Если течка начинается в школе, то...

      Утром, к превеликому сожалению, мне пришлось покинуть мирно спящего голубка. На столе я оставил ему завтрак, накрыв его металлической крышкой и оставив записку: "Разогрей в микроволновке".       В школе все прошло как обычно, правда, те альфы постоянно смотрели на меня, словно стараясь выработать у себя способность "Пронзающий взгляд", ну, или "Сжигающий". Кто их знает. Еще шептались омеги, когда я проходил мимо них. Только не сказать, что меня это как-то особенно сильно волновало.       Когда я вернулся из школы, омега еще не встал. Я узнал это по тому, что завтрак все так же стоял на столе.       "Еще спит?"       Заглянув в комнату, я застыл от увиденного. Джер лежал спиной на кровати, широко раздвинув свои ножки и быстро имея себя своими пальчиками. Мне были слышны влажные хлюпы, так как уже все его пальцы и внутренние стороны бедер были в смазке.       Я кинул рюкзак на пол и подошел к нему, он с трудом перевел на меня свой ничего непонимающий взгляд, вынул язычок и громко, протяжно простонал, ускоряя движения своими пальчиками.       - В-возьми меня... Прошу!.. - простонал он, а я резко навис над ним, ловя оба его тонких запястья в свою ладонь, прижимая их к кровати над его головой.       - Кто разрешил тебе ласкать себя? - вдруг усмехнулся я, пальцами свободной руки обводя его влажную дырочку, потирая и массируя её, но не вводя в него и одного пальца. Омега слабо подергал руками в надежде освободиться и начал быстро, отрывисто стонать, пытаясь сжать свои ножки, дабы избежать этой мучительной, сладкой пытки, но я не давал ему.       Лишь когда по щекам омеги начали скатываться слезы, когда он начал всхлипывать и выгибаться, почти плача, я позволил ему окунуться в удовольствие.       Внутри него было жарко и незабываемо влажно, двумя пальцами я нащупал его простату и нажал на неё. И тут он заплакал.       Он вырывался из моей хватки, дергался, выгибался и плакал, но я не отпустил его. Я вымучивал его до последней капли. Он испытал оргазм, но семяизвержения не последовало.       Я оставил его на кровати и вышел на кухню.       Через полчаса он пришел сам. Похоже, он вновь побывал в душе, так как его волосы еще были мокрые.       - Ты садист. Конченный. Еще чуть-чуть и я потерял бы сознание.       - Но ведь тебе понравилось, - улыбнулся я, поднимаясь и отодвигая ему стул. Он медленным шагом подошел ко мне и поцеловал меня в щеку, тихо шепча:       - Даже слишком...       За обедом мы оживленно обсуждали сегодняшний день в школе, Джер высказывал волнение насчет меня и тех отморозков, которые приставали к нему в коридоре.       - Как бы они не сделали тебе ничего плохого... - покачал он головой, а я ответил:       - Я то могу за себя постоять, а вот ты... - он покраснел.

***

      Когда наши тарелки и чашки опустели, я поднялся и быстро закинул всю посуду в раковину.       - Знаешь... Я ведь не всегда буду дома... - задумчиво произнес я и повернулся к омеге, что с любопытством, все так же томно смотрел на меня. Я продолжил: - и, чтобы решить твою проблему, я кое-что сделал.       Открыв холодильник, я достал оттуда "кое-что" и протянул ему.       - Морковка?! - удивленно воскликнул он и принял мою работу.       Это была не просто морковка; это была морковка, которой я полчаса придавал форму пениса с помощью ножа, затем аккуратно шлифовал. Толстая и крепкая, она сейчас была идеальным решением, так что я даже сзади вырезал что-то вроде небольшой ручки для омеги.       - О, господи... Я даже не знаю, что и сказать... - он поднял на меня свой взгляд. Похоже, он был растроган.       - А ты ничего не говори. Просто опробуй, - подойдя к нему, я подхватил его за подмышки и посадил на стол, становясь перед ним и расстегивая пуговицы некогда своей рубашки.       Пахло возбуждением...       - Аааааа!.. Да!.. Да!.. Да!.. - вскрикивал омега, усиленно вдалбливая в себя овощ, упираясь пятками в край стола, на котором он лежал полностью обнаженный и с раздвинутыми ножками. - Мне так приятно... Джеймс... - бормотал он в перерывах, словно пьяный, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону, шумно дыша. Морковка уже вся покрылась прозрачной смазкой и теперь легко входила в анус омеги, растягивая его. Его тонкие пальчики сжимали ручку, мои же пальцы коснулись головки его члена.       Он выгнулся в спине и раскрыл свой ротик, вынимая язычок. Я начал массировать его головку, и тут он словно обезумел. Он метался по столу, словно желая засунуть в себя морковь еще глубже, выкрикивал моё имя, расцарапывая моё запястье в кровь.       Когда он кончил, он закрыл свои глаза и тихо, одними губами, шепнул мне:       - Поцелуй меня, Альфа...