Изгнанники.
16 ноября 2014 г., 08:25
Когда ты разменял четвёртый десяток, а сам являлся мастером–джедаем, причём ещё и магистром Верховного Совета Ордена, больно видеть, как погибал Храм, в котором ты прожил столько лет, где провёл сопливое детство, где собрал под присмотром своего учителя первый сейбер.
Мужчина украдкой смахнул слёзы, что сами навернулись на глаза при виде бойни на длинной лестнице Храма. В Орден пришли смерть и боль. Кто в этом виноват?
Бывший джедай, бывший мастер и магистр, пересиливая желание кинуться в эту свалку и, если Силе угодно, сложить голову вместе с теми, которых привык считать братьями и сёстрами, чем просто быть наблюдателем и ничего не предпринимать, повернулся спиной к Храму. Он едва переставлял ноги, спотыкаясь и сжимая ладони в кулаки, а после и вовсе побежав прочь от происходившего. Непозволительные эмоции захлёстывали с головой, туманя рассудок и застилая алой пеленой взор.
Его просили быть вне всего этого и не вмешиваться ни в коем случае. Но как же больно!
Прислонившись спиной к стене где–то в подворотне, Оби–Ван Кеноби с всхлипом присел на корточки, обхватив голову руками. Как быстро изменился этот мир, который казался незыблемым. Прошёл всего год после окончания войны, а вот уже и Храм пал. Почему? Зачем?
Человек поднял взгляд вверх и от души проклял этот город: тут даже неба нет и нет возможности покой хоть отчасти восстановить, наблюдая за медленным потоком облаков, что ему всегда помогало в прошлом.
Необходимо напиться вдрызг и плевать на последствия! Или ему грозило сумасшествие, что хуже, чем пьянка.
И, сидя в какой–то забегаловке, мужчина в полном отупении смотрел на какую–то по счёту кружку с пойлом, что вышибало мозг за раз. Комлинк на поясе завибрировал, вырывая из полузабытья. Непослушными пальцами сцапав извивавшийся аппарат, джедай прищурившись вгляделся в номер его вызывавшего, но цифры от чего–то показывали ему языки в буквальном смысле. Приехали!
– Да? Я слушаю... – заплетавшимся языком промямлил он, сонно моргая осоловелыми глазами.
– Совсем страх и стыд потерял ты, мастер? – устало и укоряюще промолвил скрипучий голосок Йоды. – Алкоголем боль пытаешься заглушить? Или не джедай ты более?
– Храм мёртв, мастер, – почти прорыдал пьяный мастер, опрокинув кружку краем рукава, когда взмахнул рукой, словно собеседник мог его видеть.
– Орден жить будет всегда! Очнись, мальчишка! Мне тебя видеть надо. Посадочная площадка номер 452, ждать тебя там стану я. Полчаса даю тебе, понятно?
В трубке прозвучали гудки отбоя.
Ветер трепал свободный плащ бывшего магистра, когда он пересекал открытое пространство площадки, направляясь к опущенному трапу "Быстроходного 4" – корабля, на боку которого красовался герб Альдераана.
Охранник быстро провёл его по стерильно снежным коридорам корабля, когда пол под ногами едва заметно вздрогнул и включилась искусственная гравитация, показывая, что транспорт начал взлёт.
В просторной и богато обставленной каюте находились два совершенно разных существа – подтянутый и щеголеватый принц Органа и низенький большеухий магистр Йода.
– Магистр! – поклонился вошедший, по привычке пряча руки в рукавах плаща.
– Не магистр я больше, звание это запретно в Империи с этого дня, – покачал головой тот в ответ, глядя на него больными глазами.
Органа указал на соседнее кресло:
– Присаживайтесь, новости не самые лучшие, мастер–джедай.
– Это кроме того, что Храм пал?
– Это одна из бед, мастер. Вместо Энакина Скайуокера, первого лорда Императора, – губы Бейла скривились в неприятии этого титула, но альдераанец продолжил: – У трона уже полгода, как появился лорд Дарт Вейдер.
Серо–голубые глаза уставились на маленького магистра:
– Дарт? Уж не ситх ли?
– Он самый, мастер, – устало повёл ухом Йода, сгорбившись и сильнее опираясь на трость. – Энакин сделал Ордену мирное предложение, что Совет прекратит на какое–то время свою миротворческую деятельность и не станет препятствовать росту и развитию нового порядка, но при этом честно предупредил, что Палпатин в полном сомнении на наш счёт и, если мы совершим хоть одну промашку, без сожаления спустит на нас армию. Упустил я заговор за своей спиной... Мастера и магистры решили, что смогут переломить ситуацию, если лишат Палпатина поддержки Скайуокера. Не успел я предупредить конфликт. Погиб Скайуокер напрасно: против нас он не имел ничего плохого, о будущем думал...
