Шанс на жизнь

      А в это время в прекрасной столице светлейшего из светлейших королевств шла неспешная подготовка к празднику. День четвертого — последнего в этом году — Восславления Великого Светлейшего Божества был одним из любимых празднеств эльфов. Весь день они проводили со своими близкими, наслаждаясь заранее приготовленными и освященными в храме сладостями, а ближе к вечеру шли на главную площадь. Там, стоя перед украшенной цветами и магическими огоньками ареной, слушали речь Владыки эльфов. Обычно он говорил о достижениях их мастеров и ученых за этот год, поздравлял всех с праздником, благословлял редких счастливчиков и одаривал маленьких ребятишек. После король сменял праздничные одежды на белоснежное жреческое облачение и приглашал всех присоединиться к его молитве.       И поэтому сейчас, накануне праздника, все пребывали в прекрасном настроении, украшали свои жилища и готовили маленькие сюрпризы родным и близким. Завтра они с чистым сердцем смогут посвятить весь день Светлейшему.       Во дворце правящей семьи подготовка праздника носила более оживленный характер: везде сновали слуги, умудряясь буквально за мгновения вычистить и украсить все комнаты, повара создавали волшебные кушанья для королевского стола; а придворные чародеи чертили по периметру дворца руны, охраняющие и улучшающие настроение всех, кто будет находиться внутри.       Сам же Владыка светлых эльфов тоже не терял времени даром: собрав в кабинете семью, он в который раз обсуждал с ними все мельчайшие детали праздника.       Аселет Син Рау, а именно так звали короля светлых, был весьма мудрым и дальновидным правителем. Подданных своих он любил и никогда не истязал их непомерными налогами, с соседними королевствами предпочитал сохранять дружеские отношения, а с семьей как можно чаще собираться всем вместе. Словом, он прекрасно состоялся и как глава государства, и как глава семьи.       Вот и сейчас, в который раз уточнив, кто где будет стоять, король с удовольствием откинулся в мягкое кресло и блаженно прикрыл глаза. Как хорошо отдохнуть после трудного дня!        После долгого обсуждения в кабинете воцарилось молчание. Все отдыхали и ждали, когда же атмосфера в помещении из деловой превратится в домашнюю, расслабляющую.       Однако этому не суждено было случиться: как раз в тот момент, когда владыка хотел позвать всех спуститься и выпить чаю, его взгляд упал на выглядывающее из огромной кучи писем и прочих бумаг послание. И каким бы сильным ни было его желание отдохнуть, оставалось еще одно нерешенное дело.       — Семья моя, — наконец промолвил владыка, — сегодня мы завершили долгую подготовку к наступающему празднику, и я очень горжусь всеми вами.       Тут он замолк и улыбнулся той самой улыбкой, после которой обычно шла какая-нибудь шутка из тех, что понятны только семье. Ярко-синие глаза лучились озорством.       — Вы, верно, хотите узнать, отчего я еще не позвал вас присоединиться ко мне за чаепитием? Я вижу, вижу, что хотите. Особенно ты, — со смешком добавил он, глядя на жену, — душа моя. К сожалению, причина действительно важна.       Убедившись, что все слушают его более чем внимательно, мужчина продолжил:       — Помните, мы отправляли послов к проживающему в Страшном Лесу народцу? Вижу, что помните. Так вот, они согласились принять у себя наше посольство!       