Иная история

ГЛАВА 13. POV Дин. - Так, 74, 20. Понял, записал. – Я забил в телефон номер очередной шлюшки в баре. Они вечно на меня вешаются, стоит мне только появиться в поле зрения. Ани и Сэм сидели за столиком неподалеку и смотрели газеты и дневник отца, ища нам дело. Ани вообще не обращала на меня внимания. Мне, если честно, было даже немного обидно, что она совсем не ревнует. – Как ты сказала, тебя зовут? Бренди? Окей, я позвоню. – Я хотел было позаигрывать с ней еще, но мой занудный брат начал махать руками, подзывая меня. Вечно он мне все портит. Оставив свою спутницу на ночь в одиночестве, я подошел к их столику. - Ну, что тебе надо? Давай устроим выходной, а? У меня кое-что намечается вот с той красоткой – я указал на Бренди. - В аду все помрут со смеху, когда узнают, что великий охотник Дин Винчестер пал смертью храбрых… от сифилиса. – Язвительно улыбнулась Ани. Сэм подавился пивом и начал негромко смеяться. Неужели все-таки ревнует? - Ани, милая, умерь свою ревность. - Дин, дорогой, ты не знаешь, как я ревную. Если бы я ревновала, то уже вырезала глаза бы твоим шлюшкам своим ножом, но у нас наметилось дело, и твоя голова нам нужна здесь, а не между ног той девки. Так что успокойся, это не ревность, а беспокойство за успех раскрытия дела. Она ведь не врет. Но почему же она не ревнует?! Я уже и так, и эдак… никак не пойму. - Ладно, что у вас? – Стараясь отстраниться от этих мыслей, я решил спросить про дело. Но мое внимание отвлекло то, что моя ночная пассия нагнулась в своей мини-юбке, и мне открылись весьма неплохие виды. Сэм вещал что-то про орудие убийства. Я отхлебнул пиво из кружки, совсем его не слушая. Внезапно я заметил краем глаза, что Ани потянулась рукой ко мне, и резко приподняла мою кружку за дно, от чего пиво перелилось через край и слегка залило меня. - Ты что делаешь? - Дин, - Сэм сегодня, кажется, был на ее стороне. – Я тебе еще раз повторяю, нет орудия убийства, дом заперт… - Ага, ага… - Я опять перестал его слушать. Я не развлекался уже две недели, и сегодня мои мысли были совсем не о делах. – Но мы же можем начать и завтра, да? – Я пошло ухмыльнулся. - Да. – Устало ответил Сэм. - Но начнем сегодня. – С энтузиазмом проговорила Ани. Потом встала и, немного покачивая бедрами, подошла к Бренди. Но я знал, что сцен она устраивать не будет. Зачем же она туда пошла? Сэм тоже с интересом наблюдал за ней. Охотница дружелюбно заговорила с девушкой. Они поболтали около минуты, а потом Ани приблизилась к ней почти вплотную и что-то предложила. Бренди посмотрела сначала на нас, потом на нее и, как мы поняли, достаточно резко отказав, поспешила ретироваться. Ани разочарованно развела руками и подошла к нам. - Что ты ей предложила? – Тут же спросил я. Ани села и, взяв кружку в руки, в которой был чай, ответила, пожав плечами. - Попробовать вчетвером с нами. Сэм опять подавился пивом. - Ну, а она и отказалась. Так что, придется начинать сегодня, все равно твоя подружка сбежала. – Невинно хлопая глазами, сказала мне девушка. Я постарался подавить злость. Вот какого черта она мне все испортила, а? Я стал быстро и рывками собирать вещи, стараясь не замечать ее самодовольную ухмылку. Вдруг к нам подошла Бренди. - А знаете, ребятки, - Она погладила меня по плечу, пошловато улыбаясь. – Вы тут все такие хорошие, так что… я согласна. Ани, до сей минуты, с улыбкой попивая чай, мгновенно прекратила свое занятие и поставила чашку на стол с таким видом, будто он оказался не очень приятным на вкус. Потом встала и начала одеваться, сказав Сэму: - Вот что за шлюхи пошли, никаких представлений о нравственности. Не то, что раньше. Я усмехнулся. Все равно бы не смог долго злиться на нее. Я просто не могу на нее злиться. … POV Аника. Вот живут же люди. Не дом, а громадина. Мы с Сэмом решили исследовать дом семьи Телеска, мужа с женой, они были зарезаны в собственной спальне, охрана включена, дверь заперта, орудия убийства нет, на предмет чего-нибудь странного, а Дин остался в баре развлекаться с той извращенкой. Вот ведь дурак, ведь серьезно, подхватит себе чего-нибудь, и мучайся потом… Наши измерители МП молчали. Значит, не призрак. Я была на втором этаже, а Сэм внизу, на кухне. Что самое странное, в доме не было мебели. Только девственно белые стены и черные паркетные полы. Куда же она делась, они ведь умерли пару дней назад. Неужели родственнички постарались? Странно это все, стра… Я вдруг заметила у себя на правом