Оборотная сторона бессмертия +827

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Основные персонажи:
Гарри Поттер (Мальчик-Который-Выжил), Драко Малфой
Пэйринг:
Гарри/Драко Драко/Блейз Забини
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст
Предупреждения:
OOC, Насилие, Нецензурная лексика, Кинк, Секс с использованием посторонних предметов
Размер:
Макси, 715 страниц, 57 частей
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
«Самому душевному автору!» от Forgotten..
«Лучшая работа по фандому! » от Kurabie-san
«Потрясающе идеально» от прррр
«Непревзойденно» от мизантроп_
«Отличная работа!» от Wizardri
«Спасибо! Удивительная история!» от A.M.E.
«Отличная работа!» от Berta15
«Отличная работа!» от natallia-92
«Выше всяких похвал» от DaraLapteva
«Отличная работа!» от Жестокий Ангел 2
... и еще 11 наград
Описание:
После победы над Волдемортом жизнь юного поколения победителей идет своим чередом. Никто из них не задумывается, что стало с проигравшей стороной... Пока однажды Рон не тащит Гарри в Министерство, где Артур Уизли в качестве наблюдателя принимает участие в последней подготовке детей бывших Пожирателей Смерти к отправке в лагеря для интернированных. Увиденное лишает юного Героя покоя и сна...

Посвящение:
Спасибо огромное за чудесные коллажи:

an iv http://www.pichome.ru/images/2014/12/04/IK6kr.jpg

МиртЭль http://www.pichome.ru/images/2015/05/02/eJa39i.jpg

Фырко Мурфой http://www.pichome.ru/images/2015/07/31/yPbDhMv.png

Ну и личное художество)) Регулус Блэк, сателлит Тома Реддла http://www.pichome.ru/images/2015/09/22/hcWvguJ.jpg

Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию

Глава 31. Грани человечности

12 января 2015, 13:36
Уилан зашел в казарму в половине первого, слегка улыбнувшись, мотнул головой на дверь, приказывая Драко выметаться на улицу. Малфою казалось, что за спиной выросли крылья. Провожаемый взглядами десятков пар глаз и облегченными вздохами друзей, парень вылетел из казармы и, не дожидаясь вервольфа, помчался по тропинке, ведущей во внутренний периметр. Альфа молча шел на шаг позади, молча вошел следом за порог домика для свиданий…

Драко растерянно окинул взглядом пустую комнату, задержался на мгновение на стоящих у стены сумках и, обернувшись к Уилану, медленно качнул головой:

- Нет…

Мужчина шагнул к нему и быстро сгреб в объятия, не давая упасть.

- Не смог, - быстро зашептал он на ухо юноше. – Учения в разгаре. Попросил подругу собрать передачку… Просто не смог…

Драко била крупная дрожь, зубы стучали так, что грозили расколоть друг друга в щепки, пальцы безотчетно впились в плечи вервольфа, наверное, оставляя серьезные кровоподтеки.

- П-п-пис-сь-м-мо? – рискуя откусить себе язык выдавил Малфой.

- Она не знает. Я спросил, но она растерялась. Сказала, что ей он Патронуса прислал. Малфой… наша сова еще не вернулась. Ни с письмом, ни без письма. Он далеко… Малфой… Драко… - большие теплые ладони успокаивающе гладили дрожащую спину парня. – Поплачь… Хочешь? Поплачь…

Юноша поднял бледное лицо и уставился на Уилана совершенно сухими серыми глазами.

- С-с-сов-ва… - дрогнули побелевшие губы. – Он… ж-ж-жив…

- Конечно, жив, сателлит, что ты заладил? Видно, их далековато на учения угнали… Я же говорю - дом пустой… Я парней еще два раза отправлял…

- В-в М-м-му…

- И в Мунго, - согласно кивнул Уилан. - Им там и не пахнет. На учениях он, Малфой. Все с ним хорошо.

Драко уткнулся лбом в сильное плечо.

