Новая История Ланы

В доме Тадзуны царила особая атмосфера. Добрая, но печальная хозяйка дома хлопотала по хозяйству, стараясь не показывать своей тоски по ушедшему мужу. Её глаза светились теплом, но в них читалась невысказанная боль утраты. После ужина Лана заняла пост на крыше, как того требовали правила ночного дежурства шиноби. Она расположилась в тени старой черепичной крыши, откуда открывался отличный обзор на окрестности. Зелёный плед служил маскировкой и защитой от ночной прохлады. Саске появился незаметно, словно тень. Он присел рядом, соблюдая все правила скрытного передвижения ниндзя. — Не спится? — тихо спросил он, доставая из сумки небольшой свиток с отчётами. — Мысли не дают покоя, — призналась Лана, наблюдая за движением облаков. — А ты почему не спишь? — Не могу уснуть, когда рядом опасность, — ответил Саске, разворачивая карту местности. — Ты хорошо выбрала позицию. Отсюда видно все подходы к дому. Они сидели в молчании несколько минут, каждый погружённый в свои мысли. Ночной ветер приносил прохладу, играя складками их одежды. — Знаешь, — внезапно заговорил Саске, — я никогда не рассказывал тебе о своём прошлом. О том, как потерял семью. Лана повернулась к нему, в её глазах читалось искреннее сочувствие. — Мне жаль, — тихо произнесла она. — Я понимаю, что значит терять близких. — Ты тоже потеряла кого-то? — спросил Саске, впервые проявляя такой интерес к её прошлому. — Не совсем, — уклончиво ответила Лана. — Просто знаю, что такое боль утраты. Саске помолчал, собираясь с мыслями. — После того, что случилось, я поклялся защищать тех, кто мне дорог. И знаешь… — он сделал паузу, — ты стала одним из таких людей. Лана удивлённо посмотрела на него. — Я не ожидала услышать такое, — призналась она. — Я долго думал об этом, — продолжил Саске. — О том, как мы изменились за последнее время. О том, как ты стала частью нашей команды, частью моей жизни. В его голосе звучала непривычная для него открытость. — Я вижу, как ты заботишься о других, — сказал он. — Как рискуешь собой ради команды. И я хочу быть рядом, когда ты будешь готова открыться. Лана отвернулась, пряча эмоции. — У меня есть друзья, — тихо произнесла она. — Настоящие друзья, которые готовы помочь. Но я не могу рассказать им всё. — Я понимаю, — ответил Саске. — Но знай, что когда ты будешь готова, я буду рядом. Не как друг, а как тот, кто готов разделить твою ношу. В этот момент тишину разорвал звук крыльев. Необычная птица с красным оперением опустилась на парапет. Лана вздрогнула, быстро схватила записку и, прочитав короткое «Ты скоро умрёшь», почувствовала, как кровь отступает от лица. Недолго думая, она сжала записку в руке, и та вспыхнула голубым пламенем. — Ничего важного, — слишком поспешно ответила она, пряча руку в карман. — Ты врёшь, — спокойно заметил Саске. — Я вижу, когда ты что-то скрываешь. — У каждого есть право на секреты, — попыталась отмахнуться Лана. — Особенно когда эти секреты могут навредить тебе, — возразил Саске. — Позволь мне помочь. Его забота тронула её сердце, но страх оказался сильнее. — Я должна справиться сама, — твёрдо произнесла Лана. — Почему? — в голосе Саске прозвучала боль. — Почему ты отталкиваешь тех, кто хочет помочь? — Потому что… — она запнулась, — потому что я не заслуживаю этого. Саске молчал, глядя на звёзды. — Знаешь, — тихо произнёс он, — я никогда не встречал никого похожего на тебя. Ты сильная, но скрываешь это за маской дерзости. Ты хранишь тайны, но при этом готова рисковать жизнью ради других. Лана удивлённо посмотрела на него. — Что ты хочешь сказать? — спросила она. — Я хочу сказать, что ты особенная, — ответил Саске, глядя ей в глаза. — И я хочу быть рядом с тобой, несмотря ни на что. Его слова заставили её сердце биться чаще. — Это слишком, — прошептала Лана, отводя взгляд. — Может быть, — согласился Саске. — Но я говорю то, что чувствую. Он помолчал, собираясь с мыслями. — Когда я потерял всё, что было мне дорого, я поклялся больше никогда не привязываться к людям. Но ты… ты каким-то образом пробралась сквозь все мои защитные барьеры. Лана резко