Обреченный на любовь

– Мисс Грейнджер! Вам особое приглашение нужно? Громкий голос подействовал отрезвляюще: Гермиона вскинула голову и встретилась взглядом со Снейпом, стоящим на пороге кабинета зельеварения и придерживающим дверь открытой. Девушка вспыхнула и прервала зрительный контакт. Оглянувшись по сторонам, она обнаружила, что в коридоре больше никого нет. «Черт, – выругалась про себя Гермиона. – Я же просила Грея переместить меня на утро. В подземельях-то я что забыла?» – Мисс Грейнджер, в класс! – рявкнул профессор так громко, что гриффиндорка вздрогнула. Вжав голову в плечи, она прошмыгнула мимо мужчины в кабинет и, увидев машущего ей рукой Рона, быстро заняла свое место. Снейп стремительно пронесся мимо нее к доске и, обернувшись, обвел класс тяжелым взглядом. – Прошу прощения, сэр, а где профессор Слизнорт? – громко спросил Гарри. Немногочисленные студенты одобрительно зашумели. Всем было интересно, почему преподаватель защиты от темных сил ведет у них зельеварение. – Тишина! – Снейп никогда не повышал голос в классе, но его все равно боялись. Поэтому слизеринцы и гриффиндорцы тут же замолчали. – Профессор Слизнорт не очень хорошо себя чувствует, поэтому сегодня урок проведу я. Не думайте, что мне это доставляет хоть какое-то удовольствие. А если вас, мистер Поттер, что-то не устраивает, дверь там же, где и всегда. Гарри демонстративно открыл тетрадь, взял в руку перо и выжидающе посмотрел на Снейпа. Тот спокойно выдержал его взгляд. – Итак, насколько мне известно, совсем недавно вы прошли Феликс Фелицис. Надеюсь, хоть один из вас помнит, что это за зелье?.. Гермиона слушала профессора, но не слышала. Все ее мысли были заняты одним-единственным вопросом: «Что пошло не так на этот раз?» Гриффиндорка была вынуждена признаться себе, что боится. Если даже настоящие специалисты не могут забросить ее в то время, в которое нужно, то что-то действительно идет не так. – …считает себя умнее всех, – раздался слева шепот Рона. – Что? – задумавшись, громко переспросила девушка и тут же прикусила язык. – Ко всем вашим многочисленным недостаткам прибавилась еще и глухота, мисс Грейнджер? – недовольно отозвался Снейп откуда-то из-за спины. Малфой и Паркинсон, сидящие за первой партой, дружно прыснули, остальные слизеринцы с радостью их поддержали. Гермиона покраснела и втянула голову в плечи. Рон, казалось, всеми силами пытается вжаться в спинку стула. Раздались шаги, и профессор появился в поле ее зрения. Его тяжелый взгляд не предвещал ничего хорошего. Гриффиндорка сглотнула и с трудом выпрямилась, стараясь сохранить хоть капельку собственного достоинства. – Простите, сэр. Я... так увлеклась, слушая вас, что и не заметила, как сказала это вслух, – в горле пересохло, ладони вспотели, но девушка упрямо не отводила взгляд. Их бессловесный поединок продолжался, пока Снейп, наконец, не прошипел: – Минус двадцать баллов с Гриффиндора за вранье и нарушение дисциплины, мисс Грейнджер. Гермиона резко выдохнула и опустила взгляд, признавая свое поражение. – И ваша сегодняшняя отработка пройдет с мистером Филчем, – закончил мастер зелий холодным тоном. Девушка резко вскинула голову и вопросительно уставилась на профессора. Снейп в ответ приподнял левую бровь и изогнул губы в усмешке. «Ах вот как, да?! – гриффиндорка скрипнула зубами. – Ну уж нет, профессор, избегать меня у вас не выйдет...» Гермиона сжала под столом кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони. Хотелось одновременно плакать от бессилия и крушить все вокруг от злости. Это ж надо! Снейп из настоящего сопротивляется, Снейп из прошлого сопротивляется! Неужели она такая бестолковая уродина, что даже этот отвратительный зельевар не обращает на нее внимания? – Герми! – до девушки донесся шепот Гарри, который уже двигал к ней свои записи. С трудом восстановив дыхание и уняв дрожь в теле, гриффиндорка прочитала написанное корявым почерком на самом верху страницы: «Зелье неудачи». План мести созрел в мгновение ока...