Как же наслаждался правитель словами поздравления и искреннего восхищения от детей и ласковым «молодец» от супруги. Светлейший, как же он любил, когда его хвалили!       Вот она, его семья: нежная, но строгая Амрит, подарившая ему прекрасных детей и многие года поддерживающая его начинания, по-мальчишески еще вздорный Дьюэйн, с восторгом слушающий любое его слово, и Матейя, дочь-утешение, умная и тихая девочка.       Как же хорошо, что Светлейший на их стороне!       Улыбнувшись своим мыслям, Аселет прислушался к тому, что уже минуту как вещал его сын.       — Отец, это прекрасные новости! — светясь от восторга, говорил тот. — Светлейший на нашей стороне! Теперь, отец, мы сможем!.. — Не в силах связно закончить фразу, Дьюэйн резко замолчал, шумно восстанавливая сбившееся дыхание.       — Тише, сын мой, — шелестом осенней листвы прозвучал голос владычицы. — Не стоит торопиться, когда говоришь. Будь чуточку спокойнее. Главное — мы знаем, что случилось почти что чудо. Только Светлейший мог помочь нам в этом деле, ведь никому еще не удавалось получить разрешения на посольство у солнечного народа!       — Матушка права, Дьюэйн, — протянула Матейя, чуть сильнее, чем принято, растягивая гласные. — Ты всегда тарато-о-ришь, даже понять нельзя… Этакий скороговорщик!       Несколько секунд между братом и сестрой шла безмолвная перепалка. Первым не выдержал Дьюэйн и, сердито вскинув подбородок, отвел взгляд.       — Пф! Я хотя бы говорю, а не раскатываю слова по блюдечку!       Его сестра лишь усмехнулась в ответ и повернулась к отцу. Но Аселет молчал, будто не замечая ее выжидательного взгляда.       — Ну? — терпение принцессы подошло к концу. — Так что же там решили с посольством? Когда оно будет, кто поедет? Отец!       — А ты как думаешь, Матейя? — сахарно протянул Дьюэйн. — Ты же у нас такая умная, угадай!       Казалось, что воздух между ними искрился от напряжения, и кто знает, во что бы это вылилось, если бы не тихий голос короля.       — Довольно.       От одного этого слова все взаимные придирки куда-то исчезли, оставлось лишь желание пристыжено вжать голову в плечи и спрятать взгляд. Впрочем, скоро и это ощущение исчезло, оставив за собой лишь тишину.       — Прости, Отец, мы не должны были ссориться, — судя по интонации, принц был бы рад сделать что угодно, лишь бы не огорчать родителя. Как и всегда, он плохо переносил недовольство отца.       — Верно! Этого больше не повторится, — рассмеялась его сестра и уточнила, — сегодня, если быть точной.        На некоторое время в помещении вновь воцарилась абсолютная тишина. Казалось, что можно услышать, как сталкиваются в воздухе мельчайшие пылинки и как ветер пробегает по столешнице.       Однако вскоре правитель шумно вздохнул, решив сегодня не отчитывать подрастающее поколение, а проявить терпение.       — Итак, посольство, — как ни в чем не бывало продолжил он, — очень важно для нас, для нашей страны. Сначала я не хотел, чтобы вы участвовали во всем этом, но теперь вижу, что без этого не обойтись. Дьюэйн, Матейя, мы должны решить, кто из вас отправится с посольством. Решайте. Кто-то из вас должен будет отправиться в лесное селение… И я подумываю о перспективе брачного союза, чтобы вы знали.       Наслаждаясь произведенным эффектом, Аселет откинулся в кресле и подмигнул жене.       — Решайте. Я жду.