плече паука. Весьма здорового. Я заверещала и стала вертеться из стороны в сторону, пытаясь скинуть его. Послышался топот ног и тут же в комнату влетел Сэм с пистолетом в руках. - Что случилось? – Рявкнул он. - Паук! У меня на плече! Убери его! Дело в том, что я арахнофоб. Вот боюсь этих тварей, хоть убей. Да и вообще насекомых ненавижу. Они гадкие. - Ани, – Сэм облегченно убрал пистолет – ты хоть понимаешь, как я испугался, когда услышал твой визг, а? - А ты понимаешь, как я испугалась, когда увидела у себя на плече паука, а? – В тон ему ответила я. - Ладно, успокойся, от твоих воплей он уже уполз умирать. У тебя есть что-нибудь? - Нет, все чисто. - И у меня. Пойдем в подвал? - Пошли. … Нет, ну они нормальные вообще, а? Спустившись в подвал и, наконец, включив свет, (ведь наверху его нельзя было включить, мы проникли в дом незаконно) мы осмотрелись. Тут все так же было девственно чистым. Вообще ничего. У нормальных людей в подвале бедлам полнейший, и ступеньки прогнившие. А у этих, как в операционной. Мы стали ходить, суя во все углы измеритель, но он упорно молчал. - Слушай, Ани – вдруг заговорил Сэм – как тебе удается не ревновать Дина? Нет, только не это. Он заметил. Но я же вроде правдоподобно скрывалась! И что я ему скажу? - Сэм, что ты несешь? С чего мне его ревновать? - Ани, - Сэм усмехнулся в своей манере – я же не идиот. Ты думаешь, я ничего не вижу? Ладно, соврать не получится… тогда что, сказать, как есть? Ладно, Сэм нормальный человек, ему можно довериться… - Слушай, Сэм… - мне все-таки было нелегко – это все очень сложно. Ты же знаешь, какая у нас жизнь. И ты знаешь, что нам нельзя испытывать чувств и привязываться. - Но вы уже это сделали… - Знаю! – Я повысила тон. Мне не нравилось, когда меня заставали врасплох. – И теперь я стараюсь не показывать этого, дабы враги наши не узнали и не… - Не напрягайся, я понял. – Сэм кивнул, и я была ему за это благодарна. Не хочу выворачивать душу. - Но и все же, неужели из-за этого ты не ревнуешь? - Нет. – Я усмехнулась. – Я знаю, что Дин ко мне чувствует. Это что-то настоящее, что бы это ни было. А эти девки – это то, что Дину просто необходимо. Но он ничего к ним не чувствует, вообще. Он их даже не уважает. И даже если очень постарается, не вспомнит имени ни одной из них. Поэтому я отношусь к ним, как к расходному материалу для него, и уж точно не как к конкуренткам. – Я снова усмехнулась, но на этот раз более печально. – Да и какой смысл мне ревновать, а? Мне бы стоило это делать, будь у нас с ним хоть какое-то будущее... но его нет. Мне захотелось расплакаться от этого осознания. Вот так. Не хотела душу выворачивать, а все равно сделала это. Но Сэм меня поймет, я уверена. Но меня беспокоило даже не это, а то, что будущего у наших отношений нет… это меня жгло изнутри… - Ладно, пошли. – С энтузиазмом сказала я, оборачиваясь и пошире раскрывая глаза, чтобы не было видно, что они блестят от навернувшихся слез. - Тут самое странное – это мраморные ступеньки в подвале. А нам еще некрологи поднимать. Сэм, сделавший вид, что ничего не заметил, с улыбкой кивнул и последовал за мной наверх. ... Импала стояла у входа в забегаловку. В ней, надев солнечные очки, спал Дин. Какой же он хорошенький. Когда спит. Отвернувшись к стенке. Сэм засунул руки в окно и нажал на гудок. Дин подпрыгнул на сидении, с него свалились очки. Он стал непонимающе оглядываться. Мы с Сэмом посмеялись и сели в машину. - Это бесчеловечно. – Дин сделал обиженный вид. - Ну, - начала я с улыбкой – пока ты развлекался – я сказала это, сделав акцент на последнем слове – мы работали. - К твоему сведению, я не развлекался. - Что, испугался сифилиса? – язвительно улыбнулась я. - Нет, я люблю высоконравственных. – В тон мне, приблизив ко мне лицо, ответил он. Я усиленно поулыбалась, скорчив ему рожу. Игра началась. - Кстати, мы едем на аукцион. – Вдруг объявил Сэм. Я насмешливо нахмурилась, не отводя взгляда от Винчестера старшего. - Боюсь, фейс-контроль не пройдешь. Дин усмехнулся, со спокойной улыбкой смотря на меня. Мы начали играть в гляделки. У нас часто было так. Кто кого переглядит, тот и будет считаться моральным победителем в споре. Когда мы играем, его зрачки так красиво расширяются… играла бы вечно. Но обычно, стоит мне моргнуть, он тут - же ударяет в ладоши и самодовольно говорит: «Ну, вот, я всегда прав». Когда выигрываю я, он говорит: «И все равно я прав». Вот так и живем. Теперь же я смотрела