***

Звон колокола оповестил об окончании занятий. Снейп, стоявший у котла Поттера и пристально наблюдавший за каждым его действием, обвел кучку студентов, допущенных до занятий в этом году, презрительным взглядом. Они выглядели жалко. Потные, взлохмаченные, кидающие в котел все, что под руку попадется, лишь бы завершить работу, прежде чем он скажет, что урок окончен. Северус тоскливо взглянул на крестника. Прядь волос Драко отчего-то была оранжевой, а на щеке красовалась зеленая клякса. Судя по валящему из его котла фиолетовому пару, зелье было испорчено уже на третьей стадии приготовления. Очевидно, вместо крыльев жукомухи слизеринец добавил толченых гусениц, причем сильно переборщил. Тяжело вздохнув, профессор прошел к своему столу и уже собирался было объявить, что занятие окончено, но взгляд его случайно наткнулся на Грейнджер. Она, конечно же, уже все сделала и теперь аккуратно закупоривала пробирку с зельем правильного золотистого цвета. Но Снейп мог бы поклясться, что всего мгновение назад он почувствовал, как девчонка сверлила его взглядом. Он наблюдал за ней еще долю секунды, а затем отвел взгляд и громко возвестил: – Урок окончен. Образцы зелий мне на стол. Со всех сторон раздались вздохи. Студенты спешно наполняли пробирки и несли их Снейпу, стараясь при этом не встречаться с профессором глазами. Зельевар же пронзал каждого из них насквозь. Последней к его столу приблизилась гриффиндорская всезнайка. Щеки девушки лихорадочно горели, когда она протягивала Северусу зелье. Длинные тонкие пальцы перехватили хрупкую пробирку, забирая ее из руки Гермионы, и Снейп заметил, как ее взгляд на мгновение задержался на его пальцах. Впрочем, уже в следующую секунду девчонка улыбнулась, глядя ему прямо в глаза, и, прежде чем покинуть кабинет, сказала: – Удачного вам дня, сэр, – и, перекинув сумку через плечо, выскочила за дверь. Снейп так и не успел решить, чего было больше в ее голосе: насмешки или мрачного торжества. Стоило ему опустить пробирку Грейнджер в ящик и устало откинуться на спинку стула, как в полной тишине раздался тоненький звук – треньк! Профессор напрягся, прислушиваясь. Три секунды тишины – и снова: треньк! Теперь Северус был совершенно уверен, что звук доносится от ящика с образцами зелий: пробирки едва заметно подрагивали, касаясь друг друга стенками и позвякивая. Мужчина резко выпрямился, не сводя пристального взгляда с ящика, затем наклонился, прищуриваясь. Среди прочих сосудов явственно выделялся один – с фамилией Грейнджер на наклейке. Зелье золотистого цвета пенилось и бурлило. – Дьявол! – воскликнул профессор. Отскочить в сторону он не успел. В коридоре еще не стихло эхо его голоса, как в кабинете раздался громкий взрыв. Область вокруг стола заволокло дымом, послышался кашель Снейпа, тихий стон и бормотание, в котором с трудом можно было различить заклинание. Воздух постепенно расчистился, открывая миру растрепанного зельевара в прожженном в нескольких местах сюртуке и с пятнами сажи на бледной коже. Неизвестные зелья, которые сварили криворукие и тупоголовые студенты, смешались, стекая со стола, а также с волос и одежды профессора. – Грррррейнджер! – проревел Северус и, сорвавшись с места, выскочил в коридор.