***

      Примерно в то же время не менее важные новости пытался сообщить своей семье Гриир Касс-Рин-Сойль, правитель дроу.        — Кто-то решил посеять смуту в сердцах наших подданных, — устало пробормотал он: голова раскалывалась от боли, и он тщетно массировал виски, пытаясь прогнать мигрень. Способ перестал работать несколько лет назад, а глупая привычка все никак не хотела забываться.       Этим вечером он по старой памяти решил собрать семью в королевских покоях, чтобы провести время вместе, но государственные проблемы пролезли и сюда. Много лет на семейных собраниях ни разу не заводился разговор о политике, однако после смерти их родителей и казни Шисэйна все изменилось. Вера в незыблемость семейных уз была нарушена. Сама мысль о том, что один из членов семьи оказался безжалостным убийцей, выводила из себя, разрушала разум. И нынешнее собрание было лишь видимостью, попыткой доказать самим себе, что они все еще вместе.       Провальная попытка.       — Брат, ты же знаешь, что в этом году можно быть бунтовщиком, — попыталась приободрить Гиира старшая из сестер, Адамайна. — Это просто забава младших отпрысков Древнейших Домов.       — К тому же, — продолжили сестры хором, — кое-кому надо просто от-дох-нуть!       — Предатель давно покоится косточками в желудке вираста — раз, изменников мы казнили — два, — начала загибать изящные пальчики самая младшая из них, Ройта, — да и маги наши не Светом созданные — три!       — Да только это все не мешает распространяться ненужным идеям, — все еще хмуро пробурчал Гиир. — Как будто гаденыш из-за Грани решил нам подгадить.       В покоях воцарилась мрачная тишина. Никто не хотел думать о Шисэйне, но невольно задавался вопросом, не являются ли все навалившиеся проблемы его предсмертным проклятием?       — Брат, — подал голос желтоглазый Мацийш, — мы сможем с этим разобраться. В конце-концов, устроим очередную проверку, пнем как следует магиков — и найдутся ваши бунтовщики!       Младший из оставшихся братьев, он искренне желал облегчить участь Гриира, взвалившего на свои плечи бремя правителя. Наивно, но иногда помогает.       — А действительно! — вдруг резко подскочил Гриир, отнимая руки от висков и оглядывая собравшихся домочадцев. — Что-то я совсем размяк, видно слишком много времени провожу за бумагами. Глядишь, и плесенью покроюсь… Кто составит мне завтра компанию на тренировке?        Присутствующие мысленно перевели дух и расслабились: старший принц наконец-то вернулся к прежней манере поведения.       — Вот это по-нашему! — рассмеялась Адамайна. — Погонять тебя по полигону? Хоть вспомнишь, как меч держать!       Все рассмеялись. Спарринги между старшими детьми правящего дома давно стали развлечением для всех остальных членов семьи. И, поверьте, там было на что посмотреть! Поэтому все собравшиеся уже предвкушали завтрашнее веселье, совершенно забыв обо всех тревогах. Вечер становился все более семейным.       Поудобнее устроившись в кресле, Гриир улыбнулся.       — Терпение, Адамайн, терпение. Скрестим мечи завтра утром, а сейчас я бы хотел еще немного поговорить о делах.       — О нет…       — Гриир!       — За что?!       Никто уже не был в состоянии выслушивать какие-то серьезные вещи, но вид старшего принца располагал найти в себе силы.       — Завтра на Совете я хочу рассмотреть способы устранить эту угрозу, — тяжело вздохнул Гриир. Ох, как же он не хотел сейчас думать о Совете! Но, к сожалению, он не мог опустить это. — После надо бы слегка приструнить несколько зарвавшихся семей, они давно перешли все возможные границы. Кажется, был у меня на примете один ритуал… Ройта, помнится, ты когда-то брала из матушкиной библиотеки книгу с подходящим ритуалом… Но вот это потом. А сейчас…       Принц поднялся, подошел к выходу и уже было хотел распахнуть дверь, когда очередная резкая волна головной боли заставила его на мгновение оглохнуть и исказила гримасой до этого момента спокойное лицо. Тьма!       — Валите-ка вы к Праматери, дорогие мои. — Он закатил глаза и картинным жестом указал на дверь, посмеиваясь с ошарашенных лиц родственников. — Идите-идите, пока я добрый!       Немного подивившись столь быстрому завершению собрания, все направились к выходу.       — Не забудь про спарринг, братец! — Крикнула выходящая последней Адамайн и прикрыла за собой дверь.       Тишина…       Оставшись один, Гриир позволил себе поморщиться и позвал лекаря. Головная боль стала совсем невыносимой. Вот только… Он не дурак, чтобы показывать свою слабость, пусть и членам семьи. Правитель должен оставаться сильным.       Бесшумно открылась потайная дверь, и лекарь тенью скользнул в покои. Подойдя ближе и отвесив почтительный поклон, он извлек из бесконечных карманов целительской мантии спасительную настойку.       — Как всегда, ваше высочество? — в стоявшей тишине его голос казался шелестом книжных страниц       — Как всегда.       Открыв флакон, лекарь отлил в специальный стакан часть настойки, сделал пару глотков и, подождав отведенное время, протянул флакон Грииру.       Тот с облегчением выпил лекарство и блаженно прикрыл глаза. Облегчение было мгновенным, наверное, только поэтому он еще держал во дворце этого лекаря. Никто, кроме него, не умел создавать этот спасительный эликсир.       Подождав еще немного, пока остатки боли полностью не покинут его, дроу кивком указал лекарю на дверь.       Как же хорошо, что уходит тот так же бесшумно…

***

      Коридоры подземного Дворца были всегда ярко освещены светло-лиловыми лампами наполненными самой магией, а потому никто не мог остаться там незамеченным.       Однако было во Дворце место, где царила абсолютная темнота. Эти коридоры предназначались для ритуальных шествий и тайных побегов в случае опасности, их охраняли со всей тщательностью лучшие воины Подземья.       И именно к этим коридорам, бесшумно скользя, пробирался лекарь правителя.       Приблизившись на расстояние вытянутой руки, он внимательно следил за стражей. И вот, выждав момент, когда доблестные воины отвлекутся на проходящую вдали принцессу, лекарь тенью скользнул внутрь.       Там, пробравшись в самую глубь, он достал из потайного кармашка маленький бутылек со светящейся жидкостью внутри, встряхнул его и залпом выпил содержимое.       После он отодвинул один из камней в стене коридора и спрятал флакон в открывшейся нише. Там уже скопилось изрядное их количество.       Завтра, когда принцу понадобится новая настойка от головной боли, в нише станет больше на еще один флакон.