повернулась к нему. — Не говори так, — её голос дрогнул. — Ты же знаешь, что я не могу… — Я знаю, — перебил её Саске. — Знаю, что у тебя есть тайны. Но я готов ждать. Готов быть рядом, пока ты не будешь готова открыться. Его рука осторожно коснулась её плеча. — Ты стала важной частью моей жизни, Лана. И я не хочу тебя терять. Она закрыла глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. — Почему ты так добр ко мне? — наконец спросила она. — Я ведь только колю тебя своими шутками и дерзостью. Саске улыбнулся. — Именно поэтому. Потому что за этой маской я вижу настоящего тебя. Сильного, храброго, доброго человека. Он наклонился ближе. — Я хочу, чтобы ты знала: что бы ни случилось, я буду рядом. Всегда. В этот момент первые лучи солнца коснулись их лиц, словно благословляя этот момент откровения. Лана не знала, что ответить. Все слова застряли в горле, а сердце билось так громко, что, казалось, Саске должен был это слышать. — Обещай мне одну вещь, — тихо попросила она. — Что угодно, — не раздумывая, ответил Саске. — Обещай, что будешь осторожен. Что не станешь рисковать жизнью ради меня. Саске взял её руку в свою. — Не могу обещать. Потому что если придётся выбирать между твоей безопасностью и моей жизнью, я выберу первое, не раздумывая. Лана отвернулась, пряча слёзы. — Глупый, — прошептала она. — Ты не понимаешь, насколько опасна моя тайна. — Тогда позволь мне разделить её с тобой, — просто ответил Саске. Они сидели так ещё долго, пока первые лучи солнца не окрасили небо в яркие краски нового дня. И хотя Лана всё ещё хранила свои тайны, в этот момент она почувствовала, что впервые за долгое время не одна. Когда первые петухи пропели рассвет, Лана наконец отстранилась. — Нам пора, — тихо сказала она. Саске кивнул, но не двинулся с места. — Я буду ждать, — произнёс он, глядя ей вслед. И Лана знала — он действительно будет ждать. Потому что в его глазах она увидела то, чего так долго боялась признать — искреннюю заботу и привязанность. На завтрак в доме Тадзуны царила напряжённая атмосфера. Какаши, как всегда спокойный и невозмутимый, объявил: — Сегодня у нас будет серьёзная тренировка. Нам предстоит изучить технику хождения по деревьям с помощью чакры. Это важный навык, который может пригодиться в будущем. Лана, которая обычно пропускала мимо ушей подобные объявления, на этот раз внимательно слушала сенсея. Она решила, что пришло время наладить отношения с Сакурой, и тренировка могла стать отличным поводом. После завтрака команда направилась к месту тренировки — живописной поляне, окружённой вековыми деревьями. Утренний туман ещё не рассеялся полностью, придавая месту загадочную атмосферу. — Давайте начнём, — сказал Какаши, оглядывая своих учеников. — Кто готов попробовать первым? Лана, не дожидаясь приглашения, подошла к Сакуре: — Может, попробуем вместе? Я заметила, что у тебя хорошо получается концентрироваться. Сакура удивлённо подняла глаза, но быстро взяла себя в руки: — Хорошо… Если ты правда хочешь помочь. Девушки расположились у небольшого пруда, отражавшего первые лучи солнца. Лана, несмотря на свой обычно колючий характер, старалась быть терпеливой и внимательной наставницей. — Попробуй представить, что дерево — твой друг, — советовала она. — Это помогает лучше чувствовать чакру. Постепенно между ними начало возникать что-то похожее на взаимопонимание. Парни всё ещё спотыкались и падали, а девушки, хоть и не без ошибок, но уверенно осваивали технику. — Эй, — крикнула Лана, наблюдая за безуспешными попытками Наруто, — может, вам стоит поучиться у нас? Пока парни пытались забраться наверх, девушки устроились у пруда, окружённые цветущими ирисами. — Знаешь, — начала Лана, — я давно хотела сказать… Ты неплохо справляешься. Сакура удивлённо подняла брови: — Ты? Хвалишь меня? — Ну да, — пожала плечами Лана. — Просто решила, что мы могли бы не быть врагами. — Я тоже так думаю, — призналась Сакура. — Ревность — глупая причина для вражды. Они замолчали, наблюдая за игрой света на воде. — Может, потренируемся вместе? — предложила Лана. — Без всяких там подколов. Сакура