- С-с-п-пас-сиб-бо…

Уилан, прижимая его к себе одной рукой, второй быстро откопал в кармане блистер с успокоительными пилюлями.

- Открой рот, сателлит, - скомандовал он, поднимая за подбородок лицо юноши. – Давай, парень, у нас времени не очень много, тебе нужно успокоиться.

Драко послушно принял две норовящие прилипнуть к языку капсулы и с трудом проглотил. Уилан, бесцеремонно нажав ему на щеки, заглянул в рот и, буркнув: «Молодец…», вновь прижал к себе. Заговорил Альфа снова, только когда почувствовал, что дрожь помаленьку отпускает парня.

- Никто из этих малолетних уголовников не должен знать, что он снова не пришел, сателлит. Сделай по возможности мордашку посчастливей.

Драко кивнул и быстро зашептал куда-то в плечо вервольфа:

- Дай… дай мне пять минут… Сейчас… Я сейчас…

- Десять, - вздохнул Уилан. – Только не реви.

Драко снова кивнул, а несколько минут спустя сам отстранился:

- Нормально… Все… Пойдем.

Альфа изучающе взглянул ему в лицо:

- Дать еще таблетку? Док сказал, что три за раз тебе можно.

Драко слегка пожал плечами, но Уилан, видимо решив подстраховаться, выдавил из блистера еще одну капсулу:

- Давай-ка, Малфой… И… Возьми себя в руки. Я понимаю – скучаешь, обидно… Черт знает, что вы - сателлиты - там еще чувствуете. Наверное, тебе очень хреново. Но послушай… У нас ситуация не та, чтобы расслабляться. Ты покоя этой мрази не даешь. У него стоит на тебя так, что за версту несет. И, как только он решит, что…

Уилан осекся под внимательным взглядом серых глаз.

- Решит, что «что»? – тихо спросил Драко, и Альфа, подтолкнув его к стулу, нажал на плечо, заставляя сесть, а сам опустился перед парнем на корточки.

- Он не знает, кто вы, Малфой. Поэтому может решить, что тебя бросили… Это нормально в таких местах как это. Письма почти к каждому новенькому прилетают сначала пачками, потом по одному в месяц, а потом и вовсе… только от мамки, если она есть… А, как только он так решит… Малфой, у меня возникнет трудный выбор: отдать ему тебя или порвать глотку и дать повод для истребления всей стаи. Я не хочу такого выбора, понимаешь?

Драко опустил веки, а Уилан, тихо усмехнувшись, взъерошил светлую челку парня:

- Нет, Малфой, не мрачней. Электи никогда не бросит сателлита, не может, физически не способен. Вот ты смог бы отказаться от него?

Ресницы Драко взлетели вверх, и Уилан не смог сдержать искренний смех:

- Вот видишь, ты смотришь на меня как на умалишенного. Поверь мне, твоему Электи подобные мысли кажутся столь же нелепыми, как и тебе. Все, давай, натягивай улыбку. И еще… Постарайся и правду не говорить, и откровенно не врать, оставь пути к отступлению. Все должны подумать, что он был, а не услышать это от нас, чуешь разницу?


Малфой вошел в столовую уверенным шагом королевского фаворита. Пройдя под перешептывания к своему столу и привычно усевшись между Ноттом и Гойлом, Драко едва не поперхнулся первой же ложкой похлебки, когда едва слышный голосок Криса жалобно выдал:

- Опять не пришел?

Парни замерли как один и уставились на Малфоя.

- Унюхал? – обреченным шепотом выдохнул Драко. – Не пришел. На учениях. Но передачку Грейнджер принесла, как в прошлый раз, не переживайте. И… Не распространяйтесь. Никто не должен знать.

Нотт быстро обернулся и облегченно вздохнул – их никто не слушал, подростки оживленно гремели ложками, прихлебывали и причавкивали.

- Всем ясно? – Тед окинул взглядом своих.

