Не такой, как все

      – …Фили, я к тебе обращаюсь! Что ты знаешь о правлении Дурина III?       – Что? – вмиг опомнился наследник трона Эребора, резко выпрямившись и выронив перо. – Прости, Балин, ты задал вопрос?..       – Ты какой-то рассеянный, Фили, – заметил Балин, поднимая перо и протягивая его Фили. Мальчик виновато его взял и опустил голову, уткнувшись в свои записи. Ах да, правление Дурина III… вот она, тема сегодняшнего урока!       – Ну, он был великим правителем, – произнёс Фили, немного подумав. – Правил мудро и справедливо, как и полагается королям.       – Скажи, ты не готов к сегодняшнему уроку? – подозрительно спросил Балин, скрестив руки на груди.       – Почему, я же ответил! – с жаром воскликнул Фили, уязвлённый словами Балина. – Или я ошибся, сказав, что он был великим королём?       – Нет, что ты, ты всё верно сказал! Просто… ты сам не свой, Фили. Не выспался что ли?       – Выспался, – угрюмо ответил Фили. – Всё в порядке, Балин, давай продолжим занятие…       – И невнимательный совсем, – не обращая внимания на слова Фили, продолжил Балин. – Какой-то пассивный ты… Фили, у тебя что-то случилось? Ты словно подавлен! И не говори, что это не так, я же вижу! Расскажи, что тебя беспокоит, и тебе сразу же станет легче. А история подождёт.       – Балин, по правде говоря…       Фили поднял неуверенный взгляд на наставника, и тот ободряюще кивнул, давая знать, что он был готов выслушать Фили. И тогда Фили заговорил. Ох, непросто ему давались эти слова!       – Из-за Кили всё. Я практически не спал ночью. Всё переживал. Балин, это я виноват, что он убежал! Я ему вчера такого наговорил! И Торин, кажется, очень во мне разочарован. Я понял это сегодня утром, когда он так посмотрел на меня…       – Вот как? – отозвался Балин, в задумчивости почесав свою белоснежную бороду.       В душе Балин был рад, что до Фили наконец-то дошло! Наконец-то он полюбил своего брата, наконец-то принял его в семью! Но в то же время Балину было жалко Фили. Он видел, как его мучала совесть. И как он раскаивался. А Торин, судя по словам Фили, этого ещё не понял, из-за чего мальчику было больнее вдвойне.       – Дядя вроде и простил меня вчера, – тихо продолжил Фили, не глядя Балину в глаза. – Но сегодня я понял, что он всё ещё сердит на меня из-за Кили. А Кили так разболелся, он вчера совсем замёрз! Если бы его не нашли, я бы никогда себе не простил! Хотя вначале я обрадовался, что он убежал, но теперь… теперь мне стыдно перед ним.       – Фили, – голос Балин звучал так тепло, так мягко, что Фили решился посмотреть на него и с удивлением обнаружил, как в глазах Балина сверкнули слёзы.       – Балин, прости, – поспешно проговорил Фили. – Не должен был я загружать тебя своими проблемами! Давай продолжим урок, пожалуйста.       – Фили, а ты не пробовал просто поговорить с Кили? Уверен, что он тебя поймёт! Ведь он такой добрый… или ещё не было возможности?       – Да нет, такая возможность была, – с болью в голосе ответил Фили. – Но я упустил её. Да и, по правде говоря, Балин, я просто не смог ничего ему сказать.       – Ты боишься? – едва слышно вдохнул Балин. – Боишься, что Кили тебя не поймёт!       – Как ты догадался? – удивился Фили. Балин, как ни странно, бы абсолютно прав! Фили действительно было боязно: он боялся того, как отреагирует Кили на его слова. Боялся в конец потерять своего брата…       – Это видно по твоим глазам, – пожал плечами наставник. – И потом я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понять это.       – Ты наверняка считаешь меня трусом, да, Балин? – потупившись, спросил Фили, но Балин лишь покачал головой:       – Нет, Фили. Мне понятны твои чувства. И это вовсе не проявление трусости! Я очень рад, что ты наконец-то осознал, как тяжело приходилось Кили всё это время. Он всегда мечтал он настоящей семье, Фили. Мечтал о брате, о таком как ты. Но ты то и дело отвергал его с самого начала ещё в Эредрине.       – Я был не прав, Балин! И Кили меня никогда не простит…       – Я так не думаю. Поговори с ним. А если не можешь, то почему бы тебе просто не написать ему письмо?       – Письмо? – изумился Фили. – Но ведь он же ещё не умеет читать! Не все руны выучил.       – Думаю, это не проблема, Фили. Он ребёнок умный и с помощью азбуки сможет расшифровать твоё послание. И потом пока он это делает, кто знает, вдруг ты созреешь, чтобы поговорить с ним? Поверь мне, Фили, сейчас Кили как никогда требуется твоя поддержка.       – Ты так считаешь?       Балин кивнул, ласково взъерошив волосы Фили, и тот заулыбался. А ведь Балин прав! Написать Кили записку было хорошей идеей! Раз уж всё равно у Фили не хватало духу с ним заговорить…       – Ну, на чём мы остановились, Фили? На Дурине III?       – Да, Балин. Дурин III…       Но не успел и Фили ответить про Дурина III, как в библиотеку вошли Оин и Дори. Оба гнома выглядели взволнованными. Балин удивлённо приподнял брови, когда они к нему подошли, поздоровавшись с ним и Фили, и спросил:       – Друзья, что-то случилось?       – Балин, нам нужна твоя помощь, – сказал Оин. – Или мы тебя отвлекаем?       – Фили, ты не против, если я отлучусь? – поинтересовался Балин у Фили, и тот кивнул.       – Конечно, Балин.       – Но это займёт некоторое время, – произнёс Дори и понизил голос. – Это касается Кили. Торин попросил найти информацию о гномах-полукровках. Он тревожится о возрасте Кили.       Фили, услышав разговор взрослых, почувствовал, как в его рту пересохло, а сердце забилось чаще. Мальчик, хотя и знал, что Кили наполовину гном наполовину человек, никогда не задумывался о том, что Кили может прожить меньше. А сейчас он не на шутку заволновался.       – Ох, тогда мы немедленно идём искать! – распорядился Балин и повернулся к Фили, который замер, сидя за столом и нервно сжав перо в своей руке.       – Фили, ты извинишь нас? На сегодня урок окончен. Домашнее задание то же, хорошо?       – Хорошо, Балин, – поспешно согласился Фили, приходя в себя. – Я подготовлюсь.       – И помни о моём совете. Напиши брату записку.       Фили слабо кивнул, и взрослые ушли вглубь библиотеки, о чём-то разговаривая на кхуздуле и живо что-то обсуждая. Махал, теперь Фили стало страшно вдвойне за Кили. Хоть бы всё обошлось, и он прожил столько, сколько и полагается жить гномам! Хотя Фили был отнюдь не уверен, что Балин, Дори и Оин смогут что-нибудь найти в архивах Эребора. На памяти Фили полукровок в Эреборе не было. Хотя, быть может, Фили просто слишком юн и многого не знает?..       Глубоко вздохнув, Фили потянулся за сумкой и начал собирать учебники. На сегодня урок был окончен. Быстро однако! Ещё вчера Фили многое бы отдал за то, чтобы вот так побездельничать, чтобы раньше освободиться с нудного урока истории, а сейчас… Сейчас Фили даже не хотел возвращаться домой. Там Кили и ему сейчас так плохо…       Фили смахнул с глаз непрошеные слёзы и вдруг увидел совсем чистый листок пергамента, лежащий перед ним. За этот короткий урок он даже не успел ничего написать. Рядом стояла чернильница, и лежало перо. А почему бы тебе просто не написать ему письмо? Действительно, это же так просто, вдруг подумал Фили, схватил перо и дрожащими руками открыл чернильницу. Письмо, в котором он всё скажет Кили, всё, что накопилось за долгие дни. Письмо, в котором он извинится за все страдания, которые испытал бедный малыш по его вине, по вине Фили. Письмо, которое будет первым и большим шагом навстречу… младшему брату. Но чтобы написать?       