на него, даже не шевелясь. - Ей, может, хватит, а? – Сэм помахал рукой между нашими лицами, но никто не обратил на него внимания. Гляделки – святое. Сейчас мы даже не разговаривали, дабы случайно не проиграть. Лишь слегка улыбались. И тут он моргнул. - Ха! – я откинулась на заднее сидение и ткнула в него пальцем, улыбаясь во весь рот. Я знала, что он сейчас скажет, поэтому решила сработать на опережение и мы сказали это одновременно: - И все равно я был прав. Он посмотрел на меня, а потом Сэм снова вмешался: - Ну, может, хватит? Поехали. - Зачем нам на аукцион? - Там вся мебель из дома Телеска, только что сноску в газете прочитал. Может, хоть там найдем зацепку. … Дин схватил с подноса маленькое пирожное. - Ох уж эти аукционы. Распродажа барахла для богатых петухов. Да уж, согласна. У входа стояли вылизанные до блеска дорогущие машины, а в помещении скрипка мягко наигрывала мягкую мелодию, все мужчины были в строгих костюмах, братья – в джинсах и рубашках. Все девушки были в вечерних нарядах, а я в своих неизменных джинсах и черной кофте с достаточно крупным вырезом и без всякой прически на голове. На фоне других дам я выглядела, наверное, как вульгарная дешёвка. - Что вам угодно, джентльмены и леди? Мы обернулись. Перед нами стоял пожилой мужчина в смокинге и не очень-то приветливо смотрел на нас. Дин, жуя и довольно улыбаясь, выдал: - Мне бокал шампанского. Мужчина немного оскорблено свел брови, а мои щеки вспыхнули. Дин как всегда, как брякнет чего-нибудь, что хоть стой, хоть падай. За это я его ненавижу. И обожаю. - Дин, он не официант. – Тихо сказала я, неловко улыбаясь мужчине, пытаясь выглядеть более-менее образованной. – Добрый день, я Аника Смит, а это мои коллеги, братья Сэм и Дин Конорс. Картинная галерея «Конорс лимитед». Сэм протянул руку мужчине, но тот не пожал ее. Дин от такого нахальства перестал жевать и полу – обиженно, полу - возмущенно посмотрел на мужчину. От такого выражения его лица я невольно усмехнулась и прикрыла рот рукой. Да уж, за аристократку меня точно здесь не примут. - А, так у вас галерея – стараясь изобразить улыбку, сказал мне мужчина в смокинге. Дин, теперь уже специально жуя как можно громче, прикинулся дурачком и улыбнулся ему. - Я Даниель Блейк. Это мой аукцион. Но господа, я не припоминаю, что вам высылалось приглашение. – Недобро прищурившись, сказал он мне, смотря на жующего Дина. Сэм уже улыбнулся, собираясь сказать что-то вежливое, но Дин снова вставил свои пять копеек: - Высылалось, комик. Посмотри-ка список приглашенных еще раз повнимательней. – С нахальной улыбкой сказал он. Улыбка сползла с лица Сэма. Дин тем временем схватил с подноса бокал с шампанским и, наигранно насладившись ароматом, выпил половину содержимого залпом. Потом пошел дальше, подмигнув Даниелю. Тот был просто поражен таким хамством, а Сэм, попытавшись неловко извиниться, пошел следом за нами. А я шла и улыбалась. Дин не хамит. Дин ставит на место снобов. Рассматривая дорогущие безделушки, мы наткнулись на мрачную картину. На ней было пять человек. Мужчина лет пятидесяти, свысока смотрящий на дочь, женщина, судя по всему, его жена, два сына слева, им было лет по двенадцать и девочка с куклой в руке лет десяти справа, на которую и смотрел мужчина. Все в черных одеждах, только девочка в белом. В левом нижнем углу на столике лежала опасная бритва. На кой черт она на семейном портрете? Если честно, картина жуткая. Какая-то слишком мрачная. Это навевало на плохие мысли… - Чудный образчик американского примитивизма, не так ли? – Мы услышали мелодичный голос сверху и обернулись. К нам спускалась девушка лет двадцати пяти, в изящном черном платье с небольшим вырезом, черными волосами, убранными в изящный пучок так, что две передние прядки свободно обрамляли симпатичное лицо. Дин, подняв одну бровь, непонимающе посмотрел на меня и тихо спросил: - Что она сказала? - Но это скорей Грант Вуд, чем бабушка Мозес, но вы ведь знали, просто проверяли меня, верно? – с улыбкой сказал Сэм подошедшей девушке. Дин продолжал стоять с поднятой бровью. - Что он сказал? - Это искусство – развела руками я. - А поконкретнее? - Да откуда же я знаю? Мы переглянулись и прыснули от собственной необразованности. - Виновата, простите. – Девушка тоже улыбалась. - Я Сара Блейк. Дин забрал с подноса у официанта добрую половину пирожных и отсыпал немного мне, довольно улыбнувшись. «Джентльмен в нем умер, так и не родившись». - Я