улыбнулась: — Только если ты перестанешь строить из себя недотрогу. К вечеру между девушками возникло хрупкое, но настоящее взаимопонимание. Они делились техниками, советами, помогая друг другу у подножия гор, чьи вершины уже окрашивались закатом. — В команде важно доверять друг другу, — сказала Лана, наблюдая, как солнце опускается за деревья. — Именно поэтому я хочу стать лучше, — ответила Сакура. — Для всех нас. Возвращаясь к дому Тадзуны через рощу, где птицы уже начинали вечернюю песню, девушки чувствовали, что сделали первый шаг навстречу друг другу. — Спасибо, — тихо произнесла Сакура. — За что? — удивилась Лана. — За то, что первая протянула руку, — ответила Сакура. — Это было неожиданно. Лана улыбнулась: — Это только начало. Впереди нас ждёт много интересного. И хотя до настоящей дружбы было ещё далеко, обе понимали: этот день стал началом чего-то нового в их отношениях. Возможно, когда-нибудь они смогут стать настоящими союзницами, но пока что довольствовались этим хрупким миром. После тренировки команда разошлась отдыхать. Только Сакура осталась на ночное дежурство, пока остальные отходили ко сну. В своей комнате Лана осталась одна. Что-то неуловимое, едва заметное движение за окном привлекло её внимание. Она чувствовала чьё-то присутствие, но усталость брала своё — двое бессонных ночей давали о себе знать. Глаза сами собой начали закрываться, и Лана погрузилась в тяжёлое, тревожное забытье. Проснулась она только ближе к полудню от резкого приступа боли в груди. Сердце колотилось как сумасшедшее, а изо рта текла странная голубая кровь. Бледная, с тёмными кругами под глазами, она метнулась в ванную, стараясь не издать ни звука. В зеркале отразилось её искажённое ужасом лицо. Кровь продолжала течь, сердце билось неровно, словно пытаясь вырваться из груди. — Со мной всё в порядке, — произнесла она, обращаясь к кому-то за дверью. — Просто отравилась, наверное. За дверью послышались встревоженные голоса Сакуры и Саске. Лана быстро умылась, стараясь скрыть следы крови, и вышла к ним. — Что случилось? — первой не выдержала Сакура. Лана лишь махнула рукой и, обойдя её, направилась к Какаши. — Я останусь дома, — опередила она вопрос сенсея. — Мне нехорошо. Какаши, бросив на неё внимательный взгляд, кивнул. Он понимал, что Лана скрывает что-то, но сейчас не время было давить. — Хорошо, — просто ответил он. — Отдохни как следует. Ребята отправились к недостроенному мосту, а Лана осталась одна, чувствуя, как надвигается что-то важное, способное изменить всю её жизнь. В доме оставались дочь и внук старика. Девушка суетилась вокруг Ланы, заставляя поесть. Её напугала бледность куноичи и утреннее происшествие. Лана успокоила её, сказав, что это просто усталость от тренировок. Внезапно Лана почувствовала присутствие злой чакры. — Вам нужно спрятаться! — приказала она. — Женщина, в верхнюю комнату, под кровать! Мальчик, защищай мать! Пока они прятались, Лана заняла позицию за диваном. Вскоре в дом ворвались два бандита. — Где эта женщина? — прорычал один из них. — Сначала вам придётся пройти через меня! — Лана выпрыгнула из укрытия. Началась яростная схватка. Бандиты, привычные к поножовщине, пытались достать Лану клинками, но она, словно танцуя, уходила от ударов, используя техники шиноби. — Ха-ха, какая нежная кожа, — осклабился один из них, приближаясь. — Может, развлечёмся с тобой, прежде чем прикончим? — Думаешь, я позволю тебе прикоснуться к себе? — усмехнулась Лана, уклоняясь от следующего удара. Второй бандит, облизываясь, произнёс: — Какая красивая кошечка, жаль будет убивать такую милашку. Лана лишь рассмеялась в ответ: — Вы даже не представляете, с кем связались. Один из бандитов попытался схватить её за руку, но Лана применила замену тела. Он схватил лишь воздух, а она оказалась у него за спиной. Внезапно из комнаты выбежал мальчик. Он хотел показать бандитам, что не боится их, как когда-то его отец, который когда-то погиб от тех же бандитов. Лана отвлеклась на него и получила первый удар катаной в плечо. Голубая кровь потекла по запястью, и бандиты замерли