Стиснув ладони в замок и закусив губу, мастер пытался справиться с навернувшимися слезами. Значит, и Энакин... Да что такое, Сила?
– Энакин мог справиться с тремя в лёгкую, он не мог потерпеть, – мужчина споткнулся на фразе, справляясь с предательски дрогнувшим голосом, – поражения.
Тяжелейший вздох Йоды и сдержанный голос Органы:
– О возможностях ушедшего джедая, видимо, знали не только вы, мастер. Было послано на ликвидацию пятеро.
Вздох, словно вместо воздуха свинец расплавленный втянулся в лёгкие, удушливой волной перехватывая дыхание:
– Пятеро?! Да что ж творится–то с нами, магистр! – он возмущённо и с болью взглянул на учителя учителей, но тот только встряхнул ушами.
– Большую цену мы заплатили, друг мой, за ошибку нескольких.
– Кто? – выдохнул собеседник маленького магистра.
Органа отвёл взгляд:
– Мейс Винду решил таким образом восстановить справедливость. На Корусант вернулись только двое, Мейс среди них.
Йода уже устал видеть боль: она словно в последнее время следовала за ним по пятам. Вот только сильнейшую рану собеседника и Сила показала, пусть на виду ничего и не было. Гнев ощущал мужчина, вцепившись в подлокотник кресла, безрассудную ярость на своих же собратьев. "Жестоким становлюсь я", – подумал магистр, подавляя вздох.
– После того, как пришла весть, что Скайуокер погиб, полгода прошло, как появился Вейдер. Винду решил, что Император забыл о происшествии, но нет, не забыл ничего новый правитель. Когда Вейдер приказал окружить Храм, то первым делом он потребовал выдать виновных в гибели Энакина Скайуокера. Были названы имена: видно, умирая, татуинец сообщил, кто его атаковал. Но наши решили, что это уловка. Вейдер ждал сутки, раз за разом требуя одно и то же. Слаб человек, смерти боится он, вот и Мейс дрогнул, когда пришло мгновение платить по счёту. Вместо этого он организовал атаку на батальон карателей. – Большие глаза магистра наполнились слезами, по морщинистым щекам заскользили капли. – Погибли мастера, защищая неправого, меня не послушали они. Сегодня с Вейдером разговаривал я, упросил, чтобы хоть малышей и подростков не трогать. С ситхом сделку совершил я. Какой я джедай после этого?!
Органа смотрел куда угодно, но только не на плакавшего Йоду, после извинился и покинул каюту, оставив джедаев наедине.
Цепкая ладонь схапала мужчину за ворот плаща – и решительный голос главы Ордена приглушённо проговорил:
– Внимательно слушай меня, мастер, внимательно, больше не будет у нас такой возможности! В изгнание меня отправили, пусть не страшит тебя это: для меня отдых это, не наказание. Я пленник на этом корабле, не гость. Приказ Вейдера исполняет Органа, но пусть его! Слушай: останься возле принца, понимаешь меня? Любым способом, но останься, слейся с окружением политика, незаменимым стань, но в интриги не вмешивайся, внешность измени, привычки. Сейбер, не нужен он тебе больше, но в дальнейшем пригодится. Есть у меня для тебя задание, но позже оно будет сказано. В Силе скажу я его тебе, понял? И с Вейдером не конфликтуй, избегай его. Ненавидит он магистров, пусть и пощадил юнлингов и многих падаванов. Целители вне джедаев оказались, Империи присягнули, клятву сдержат, я слово у них принял, выполнят мой последний завет они.
– А мне–то что делать прикажете? – изумлённо воскликнул собеседник Йоды, очумев от такого перехода.
– Сила подскажет! – был дан престранный ответ, и по щекам магистра вновь заскользили слёзы, а в следующий момент вошёл Органа.
Это была последняя встреча с магистром погибшего Ордена джедаев.
