Don't cry, mercy

POV Луи       Представьте: у вас отобрали что-то очень личное, родное, мать его, самое важное, что вы почувствуете? Боль? Хм, смею предположить, что гораздо больше, чем просто боль. Она жгучая, разъедающая, пытающая, захватывающая все в голове и раскидывающая твое существо на миллион кусков. И тебе не собраться воедино, не выплыть. Никогда прежде я не ощущал такого. Я просто не привык чувствовать слабость, а сейчас, сейчас от нее никуда не деться, все попытки сохранять холодный, рассудительный настрой заканчиваются провалом, выплеском жуткой ярости, собирающей в себе всю эту гребанную раздробленность и уныние, не покидающие мою голову.       В очередной раз за последние несколько дней, прошедшие с того момента моего разговора с Маликом, я бил этого мальчишку. Просто так. Просто он бесил меня. Он был единственным, что порождало звуки и движения в этой чертовой камере, и меня это выводило. Сейчас меня выводило все, собственные мысли раздражали своей несобранностью, но я отчаянно не хотел верить, что могу так сильно поддаться эмоциям. Поэтому мне было легче считать этого сопляка виновником всего происходящего. Конечно, я бил его не все время, да и не так уж сильно. Я же не изверг. Да и к тому же, если он сдохнет, то злость мне будет вымещать больше не на ком.       Первые дни он просто молчал, плакал и терпел, пытался убежать, конечно, но в распоряжении для побега у него было всего несколько метров. А я все думал, как же долго он будет болванчиком для битья? Предпримет ли хоть что-нибудь? Хотя мне еще самого первого взгляда на него хватило, чтобы понять: он по жизни такой болванчик для битья. Как можно быть настолько бесхребетным человеком? Такое существо и человеком-то назвать тяжело. Но сегодня его поведение изменилось.       Он лежал на боку лицом к стене, прикрыв голову и сжав кулаки, так было и в дни до этого. Я стоял напротив, чуть колотя его по ногам, я размахнулся для нового, даже несильного, щадящего удара, когда он перевернулся на спину, смотря своими глазами на меня, вверх, так обреченно запрокидывая голову. И снова эти глаза. Сейчас они были очень светлые, словно святящиеся, как у младенца. Я остановил движение ноги, выжидая будет ли что-то дальше. Почему я пялюсь на его глаза, как будто это божество какое-то? Фу, твою мать, он заражает меня своей сопливостью. Чтобы избавится от этих мыслей я все таки нанес удар, и гораздо сильней, чем рассчитывал. -Перестань!- сквозь слезы выкрикнул он, резко вскакивая на ноги,- перестань, перестань!!!       Он кричал так звонко и порывисто, все повторяя одно и то же, и тут, схватив меня за рубашку, оттолкнул к противоположной стене, не рассчитав до конца свои действия, рубашку этот придурок отпустить не успел и в итоге мы вместе врезались в стену. Навалившись на меня на секунду своим хрупким тельцем, он тут же отскочил. Я уж думал с него хватит, но оказалось, что его эмоции только начали вырываться. Со всей силы он начал колотить меня кулаками, признаться, я даже не ожидал, что у него есть такие силы, тем не менее, конечно, этого было недостаточно, чтобы нанести мне реальный ущерб. И вот что странно: после всех этих действий я даже не разозлился, я был зол на протяжении всех последних трех дней, а сейчас, когда какой-то тупой сопляк по-детски колотил меня, я был спокоен, и мой разум был чист, разумен. Я улыбнулся, мне так не хватало ясности. -Почему ты улыбаешься?- все еще в порыве выкрикнул он, тут же прекращая свои удары, его губы были слегка приоткрыты, глаза мокрые от слез и полны недоумения, меня смешил его образ малыша, у которого отобрали леденец. -Ударь меня еще раз! Давай, давай, продолжай!- сейчас он уже успокоился, и видимо, оценив свои действия, понял, что я могу отплатить во много раз больнее и испугался этого. Парнишка отступил и уставился в пол. -Даваай же! Я не шучу,- как только его удары прекратились, мой мозг снова начал работать, как чертов сломанный механизм, я хотел вернуть, те чувства, хоть и не было объяснения тому, как они возникают. Но его порыв кончился, и продолжения можно было не ожидать,- ну что же ты за размазня? Блять, даже добить нормально не можешь.       