в шоке. — Неужели она из клана Тенси Цуки?! — в ужасе прошептал один из них, отступая. — Да, и что с того? — парировала Лана, складывая печати древней техники. — Думаете, ваше удивление спасёт вас? Собрав остатки сил, Лана завершила печать. Мощная волна чакры ударила по противникам, лишая их зрения и сознания. — Теперь вы ничего не будете помнить, — прошептала Лана, усиливая печать. Глаза бандитов закатились, тела обмякли. Лана, используя последние силы, связала их техникой. В этот момент из комнаты выскочила женщина с мальчиком. — Они… они… — начала было она. — Позже объясню, — оборвала Лана. — Зови людей — нам нужно помочь Какаши и остальным. У них тоже идёт серьёзный бой. Используя остатки чакры, Лана создала защитный барьер вокруг дома. Её тело дрожало от потери крови, но она держалась. Несмотря на раны и голубую кровь, стекающую по рукам, Лана не думала о том, что друзья увидят её тайну. Сердце подсказывало, что товарищам нужна помощь, и это было важнее всего. — Теперь они не причинят никому вреда, — пробормотала она, закрепляя последние печати. Лана повернулась к женщине: — Зовите людей на помощь. Какаши и команда нуждаются в подкреплении. Каждый шаг давался с трудом, но Лана, стиснув зубы, двинулась вперёд. Её лицо было бледным, а движения — неуверенными, но она знала: долг шиноби — помогать товарищам, даже если придётся раскрыть свою самую страшную тайну. — Я должна идти, — прошептала она, опираясь на стену. — У меня ещё есть долг перед командой… И, собрав последние силы, Лана двинулась вперёд, оставляя за собой следы голубой крови на полу. Её миссия ещё не была завершена. Она должна была помочь своим товарищам, даже если это означало раскрыть свою истинную сущность. Мчавшаяся к мосту Лана чувствовала, как сердце разрывается от тревоги. Что-то неуловимое, какая-то сила кричала ей, что с её товарищами происходит нечто страшное. Неужели это и есть та самая связь, которую она начала чувствовать с ними? На мосту развернулась настоящая битва. Забуза сражался с Какаши, а трое товарищей оказались втянуты в смертельную схватку с его помощником — ледяным принцем Хаку. Мост был усеян смертоносными иглами, густой туман окутал всё вокруг, превращая бой в смертельную игру вслепую. Саске попал в ловушку Хаку, а Наруто, пытаясь помочь другу, только усугубил ситуацию. Раненые ледяными иглами, они пытались защитить друг друга, когда на них обрушился смертоносный шквал игл. Но в последний момент иглы столкнулись с невидимой стеной, созданной Ланой. — Я впервые рада тебя видеть… — начала было Сакура, но её слова застряли в горле при виде раны Ланы. — Лана, как ты остановила иглы? — голос Наруто дрожал от напряжения. — И что это за кровь? Почему она синяя? — Все вопросы потом! — голос Ланы звучал твёрдо, несмотря на боль. — Сейчас нужно действовать! Какаши смотрел на Лану с нескрываемой ненавистью. Она знала, о чём он думает. — Только не говори, что ты… — начала было Сакура, отступая назад. — Молчать! — рявкнула Лана. — Сейчас не время для истерик! Хаку, несмотря на появление Ланы, продолжал атаковать. Собрав остатки сил, она начала складывать печати древнего искусства своего клана. — Сияние тёмной Луны! — прогремел голос Ланы. Огромный лунный шар материализовался в воздухе и устремился к Хаку. Он попытался использовать свою ледяную магию, чтобы отразить атаку, но было поздно. Шар коснулся его руки, и та растворилась в воздухе. Лана остановилась, не желая убивать. Капли её синей крови упали на одежду раненых товарищей, но они не заметили этого, заворожённо наблюдая за происходящим. Внезапно Какаши закричал: — Бегите! Бегите от неё! В этот момент Лана почувствовала холод на щеках — иглы летели в неё. От усталости и потери крови она рухнула на землю. Но тут произошло то, чего она никак не ожидала. Саске, весь израненный, заслонил Лану своим телом. Он принял на себя все иглы, предназначенные ей. — Зачем?! — голос Ланы дрожал от отчаяния. — Я хотела умереть! Зачем ты это сделал? — Дура, — прошептал Саске, кровь стекала по его губам. — Ты совсем себя не ценишь. — Если бы ты знал, кто