Сказ о том, как мы в Эквестрию попали

— И что, мы серьёзно вот так просто отреагируем на это? — сказал чуть позже Андрей по поводу нашей апатии к происходящему. — А что такого? Попаданием в другой мир по хер знает какой причине уже никого не удивишь. Главное следовать инструкциям по выживанию, — ответил я. — По-моему, удивишь. — Куда, по твоему, попадают люди, которые известны как «пропавшие без вести»? — Эм… В никуда? В смысле, умирают, а останки съедают пираньи. — Нет, они попадают в Эквестрию. — Хорошо было бы знать, как мы сюда попали. Возможно, сами боги, видя нашу убогость, сжалились и послали сюда? Или может у нас опять глюки? — Это только ты палёнку покупаешь. Нам ещё предстоит выяснить, что да как. А может и нет. Всем ж насрать. Мне, точнее. Главное не привлекать внимания. Пока… А потом уж выпендриваться перед ними. — Ага, — саркастически отозвался Дрюня. — И нас пошлют. — Да забей. Хакуна матата же.       Когда люди попадают в иные миры, то становятся рыцарями, волшебниками, храбрыми воинами. По крайней мере, представляют себе, кем бы они были, попав туда. Я же думал, что попав в фэнтези-мир, скорее стану продавцом носков.       Подходя к городку, я вспомнил об одном жителе, и этот житель — Пинки Пай. — Стой, — сказал я другу. — Если нас заметит Пинки, то всё, трындец психушке. — Ну и как ты предлагаешь пройти в мэрию через весь город незамеченным? — Никак, нас по-любому заметят, но я хочу, чтобы я первый их, а точнее её, заметил.       Я посмотрел на него глазами «Ты думаешь о том же, о чём и я». — Хе-хе-хе, — понял меня Андрей.       И тут я стою перед ним с картой города, указкой и в костюме генерала (вам правда надо знать, откуда я это взял?). — План таков: видишь рядом с домом Пикника, ой Пинки, дерево? — голосом генерала спросил я. — Ууу, мы такие любители хитрых планов и диверсий. — Видишь или нет?! — Дададада. — Короче, ты включаешь режим стелс и бомбардируешь меня на это дерево и сам туда залетаешь, дальше мы поджидаем момент, ииии… Ну ты понял. — Так точно!       Всё произошло по плану, мы замаскировались в листве дерева и сидели там 3 минуты 9 секунд. На самом деле, хрен знает, сколько мы там сидели, как поехавшие. Но, в общем-то, не долго мы ждали. Как только мы увидели выходившую из здания Пинки, Дрюня подготовился мною выстрелить, ииии… «Банзай!». Пинок под зад, и я лечу на неё как Супермен, постоянно крича несуразные крики, иииии… Я врезался в эту розовую массу энергии на огромной скорости, придавил её к земле, ииии… — Приветтыктокемработаешьсколькодрузейсколькоседыхволоскогдамесячныеблабла, — затараторил я так быстро, как только мог. — Оприветрадапознакомитьсяяпинкиатыктотыновенькийчтозакьютимаркаоткудатыбла, — не менее быстро стреляла в меня Пинки буквами, но война продолжалась.       Наблюдавший за всем этим Дрюха ржал, как Микки Маус, и со смеха упал с дерева, не прекращая смеяться над нашей ебонутостью. — Видели бы вы себя со стороны, — сквозь смех сказал он. — До смеёшься же, ипанавт. Ну ладно, позабавились и хватит. Я, эээм… Вин, — с официальным видом сказал я Пинки.       Ну не мог же я сказать что я Ваньчоус или какой-нибудь там Ванюшечка, меня так только Дрюня может называть, Ваня звучит слишком круто для меня, а Иван будто я царь или глава мафии какой-нибудь. — А это мой друг… — Андре, — стряхнув с себя листья, сказал Дрюня, убрав эту противную «и краткую». — Мы прибыли с юга в поисках… — Дружбы? — перехватила Пинки. — Нет, блин, Грааля. Конечно дружбы. Чего ещё надо в мире? Дружба, да! Остальное — ничто и имя ему Никакое, — чтобы заполучить доверие, нужно притвориться любителем дружбы, как и все здешние пони. — О, вам, похоже, нужно жильё! Вы можете приобрести дом, расписав бумаги в мэрии или можете пожить у меня, — прислонившись ко мне сказала Пинки. — Эмм… Мы лучше будем жить в доме для двоих. Ну, там, две спальни, два тубза, кухня и прихожая. — Как мажоры, — подхватил Дрюня. — Ну ладно, — с заметной грустью сказала Пинки. — Кстати! Вы приглашены на вечеринку в честь вас! — уже радостно заорала эта розовая субстанция.       «Блин, только не это, ну почти удалось отвлечь её от вечеринки», — подумал я. — Хорошо, мы будем на празднике, а во сколько? — В девятнадцать ноль-ноль, и я вас познакомлю со всеми, кого я знаю здесь! А я знаю всех, — последнюю фразу она почему-то сказала шёпотом на ушко. — Понятно. — ООООООО! — удивилась Пинки, увидев кьютимарки. Что, блин, только заметила. Ой, а я заметил что на мой и Дрюнин зад пялиться уже весь город. — Вау! Какие классные! — Хватит зырить!!! — не выдержав, крикнул я. — Я конечно понимаю, что я секси, но может вы уже займётесь своими делами? — Да кому ты нужен? — усмехнулся Андрей. — Сгиньте все! — Ладно, ладно, успокойся. — Пошли, Андре, — Дрюня уже подыхал со скуки.       И мы пошли спокойным шагом к мэру, чтобы уебать его и провозгласить своё безоговорочное тоталитарное правление. Но быстро осознав, что нас самих поимеют, я поменял тактику. — Тебя не смущает то, что они говорят по-русски? — начал разговор Андрей. — Или это мы говорили на их языке, но как? — Я знаю. — И как? — Ох, бедный-бедный Андреа, потому что мы полиглоты по жизни. — Что это значит?

to be continued