытался его познать, и мне ничего не удалось. — Я отправляюсь на охоту! А потом буду править забор. И курятник надо переделать. Топор в руках месяц не держал! — Абе продолжал бегать, вспоминая то об одной детали одежды, то о другой. — Отлично, принеси косульку помоложе. Надоела курятина. — А ты можешь поросёнка зарезать? — Нет, поросята на продажу. А то на что мне для нас муку и сахар покупать? Мясо и охотой можем достать. Абе задумался, словно только сейчас заметил, что теперь в доме радушного хозяина живёт не один человек, а трое, и кормить их надо соответственно. — Вот, — Кнур поставил деревянную фигурку на стол, — за пару дней отъешься, подготовишься, и пойдём к реке, снова будем воду заклинать. — Что это? — Абе с удивлением стал рассматривать криво выструганную деревяшку. — Фигурка медведя. Подношение для реки, чтобы она тебя приняла. — Это медведь? — Абелай скривился. — Ты лучше Дея попроси, у него руки золотые, он хорошую фигурку сделает. — Дей на меня в обиде, — вздохнул Кнур, — не говорит уже второй день. — Это потому, что ты меня чуть не утопил. — Кто ж знал! — Кнур смущённо улыбнулся. — И ты с Деем слишком суров. Гоняешь, как мальчишку, а он вообще-то взрослый и ответственный. И молча смотреть на то, как ты его унижаешь, я не буду. — Ты чего разошелся? Не гоняю я его. Почти. Дей сам всё делает. Ему нравится по дому возиться, — Кнур почесал бороду, забираясь в неё ладошкой, потом с трудом вытянул застрявшие пальцы. — Вспомнил. Я с ним договорился, что если он будет хорошо работать, то весной отвезу его в город! — Ах, ты... — Абе замахнулся на него кулаком, а потом расстроено опустил плечи и сел рядом с Кнуром. — Так Дей уедет? Я надеялся, он будет жить с нами. Растить сердце дедушки и заботиться о лесе. Кнур не ответил, сердито толкнул к Абе фигурку и поднялся из-за стола. — Сердце деда растить будешь там, где оно место выбрало — в деревне вашей. А Дей со мной оставаться не хочет, — последнее он пробурчал больше для себя.

***

Абелай добыл в лесу оленёнка. Кнур запёк его целиком во дворе, выманивая Дея из дома приятным ароматом. Но Дей не просто обиделся, он жутко разозлился. И как можно стерпеть? Кнур чуть не убил его брата и при этом не чувствовал ни грамма вины. И хотя в тот злополучный вечер Дей ему царапины и укусы, которые оставил пока из его лапищ вырывался, обработал, но больше с хозяином ни словом не перебросился. Дей понимал, что обучение для друида важно, но и потерять брата из-за глупости не хотел. А после случившегося ему стало казаться, что Кнур ничего в друидских делах не смыслит и учит Абе наобум. Кнур ничем свои способности и знания не проявлял, и чем дальше, тем сильнее Дею казалось, что он их обманывает. Он всю сознательную жизнь не верил в магию, сколько себя помнил, опровергал существование волшебного, не желал с этим мириться. Из памяти стерлись необычные события, способности деда и рассказы отца. Но последняя встреча с альвом сильно пошатнула все его жизненные устои. Альвы реальны, живут совсем рядом, и теперь он не мог решить: искать ли правду своего происхождения или продолжать цепляться за старую уверенность, что он человек. А оставаться в лесном домике становилось всё сложнее. Кнур на него смотрел голодно, словно сожрать хотел. Дей не мог избавиться от ощущения, что не будь Абелая рядом, Кнур давно бы нацепил на него брачный амулет, наплевав на его желания. Абе, увлеченный учебой, про брата почти забыл: вспоминал лишь, когда Дей сам к нему обращался. Запах жареного мяса и свежих специй действительно притягивал. И хотя Дей не хотел мириться с Кнуром, всё же вышел взглянуть, что брату удалось поймать на охоте. Встретили его неожиданно тепло: — Дей, братишка, а то я переживал, что ты и не появишься, — Абелай вручил ему большой кусок запечённого мяса и глубокую миску с тёплым вином со специями. — У Кнура, оказывается, такие запасы в погребе. Вкуснотища. Угощайся! Абе был уже навеселе, и с появлением Дея принялся повторно рассказывать, как, наконец, выбрался в лес на охоту. — Лес меня теперь с удовольствием слушает, сам следы показывает. Я животных чувствую, словно они рядом стоят. Понимаю, какой зверь лесу нужен, а каким он готов для нас пожертвовать, — Абе продолжал болтать, размахивал обгрызенной оленьей ногой и показывал, как загонял оленёнка. — Как тебе вино? — Кнур сел к Дею поближе и положил на плечо руку, от чего он тут же согнулся. — Абе решил завтра идти к реке сделать подношения, ты мою поделку обработаешь? — Дей не отвечал, но Кнур и не ждал его ответов. Болтал сам и радовался, что омега позволил побыть рядом. — Мы тебя с собой возьмём. Может, снова что чудесатое увидим. А ты у меня за здравый смысл ответственный! — Кнур рассмеялся, а Дей тяжело вздохнул. Эта парочка, увлечённая своими поисками сил друида, кажется, перестала понимать, насколько это опасно, и напрочь забыла про тёмного мага и проклятье, которое изуродовало шеи братьев. Может быть для Кнура это ничего и не значило, но Дей каждый день незаметно тёр шею жёсткой щёткой, пытаясь хоть немного осветлить ненавистный след. — Я помогу, Кнур. Только прошу, если что-то пойдёт не так, не останавливай и позволь защитить брата. — Конечно, малой, — Кнур одобрительно кивнул. Потом осмотрел его тонкую курточку и хитро улыбнулся, — ты не замёрз? Хочешь, я тебя обниму? Кнур подтянул Дея к себе, но он вывернулся и отсел в сторону. — Вот видишь, о чём я! — Кнур обратился к Абе, показывая на строптивого братца. — Ну, не расстраивайся, — рассмеялся Абе и подсел к Кнуру на колено, — я тебе компанию составлю... хотя нет, — омега поморщился, — ты волосатый и вонючий! Прекрасно понимаю Дея, твои свиньи лучше пахнут! — Воды ведь нет! Абе, бесстыжий, как ты можешь бить по живому! Я к тебе, как к родному, а ты... — Кнур сделал вид, что расстроен, и при этом ухватил Абелая поудобней, чтобы он с его колена не свалился. — Подстрижёшь меня? У меня даже где-то острый нож завалялся, придашь мне приятный глазу облик? Дей дальнейшую шуточную перепалку не слушал. Он слишком легко оделся и замерзал, поэтому решил вернуться в дом. Сегодня оленёнок, действительно, был необычайно вкусен, а Кнур, всё такой же назойливый, поднимал настроение, заставляя его улыбаться. Но мрачные мысли о своём прошлом и теперешнем положении не покидали его.