Немного подумав, Фили вдруг улыбнулся и принялся выводить руны аккуратно, разборчиво, чтобы Кили всё понял.       Он поймёт, думал Фили, и от этих мыслей становилось теплее. Он обязательно поймёт! И отныне всё будет по-другому, не так, как раньше! Отныне всё будет намного лучше! Отныне и впредь…       Вернулся Фили домой поздно. После того, как он написал письмо, то сразу убрал его в сумку и пошёл гулять по окрестностям Эребора, накинув тёплый меховой плащ. На улице шёл снег. Было очень холодно. Фили мучала совесть: вчера Кили пришлось несладко. Вот и простудился ребёнок, оттого что замёрз. И всё из-за него…       Слёз рвались наружу. Фили устал. Ему надоело, что он даже не пытался найти с Кили общий язык всё это время, а только насмехался над ним да прогонял. Но теперь уж всё изменится. Спасительное письмо было написано. Самое время возвращаться домой, чтобы подложить его Кили, подумал Фили, когда уже начинало смеркаться, и зашагал в сторону Эребора.       Дома его встретила Дис. Едва Фили переступил порог, как гномка прижала к себе сына и прошептала:       – О, Фили! Я уже начала волноваться! Чего ты так припозднился, сынок?       – Прости, мам. Я занимался в библиотеке, а потом пошёл гулять. Я должен был предупредить тебя…       – Слава Махалу, ты вернулся! – воскликнула Дис, забирая у Фили тёплый плащ и вешая его на крючок. – Я после вчерашнего сама не своя, всё волнуюсь, что с тобой, как и с Кили, может что-нибудь случиться.       – Мамочка, ну не беспокойся ты так, – смутился Фили. – Я никогда не пропаду! И Кили тоже. Кстати, как он?       – Вроде задремал. Ему становится лучше, кажется, медленно, но идёт на поправку, – улыбнулась Дис.       – Рад это слышать, мам!       – Фили, ты же голодный, – опомнилась Дис. – Пошли, я тебя накормлю ужином.       – Да, мамочка, спасибо, – кивнул Фили. – Я только пойду сумку отнесу в свою комнату и сразу приду на кухню, ладно?       Дис кивнула, и Фили быстро направился в свою комнату. Он заметно волновался, ведь сейчас ему предстояло оставить письмо для Кили да так, чтобы он сразу его увидел, когда проснётся. У дверей, ведущих в комнату младшего брата, Фили остановился, не решаясь войти. Почему-то ему вдруг стало очень страшно. А может, это плохая идея? Может, зря он так затеял? Да и что подумает Кили? Если, конечно, сможет прочесть это письмо…       Фили замотал головой, и серебряные зажимы больно ударились об его щёки. Махал, да будь что будет! Глупо отступать, когда ты уже всё решил… и Фили толкнул дверь, медленно и неслышно заходя в комнату Кили.       Кили действительно спал, как и говорила мама. Фили не сдержал улыбки, медленно подходя к брату. Такой маленький…       Фили очень надеялся, что Кили быстро поправится. Проклятая болезнь! И почему на долю Кили пришлось так много испытаний?! Он не заслужил всего этого… уж лучше бы сейчас Фили болел вместо него! А теперь Фили не мог простить себе те жестокие слова, сказанные сгоряча и из-за чего? Из-за ревности к матери и дяде…       – Спи спокойно, братишка, – тихо прошептал Фили, положив письмо на тумбочку и поставив на него склянку с каким-то пузырьковым сиропом от кашля. – Никто не потревожит твой сон…       Немного подумав, Фили наклонился и осторожно поцеловал малыша в щёку. Тот заулыбался во сне и заворочался, и Фили затаил дыхание, боясь, что Кили проснётся. Но Кили продолжил спать, и Фили, облегчённо выдохнув, направился к двери. Дело было сделано! Теперь оставалось только ждать…