Сэм. – Охотник и девушка с улыбкой пожали друг другу руки. - Это мой – Сэм, увидевший неприлично жующего Дина, немного перестал улыбаться, слегка вздохнул и договорил – брат Дин. А это наша коллега Аника. - Может быть, еще пирожное? – Так же с улыбкой обратилась Сара к нам. Мне стало слегка стыдно, поэтому я быстро прожевала и с улыбкой ответила: - Нет, спасибо. – Да уж, эта девица не похожа на своего папашу. Она мне нравится. - Что вы знаете об имуществе семьи Телеска? – Сэм продолжил мило беседовать с Сарой, а мы продолжили жевать. - Ну, я не хотела распродавать их вещи так сразу, но папа прав, сенсация привлекает клиентов. А она ничего. Я уверена эта мысль посетила не только меня. - Может, мы можем посмотреть… - Боюсь, придется вам отказать. – К нам подошел ее папаша. – Вас нет в списке, я проверил – сказал он, глядя на Дина. – И вам лучше уйти, иначе… Я взглядом заставила Дина, уже открывшего рот, что бы выдать что-нибудь убийственное, замолчать. - Ладно, сэр, нам не нужны неприятности, мы уйдем. – И Сэм потащил нас к выходу. … Сэм открыл дверь в наш номер. Мы вошли, включили свет и застыли. Стены были черного цвета, слева была изящная барная стойка с двумя стульями, кухонька, справа два изящных белых кресла, столик, музыкальный центр. А вдали, отделяемые от гостиной небольшими перегородками с двух сторон, посередине, две роскошные двуспальные кровати черно-белого цвета. На окнах черные шторы. Там стены были в черно-белый кружочек, все это выглядело так роскошно, что мы не могли поверить, что это мотель. - Моя слева. – Сэм имел в виду кровать. В этот раз у нас была путаница с тем, кто должен спать на кровати: я или Дин. И вот в этом номере был один минус – недоставало дивана. И спать в кресле никто не хотел. Только Сэм сказал про кровать, мы с Дином в тот же миг отпустили сумки и помчались к правой кровати. Я, с разбегу плюхнувшись на нее, уже хотела издать победный вой, но тут Дин плюхнулся сверху и, прижав меня к кровати, начал щекотать мои оголившиеся бока. Я завизжала в подушку, извиваясь, словно змея, ибо очень боюсь щекотки. Сэм, кажется, сделал ставки и теперь смеялся, смотря на нас. Я, кое-как извернувшись, перевернулась на спину и повалила Дина, сделав подсечку, и уселась на него сверху, прижав его руки к кровати над его головой. Дин пошловато ухмыльнулся и сказал: - О, мне уже нравится. -Идиот! – Я пнула его коленом в бок, и на секунду расслабила хватку, держащую его руки и он, обхватив меня, накинулся, но не рассчитал вес и мы в обнимку рухнули с кровати. Прокатившись немного по полу, я вывернулась и оставила его лежать у стены, а сама схватила свои вещи и кинула на кровать, прыгнув туда сверху. - Я победила. Дин, как мне показалось, немного обиженный, поднялся с пола. - Ну, Ани, серьезно, мне что, спать в кресле? – Он обиженно поджал губы. - Ну, раскорячишься как-нибудь. - Я ставил на тебя. – Сказал мне Сэм сквозь смех. Дин, обиженно опустив руки, пошел в гостиную, располагаться на креслах. Ну, что там с картиной, мы так ничего и не узнали. – Расчесывая волосы, проговорила я. - Ну, для Дина Сара сделает все… - Нет, нет, нет, друг, пялилась-то она на тебя. Так что в этот раз ты ходок. Пойди на такую жертву, сходи с ней на свидание. – Дин протянул Сэму телефон. – Позвони ей, и все… … Когда Сэм ушел с Сарой в ресторан, я принялась готовить, дабы избежать каких-нибудь разговоров с Дином, которые у нас вечно начинались, как только Сэм отлучался. Дин сидел на моей кровати, на которой я ему великодушно разрешила посидеть, и точил нож. От посекундно прерывающегося скрежета я все больше начинала нервничать. Да и это молчание угнетало. Меня точно. А я чувствовала его взгляд на себе. Да еще и эти чертовы котлеты никак не хотели прожариваться. Дин встал и открыл окно, ибо запах готовки стоял невыносимый. Что бы хоть как-то отвлечься от безмолвия, я стала считать удары молотком за окном. Видно, где-то шел ремонт. Прошло минут двадцать. Я уже потушила капусту. - Я насчитал 89, а ты? – Дин перестал точить нож. Я пораженно обернулась к нему. Неужели он тоже читает мысли? Да не дай бог ему узнать, о чем я думаю… - Как ты узнал? - Я тоже так делаю. Постоянно. Когда хочу что-то сказать, но не решаюсь. Нет, он точно читает мысли. Ведь он в точности описывает мое состояние. Да, я многое хочу ему сказать, но что именно? «Да, Дин, я люблю тебя, но мы не можем быть вместе потому, что как только о наших чувствах узнают враги, то