***

«Без паники. Не могли же они сварить что-то действительно опасное. Они же бездари!» – мысленно успокаивал себя мастер зелий, широкими шагами ступая по коридору. Он уже успел привести себя в божеский вид и теперь спешил в библиотеку. Перед самым взрывом профессор заметил, как правильно сваренное Грейнджер Зелье Неудачи странно искрится. И он должен был во что бы то ни стало узнать, какой ингредиент добавила мисс Гриффиндорская Всезнайка, чтобы к чертям собачьим взорвать его кабинет. Ведь вряд ли она сама ему об этом расскажет... «Нет, какая наглость! – не унимался Снейп. – Смотреть мне в глаза, мило улыбаться и хладнокровно творить свои темные дела! С ней определенно что-то происходит!» Мужчина резко остановился и одной рукой схватил за грудки пробегающего мимо второкурсника-когтевранца. – Гермиона Грейнджер, Гриффиндор. Найти и привести в библиотеку. Быстро! – прошипел он побледневшему от страха мальчугану. – Хорошо, сэр. Сейчас, сэр, – одними губами ответил студент и побежал к лестнице с такой скоростью, словно за ним гналось стадо разъяренных кентавров. Северус проводил его тяжелым взглядом и продолжил путь. До библиотеки оставалась какая-нибудь сотня метров, когда профессор вдруг почувствовал сильное жжение на тыльной стороне ладоней. Замедлив ход, он взглянул на свои руки и ужаснулся: кожа быстро вздувалась и покрывалась красными волдырями. «Нет! Только не руки! Только не руки! Чертова девчонка! Чтоб ей... провалиться!» – Снейп сжал кулаки и тут же зашипел от боли. Теперь он уже жалел, что отправил за Грейнджер. Профессор был уверен: попадись гриффиндорка ему на глаза, и он придушит ее, не задумываясь. Жжение не проходило, а только усиливалось. К тому же начали чесаться щеки и подбородок в тех местах, куда попало зелье. Быстро глянув на свое отражение в окно и убедившись, что лицо пока что в порядке, Снейп поборол сильнейшее желание взвыть и быстрее прежнего рванул в библиотеку. «Удачного дня, мисс Грейнджер? – мысленно обращался он к студентке. – Удачного дня, так вы сказали? Сегодня же пойду к Дамблдору и потребую сжечь эту старую шляпу! Гриффиндорцы на глазах превращаются в слизеринцев!» Ворвавшись в библиотеку и не обратив абсолютно никакого внимания на удивленную донельзя мадам Пинс, Северус направился прямиком в Запретную секцию. Отыскав отдел по зельеварению, профессор чуть прищурился и начал бегло просматривать корешки древних фолиантов. Он знал, что ищет, но необходимой книги не было на месте! В панике зельевар начал вытаскивать один том за другим и, убедившись, что это не то, что ему нужно, с рычанием водружать их на место. Терпение и самообладание покинули Снейпа. Приподнявшись на носочки, он с остервенением схватил с верхней полки какой-то потрепанный справочник. Но Северус даже не успел взглянуть на обложку, как сверху послышался какой-то звук, и прямо на голову мужчины, больно ударив его по макушке, свалился увесистый фолиант. Пыль облаком взметнулась вверх, щекоча нос, и профессор, не удержавшись, громко чихнул. Слева тут же раздался тихий смешок, а затем ставший уже ненавистным голос весело произнес: – Будьте здоровы, сэр! Нетерпеливым движением ладони разогнав кружащиеся в спертом воздухе библиотеки пылинки, зельевар со злостью воззрился на стоящую в проходе гриффиндорку. – Не ушиблись, профессор? Черт возьми, она даже не собиралась притворяться! Девушка смотрела прямо, а глаза ее так и смеялись. – Мисс Грейнджер, – процедил Снейп и, подняв руку, поманил ее к себе пальцем. – А вам не кажется, что это не совсем вежливо? – поинтересовалась гриффиндорка и демонстративно сделала шаг назад. – А намеренно подвергать опасности жизнь преподавателя – вежливо?! – чаша терпения переполнилась, и мужчина буквально выкрикнул эти слова. Голос его подобно грому разнесся по всей библиотеке, и в поле зрения тут же появилась разъяренная мадам Пинс. – Северус! Что вы себе позволяете?! – зашипела женщина и тут же потрясенно замолчала, когда ее взгляд остановился на лежащей на полу книге. Гермиона и Снейп одновременно опустили головы и вдруг разом поменялись в лице – первая покраснела, второй побледнел. На страницах раскрывшегося тома страстно совокуплялась обнаженная парочка. Минуту все молчали, а затем тишину нарушил возмущенный крик библиотекарши, моментально забывшей свои же правила: – Северус! Это же учебное заведение! Здесь дети! Как вы могли принести в школу эту… эту порнографию? – последнее слово женщина буквально выплюнула в лицо профессора. На шум уже сбежались студенты, которые теперь толпились в проходе, возбужденно перешептывались и хихикали, вытягивая шеи и тыча пальцами то в книгу, то в зельевара. На Снейпе же лица не было. Такому унижению он не подвергался со школьных времен. Впрочем, оправдываться мужчина не собирался: по опыту знал, что это только усугубит его и без того незавидное положение. Скрипнув зубами, он протянул ладонь, и книга, закрывшись, прыгнула ему в руку. Так и не произнеся ни слова, Северус сорвался с места. Студенты, наступая друг другу на ноги, расступились. «Она поплатится за это… Я уничтожу ее…» – мысли стучали в голове в такт шагам и биению сердца. Профессор торопился скрыться с глаз, но стоило ему сделать несколько шагов, как сзади раздался звонкий голос: – Так зачем вы вызывали меня, сэр? Хотели показать это… учебное пособие? Его пальцы до боли сжали ни в чем неповинную книгу. Глубоко вздохнув, чтобы взять себя в руки, Снейп подавил настойчивое желание проклясть наглую гриффиндорку у всех на глазах и выскочил из библиотеки. Гермиона же, сложив руки на груди, довольно усмехнулась. Все шло куда лучше, чем она могла себе представить…