- А чего в этом такого? – пробубнил в тарелку Грегори.

Малфой прикрыл веки, Нотт скрипнул зубами.

- Просто молчите, Грег, - устало пробормотал Драко. – Это приказ, приказы не обсуждаются.



Разбудили Малфоя непривычные шум и суматоха. Открыв глаза, парень непонимающе уставился на активизировавшихся с утра пораньше подростков, в большинстве своем толпившихся у входа в душевую.

- Что происходит? – зевнув, решил наконец поинтересоваться Драко.

Нотт, завязывающий ботинки, поднял на него глаза:

- Доброе утро у нас, Малфой, - криво усмехнулся он. – Мид ночью повесился в душевой.

- Мид? – Драко сел на постели, пораженно уставившись на друга.

- Угу, тот рыжий, что Беддока взглядом раздевал, - подтвердил Тед и поднялся на ноги. – С чего бы это? Вчера только ржал как конь, когда я нашел их с Малькольмом опять мило беседующими за столовкой и навешал мелкому подзатыльников…

- Подъем, господа заключенные! – перебил его прокатившийся по казарме громовым рокотом голос Уилана. – Все встали, одеяла свернули и убрали в тумбочки. Через десять минут здесь будет начальник лагеря.

Драко перевел взгляд на вышедшего из душевой Альфу. Вожак стаи, не обращая внимания на разбежавшихся прятать одеяла подростков, обернулся к паре ждущих его указаний омег. Через полминуты один из волков вышел из казармы, видимо, отправившись извещать о случившемся Муррея, а второй скрылся в душевой. Взгляд Альфы вернулся к заключенным, безразличным холодом скользнул вдоль одного ряда коек, уже готовых к приходу начальника лагеря, пробежал по второму, замерев на мгновение на кровати Криса, и, добравшись до наблюдающего за ним Драко, остановился. Малфой едва заметно отрицательно качнул головой, не желая верить в собственную догадку, но в бледно-голубых зло прищурившихся глазах молнией гнева сверкнуло подтверждение правильности хода его мыслей. «Передушить полказармы – всем было бы проще жить…» - вспомнилось парню, и тело вмиг покрылось холодной испариной.

Гойл сдернул с Драко одеяло, бурча что-то о вечной Малфоевской непокорности, а Нотт ткнул курткой ему в плечо:

- Очнись, мой принц, сейчас Муррей примчится, нужно будет изобразить ему наше признание его неоспоримой власти. Парни шепчутся, что рыжий из его фаворитов был. Так что, возможно, здесь гром и молнии будут.

- Какой, нах, фаворит, - усмехнулся опершийся на спинку кровати Малфоя Джонни Филлипс. – Так, стучал помаленьку… Также, как Хант. Но Муррея такие услуги не остановили, когда он с Дэнниса шкуру снимал, и с Мида содрал бы при случае. Так что вряд ли что-то серьезное будет. Не он первый вздергивается. Но ты, Малфой, правда, вставай…

Муррей появился в сопровождении Барнза, как раз когда Драко, завязав шнурки, разогнулся. Мужчины, не удостоив подростков даже взгляда, скрылись в душевой, и мгновение спустя, прорезая повисшую в казарме тишину, оттуда донесся взбешенный рык начальника лагеря:

- Какого хрена, Уилан?! Тут воняет так, что глаза выедает, а ты ухом не повел!

- Мочой, Муррей, - чуть тише рявкнул начальник охраны. – Это казарма с семью десятками выблядков, если ты сам не заметил. Они ночью рыгают и пускают газы, шастают поссать, посрать и покурить. Мне прикажешь на каждый пердеж реагировать? Он не дрочил здесь, он, сука, вешался, с хуя ли мне «вести ушами»?

- Он вчера был у меня вполне довольный жизнью, Уилан, с хуя ли он повесился?! – рычал Муррей. – Снимите его уже! Барнз, заключение о причине смерти мне на стол к обеду! Откуда веревка?

