»One
4 ноября 2014 г., 22:32
Шумная суматоха и оживленный людской гул. За кулисами подиума велись последние приготовления к предстоящему грандиозному показу. Ассистенты, костюмеры, помощники организаторов, стилисты, режиссеры, свето- и звукооператоры: все в спешке сновали из стороны в сторону, громко переговариваясь друг с другом по Bluetooth гарнитуре. Тотальный хаос и на подготовительных площадках дизайнеров: разносортная толпа находилась в непрерывном движении, перемещалась общими потоками, смешивалась компонентами, кружилась и путалась. Словно организатором дефиле являлся никто иной как Дискорд.
Ререти как безумный перебегал от одной к модели к другой с вздетой иголкой в руках и доводил свои драгоценные наряды до совершенства, полностью отдаваясь мелким, но довольно значимым деталям. Он оттирал каждое пятнышко с лакированных туфлей, подправлял девушкам выбивающиеся из прически локоны, властно приказывал визажистам освежать макияж, добиваясь гармонии стайлинга в коллекции, довершающего образы и вносившего индивидуальную изюминку.
- Потрясающе! Изумительно! Очаровательно! - провозглашал дизайнер, очередной раз обходя собственные творения. Проблемные хлопоты, резко навалившиеся с момента прибытия, теперь постепенно отступали. Однако нервозность продолжала массово набирать обороты.
Ререти, поправляя очки, на несколько секунд задержал взгляд на плазменном экране телевизора, транслирующего все те процессы по другую сторону кулис. Многочисленная публика уже собралась и неторопливо занимала отведенные зрительские места. Сливки общества объединялись в маленькие группки и с присущим высшему свету холодным изыском обсуждали последние события недели. Модельеры, иконы стиля, музыканты, певцы, актеры, танцоры, писатели и другие прославленные на всю Эквестрию звездные умельцы самых разнообразных сфер. Столь же привилегированным было и приглашенное жюри: статные и горделивые гении модной индустрии. Возносимая Ререти сияющая интеллигенция с восхищающим внешним блеском и роскошью, элегантной благородной походкой, изысканностью манер, образованностью и культурной насыщенной речью.
От нагнанного великолепия у Ререти захватило дух. Голова пошла кругом, а сердце с трепетом забилось чаще. Произведенное впечатление от увиденного отдало легкой дрожью в руках, и мечты на мгновенье захватили разум. Это он - шанс всей его жизни. Удивительная возможность эффектно показать себя и оказаться признанным элитой за исключительный талант и бесподобное чувство стиля. Сладостно предвкушая нахождение в центре всеобщего внимания. В его бутик с радостью потянулось бы огромное количество богатых и знаменитых клиентов с лестными похвалами. Ослепляя яркими вспышками, за ним бы неустанно следовали любопытные фотографы и журналисты модных журналов, повествующих на глянцевых страницах нового выпуска о каждом его шаге. Он бы всегда был важным и желанным гостем на любых светских вечерах, балах и церемониях открытия. Он бы часто посещал дворец и однажды удостоился бы за свои заслуги аудиенции с принцем. А на ежегодном королевском бале в Кантерлоте случайно повстречал бы таинственную очаровательную леди, которая бы стала его истинной любовью на всю оставшуюся жизнь.
Ререти неохотно разогнал желанные грезы, чтобы последний раз убедится, что все действительно готово на сто процентов, и ничего не осталось на волю случая. Дебют обещался пройти гладко, точно по плану, без всякого рода неожиданных инцидентов. Дизайнер для практичности осторожно поглядывал на конкурентов. У некоторых коллекции выглядели чересур неотёсанно, совершенно не оригинальными и не целесообразными, что глубоко уязвляло ранимое чувство прекрасного. Однако присутствовали и достаточно сильные соперники с внушающими работами. Такие же некоронованные гении, пришедшие за славной победой.
Уверенность Ререти поколебалась. Он глубоко вздохнул, стараясь унять нарастающее волнение. Именно сейчас ему так не хватало теплой дружеской поддержки. Обидно, что сроки проведения конкурса так неудачно совпали с приездом принцев Селиста, Найтмер Мун и Каденса в Понивиль. Все в маленьком городке были очень занятны подготовкой к приезду королевских особ.