***

Снейп отдал бы все на свете, чтобы закрыться сейчас в своей комнате в подземельях и не выходить оттуда до тех пор, пока злость на Грейнджер, а также последствия ее глупой выходки не исчезнут. Впрочем, в умственных способностях гриффиндорки профессор как раз таки не сомневался, хоть и делал всегда вид, что считает девушку обычной выскочкой. Что-то здесь было другое. Но вот что? Месть? Желание выделиться? Привлечь к себе внимание? И главный вопрос дня: зачем?! Мастер зелий тяжело вздохнул. Вопросов было множество, а вот ответов на них – ни одного. Итак, Северус с удовольствием бы скрылся от любопытных глаз. Однако в уставе школы существовал пункт, согласно которому деканы факультетов обязаны были присутствовать в Большом зале на совместных трапезах. И как назло, полоумный старик Дамблдор, выделив это правило среди других, тщательно следил за его исполнением. Так что Снейпу ничего другого просто не оставалось. И он, скрипя зубами и морально готовясь к повторному позору, отправился на обед. Северус редко опаздывал и еще реже входил в Большой зал через главный вход. Но сегодня словно все обернулось против него. Стоило ему с шумом раскрыть двери, как голоса за столами стихли, и все студенты уставились на него. Профессору стоило больших трудов сохранить на лице непроницаемую маску и проследовать к своему месту. Смешки и тихие перешептывания за спиной не оставляли сомнений: все уже в курсе произошедшего в библиотеке. Сжимая кулаки и скрипя зубами, Снейп быстро двигался к преподавательскому столу, стараясь не смотреть на довольные лица учеников. Однако одну ненавистную физиономию он все-таки высматривал краем глаза. Грейнджер! Этой чертовой девчонки не было в зале! – Северус, ты опоздал, – как бы между делом сказал Дамблдор, когда мастер зелий проходил мимо него. – Знаю, – коротко бросил Снейп, даже не взглянув на директора. – Ходят слухи… – начал было старец, но профессор грубо остановил его: – Знаю! Он не собирался выслушивать лекции этого полоумного старика, возомнившего себя чуть ли не центром Вселенной. Он просто хотел досидеть до конца обеда и сбежать при первой же возможности. Но стоило Северусу опуститься на стул, как тишину прорезал громкий неприличный звук. Студенты буквально повалились на скамьи от смеха, преподаватели тщетно пытались скрыть улыбки на лицах. Трясясь от бешенства, зельевар со всего размаху опустил сжатый кулак на стол, и приборы, подпрыгнув, дружно звякнули. – Грейнджер, мать твою! – прошипел сквозь зубы мужчина и, вскочив, бросился к выходу. Он найдет эту девчонку, где бы она ни была, и сотрет в порошок!