- Из прачечной, сэр, - откликнулся голос одного из омег. – Уже проверили. В сушилке срезал.

Муррей вышел из душевой и окинул полным ярости взглядом парней, стоящих по стойке смирно у своих кроватей.

- Пусть выводят на построение, мистер Уилан, - рявкнул он появившемуся из-за двери Альфе. – Будем выяснять, с чьей помощью повесился Мид.

Когда Муррей наконец исчез, начальник охраны в полной тишине прошелся между рядов коек.

- Я надеюсь, всем вам ясно, господа заключенные, что причиной САМОУБИЙСТВА вашего солагерника стали угрызения совести, вызванные излишней болтливостью. Искренне советую вам не повторять ошибок мистера Мида и не сердить госпожу Совесть. Я понятно изъясняюсь?

- Да, сэр, - потянулось во всех концов.

- Прекрасно. В таком случае всем одеться по возможности теплей, построение обещает быть долгим. Через семь минут строй должен быть сформирован, безупречен… и молчалив. Приступить.

Он, еще раз бросил гневный взгляд на Драко, развернулся и вышел прочь.

- Это что же… - тихо выдохнул Нотт. – Это Уилан?..

- Заткнись, Тед, - тут же пришел в себя Драко и огляделся. – Доставайте свои теплые вещи… Все. Быстро. Грег, вытаскивай, что там у нас из одежды нераспределенное. Одевайтесь теплей и ребятам раздайте, что осталось… На кого хватит.

- От Поттера добродетельностью заразился… - донеслось до него едва слышное недовольное бурчание Беддока.

Малфой замер, обернулся и, одним прыжком перемахнув через койку Нотта, оказался рядом с оторопевшим Малькольмом. Схватив паренька за шею, он резко притянул его к себе и процедил в самое ухо:

- Ты прав, Беддок, не дело это. Готовь задницу. После завтрака буду тренировать на ней забытые навыки жестокосердия.

Наступившую вокруг тишину нарушил скрипучий голос Барнза, тихо ворчащего на оборотней, выносящих из душевой труп рыжеволосого парня. Драко обернулся вместе со всеми. Глядя в остекленевшие студенисто-голубые распахнутые глаза Стивена Мида, Малфой не заметил, как его пальцы непроизвольно впились в шею Малькольма с такой силой, что паренек захрипел и забился, пытаясь разжать его хватку.

- Драко, ты хочешь его следом отправить? – Нотт, положив ладонь на напряженное запястье, заставил вздрогнуть и, наконец, выпустить хватающего ртом воздух, ошалело глядящего на него Беддока.

- Нет, - выплюнул Малфой. – Я надеюсь, что тут еще можно что-то исправить.


Построение длилось сорок минут. Прогуливающийся мимо строя продрогших, угрюмых мальчишек Муррей, одетый в длинную, подбитую мехом мантию и высокие с меховыми отворотами сапоги, явно наслаждался ситуацией. Однако свидетелей произошедшего он так и не нашел. Парни молчали, рассматривая носки своих ботинок, и Драко, иногда бросающий исподлобья быстрые взгляды на стоящего слева от строя Уилана, заметил, что Альфа довольно хмыкает, когда очередной вопрос начальника лагеря натыкается на глухую стену упрямой тишины.

Наконец, то ли Муррею надоел этот унылый спектакль, то ли он сам начал замерзать, но бросив напоследок что-то о необходимости возвращать практику показательных профилактических порок, начальник лагеря приглашающе махнул рукой Уилану и быстро удалился в направлении медотсека.

Альфа наспех распределил дежурства и, похвалив парней за выдержку, отправил всех на завтрак.

- Мне нужно разрешение на опоздание в рабочий барак для моих парней, - произнес Драко, подойдя к Уилану, когда все заключенные разошлись, – и ремень Поттера… На полчаса.

- О да, ремень тебе нужен, - процедил Альфа.

