Не такой, как все

      После вкусного ужина, состоявшего из трёх блюд, любезно приготовленных персонально для королевской семьи, Фили протяжно зевнул, прикрывая рот ладошкой. Он был выкупан и одет в чистую белоснежную рубашку, а его волосы заботливая жена трактирщика расчесала и заплела в милые косички по бокам. Усталость Фили не укрылась от старших родичей, и Торин с Дис тут же хором скомандовали:       – Фили, быстро в постель!       – Но, мам, дядь, я ещё совсем не устал!       – Не устал он, как же…       – Торин, ещё даже солнце не село! – воскликнул Фили.       – Фили, сегодня у всех нас был тяжёлый день, – негромко проговорил Торин, поднимаясь из-за стола и, подойдя к племяннику, с лёгкостью взял его на руки. – Пошли, я уложу тебя спать, пора уже…       – И сказку прочитаешь? – тут же с надеждой поинтересовался Фили, уткнувшись лицом в дядину тунику, обшитую серебряными нитями.       – Прочитаю, – согласился дядя. – Дис, пойдём? Тебе тоже не помешало бы лечь спать пораньше…       – Прости, Торин, но я поднимусь чуть позже, – ответила Дис, виновато опустив глаза. – Я ещё посижу немножко.       – Не засиживайся долго, – пробуравив Дис подозрительным взглядом, только и сказал Торин и понёс племянника наверх.       Подождав пока шаги брата стихнут, и дверь наверху закроется, Дис тут же подскочила к хозяину трактира, который протирал кружки за барной стойкой, что-то напевая себе под нос. Она уже прознала, что его звали Брон, и сейчас вежливо к нему обратилась, тщательно подбирая слова.       – Господин Брон, могу я вас попросить…       – Я к вашим услугам, леди Дис, – улыбнувшись, чуть поклонился Брон, который уже знал, что в его трактире гостит сам король Эребора и его сестра. Он готов был сделать всевозможное, чтобы пребывание королевской семьи и их каравана в его трактире стало максимально комфортным.       – Расскажите мне о семье мыловаров, – Дис уселась на высокий стул. – У них же есть сын, да? Малыш Кили, который торгует мылом на Главной площади… почему они так бедно живут, что бедный ребёнок одет в обноски? А где они вообще живут? Прошу, Брон, расскажите мне о них всё, что знаете…       – Я редко выхожу за стены моего заведения, – проговорил Брон, немного задумавшись. Признаться, внезапное любопытство Дис к семье мыловаров его слегка ошарашило. – И о Ренне и Тодде знаю не так уж и много…       – Ренна и Тодд! – торжествующе воскликнула Дис. – Так вот как их зовут! Ренна и Тодд…       – Они живут за счёт продажи мыла, – продолжал говорить Брон. – Моя жена часто покупает у них. Признаться, у них самое качественное мыло в городе, хоть и производят они его столько… в общем народу не интересно так часто его приобретать.       – Понятно дело, – нетерпеливо кивнула Дис. – Но где же они живут?       – Вроде у входных ворот Эредрина, – неопределённо пожал плечами Брон. – Это недалеко отсюда.       – Входные ворота, – зачарованно повторила Дис, вскакивая на ноги. – Входные ворота… семья мыловаров… Спасибо вам, Брон!       И, не говоря больше ни слова, принцесса Эребора бросилась прочь из трактира, по пути накинув на себя плащ. Брон удивлённо глядел ей вслед, про себя думая, что всё же гномы довольно-таки странный народ...       Солнце уже почти скрылось за горизонтом, но Дис бежала всё быстрее и быстрее, доверяя своей интуиции и зная, что она быстро найдёт дом мыловаров во что бы то ни стало. Почему-то её сердце вдруг почуяло неладное, едва гномке стоило покинуть трактир. Перед глазами всё всплывал маленький Кили, заплаканный оборвыш в старой одежде, дрожащими руками сжимавший корзинку с мылом. А в ушах зазвучали слова тех людских хулиганов: «Гномий выродок! Сучье отродье!» Слова, мерзкие до боли! Дис всю затрясло от страха и гнева, но больше всего её настораживало то, как вёл себя Кили. Малыш определённо был напуган! А что если его родители плохо с ним обращались?! Ведь не может же быть ребёнок настолько замкнутым и затравленным и всего бояться! Такие страшные мысли подгоняли и заставляли бежать гномку всё быстрее и быстрее…       Но вдруг где-то с севера прогромыхало. Дис взглянула на небо и увидела грозовые тучи. Надо было спешить! Не хотелось бы попасть под дождь…       Дис свернула за угол и оказалась прямо у входных ворот Эредрина. Брон был прав, она действительно очень быстро достигла своей цели. Городок-то был маленьким. А людей в нём пруд-пруди, особенно на рынке. Но сейчас здесь, в этом тихом переулке, не было ни души. Только вдалеке двое дозорных стояли на страже, охраняя ворота. Дис несмело подошла к крупному, но ветхому деревянному дому, ограниченному простым забором. Она, нервно сглотнув, толкнула калитку, которая тут же