***

Гермионы в Большом зале во время обеда действительно не было. Пока профессор слушал сдержанные смешки у себя за спиной, гриффиндорка нервно расхаживала по пустому коридору, хмурилась и бросала тоскливые взгляды в окно. Ее мучила совесть. Она и предположить не могла, что Зелье Неудачи подействует так хорошо, меньше всего на свете хотела унизить Снейпа и уже сто раз пожалела, что вообще начала все это. Грейнджер и думать не думала, что воодушевленные злоключениями ненавистного профессора студенты подложат ему на стул невидимую подушку-пердушку, что это окончательно выведет зельевара из себя и что подозрения в первую очередь падут на саму мисс Я-Знаю-Всё. Тихо всхлипнув, девушка прислонилась спиной к стене. Вопреки ожиданиям, страдания Северуса не доставляли ей никакой радости, а щемящее чувство в области груди выдавало Гермиону с головой. Стоило ли говорить, что все шло совсем не так, как она хотела? Злость на мужчину быстро прошла, а план, еще утром казавшийся гениальным, только ухудшил положение гриффиндорки. «Отлично, ну и чего ты добилась? – тяжело вздыхая, вопрошала саму себя Гермиона. – Вывела его из себя окончательно. Он только еще больше тебя возненавидел. О какой любви теперь вообще может идти речь?» Гермиона больше не хотела ничего придумывать и досаждать своему профессору. И мечтала поскорей вернуться в настоящее и сразу же пойти с повинной к Снейпу. С мыслью о возвращении пришла тревога. Девушка быстро глянула на наручные часы и с ужасом обнаружила, что с момента ее появления у кабинета зельеварения прошло почти шесть часов. Паника тут же поднялась из глубины, и Гермиона шумно сглотнула. Она никогда еще не находилась в прошлом так долго. Почему никто не беспокоится о ней? Почему Грей еще не переместил ее обратно?! И почему она совсем-совсем ничего не чувствует?! В ужасе гриффиндорка схватилась за палочку, намереваясь произнести магическую формулу, чтобы проверить, сработает ли она, как вдруг за поворотом раздался рев раненого носорога: – ПИИИИВЗЗЗ!!! От неожиданности Грейнджер подпрыгнула на месте и выронила палочку из рук. Этот голос она узнала бы из тысячи. Северус Снейп, судя по всему, стремительно приближался к ней и был, мягко говоря, не в самом хорошем расположении духа. Но вместо того, чтобы спасаться бегством, гриффиндорка так и осталась стоять посреди коридора, широко раскрытыми глазами глядя на то место, где, по ее расчетам, с минуты на минуту должен был появиться зельевар. Страх сковал все ее движения, и она словно приросла к полу. – А НУ СТОЙ, МЕРЗАВЕЦ!!! – яростный крик сотрясал стены. Торопливые шаги приближались. Следом раздался мерзкий смех полтергейста, а затем и он сам появился из-за поворота. Сделав кувырок, он повис в воздухе вверх ногами, хлопнул в ладоши, озорно подмигнул Гермионе и, гогоча, всосался в стену. В это самое время Северус, мокрый до нитки, выскочил из-за поворота и, заметив гриффиндорку, замер на месте. Его обтянутая черной тканью сюртука грудь вздымалась от тяжелого дыхания, а взгляд, направленный на девушку, не предвещал ничего хорошего. – Грейнджер! – чуть ли не торжественно воскликнул зельевар. – Не вздумайте двигаться с места. Мужчина сделал шаг по направлению к студентке... не заметив наколдованную полтергейстом ледяную дорожку. Нога профессора заскользила вперед. Взмахнув руками, Снейп попытался удержать равновесие, но Пивз не был бы Пивзом, если бы сдался так просто. Появившись за спиной профессора, он в предвкушении хрюкнул и толкнул зельевара с такой силой, что Северус, чертыхнувшись, полетел вперед со скоростью «Нимбуса». – Грейнджер! – предостерегающе воскликнул он. – Профессор! – в ответ закричала Гермиона и не придумала ничего лучше, чем в ужасе зажмуриться. В следующее мгновение они столкнулись. Снейп, не имея возможности затормозить, сшиб девушку с ног и сам свалился следом за ней. Пивз, казалось, сейчас лопнет – так его распирало от смеха. Щелчком пальцев заставив ледяную дорожку исчезнуть, будто ее и не было вовсе, полтергейст, кувыркаясь в воздухе, полетел прочь, вопя на всю школу:

Тили-тили-тесто, Жених и невеста! Снейп-то вовсе не простак, Клеить девушек – мастак! Ну и Грейнджер не простушка – Раз со Снейпом заварушка! Эй, вы все! Не пропустите! Поскорей смотреть бегите! Там в пылу любви и страсти Снейп наш Грейнджер рвет на части!

Вопли Пивза затихли вдали. Северус и Гермиона лежали, не шевелясь. Сердца их бешено колотились. Наконец, профессор поднял голову и тут же встретился взглядом с гриффиндоркой. Гермиона, лежа под зельеваром посреди школьного коридора, буквально пылала от стыда. – Грейнджер, – констатировал Снейп и тяжело вздохнул, едва сдержавшись, чтобы страдальчески не закатить глаза. – Профессор, – тихо отозвалась Гермиона и, казалось, покраснела еще больше. Они снова замолчали, глядя друг другу в глаза, а затем девушка не выдержала и просипела: – Сэр, вы лежите на мне. – Да? Хм, и в самом деле, – насмешливо проговорил мужчина, но не сдвинулся с места. – Сэр, вы мокрый и тяжелый, – предприняла еще одну попытку гриффиндорка, однако и эти доводы не возымели должного эффекта. Снейп продолжал внимательно изучать задыхающуюся под тяжестью его тела студентку. Гермиона совсем смутилась. Отвела взгляд и едва слышно сказала: – Сейчас на крики Пивза сбежится вся школа... И правда, где-то вдали уже шумели возбужденные голоса. Зельевар решил, что злоключений с него на сегодня хватит. Ловко поднявшись на ноги, он схватил Гермиону за шиворот и, протолкнув ее в потайной ход, скрытый старым потертым гобеленом, шагнул следом за студенткой в прохладную тьму.