поубивают нас»? Или, может быть, «Дин, прости, найди себе другую девушку и забудь обо мне, потому - что я страшно боюсь тебя потерять»? Конечно, с каждым днем наша тяга друг к другу все растет, мне лично все трудней с этим бороться, и мы оба понимаем, что наши недомолвки должны дойти до победного конца, но вот какой он будет? Чувствую я, с чего - бы я не начала разговор, ни к чему хорошему он не приведет. Поэтому я предпочла молчать и дальше. - А я насчитала 93. Дин помолчал, и вскоре скрежет возобновился. … - Вставайте, подъем, беда! – Услышав обеспокоенный голос Дина, я мгновенно вскочила. - Что случилось? - Я потерял бумажник! Я поморщилась. И из-за этого будить в 7 утра? Я упала обратно на подушку. - Успокойся, я дам тебе денег на журнал с голыми девочками. - Острячка. Я выронил его вчера на складе. Сон с меня мгновенно слетел. Вчера, когда Сэм вернулся со свидания, то принес документы на картину, а там мы обнаружили закономерность, что каждый ее владелец умирал вскоре после ее приобретения. Какое совпадение. Мы пробрались в аукционный дом к этому Блэйку и выкрали картину, вырезав из рамы, а потом сожгли на проселочной дороге. После вернулись и спокойно заснули. - Ты шутишь? - Нет! Там мои документы. Правда, поддельные, но их должны найти мы, а не кто-то другой. Да разбуди ты этого придурка! Сэм спокойно себе посапывал в кровати. Я вылезла из постели, немного стесняясь своей короткой ночнушки, но, увы, другой у меня не было, и подошла к кровати Сэма. - Сэм, эй, Сэм, проснись. – Я потрепала его за руку. Он отмахнулся от меня, чуть не задев своей лапищей. Ну, ладно! - Вставай, Винчестер, демоны близко! – Заорала я, вскочив к нему на кровать. Тот мгновенно вскочил, непонимающе оглядываясь. - Этот придурок выронил свой бумажник на складе, ибо руки у него растут из жопы! – Язвительно оповестила я Сэма, указывая на его брата. Тот, кажется, слегка обиделся на свое описание. – Я одеваться, а ты вставай. … Мы влетели в помещение и стали повсюду искать злополучный бумажник. Я прошла не более пяти метров, как столкнулась с Сарой. - О, привет, что вы тут делаете? - А… мы… - А мы заехали попрощаться – воскликнул подоспевший Сэм и, взяв меня за плечи, отодвинул в сторону. - Сэмми, о чем ты, мы пробудем тут еще день-другой. – Дин с самодовольной ухмылкой достал из внутреннего кармана свой бумажник. – Все забываю отдать тебе двадцать баксов. Ах ты, старый сводник! Сэм резко принял у брата деньги и повернулся к Саре, которая старалась не показывать, что не понимает, что происходит. - Ладно, у нас с Ани еще…дела. – Улыбнулся он и, схватив меня, пошел к выходу. - Дин, ты просто неисправимый придурок! – Сказала я, как только мы вышли. - Брось – он повернулся ко мне и ухмыльнулся – я шикарен! И пошел к машине. А я смотрела ему вслед, и во мне боролись два желания: спустить с него шкуру и поцеловать. Когда я уже почти выиграла Дину в гляделки, в машину ворвался Сэм, да так, что я чуть не выпала наружу, благо Дин схватил меня за кофту. - Картина вернулась! - Звучит как название тупого фильма ужасов. – Я недовольно пересела на заднее сидение. - Что ты имел в виду? - Картина! Она цела и невредима! - Что? О чем ты? Мы же сожгли ее! - Но она сейчас стоит в павильоне, точно такая же, как вчера! – Сказать, что Сэм был встревожен – ничего не сказать. Да и мы с Дином тоже начинали нервничать. Мне перестает нравиться эта история. - Знаете, может, попробуем копнуть в другой сфере? – Я облокотилась на спинку переднего сидения и посмотрела на братьев. - О чем ты? - Обычно, ключ к разгадке картины в том, кто на ней изображен. Так почему бы и не узнать все об этой семейке. … Полноватый мужчина, заведующий архивами, рассказал нам, что глава семейства на картине – Исайи Мёрчант, был при жизни слегка дерганым, а когда узнал, что женушка хочет бросить его, забрав детей, что в те времена было страшным унижением для мужчины – порешил ее, сыновей и приемную дочь опасной бритвой, ибо был цирюльником, а потом порешил и себя. Вот такая вот веселая история. Трупы, кстати, были кремированы. Так что сжигать было попросту нечего. А еще мужчина показал нам их семейное фото. Картину, судя по всему, написали с него. Так вот там Исайи смотрел прямо на нас. А на картине – на свою приемную дочь. Сэм никак не мог успокоиться по этому поводу. - Я вам говорю, на картине он смотрит на дочь, а тут – вперед. – Он, сидя за столом, тыкал в ксерокопию их портрета мне, сидящей