feels

      — Три шарика мятного. И мятным сиропом полейте, пожалуйста.       Официантка сдержанно кивает и уносит меню. Тэхён остаётся за столиком рядом с окном один. Намджун и сегодня, что вполне ожидаемо, решил не баловать его своим присутствием, сославшись на очень важные дела. Важные дела и Намджун? Ха, ха и ещё раз ха. Просто Чимин, будучи непоколебимо уверенным в причастности Тэхёна к «процессу заморозки» горячо любимого хёна, от последствий которого упорно избавлял его, слишком боится оставлять двоих Кимов наедине и сам присоединяться совсем не спешит.       Тэхён понимает. Всё понимает.       А внутри десять Везувиев единовременно извергаются, насколько он зол, расстроен, обижен. На два-три раза ещё можно закрыть глаза, но абсолютный игнор в течение всей недели от такого примерного друга, как Намджун, порядком уже выводит из себя, знаете ли.       Чёртов Чимин. Чёртов Намджун. Чёртова весна.       Тэхён позволяет своей идеальной осанке на пару минут стать неидеальной, а глазам — отразить вопль душевного всплеска в пустоту неба за грязным стеклом.       По истечении ста двадцати секунд за столиком снова восседает Ким Принцесс, поедающий ледяное мятное, манерно отогнув царский мизинчик.       Всё так же в одиночестве.       Ну, почти.       В коконе из одеял Хосок греет руки пол-литровой чашкой какао, заедая его случайным и прочно въевшимся в сетчатку образом.