Драко с трудом сдержался, чтобы не зарядить ему в челюсть.

- Вот и принеси мне его в казарму после завтрака, - голос, на удивление, даже не дрогнул.


Порол Малфой сам. Беддок, со спущенными до щиколоток штанами разложенный на койке, с которой перед экзекуцией лично свернул и убрал постель, прижатый за плечи Ноттом и Гойлом, извивался, пытаясь уйти от ударов, скулил, вскрикивал, умолял остановиться и клялся, что больше никогда не ослушается Драко.

Младшие ребята стояли вокруг, широко распахнутыми глазами наблюдая за происходящим, и Малфой видел, как с каждым новым ярко-розовым отпечатком на заднице Малькольма во взглядах мальчишек усиливается страх, страх перед Драко, перед лидером, перед карающей рукой. На двадцатом ударе из назначенных им двадцати пяти Малфой бессильно опустил ремень. Хотелось упасть на колени перед зареванным мальчишкой и просить прощения, хотелось прижать к себе этого дурачка, гладить по голове, сцеловывать холодные влажные дорожки с щек и шептать, что он не желал делать больно, но неисполнение приказов здесь чревато куда большей болью…

- Еще пять, - тихо и совершенно спокойно напомнил Нотт.

За спиной Драко едва слышно хмыкнул Уилан, наблюдающий за происходящим, привалившись к косяку двери и сложив руки на груди.

- Хочешь, я доделаю… - Тед, поняв без слов, что Малфою тяжело дается каждый удар, и зная, что слабину в наказаниях давать нельзя, поднялся на ноги и протянул руку за ремнем.

Драко отрицательно мотнул головой:

- Нет. Держи. Я уже чувствую удар, ты пока приноровишься, в мясо исполосуешь.

Досчитав до двадцати пяти, Малфой сам протянул Малькольму руку. Мальчишка встал с койки, всхлипывая и шмыгая носом:

- Прости… Прости, я не буду больше…

Драко не выдержал. Дернув парня к себе, он прижал его к груди и уткнулся носом в макушку:

- Я не смогу тебя защитить, если ты не будешь слушаться, понимаешь?

- Да… Да, Драко… Я буду… - бормотал Беддок.

- Если вы все, то прошу постель на место, - раздался низкий, немного насмешливый голос Уилана. – Беддок к Барнзу, остальные на работу. Малфой, верни ремень.

Драко выпустил паренька из объятий, проследил, как Гойл расстилает обратно постель, как Нотт помогает шипящему от боли Малькольму натянуть белье со штанами и выводит его из казармы, и, пропустив всех вперед, последним подошел к двери.

- Советую сделать все, чтобы Поттер никогда не узнал о твоей подработке в качестве «госпожи Совести», Уилан, - тихо процедил он. - Иначе твоя стая вернется под власть луны мгновенно… Поверь, я хорошо его знаю.

- Я защищаю тебя, сателлит, - Альфа невозмутимо забрал у него ремень.

Драко не ответил. Объяснять зверю, принимающему решения по принципу выбора меньшего из зол, что меньшее зло для него – для кого-то стало смертью, было бессмысленно. У вервольфа имелась одна правда, и человеческие метания между крайностями милосердия и жестокости были ему чужды. Малфой не сомневался – Стив Мид умер быстро и безболезненно, а Ранделл Уилан не испытывал удовольствия, обрывая его жизнь, впрочем так же, как и сомнений или мук совести. Альфа, являясь прирожденным убийцей, безжалостным хищником, в своей опасной простоте и честности с самим с собой был лучше тех многих «добродетельных» господ и «благопристойных» дам, что посещали Малфой-Мэнор когда-то в далекие времена безоблачного детства Драко, и сейчас парень как никогда ясно осознал, в каком змеином гнезде вращался, выживал и даже правил его отец… Драко досталась жизнь с волками, и, кажется, он уже почти научился «выть по-волчьи», принимая правила игры вервольфа. Осознание всего этого одномоментно смело «праведный гнев», вызванный поступком Уилана. Сейчас парень злился только на себя.