напротив и жующей картошку. - Да успокойся, Сэм, я верю. - Значит, папаша живет в картине и режет всем глотки на досуге? – Дин подал голос с моей кровати и отправил в рот очередную картофелину. - Дин, если ты не перестанешь есть на моей кровати, то последующие десять ночей будешь спать в машине, понял? – Я потом обязана за ним крошки убирать. Он примирительно поднял руки вверх. - Да, допустим, он живет в картине, но его же сожгли, так что как мы его остановим? - Может, призрак меняет еще какие-то детали картины? Короче, нам нужно взглянуть на нее еще раз. А ты – Динь ухмыльнулся, смотря на брата – сможешь лишний раз полюбоваться своей Сарой. - Слушай, Дин, может, хватит? – Было видно, что Сэм начал выходить из себя. – Мне уже надоело выслушивать твои бредни! - Да ладно, тебе ведь она нравится. Вот. – Дин продолжал нагло ухмыляться, сложив руки на груди. - Какая разница, мы ведь все равно потом уедем, как обычно! - Я же не сказал тебе жениться на ней. - А тебе-то что от того, что я с ней пересплю? - Перестанешь так дергаться. - Ну, хватит, Дин, это уже слишком. – Я повернулась к нему и неодобрительно покачала головой, но потом снова отвернулась и продолжила жевать. - Ну а что, он нравится ей, а она ему, и они оба взрослые люди. – Дин поиграл бровями. От Сэма резко разлетелись черные искры. Он вскочил и громко сказал: -Ну, ты нравишься Ани, а она тебе, так что же вы? Я резко перестала жевать и подняла на Сэма глаза. Вот на кой черт он это сказал? Язык бы ему вырвать. Дин тоже резко умолк. Сэм затронул тему, неприятную всем. Я тихо встала и, не смотря ни на кого, тихо сказала: - Я пойду за колой. Сэм, кажется, понял, что раскрыл рот очень зря, от него начало волнами исходить чувство вины. Я вышла, громко хлопнув дверью. И как после этого я смогу посмотреть ему в глаза? Хотя это, наверное, и немного к лучшему. Я так долго планировала разговор, придумывала что-то, а Сэм высказал все одной фразой… Хотя нет. Сказать, что Дин мне нравится – ничего не сказать. Совсем. Но все же, Сэм высказал то, что я так сказать и не решилась. И точно не скоро решусь. Но, в любом случае, когда-нибудь нам придется поговорить. Как же мне все это надоело. Я только сейчас заметила, что у меня в руках кола, а я стою рядом с мотелем. Я так задумалась, что купила ее на автомате, а ноги сами принесли меня обратно. Я уже потянулась к дверной ручке, как дверь резко распахнул Дин, и я столкнулась с ним. - Картину продали! Надо спешить! Я быстро кинула колу на кресло и поспешила в машину. Отношения будем выяснять потом. … - Объясните, что происходит! – Сара, вышедшая из машины, побежала вместе с нами к дому. - Я же сказал тебе не приезжать! Дин, поломившись в дверь, стал ее вскрывать. - Я ничего не понимаю, Сэм, ты сказал, что Эвелин в опасности, что это значит? - Я умоляю, подожди в машине! – Торопливо проговорил Сэм и побежал в дом вслед за Дином. Вдруг мой взгляд перенесся в гостиную дома. Женщина, сидевшая там, была мертва. У нее было перерезано горло. Мы опоздали. Я постаралась задержать Сару, не пуская ее в дом, но она оттолкнула меня. - Нет, Сара, Сара, не ходи туда! - Забудь, она моя подруга! Сара забежала в дом. Я осталась на улице, мне незачем было туда идти, я все уже увидела. Через секунду я услышала безумный визг Сары, потом Сэм вывел ее ко мне. - Успокой ее! И скрылся в доме. - Господи, Боже! – Девушку трясло. Я приобняла ее, гладя по спине, а она начала плакать. Да, бурная у Сары ночка. … Утром она заявилась к нам в номер и потребовала объяснений. Ну, мы и рассказали правду. Что уж скрывать-то. А она захотела закончить дело с нами. Мы нехотя приняли ее, ведь она была совсем неопытная, могла погибнуть. И лечи потом Сэма от депрессии. Мы исследовали картину, проникнув в дом к погибшей Эвелин, и увидели картину на картине – там был изображен какой-то склеп. Дин прочитал название. Это был фамильный склеп Мёрчант. Съездив туда, мы увидели только четыре урны с прахом – мать и трое детей. Папаша отлучился. … POV Сэм. Мы с Сарой сидели перед большим зданием и ждали Дина, который, прикинувшись агентом ФБР, выяснял все о смерти Исайи. Ани ушла затариваться нам в дорогу. После того, как я брякнул ту фразу, она старается не встречаться с ним взглядом и не находиться рядом. - Слушай, Сэм, можно один вопрос? – Сара вдруг подала голос. - Да, конечно. - А между нами что-то происходит, или мне кажется? – Девушка была немного смущена. - Тебе не кажется. - А