я, ты бы тоже хотел моей смерти! — истерика подступала к горлу Ланы. — Лана, — голос Саске становился всё тише, — неважно, кто ты. Я полюбил тебя такой, какая ты есть. Эти слова ударили Лану словно молния. Она не могла поверить своим ушам. — Что? — Лана трясла Саске, пытаясь привести его в чувство. — Я спас тебя, потому что люблю, — это были последние слова Саске. Бездыханное тело Саске осталось в руках Ланы. Слезы капали на его окровавленное лицо. Сакура смотрела на Лану с ненавистью. — Ты виновата! — прошипела Сакура. — Если бы не ты, он был бы жив. Если бы ты не появилась в нашей жизни! Осуждение. Везде осуждение. Но в этот момент Лана поняла — она не может потерять ещё и их. Пусть знают правду, пусть ненавидят, но она не может допустить ещё одну смерть из-за своей тайны. Внезапно Лана ощутила леденящий холод, который не имел ничего общего с магией Хаку. Этот холод был пропитан злобой и чем-то до боли знакомым. Её взгляд метнулся к Наруто — именно от него исходила эта пугающая аура. Его глаза налились краснотой, зрачки вытянулись, а тело окутала мощная, почти осязаемая чакра. Как у джинчуурики, Лана чувствовала её особенно остро. Непроизвольно Наруто начал высвобождать силу, которую так старательно пытался скрыть Хокаге. Лана аккуратно отложила бездыханное тело Саске и, несмотря на все протесты разума, направилась к Наруто. Тот, казалось, перестал её узнавать. В его глазах читалась только ярость и желание отомстить за павшего друга. Когтистая рука Наруто просвистела в сантиметре от лица Ланы. Не давая ему шанса нанести новый удар, она молниеносно оказалась за его спиной и крепко обхватила, пытаясь сдержать поток обжигающей чакры. Сила биджу постепенно начала утихать, но цена была высока — кожа Ланы покрылась волдырями от соприкосновения с этой мощью. Сакура стояла в оцепенении, не в силах отвести взгляд от безмолвного лица Саске. Лана, понимая бесполезность слов, дала ей пощёчину. Только тогда Харуно пришла в себя. — Оттащи Наруто! — прохрипела Лана, едва сдерживая боль. Какаши, всё ещё сражающийся с Забузой, в ужасе наблюдал за происходящим. — Что ты собираешься делать? — его голос дрожал от напряжения. — Не знаю, — честно призналась Лана, вновь укладывая Саске. Её руки сами потянулись ко лбу юноши, словно ведомые какой-то неведомой силой. Внутри Ланы разгорался огонь уверенности — она чувствовала, что поступает правильно. Чакра, обычно тёмная и холодная, свойственная ее клану, сейчас сияла белым светом. — Белая чакра! — в унисон воскликнули Какаши и Забуза. Последний добавил: — Такой клан и такая чакра не могут сосуществовать… Действительно, чакра клана Луны традиционно была чёрной, по ней определяли принадлежность к роду. Но чакра Ланы была белой, почти светящейся — признак чистоты и непорочности. Собрав всю волю в кулак, Лана решилась на запретную технику, отнимающую почти всю жизненную силу. — Собрание Пяти Стихий в одну, — прошептала она, — Стихия Жизни! Губы Ланы обожгло нестерпимым жаром, когда она приложила их к губам Саске. Ослепительный свет залил всё вокруг, развеяв туман. Когда сияние угасло, ни Ланы, ни Саске на прежнем месте не оказалось. Они парили на колонне. Саске, чьи глаза пылали шаринганом, осторожно взял на руки почти обмякшее тело Ланы. — С добрым утром, соня, — улыбнулся она, щёлкнув его по носу. Спрыгнув с колонны, Саске все еще держал ее на руках. Несмотря на своё возрождение, он всё ещё был слаб. Злобные искры в его глазах говорили о желании отомстить, но Лана остановила его. — Пожалуйста, останься с Тадзуной и Сакурой, — прошептала она. — Ты только что вернулся. Саске кивнул и отошёл к остальным. — Я верю в вас! — крикнула Лана Какаши. — Не подведите! Больше я никого не смогу воскресить… Сознание начало покидать её. Последнее, что она увидела — как очертания битвы расплываются, а голоса становятся всё тише и тише. Лана не видела, как их команда одержала верх над Забузой и Хаку, как появился Гато и как народ, призванный дочерью Тадзуны, встал на защиту своего селения. Она пришла в себя уже в больнице, где эхо битвы доносилось словно из сна.