Малфой шел в рабочий барак, чувствуя на плечах еще один тяжкий груз - вину в смерти малолетнего насильника. Когда-то отец, слегка толкнув семилетнего Драко меж лопаток набалдашником трости, заставляя вспомнить об осанке, в ответ на нытье мальчишки, уставшего «держать спину прямо», ответил, что тренировать осанку нужно, пока идешь налегке, иначе потом груз жизненных невзгод раздавит очень быстро. Проходя мимо окон казармы, парень скользнул взором по своему отражению: идеально прямая спина, легкая походка, прямой, немного высокомерный взгляд. Еще одна смерть ничего не изменила во внешности Драко Малфоя, а душу… Свою израненную, местами почерневшую, словно обугленную душу он давно привык прятать за маской чистокровной надменности и цинизма.

***



Антимагических колец разного размера, разомкнутых в одном или нескольких местах, на территории Штатов оказалось ни много ни мало – девять штук, а на территории Америки – семнадцать. Отметив их на карте и внеся все известные американскому аврорату дислокации АИДа, Шеклболт тяжело вздохнул. Выходило, что штурмовать одновременно следовало сразу четыре хорошо укрепленные базы, и это если не брать в учет, что нужное им место могло быть еще просто неизвестно волшебникам Нового света, а то и вовсе Гарри могли держать совсем на другом континенте. Но, даже для проведения боевой операции в четырех кольцах, совпадающих с метками американцев, нужно было согласие янки на столь крупномасштабные внедрения боевых магических отрядов на их территорию, необходимы были четыре хорошо подготовленные группы сильных, опытных авроров. А малейший сбой, мельчайшая оплошность могли привести к смерти Гарри.

На очередном собрании Ордена было решено не торопиться. Невыразимцы занялись изготовлением портключей на все известные разомкнутые антимагические кольца, начав с четырех закольцованных баз АИДа. Единственная, но собранная из элиты британского аврората группа находилась в боевой готовности и ждала сигнала. У магических Штатов было запрошено и получено разрешение на проведение одной боевой операции на их территории без указания точного места, но с условием извещения о нем за час до начала сего действа. Теперь оставалось только ждать следующего шага АИДа, а точнее - портключа. Невыразимцы гарантировали, что, проработав все варианты путей порталов, они выяснят на какой из них зачарован маггловский портключ в течение часа. А значит, через два часа после получения «посылки» группа авроров может сорваться на задание. Учитывая, что по условиям АИДа Рон должен активировать портключ в течение суток, у авроров оставалось двадцать два часа на то, чтобы вытащить Поттера живым.

В теории все выходило гладко, но нервозность в рядах Ордена, авроров и даже невыразимцев росла с каждым часом, и это несмотря на то, что Шеклболт скрыл информацию об угрозе нового пришествия Волдеморта.

Молчал Шеклболт и о сущности Гарри, и о том, кто был его сателлитом. Малфой-старший строго-настрого запретил заикаться об этом, и Кингсли согласился с ним – сейчас эта информация могла вызвать лишь дополнительное смятение и усилить опасность. Мужчины сошлись во мнении, что наилучшим раскладом будет обеспечение неведения Драко о создавшейся ситуации, и неведения всех задействованных лиц о самом Драко, как об ахиллесовой пяте Поттера.

Поэтому, вернувшись из Азкабана, Шеклболт сразу зашел к Блейзу. Парень оторвался от книги и, положив небольшой томик на покрывало, приподнялся на локте:

- Как мистер Малфой?

- Откуда ты?..

Забини слегка улыбнулся и напомнил:

- Запах, сэр.

- А… да… Постоянно забываю, - Кингсли прикрыл за собой дверь и, подойдя, присел на край кровати. – Все хорошо, Блейз. У родителей Драко все хорошо… Ты сам как?