- Ты справишься, Ререти! – Подбадривал себя дизайнер. Порядок выхода был определен заранее. Ререти выпало выступить тринадцатым по счету. Однако, он, отрицая суеверия, верил в собственную победу.
***
С каждой секундной приближался момент которого он так долго ждал, Ререти с нетерпением постоянно оглядывался на выход к длинному подиуму. Тщательно подбирая каждое слово, он мысленно обдумывал наилучший вариант небольшой вступительной речи, которую по традиции принято произносить перед показом. При этом, он аккуратно приводил свой внешний вид в порядок: убрал рабочие очки, поправил прическу и избавился от мелкого налипшего мусора в виде обрезанных ниточек. Чтобы предстать перед зрителями наилучшим образом. Но тут кто-то резко оттолкнул дизайнера в сторону, грубо угодив локтем в правый бок, и как ни в чем не бывало пошел дальше. Ререти со стоном схватился за ушибленное место. - Какое невежество! – Горячо возмутился он, оглядываясь на виновника происшествия, который не счел за необходимость принести глубочайшие извинения, как того полагают правила приличия. - Спасибо, что поинтересовались. Со мной все в порядке! - Какие мы нежные! – С наполненным презрения тоном отозвался звучный женский голос. К Ререти спокойно подошла молодая привлекательная девушка и с надменным выражением лица уставилась на него. Хоть она и приходилась дизайнеру по плечо, все же мастерски умудрялась снизу смотреть на Ререти свысока. - Леди не подобает вести себя подобным образом! О, дорогуша, проявляйте больше уважения к окружающим! – Крайне поражаясь столь недружелюбному отношению молодой особы, Ререти ожидал после высказанного замечания получить законные извинения и хоть каплю живого сочувствия. - И не подумаю, «Дорогуша» - Передразнила она, придавая голосу неприятное звучание. – Таким как ты, здесь вообще не место. Да, впрочем, и всем остальным тут тоже нечего делать. Не вижу смысла напрасно тратить время на муторные формальности. И так яснее некуда, что я стану единогласным победителем. Все определено заранее. Закончила она высокомерную плеяду, безразлично оглядывая пробегающих мимо людей. Казалось ее совершенно ничего не волновало, а бурная суматоха вызывала лишь новый прилив скуки. Дерзость ее характера явственно отталкивала, не смотря на противоречивую прелесть личика. У красивой Розы острые шипы. - Прошу прощения, какие грубости вы себе позволяете! Что за вздор?! Это просто смешно! Это вам не жульническая партия в покер! Это честное соревнование между настоящими талантами! А в членах жюри благородные справедливые люди! - Девушка с ироническим удивлением приподняла одну бровь, а Ререти с гордостью сложил руки на груди. - Ты сейчас серьезно?! – спросила она, кривя маленький ротик в ухмылке и копируя действия дизайнера, встала в точно такую же позу. – Думаешь, что пробьешься наверх одним упорным трудом и талантом?! - Именно так! – Величественно отрезал Ререти, капризно хмыкнув. Нахальная особь женского пола вновь передразнила его детскими повторениями, раздражая в большей степени. - Ха, не думала, что такие наивные дураки еще остались! Ты из какой глуши приехал, «Дорогуша»? Миром правят деньги, власть и связи. Вот увидишь! – И самолично прервала разговор на самой неприятной ноте, в качестве прощального жеста, отдав честь, нахалка поспешно удалилась, что-то напевая себе под нос. Ререти со злостью смотрел ей в след, искренне желая, чтобы по пути она поскользнулась и сломала себе что-нибудь. Как оказалось, девушка выступала сразу же после него. Он оценивающе пригляделся к ее моделям, и вновь его эстетическому чувству был нанесен удар. Ее коллекция выглядела старомодной, незаконченной, лишенная изящества, а наряды навивали образы глупых деревенщин, ничего не смысливших в моде. «Фи! Типичная острая на язык хвастунишка». - решил для себя Ререти, не зацикливая больше внимания на столь неприятной особе и сосредоточился на собственном выходе. - Хочу вас всех поблагодарить за то, что вы пришли сюда сегодня и …***