поддалась, и вошла в двор семьи мыловаров. Дис казалось, что ноги будто налились свинцом и не слушались её, а сердце готово было выпрыгнуть из груди, так учащённо оно вдруг забилось. Руки Дис дрожали, когда она толкнула дверь, и так со скрипом отворилась… почему хозяева не заперли дом? Но эти мысли отошли на последний план, когда она вдруг увидела жуткую картину…       Посреди скромной на вид гостиной, если конечно эту комнату можно было назвать гостиной, стоял маленький Килиан, виновато опустив голову и всё ещё сжимая корзинку с мылом. Вероятно, малыш только что вернулся с рынка. Рядом стояла женщина, полноватая, одетая в простое серое платье и домашний фартук. Её светлые волосы начинали седеть, а карие глаза с жадностью и недоверием смотрели на содержимое кожаного кошелька, только что отнятого у сына. Дис не понравилась эта женщина. Но ещё больше ей не понравился мужик, старый, худой и озлобленный. Сейчас он грозно возвышался над ребёнком, который ростом-то был едва выше его колена… Дис сглотнула подступившие к горлу слёзы. Теперь у неё больше не оставалось сомнений, что Кили безусловно был гномом. Хотя бы на половину, но точно гномом, а не кем-то другим…       – Я говорил тебе не появляться в доме, если не продашь всё мыло?! – брызжа слюной прокричал Тодд. – Говорил или нет?!       Кили весь сжался от его крика и тихо залепетал, не поднимая глаз на отца и чуть не плача от страха и отчаяния:       – Говорил, отец… Прости меня, пожалуйста, просто уже слишком поздно, а там собирается дождь…       – Дождь? ДОЖДЬ?! – Тодд, наклонившись к сыну, озлобленно схватил несчастного ребёнка за волосы, отчего на глазах Кили выступили слёзы. – Дождя значит испугался, а?       – Нет! Папочка, прошу тебя! Я испугался, что мыльце испортится… – глотая слёзы, выдохнул дрожащий от испуга Кили.       – Мыльце испортится?! Да я шкуру с тебя спущу, отродье! – и тут Тодд с размаху залепил Кили хлёсткую пощёчину.       Дис будто на себе почувствовала боль маленького беззащитного ребёнка. О Махал, да его отец настоящий изверг! Таких сейчас едва ли сыщешь. Неужели в мире людей допускалось такое жестокое отношение к ребёнку, к своему родному ребёнку?!       – Прекратите немедленно! Как вы смеете поднимать руку на своего сына?! – громко спросила Дис, выходя из тени.       Сказать, что Ренна и Тодд, обнаружив незнакомую гномку в своём доме, не удивились, значило не сказать ничего. Они были в шоке. Ренна разинула рот, монеты с громким звоном посыпались на пол, а Тодд так и застыл на месте. Лишь бедненький Килиан, дрожа от страха и боли, отпрянул от отца, украдкой вытирая слёзы.       – Какого хрена?! – возмутилась Ренна, когда к ней вернулся дар речи.       – Что ты делаешь в нашем доме, женщина? – подозрительно спросил Тодд. – Ты воровка?       – Нет, папочка, она хорошая! – воскликнул Килиан, признав в гномке недавнюю покупательницу. – Она купила у меня семь кусочков мыла!       – Заткнись! – прикрикнул на сына Тодд. – Ты наказан, Килиан! Иди наверх, я поднимусь к тебе чуть позже и так выпорю тебя, что мало не покажется…       Дис похолодела, почувствовав, как ледяная испарина выступила на её лбу. Да хозяин дома был настоящим зверем! Килиан же беспрекословно подчинился и пошёл наверх. Дис метнулась к нему, но Ренна выскочила вперёд и оттолкнула гномку.       – Убирайся отсюда! – проворчала Ренна, с ненавистью глядя на Дис. Тодд тем временем, мрачно сощурив брови, направился следом за сыном.       – Нет… НЕТ! – Дис чуть не плакала от отчаяния. – Не трогайте его! Не трогайте…       – Ты не поняла ещё, что тебе здесь не рады?! – сквозь зубы процедила Ренна, буквально выталкивая гномку за порог. – Проваливай, непутёвая! И не смей больше сюда приходить, а то охрану позову, и они мигом тебя в темницу запекут, воровка...       – Что? – Дис не верила своим ушам. Перед глазами всё плыло, она не заметила, как хозяйка дома выдвинула её за дверь. – Но я не воровка! Не трогайте Кили! НЕТ!!!       Но Ренна уже захлопнула дверь и закрыла её на замок. Дис вонзила пальцы в свои волосы, обеспокоенно прикусив губы чуть ли не до крови. Кили плохо… Эти жестокие мыловары над ним попросту издевались. Вряд ли эти ужасные люди были его родителями… А она… даже не спасла Кили от них, не уберегла… не успела!       И Дис сломя голову помчалась обратно в трактир. Надо было спешить, ведь в её голове уже созрел лихорадочный план. Оставалась последняя надежда – Торин. Если он не поможет, то не поможет никто… и несчастному Кили, который за один вечер так запал в сердце Дис, придётся ещё очень долго мучиться, терпя боль и унижение от невыносимых и бездушных извергов, называвших себя его родными родителями…