теперь ты скажешь «но»? - Но… проблема в том, что ты мне нравишься. Сара непонимающе улыбнулась. - Я не понимаю. - Просто… все, ко мне приближаются, они… они страдают… моя невеста, моя мама… они погибли. Наша работа очень опасна, поэтому нам просто нельзя иметь чувств. - Но ведь Дин и Ани… они же вместе. И ничего. Я нахмурился и смутился. - Нет, они… они не вместе. - Но они - же любят друг друга, это сразу видно, так? – Сара, кажется, совсем не понимала, почему мы так живем. - Да это… это так. Но именно из-за нашей работы им не быть вместе. Это очень опасно. И речь не о заплаканных глазах и разбитом сердце, речь о жизни и смерти… - Завтра я могу попасть под автобус, а на Ани может упасть бетонная плита. Это все жизнь, так почему бы не наслаждаться ею? Поверь, я понимаю, что лишиться любимого человека это ужасно, но… - Нет, снова пережить такое – мне на глаза навернулись слезы – я не смогу... Не смогу снова… Тут к нам вдруг подскочил Дин. - Я не помешал? - Нет, ничуть… - Короче, я выяснил про нашего цирюльника. Его родственники не захотели хоронить его вместе с семьей, ведь он убийца, и передали его труп властям. А те похоронили его по низшему разряду. - Значит, его можно сжечь? – С энтузиазмом спросил я. - Его можно сжечь. – В тон мне ответил Дин. - И ты знаешь, где он? – К нам подошла Ани с большим бумажным пакетом. Судя по всему, она слышала наши последние слова. - И я знаю, где он. … POV Аника. Мы с Сарой стояли над могилой и светили нашим рыцарям, копавшим ее. У Сары был такой вид, будто ее сейчас стошнит. - Вы занимаетесь этим с пугающим бесстрашием. Я усмехнулась. - Поверь, это не первая могила. Сара покачала головой и поежилась. Сэм выпрямился в яме и упер руки в боки. - Ну, что, завидный я жених? Тут лопата Дина ударилась в дерево. Вскрыв деревянную крышку, Дин выскочил из ямы. Потом мы полили все бензином, посыпали солью, сожгли. Все это время меня не покидало ощущение, что Сару вот-вот стошнит. Но, как ни крути, держалась она просто молодцом. Хороший выбор, Сэмми. … -Не глуши мотор, я хочу сжечь эту чертову картину для очистки совести. – Мы стояли у дома Эвелин, а Сэм выходил наружу. - Я с тобой! – Сара мгновенно выскочила из машины следом. - Сэмми, я посижу тут, а ты давай, поработай над ней. Сэм закатил глаза. - Я серьезно. - Ани, может, пойдешь с нами? – Сэм пригласил меня, дабы доказать брату, что он не собирается спать с Сарой. Я пожала плечами и вышла из машины. Поднявшись по ступенькам, мы тихо вскрыли дверь и вошли. Подойдя к картине, висящей над камином, я замерла. Так, тут явно что-то не так. - Э, ребята, вы у нас в этом деле специалисты, разве так и должно быть? – Сара растерянно смотрела то на нас, то на картину. – Где девочка? Я глянула в левый нижний угол. - Лично меня больше интересует, где бритва. Дверь вдруг со скрипом громко захлопнулась. Мы в ловушке. Подбежав к двери, Сэм попытался ее открыть, но безрезультатно. У меня в кармане раздалась телефонная трель. Это был Дин. - Это вы захлопнули дверь? – Услышала я его обеспокоенный голос. - Нет, девчонка с картины. - Что, девчонка? - Это она убийца! - Точно! – Голос Дина стал по-настоящему тревожным. – Отец ведь смотрел на нее, судя по всему, предупреждал. Я пытаюсь вскрыть дверь, не получается. - Тогда ломай ее! – Я тоже начинала бояться. Без Дина мне в такой ситуации было некомфортно, но с другой стороны я была даже рада, что он в безопасности. - О, отличная идея, только мне нужен таран! – Язвительно крикнул он мне в трубку. – Ладно, Ани, защищайтесь от нее солью или железом, пока я что-нибудь не придумаю! - Сэм, Сара, ищите соль и железо! Сэм тут же бросился в кухню, а Сара в гостиную. Я услышала раздраженные крики охотника с кухни: - Да где же в этом доме соль?! Чертовы диеты! - Дин, она где-то рядом. – То, что девчонка могла напасть в любую секунду и откуда угодно, напрягало меня больше всего. - Так, послушай, успокойся, ты не бойся, я вытащу вас. – Дин старался успокоить меня, но своим тоном только больше встревожил. Он не знал, что делать. Внезапно закрылись все двери, откуда-то начал дуть сильный ветер, повсюду начали разлетаться бумаги, а из кухни медленно вышла девочка, держа в одной руке куклу, которая волочилась по земле, а в другой – бритву. - Нет, это невозможно! – Воскликнула Сара. Твои бы слова да богу в уши. Но, увы… Мы стали медленно пятиться к стене, а я прошептала Дину в трубку: - Она здесь. Девочка хотела было