Гостья из вечности

В конце лета шведский лес, наполненный солнечным светом и пением птиц, был удивительно спокоен. Под ветвями хвойных деревьев резвились несколько молодых лисят. С крыльца крепко сколоченного деревянного дома за ними наблюдала русоволосая девочка с ярко-зелёными глазами. Она сидела на перилах, покачивая босым ножками, и из-под подола короткого платьица высовывался длинный рыжий хвост. – Инга, иди домой! – из дома высунулась рыжеволосая женщина. Это была уже знакомая читателю Фелисиа. Она наконец-то сменила зелёное платье на белое, и из-под него тоже выглядывал кончик хвоста. Девочку не пришлось долго уговаривать. Соскользнув с перил, она стрелой кинулась в помещение. Вскоре оттуда донёсся её голосок: – Папа, а расскажи, как вы с мамой познакомились! – Инга, это очень грустная и долгая история, и, кроме того, я её тебе уже раз десять рассказывал! – устало вздохнул Виктор Тедов. – А я люблю длинные и грустные истории! – и девочка с ногами забралась в кресло, показывая, что отступать не намерена. – Ну хорошо, слушай, – сдался Виктор. – Однажды мне позвонил мой товарищ Максим Ольховский... А в маленьком городке, в котором много статуй оленей, но всего одна приличная гостиница, уже забылась страшная и загадочная история гибели бизнесмена Юрия Лисянского. Если бы Анну Владимировну спросили о её бывшем коллеге, а администраторшу Диану – о мужчине, который однажды нашёл в номере рыжие волосы, и о постоялице, оставившей эти волосы, то вряд ли женщины смогли бы что-нибудь вспомнить. Только Арсений хмурился, когда Ольховский упоминал об их товарище, уехавшем в Швецию, да Елена Панфилова вздыхала, вспоминая необычных постояльцев. Всё вернулось на круги своя, всё, что надо было забыть, забылось. И только лисы в лесу, граничащем с маленьким городком, выли по ночам, словно отдавая дань памяти тем, кто жил и любил в этом лесу, и чьи жизни так причудливо переплелись – о гостье из вечности и о том, кто ушёл за ней в вечность.