Юноша горько усмехнулся:

- Как человек, которого бросил любимый. Вот, - он нащупал за спиной книгу и покрутил ею перед носом министра. – Пытаюсь отвлечься. Вальтер Скотт.

- Блейз, - прервал его мужчина. – Я хотел спросить… Ты… Ты теперь не хочешь посещать… Драко?

В глазах парня отразилось полнейшее непонимание вопроса:

- Не хочу посещать? Кингсли… Вы хотите забрать у меня разрешение? – непонимание сменилось испугом. – Нет, сэр, пожалуйста! Я клянусь, подобное больше не повторится! Никаких истерик! Сэр… Кингсли, не забирайте у меня возможность навещать его!

- Тихо-тихо, - Шеклболт, несколько секунд смотрящий на парня немного удивленно, наконец, приложив палец к его губам, заставил замолчать и слегка улыбнулся. – Малыш, я как раз хотел просить тебя не прекращать ваши встречи, но боялся, что тебе это будет тяжело, и ты не захочешь…

- О, Мерлин, слава тебе! – облегченно выдохнул парень и упал на подушку. – Кингсли, не пугайте меня так больше. Драко… Драко Малфой для меня намного больше, чем… чем любовник. То, что ваш Поттер отобрал у меня его тело, вовсе не означает, что сердце и душа Драко теперь так же безраздельно принадлежат ему. Друга и названного брата ваш Герой у меня не заберет. И кем же я буду, если сейчас брошу своего мальчика?.. Тем более, что его новоявленная любовь тоже куда-то запропастилась…

Шеклболт прерывисто вздохнул и едва слышно прошептал:

- Ты невероятен, Блейз… - и тут же, придя в себя, ласково сжал его пальцы. – Малыш, мистер Малфой просит сделать все, чтобы Драко волновался как можно меньше. Он уверен, что пропажа Гарри в свете начала их отношений может…

- Да, Кингсли, я знаю, - перебил его Блейз. – Драко будет переживать, напридумывает себе ворох трагедий, перестанет есть… Я знаю. Вы хотите, чтобы я его успокоил?

- Да, родной… Врать друзьям нехорошо, но… Пожалуйста, скажи ему, что с Гарри все нормально, соври, что видел его… Скажи, что он замотан, к сессии готовится…

- Хорошо, - мягко улыбнулся парень. – Только ищите Поттера быстрее, долго водить Драко за нос не получится даже у меня.

Шеклболт благодарно прижался губами к виску Блейза и воодушевленный спокойствием парня покинул комнату. Забини проводил его взглядом, улыбнулся, когда мужчина уже на пороге обернулся и напомнил о скором ужине… И, как только закрылась дверь, невербально испепелил томик В. Скотта. Меньше всего он хотел врать Драко, а врать о Поттере не желал совершенно.

***



Гарри позволяли прийти в сознание, кажется, лишь для того, чтобы насильно затолкать в него пищу. Когда он попытался, сжав зубы, объявить голодовку, появившийся в дверях Смит пообещал, что организует ему кормление через зонд. По сути, Поттера не сильно пугала такая перспектива, ему в принципе не было дела до того, что вытворяют с его телом, пока речь не шла о ритуале возрождения в нем Волдеморта. Но кормление через зонд не требовало вывода Поттера из наркотического сна, а значит, лишало его минимальной возможности на решение своей проблемы. Поэтому голодовка пока отменялась.

Он не знал, почему Аникс принесла ему лезвие, но очень надеялся, что она появится вновь, и он сможет попросить еще об одном подобном одолжении. Однако домовухи не было, или она навещала эту новую камеру, похожую на подвал хирурга-маньяка из фильма ужасов, когда Гарри лежал в отключке. Его единственными гостями теперь были магглы и Регулус Блэк, причем последний, кажется, проводил рядом все свободное время.