напасть, но Сэм, наткнувшись спиной на кочергу, замахнулся ею и ударил по девочке, и она растворилась в воздухе. - Ани? Ани, вы там живы? – Послышался голос Дина в трубке. - Да. Пока. - Как же ее убить? Сэм выхватил у меня трубку. - Дин, какие идеи? Ее ведь сожгли, останков нет. Внезапно Сара встрепенулась. - Сэм, мы когда-то торговали старинными куклами! - Потрясающе. Но так ли это важно сейчас? - Нет, в те времена куклы были точными копиями детей, в мелочах, даже волосы брали у детей! Ну конечно! Мы же проходили это в школе, как я могла забыть! И в склепе над каждой урной были стеклянные ящики, а в них клали любимые игрушки детей, таков обычай. И там была кукла. Над урной девчонки. Я выхватила трубку. - Дин, кукла в склепе. Сожги ее. На ней волосы девчонки. А это останки. - Держитесь, я скоро! Я положила трубку. Вдруг снова подул ветер. Сэм замахнулся кочергой, готовясь отразить атаку, а я встала рядом с Сарой, ведь она была не способна защищаться. Внезапно большой письменный стол, проехавшись по комнате, напал на Сэма и, сбив с ног, прижал его к стене. Тот вскрикнул. Сара и я бросились к нему. - Сэм, вставай же! – Завопила Сара, пытаясь вытащить его из-под громоздкого стола, а я схватила кочергу. И тут она появилась прямо передо мной. Я замахнулась, но кочерга была длинная и тяжелая, и я немного не рассчитала силу, и девчонка резко прошлась бритвой по моей руке. Брызнула кровь. Я взвизгнула. Потом я улетела к камину и ударилась об него спиной, от чего разум слегка затуманился. Потом Сара с дикими криками полетела в стену и, ударившись об нее, упала на пол. Девочка медленно подошла к ней и подняла руку с бритвой над головой, готовясь перерезать горло. Сэм зарычал, пытаясь отодвинуть тяжеленный стол. Я уже мысленно попрощалась с Сарой, но девчонка вдруг загорелась и исчезла, а потом снова появилась… на картине. Все было кончено. Дин успел. Тут мой телефон зазвонил. Я сняла трубку. - Ани, как вы? – Крикнул Дин. – Аника? - Дин, ты даже не представляешь, как я рада тебя слышать. – Заулыбалась я. Он облегченно выдохнул. - Как вы там? - Ну, она меня немного побрила – сказала я, смотря на свою кровоточащую руку. – Но жить будем. - Я еду. – Тихо сказал он и повесил трубку. … Сэм вышел из павильона и подошел к нам. Дин неодобрительно покачал головой. Наутро мы перевязали мне руку, а Сара приказала рабочим сжечь картину. Потом они с Сэмом прощались, а мы с Дином ушли на улицу. И вот Сэм вышел. Просто вышел и пошел к нам. Дин просто не мог понять, как Сэм еще не набросился на нее. Он уже хотел сесть в машину, но вдруг резко развернулся и пошел обратно к дверям. Когда Сара открыла, он приник к ней и начал целовать. Дин самодовольно ухмыльнулся, смотря на них. - Моя школа! - А ты не подглядывай, старый извращенец. – Я пихнула его в плечо, и мы залезли в машину. Повисло молчание. Первым нарушил его Дин. - Ну, что, пока голубки прощаются, может, поговорим? – Хоть я смотрела в окно, я знала, что он сейчас наблюдает за мной в зеркало заднего вида. - О чем? - О нас. Ну, вот. Это слово было сказано. Теперь то, что мы чувствуем, понятно всем. Пусть это ни разу не было произнесено вслух, все это понимали. Ну, в малой части, по крайней мере. Я вот не была уверена, что Дин меня любит. Он же бабник. Что с него взять в этом плане? Вдруг он тоже думает, что я его не люблю, я ведь вся такая из себя краля неприступная? Вот и хорошо. Пусть лучше так и думает. А я пока буду сохранять свою основную позицию. - Дин, давай не сейчас, хорошо? Он продолжал буравить меня взглядом. Я не могла этого выдержать, он будто прожигал меня насквозь. Все сильнее и сильнее с каждой секундой. Хватит, хватит, хватит! - Ну, хорошо! – Я села прямо, оторвавшись от спинки сидения, и посмотрела в зеркало на него. – Что ты хочешь услышать? Он смотрел на меня с полминуты. - Я не знаю. - Так вот поговорим, когда ты узнаешь. – Злобно проговорила я и откинулась обратно на спинку сидения, уставившись в окно. Вот и поговорили. Если так пойдет и дальше, то я просто начну сходить с ума. Вернее, продолжу. Я уже схожу с ума. От того, что я не могу быть с тем, кого люблю. И это ужасно. Мне все время хочется обнять его, усыпать поцелуями, но нет, это невозможно. И я постоянно боюсь сорваться. А Дин… ну что Дин? Его невозможно понять. Я так и не определила, что он ко мне чувствует. Симпатию или что-то большее. А узнать это я никак не могу, ибо поговорить нам не удается. Вот так и живем.