После феерического выступления всех участников и получасового совещания членов жюри, конкурсантов пригласили на подиум, выстроив у самого входа в несколько рядов. Сопровождая действие тревожной музыкой, увеличивающая напряжение кульминационного момента интриги. Горячие сердца, окрыленные надеждой бились в унисон, а от накатывавшего волнения невозможно было избавится, когда от желанного выигрыша отделяло несколько мгновений. Кто-то незаметно грыз ногти, кто-то без конца теребил в руках одежду, а кто-то неосознанно накручивал локоны на пальцы. Ререти же не позволял себе терять самообладания перед многочисленной толпой, он держался сдержанно и хладнокровно, как подобает истинному джентльмену, хотя внутри него неистовствовал ураган эмоций. И лишь та самая девушка, молчаливо стоявшего подле него, выделялась среди всех флегматичной непричастностью к волнению. - Победителем становится.... – Начал сухой монотонный тон судьи Зал молниеносно разорвали бурные аплодисменты зрителей сквозь оглушительный шум, которых послышался пронзительный ликующий возглас. Неподвластный прилив счастья, и неконтролируемая гамма чувств вырвались наружу, разлетались во все стороны в виде воздушных поцелуев. Члены жюри, не скрывая равнодушного профессионализма, одаривали великодушными поздравлениями и лестной похвалой, подавая микрофон для речи. Всеобщее внимание приковано лишь к одной единственной персоне, ожидающий взгляды сотен людей, вспышки фотокамер, летящие под ноги букеты цветов и пламенная триумфальная речь, актерский фальш которой смог различить только обескураженный неожиданностью Ререти. Слезы счастья, восторженные глаза, сияющая улыбка, радостный смех, грация движений, величественная эйфория – ложь, в которую поверили. - Проиграл?! В груди невыносимо защемило, большой ком горечи застрял в горле, не позволяя произнести и звука, а в сердце словно вцепилась мертвой хваткой сильная когтистая рука. Жуткая злость поражения не так бы разъедала глаза, если бы вся слава досталась любому другому человеку, только не ей. Ререти вдвойне неприятнее было осознавать правоту дерзких слов, доказанных победой. «Это - истинная мода?!» - в душе бушевало несогласие. Старомодность и безвкусие признали оригинальностью креативностью великие представители модной индустрии. Их хороший вкус определенно не подлежит сомнению, в отличие от Ререти. – «Неужели он настолько ужасен?!» Яд уязвлённой гордости проникал в самое сокровенное, уничтожая самооценку и личную особенность. Принуждение имитировать радость на публику, когда все мировоззрение переворачивалось с ног на голову, давалось Ререти с большим трудом. Любимое прежде людское внимание вызывало в нем лишь отвращение и страх, что хотелось убежать подальше от яркого света, надежно спрятаться подальше от чужих надменных глаз, наслаждающихся его позором.***
По окончанию официальной церемонии награждения, когда большая часть приглашенных гостей уже разъехалась, дизайнеров отправили обратно за кулисы, собирать вещи и покидать знаменательное место, подарившее много разочарования. Снующий отовсюду народ теперь казался спокойным, притихшим и неторопливым – шоу закончилось. Ререти не мог больше смотреть на свои отвратительные наряды без ненависти. Он без присущей ему аккуратности небрежно затолкал их по сумкам, надеясь нарочно оставить их, чтобы неразборчивые уборщики навсегда избавились от созданного им невежества. - Не держи зла, «Дорогуша»! – послышался со спины знакомый нахальный тон голоса, не лишенный издевательского высокомерия. Ререти обернулся, пронзая девушку враждебным свирепым взглядом. - Поздравляю! – Злобно выдавил из себя дизайнер, как какое-нибудь смертельное проклятие. - Деньги, власть и связи! – Девушка, пропустившая слова Ререти мимо ушей, поочерёдно загнула три выставленных пальцах. – Ах, да, кажется я уже говорила тебе это, «Дорогуша»! Дам тебе один мудрый совет. Раздвигай пошире ножки перед Ними, и каким бы ужаснейшим не был твой стиль, громкое имя ты себе точно сделаешь! Она деловито указала на сгруппировавшихся вместе членов жюри позади себя, целиком поглощённых в обсуждение, и помпезно двинулась им на встречу, напоследок явив расстроенному Ререти одно из своих самых самовлюбленных и заносчивых выражений прекрасного лица.
