Сквозь время

      Поздний вечер для стригоев и раннее утро для людей. Любимое время Розы. Она и Сидни сидели в креслах, стоящих перед камином, с ярко горящим в нем огнем. Роза задумчиво смотрела на язычки пламени, попивая человеческую кровь из бокала. В таком виде она напоминала хорошее вино, а не противная горячая кислятина. Сидни же не очень любила такую форму питания, предпочитая воздержаться, дабы полакомиться потом свежей кровью.       — Роза, а ты помнишь тот случай?..- произнесла Сидни после долгого молчания.       — Когда я пыталась сделать колумбийский галстук? — Роза мечтательно улыбнулась, вспоминая былые времена. — Да, помню. До сих пор горю желанием.       — А я вот смутно. Почему у тебя тогда не получилось это? — спросила Сидни, повернувшись к Розе.       — Я экспериментировала с мороем. В какой-то миг я почувствовала дикую жажду и осушила его. На трупе же делать его не интересно. Сидни некоторое время рассматривала лицо Розы, пытаясь разглядеть хоть какие-то эмоции. Ничего. Роза прекрасно владела собой, своими чувствами и реакцией на них. Сидни же иногда хотелось узнать, о чем она думает, что чувствует.       — Ты рада, что мода изменилась? — неожиданно спросила Роза.       — В смысле?       — Ну, женщины теперь могут одеваться совершенно иначе, чем было раньше. Вспомни, в каком одеянии я была, когда мы впервые встретились. Это было ужасно и жутко неудобно. Эти корсеты, кринолины, парики… тьфу. Столько приходилось денег тратить на одежду из-за того что она постоянно пачкалась кровью. А сейчас все прекрасно. Платья чуть ниже колена, не мешаются, волосы можно под шляпку спрятать.       — Ты представь себе, что будет потом. Думаю, мы доживем до того времени, когда девушкам станет позволительно носить брюки, — задумчиво произнесла Сидни.       Роза чуть улыбнулась и снова отпила крови из бокала.       — Да, ты права. Хорошо жить вечно. Не думать о болезнях, войнах и прочих несчастьях людей… это чудесно. Было бы весьма неприятно умереть от какой-нибудь там чумы или оспы, не зная, что ее победят в дальнейшем.       — Мы бы все равно не умерли от этого.       — Разве? — Роза взглянула на Сидни, подняв одну бровь.       — Конечно. Ты была дампиром, я алхимиком. У нас был более устойчивый иммунитет ко всем болезням.       — Ты ошибаешься. Даже мы не смогли бы противостоять им. — Роза несколько мгновений смотрела на огонь, думая о чем-то своем.- Хотя, нет. Могли бы, но при том условии, что такова наша судьба, что нам суждено умереть при других обстоятельствах.       — Ты веришь в эту чушь? — усмехнулась Сидни. Роза раздраженно фыркнула.       — Тебе предоставить доказательства? Пожалуйста. Взгляни на нас двоих. Кто мы? Сильнейшие из всех существ, которые существуют на планете. Но ведь мы не родились такими. Нас обеих изменил случай. Если бы я была чуть более внимательной к своим ощущениям, если бы я тогда послушала Владимира, то умерла бы уже давным-давно в объятиях Дмитрия и в окружении наших детей. Но нет. Я сейчас здесь, с тобой, разговариваю о нашей судьбе. А что насчет тебя? Если бы ты тогда не оказалась в том парке, где я тебя нашла, то ты всю жизнь прослужила бы этим чертовым алхимикам, не зная счастья и умерла бы в муках. Разве я не права?       — Я бы очень хотела поспорить с тобой, но вряд ли наберу достаточно контраргументов, — вздохнула Сидни.       — А я все равно продолжу. Мы столько раз могли погибнуть за всю нашу жизнь, столько раз были в опасности, но не погибли же. И что теперь? Разве это что-то дало нам? Нет. Мы до сих пор стригои, до сих пор ничего не делаем, оттого что на улице вовсю светит солнце и мы просто-напросто сгорим дотла, если выйдем из этой комнаты. Вот что мне мешает прямо сейчас пойти и раздвинуть шторы? Тяга к жизни. Мы не хотим умереть, потому что у нас есть особое предназначение, которого мы обе не знаем и не сможем постичь до тех пор, пока не достигнем нужного момента.       — Что если этого момента не существует? Что если мы проживем сотни лет и нас убьет какой-нибудь паршивый страж, только-только вышедший из Академии? Это будет очень обидно.       — К тому моменту нам будет глубоко плевать на то, что с нами произошло.       Какое-то время они молчали. Роза смотрела на Сидни, в то время как Сидни глядела на нее.       — Знаешь, давай поспорим, — предложила Сидни.       — Что? — удивилась Роза.       — Спор. Если ты умрешь раньше меня по какой-нибудь глупейшей причине, то я сама выйду под солнце. Если же я умру глупо, то ты будешь продолжать жизнь, но уже более активно. Например, возвращаясь домой в считанные минуты до восхода солнца, каждую ночь охотясь исключительно на мороев. В общем, жить, отрываясь по полной. Когда-нибудь бдительный страж тебя убьет и мы воссоединимся в аду. Это будет весело.       — Какой-то странный спор, но в этом есть особый шарм, — пробормотала Роза.       — Ну так что? Ты согласна?       — Ай, к черту. Давай. Только что ты понимаешь под глупой смертью?       — Если какой-нибудь совсем неопытный страж проткнет тебя колом, или вообще морой сожжет.       — Ясно. А какую смерть ты считаешь достойной?       — Смерть в бою, — тут же отозвалась Сидни.       — Мудро, — похвалила Роза. — Ладно, давай заканчивать. Я хочу побыть в одиночестве.       Это просто великолепно — следовать за Дмитрием по территории Академии, болтая о чем-то простом. Сегодня последний день моих полевых испытаний. Мы с Дмитрием одинаково рады этому факту. Скоро наши мучения закончатся! Я стану стражем, меня назначат на какого-нибудь мороя, и умру я в бою со стригоями. Красота! Прощай, свобода! Но это не так уж и плохо. Я смогу с головой погрузиться в работу и забуду обо всех проблемах. Возможно, даже удастся перестать думать о своем прошлом. Боже, сколько зла я причинила миру за это время! Стоп. Надо перестать думать об этом. Только хуже будет — мы с Дмитрием многократно доказали это. Через неделю будут финальные испытания, где я вместе со всеми новичками буду проходить какую-то полосу препятствий. Время пролетело совершенно незаметно. Казалось, что я моргнула и раз! На носу финальные испытания. Мне даже не верилось, что все почти закончилось и мы скоро разойдемся. Адриан уехал из Академии, приглядев за нами с Дмитрием не более недели. Страж Альто перестал на меня дуться. Не жизнь, а сплошное удовольствие. Жаль, что скоро все прекратится и мы утонем в рутине. Казалось бы, все прекрасно. Только вот… Сидни уже давно не объявлялась и это настораживало меня. Она обещала из-под земли меня достать, но как не было ни ответа, ни привета, так до сих пор и нет их. И ладно, мне же легче.       — У тебя есть еще что рассказать интересного? — поинтересовался Дмитрий внезапно, нарушая тишину.       — О, да, — ответила я, оглядываясь вокруг. Стражи не дремлют и я была уверена, что они устроят что-то грандиозное на последний день. — Я прожила более шестисот лет. За это время много чего произошло.       — Расскажи о чем-нибудь.       — Не, не хочу. Это скучно. Тебе не понравится. — Я передернулась, вспоминая случай с колумбийским галстуком. Да, это было воистину ужасно. — Расскажи лучше ты о том, что вы там делали с Розой, Лиссой, Кристианом…       Дмитрий негромко вздохнул. Я довольно часто просила его что-нибудь рассказать, но он в упор не хотел этого делать. Я понимала, что ему неприятно, и даже больно, говорить об этом. И мне не столько любопытно узнать, что же у них там творилось. Только вот надо. Надо как-то вывести его из этого состояния отчужденности! Не может же он вечно страдать по той Розе! Ее не вернуть, к сожалению. А так бы я с удовольствием пообщалась с копией самой себя.       — Мне нечего рассказывать, — отозвался он.       — Ну, как всегда, — я картинно вздохнула. Бука. Когда-нибудь я вытяну из него хоть словечко об их посиделках у костра, пьянках на чердаке в церкви, гулянках по сторожкам всяким… Заметила я тут несколько. Прям как и хотели Анна и Владимир. Жаль, что они перестали играть ту роль, которая им предназначалась. Теперь это дело защитных колец. Эх, а ведь так романтично было… Мы с Сидни иногда совершали набеги на Академии. Стражи в сторожках даже не замечали нас. А даже если и замечали, мы всегда успевали удрать, пока не затеялась битва. — Кстати. Дмитрий, куда мы идем?       — Я так-то за тобой шел. — Дмитрий нахмурился.       — А я за тобой.       Мы остановились. Я повернулась к Дмитрию, чтобы посмотреть ему в глаза. Он же глядел на меня. Мы простояли так буквально с минуту. Молчание казалось мне тяжелым и удручающим. Крайне нелепая ситуация.       — Ты — мой «морой», — медленно произнесла я, невольно приподняв брови. — Я за тобой должна ходить.       — А ты мой, — тут же возразил Дмитрий. — Приказ Лиссы еще никто не отменял.       Мы снова молча разглядывали друг друга. До безумия нелепая ситуация.       — Твою ж мать, — воскликнула я, всплеснув руками. — Только с нами могло случиться что-то подобное.       — Роза, обернись, — спокойно, почти неслышно шепнул Дмитрий.       Я глянула назад через плечо и заметила почти неуловимое движение. Страж. Наконец-то! А не то в последнее время они потеряли ко мне интерес и почти не нападали. Я достала учебный кол из-за пояса как раз в тот момент, когда на меня прыгнули сразу два стража. Это было ужасно. Что за манера ведения боя? Ни один нормальный стригой не станет ломать дампирку. Мне казалось, что из-за них переломится мой позвоночник. С огромным усилием я скинула одного стража со своего правого плеча и, пользуясь временной передышкой, напала на второго. Я ударила его кулаком в скулу так, что он тоже слетел с моего плеча, и буквально через мгновение его «сердце» было «пронзено» моим колом. Другой страж очухался и из кустов появился еще один. Вот тут-то и начался полнейший хаос. Прямо-таки дико. То один потянется к моей шее, то другой попытается схватить Дмитрия. Я пыталась двигаться так быстро, как только могу, и держать всех стражей на расстоянии. У меня это получалось с небольшим трудом. Благо, опыт многовековой. Бедные новички. Как же они справились?       Едва я «заколола» одного из «живых» стражей, как второй тут же с удвоенной силой накинулся на меня. Внезапно, раздались звуки борьбы. Я сделала несколько выпадов и «уничтожила» оставшегося «стригоя». Обернувшись, я увидела, как Дмитрий сражается с четвертым стражем. Немыслимо! Что он делает? Что с ним? Господи, ну все же было нормально!       — Дмитрий! — позвала я. Он не отозвался. Я перешла на крик, — Дмитрий, прекрати!       Он не обернулся. Он был слишком сосредоточен на противнике. Я поняла, что он не остановится, пока не устранит его. Страж этот сражался изо всех сил. Он был напуган и удивлен тем, что Дмитрий вступил в бой. Не мудрено. Нечасто на мнимых стригоев нападают мнимые морои. Я бросилась вперед и «заколола» этого стража, пресекая борьбу. Страж не стал падать на землю, а лишь отошел в сторону. Остальные стражи поднялись на ноги, поняв, что мы справились.       — Дмитрий, ты чего? — спросила я, почти вплотную приблизившись к нему. — Что с тобой произошло? Ты же знал, что я должна была справиться с ними всеми.       — Ничего, — выдохнул Дмитрий. — Прости, но я отойду.       Я озадаченно посмотрела ему вслед, пожала плечами и повернулась к стражам.       — Молодец, Хэзевей. Ты справилась со всеми испытаниями, — пробормотал один из них, делая пометки в блокноте.       — Вы же никому не скажете, что четвертого стража отвлек Дмитрий? — шепотом поинтересовалась я, косо глядя на Дмитрия. Он прислонился к какому-то дереву и закрыл глаза.       — Нет, — страж отрицательно качнул головой, — будем считать, что это ты всех «убила». Со стражем Беликовым мы потом поговорим.       — Спасибо, — я натянуто улыбнулась им. Они обменялись хмурыми взглядами и удалились восвояси. Я же подошла к Дмитрию и мягко сжала его руку.       — Повторю свой вопрос. Ты чего? Это что такое было? — тихо сказала я.       — Прости, меня что-то заклинило, — признался он. — Мне в какой-то миг показалось кое-что.       — Понимаю, — я улыбнулась ему, даже не пытаясь сдержать грусти в голосе. Я как никто знала его чувства. Мне зачастую тоже многое мерещилось в прогулках с ним. А еще хуже было, когда стражи нападали на нас. Вот тогда мое воображение разыгрывалось не на шутку. — Пойдем в комнату. Я хочу отдохнуть.       По дороге мы почти не разговаривали. Каждый из нас был погружен в свои мысли. Вот уж не знаю, о чем думал Дмитрий, но мои мысли были заняты Сидни. Где она? Что она запланировала?       Оказавшись в нашей комнате, Дмитрий развалился на кровати и закрыл глаза. Я присела рядом с ним, надеясь, что не сильно напрягла его этим. Неожиданно у меня завибрировал телефон в кармане. Дмитрий приоткрыл один глаз. Я достала телефон и посмотрела на дисплей.       — Сообщение от Сидни, — пояснила я, встретив озадаченный взгляд Дмитрия.       — Зачитай, — попросил он.       — «Леопольд, выходи. Жду тебя у ворот твоей любимой Академии. Ежели не выйдешь, разрушу защитные кольца и найду тебя внутри. Тебе не удастся сбежать».       Дмитрий сел, задумчиво глядя на меня. Я же не могла понять, какие эмоции бушуют во мне. То ли страх, то ли отчаяние, то ли решимость. Я не знала, как стоит поступить. Вряд ли нам удастся мирно разойтись с Сидни. Кто-то из нас должен умереть. Черт, почему Адриан уехал? Он мог бы вернуть ее и тогда никаких проблем бы не было. Хотя, нет. Даже если бы он был здесь, то где гарантия, что он стал бы делать это? Или что у него получилось бы.       — Что будем делать? — спросил Дмитрий.       — Прямо с языка снял, — усмехнулась я. — Кстати, что за «Леопольд»?       — Мультик есть такой, советский, — Дмитрий хмыкнул и рассеянно провел рукой по волосам. Я невольно залюбовалась им, но тут же одернула себя. Неподходящее время для выражения своих чувств к нему. В его голосе мне послышалась какая-то горечь, а это значит, что все серьезно. — Пойдем или как?       — Было бы более разумно позвать с собой еще парочку стражей, — сказала я. И как раз в этот миг снова завибрировал телефон. Дмитрий поднял брови и кивнул на него. — «Только попробуй позвать с собой ораву стражей. Всех перебью», — зачитала я. — Вспомнишь дерь…       — Плохо дело, — прервал меня Дмитрий на полуслове. Говорю же. Бука.       — Не совсем. Она не умеет сражаться должным образом, — возразила я.       — Однако, она тебе угрожает, — парировал Дмитрий. Наши взгляды встретились. Казалось, что можно резать ножом напряжение в воздухе. — Это неспроста.       — Неспроста, — вторила я.       — Пойдем, попросим кол у Альберты, — внезапно произнес Дмитрий. — Ты сделаешь это. Ты убьешь ее.       — Я не хочу, — я покачала головой. Дмитрий вопрошающе поднял одну бровь. — Ну, ты сам поживи несколько сотен лет с человеком, а потом я тебе предложу убить его. Посмотрим на тебя в этом случае. Если ты до сих пор сохнешь и скучаешь по Розе, с которой ты пробыл не так уж и много времени, то что уж говорить о нас с Сидни. Века! Века, Дмитрий! Ты понимаешь? Это слишком долго.       — Тогда я убью ее, что поделать? — вздохнул Дмитрий. Странно. Он даже не возразил мне, мол, их любовь навеки и все такое. Не заболел ли часом?       — Но от кола я не откажусь, — сказала я, когда он решительно поднялся с постели.       — На всякий пожарный? — Дмитрий улыбнулся мне. По-настоящему. Ах, какая редкость! Чудесная редкость.       — На всякий пожарный, — я кивнула и протянула ему руку, как бы ожидая поддержки. Он усмехнулся и помог мне встать. Осталось дело за малым. Покончить с Сидни, несмотря на нашу с ней дружбу и некую любовь. Я надеялась, что Дмитрий сделает это быстро и мне не придется мучиться.