Помимо наркотика Поттера сдерживали крепкие кожаные ремни в нескольких местах охватывающие руки и ноги парня, проходящие по груди и даже фиксирующие таз. Гарри предполагал, что его переворачивали, мыли, брили и, возможно, даже делали массаж, когда он был без сознания, потому что несмотря на длительное нахождение в полной неподвижности, он все еще чувствовал мышцы и, вроде, не заработал ни одного пролежня.

- Ваше тело, юноша – самое ценное, что есть в этом мире, - искренне улыбался Регулус, запихивая ему в рот новую ложку овсянки. – Пока вы спали, я досконально изучил его и, поверьте, нахожусь в полном восторге! Хотя, один нюанс все же остался неизученным…

- Не утруждайтесь, - Гарри увернулся от очередной ложки. – Мой член никогда не порадует вашу задницу своим присутствием в ней, мистер… Поун.

За спиной Блэка раздался хохот беззвучно появившегося в дверях пару минут назад Смита, а мгновение спустя в его сторону полетела миска с кашей, и щека Поттера вспыхнула от хлесткой пощечины.

- Охренел, Блэк?! – явно обиделся маггл на ударивший в стену в десяти сантиметрах от его головы алюминиевый снаряд с кашей.

- Порадует, мистер Поттер, - не обращая внимания на возмущенного Смита, прошептал Регулус парню на ухо. – Но мне бы очень хотелось заранее посмотреть, как мы с ним вместе сможем порадовать его нового обладателя… Не возражаете?

Блэк, криво улыбаясь, положил ладонь на обнаженный и совершенно беззащитный перед его прикосновениями член парня. Гарри дернулся, но никаких результатов это, вполне предсказуемо, не принесло, лишь оскал Регулуса стал еще шире.

- Ну, что вы, Гарри! – ласково проворковал мужчина. – Я же не собираюсь причинять вам боль, я хочу доставить вам удовольствие… Покажите мне, где ваше тело любит ласку…

- Идите к черту, Блэк, - рявкнул Поттер и тут же онемел.

- Не люблю, когда красивые юноши ругаются во время секса, Гарри, - отложив палочку, Регулус вновь провел пальцем по вялому члену парня. – Крупный, красивый… Я уверен, что когда он встанет – это будет истинное сокровище…

Его пальцы настойчиво и придирчиво ощупывали мягкий пенис, осторожно мяли яички, оттягивали крайнюю плоть, открывая головку. Поттер бился в путах, пытаясь вырваться, но ремни держали крепко, а магию душили все еще висящие на нем артефакты.

- Мой брат ласкал вас здесь, Гарри? – улыбаясь, Регулус склонился над ним и коснулся кончиком языка уздечки, немного пощекотав, скользнул, обводя влажным теплом головку, а потом мягко лизнул отверстие уретры.

Член предательски дернулся, а парень забился с новой силой.

- Мистер Поттер, - огорченно протянул Блэк. – Если вы будете себя так нехорошо вести, я наложу Петрификус и заодно проверю чувствительность вашей предстательной… Так… На всякий случай. Вы же не желаете этого?

Видимо, в глазах Гарри отразился такой ужас, что Регулус тихо расхохотался.

- Хватит, Блэк, - раздался за его спиной суровый голос Смита. – Поиграл немного, довольно.

- Я не играю, Смит, - Регулус, не оборачиваясь, хищно облизал губы. – Я изучаю то, что скоро будет принадлежать мне.

Маггл шагнул к ним и опустил тяжелую ладонь на сухощавое плечо Блэка:

- Я сказал, хватит! – тихо зарычал он. – Вот когда будет принадлежать тебе, тогда и будешь… развлекаться. Насиловать мальчишку я тебе не позволю.

Регулус вскочил на ноги, обжег Смита полным бешенства взглядом и, схватив палочку, вылетел из помещения. Гарри с облегчением закрыл глаза и одними губами беззвучно произнес:

- Спасибо.

- Жаль, что ты волшебник… - тихо пробормотал маггл, рассматривая юношу. – Мне действительно очень жаль, парень…