***
И он смиренно ждал этого непонятного приказа несколько долгих лет, окунувшись в повседневность дел возле принца Органа, став при нём если не советником, но этаким серым кардиналом, дававшим ценные советы и идеи, пусть и зная, что те будут выданы за идеи альдераанца. А его самого это даже забавляло: как долго будет политик считать, что он правил бал? Уловок он, бывший джедай, в своём арсенале имел немерено. Куда до него Органе? Видел и то, что Бейл заигрывал с повстанческим движением, но справедливо посчитал, что тайное явным всё равно станет, а ситх, то есть Вейдер, долго терпеть не будет такого самоуправства, и когда–нибудь на шивороте альдераанца сомкнутся пальцы в чёрной перчатке. А Вейдер интересовал ушедшего в отставку джедая чем дальше, тем больше. Ситха называли монстром и палачом, но при этом как–то мимоходом соглашаясь, что прежде, чем нанести удар по мятежным или бунтовавшим планетам, Вейдер давал шанс одуматься и изменить решение, но если нет... Простите, за что боролись, на то и напоролись! Пощады в этом случае Лорд Тьмы не давал никому, полутонов и полуправды в делах Империи ситх не терпел. Ну, а что бывал вспыльчив... Ну, могли быть недостатки у... человека? Вот в этом джедай был не очень уверен, слыша сипение респиратора и доспехи жизнеобеспечения на встрече Бейла Органа, который обязал и его присутствовать. Руки по привычке полезли в рукава, но узкие манжеты строгой униформы не позволяли этого сделать, а его невольное телодвижение приостановило шаг милорда как раз напротив мастера–джедая. Приподняв подбородок, беглец уставился в линзы маски, жуткой карикатурой имитировавшей что–то отдалённое из истории Храма, стараясь не думать. Не получалось вообще! Мысли скользили все какие–то глупые, поверхностные, а после глаза зацепились за жест Вейдера, жест настолько машинальный, что, видно, стал неотъемлемым: постукивание пальцами левой руки по висевшему на поясе сейберу, такой задумчивый и знакомый жест, что сердце джедая замерло от предчувствия. "Энакин?!" И тихий отзвук в Силе: "Признали, мастер?" И Вейдер ушёл, уже задержавшись у другого офицера охраны принца. На следующий день бывшему джедаю дали понять, что находиться на Альдераане небезопасно, предложили денег и в качестве транспорта – истребитель времён Войн клонов, но с более современной модификацией. Поклониться и уйти требовал момент, что он и совершил. А после пришло и так долго ожидаемое задание от магистра Йоды.***
Он остановил лэндспидер не первой поломки, приобретённый в Арконхеде за краденные кредиты, подальше от влагодобывающей фермы. Помня нравы суровых фермеров, лучше не рисковать, а то можно было и на разряд бластера нарваться, причём весьма меткий. Скинув на спину капюшон, мужчина обмахнулся ладонью, что, конечно, на такой жаре было делом бесполезным. Вот прямо чувствовалось, что татуинские братья просто иссушали его тело, избавляя от излишков влаги. Серо–голубые глаза цепко скользили по барханам и утопленному в песке куполу жилого помещения. Ну? Где все? Путник сложил ладони рупором, собираясь крикнуть, когда из здания выбежала явно женская фигурка в безобразном балахоне рубашки, подпоясанной широким ремнём. И ручка её правой ладони уверенно лежала на рукояти бластера в кобуре. Одеяние некрасиво обвисало, отчего женщина казалась грузной, неповоротливой, вот только её движения показывали, что этот облик обманчив. Она шла легко и непринуждённо, покрывая расстояние от купола до границы фермы уверенным шагом, остановившись ровно на той дистанции от прибывшего, чтобы увидеть даже тень намерения, если что. – Вы заблудились? – совершенно абсурдный вопрос, если в округе, тем более в такой глуши, ферм раз, два и точка. Слезая с нагревшегося сидения, мужчина подавил желание спрятать руки в рукава плаща: проклятая привычка едва не спалила его на Альдераане, где он присутствовал на встрече принца–регента Бейла Органы и лорда Дарта Вейдера. Моментик был... – Нет. Просто ищу ферму Оуэна Ларса. Вроде мой навигатор не глючит, хотя не уверен, – путник пожал плечами. Женщина смотрела на него уже не так агрессивно. – Ну, это и есть бывшая ферма Оуэна Ларса. Я теперь его хозяйка. Если ищите семейство Ларсов, то вам обратно: они покинули Татуин. Он вновь подавил желание спрятать руки: что ж за привычка–то вреднющая?! От всех привычек сумел избавиться, а эта всё не отлипала! Видно, его дёрганность женщина взяла на заметку: усмехнулась, заправляя за ухо прядь серебристых волос. И то, что он принял за природный цвет, оказалось обманкой: эта ещё даже не пожилая женщина была седой! – Меня Бен зовут, – он отвёл взгляд от седых волос собеседницы, – я разыскиваю... Вот молчал бы ты, Бен, и дальше! Мужчина с досадой отметил, как при слове "разыскиваю" татуинка сразу подобралась. – Эй! – он попятился, заметив её движение раньше, чем сам понял, что происходило. – Не троньте оружие! У меня просто задание! Вот всегда знал, что переговорщиком он был никудышным! Голубые кольца энергии бесстрастно устремились к нему. Рухнуть на горячущий песок с мыслью, что в нём его и закопают – и нет более Оби–Вана Кеноби! Как печально...