У двери послышались шаги и характерные звуки открытия, за те пару секунд, когда мне была доступна ясность, я твёрдо понял одно - нужно бежать. Надеятся мне не на кого, а соответственно выбираться из этой гребенной дыры нужно только самому. И ждать больше я не намерен, пусть их будет блять хоть десять, я сделаю все. Я резко притянул к тебе сопляка, быстро шепча ему: -С меня хватит, я буду выбираться от сюда. Не знаю как тебе, но мне эта дыра чуть наскучила.       Я улыбнулся и отступил. Сейчас будет весело. -Ну что Томлинсон, ты там ещё не подох, скотина?- их было всего двое, да и пусть их хоть миллион за дверью, мне насрать, я должен выбраться, дверь они не закрыли, из оружия только один пистолет. Проанализировав ситуацию, я понял что шансы удачно все провести действительно есть. А выхода другого уже нет - надо идти до конца.       Как только один из них отворил замок и приоткрыл решетку, я налетел на неё со всей силы, давая мощный толчок. Одного из них она пришибла, откидывая в сторону, я тут же кинулся на второго. Оружия у меня нет, расчёт только на рукопашный бой. Кровь снова заиграла в моих жилах, словно жизнь ушла с кнопки паузы и потекла резво, как раньше. Я чувствовал небывалый прилив силы. Бездействие точно не моя философия. Я не уступал ему в нашей схватке, но он занимал слишком много времени, я должен вырубить его гораздо быстрее, не стоит забывать что у другого пистолет. Давай Луи, соберись! Наконец, я врезал этому ублюдку по челюсти так, что он потерял сознание, ты заслужил это, уебок. Я резко повернулся назад, ища взглядом второго, и именно в это мгновение он открыл огонь. В этот момент произошло то, что обычно показывают в фильмах, время замедлилось, мозг перебрал сотню вариантов развития событий, как благоприятных, так и не особо. А знаете, мне даже нравится, что моя жизнь похожа на такой фильм, хотя бы никогда не скучно. И я всегда выбираюсь сухим из воды. У меня была всего пара секунд, чтобы хоть как-то отойти назад и прикрыться телом первого амбала, который, к счастью, ещё был совсем рядом со мной, не успев упасть. Я чувствовал как его тело принимает несколько пуль, прикрывая меня, и адреналин как никогда прежде бушевал во мне. Блять, но что делать дальше? Будь у меня хоть какое-то оружие. Твою ж мать. Он приближался, и достаточно быстро, все что я мог, это отступать к двери и наиболее безопасным способом искать хоть что-то годное для борьбы в карманах моего так называемого "щита". Черт, черт, черт, ну хоть что-то!!! Места больше нет, отступать некуда, блядь, некуда! Дыши, дыши, ты обязан придумать выход из ситуации. Должен. По-другому не бывает...но ситуация во всю доказывала мне обратное. Он в метре, сейчас он избавит меня от "щита". И что тогда? Импровизировать? Я способен на многое, но я не Господь Бог, чтобы останавливать пули. Твою же...       БАХ. Новый резкий звук, и град из пуль прекращается, перерастая в контрастную тишину, все это время я закрывал лицо, смотря в сторону, а сейчас повернулся, и не поверил своим глазам: ещё секунду назад стреляющий уебок лежал на полу, из черепа начинала вытекать кровь, а над ним, с какой-то чертовой табуреткой в руках стоял этот тупой, сопливый парниша. Сказать, что мои глаза на лоб полезли - ничего не сказать. Вот бы уж не подумал, что он способен на убийство. Его руки расслабились и с гулким стуком уронили табуретку. Около минуты мы просто буравили друг друга взглядами, он безумным, а я довольным. Каждая частичка моего тела пылала адреналином и энергией, мне так хорошо не было уже очень давно. Я готов свернуть горы. Теперь я отомщу каждому в этой гребанной темнице. -Поздравляю с первым убийством,- засмеялся я, облегченно отпуская свой "щит", и потирая руки. -О Боже!,- похоже до кого-то только сейчас дошло, что он сделал. Ах, да, а я и забыл почти, что он конченный плакса. Опустившись на колени, он зарыдал, что-то гулко бормоча себе под нос. Знаете, несмотря на то, при скольких пытках и убийствах я участвовал, такого плача я ещё никогда не слышал. Ну подумаешь убил, большое дело! Зато мне помог. Я хотел так и сказать ему, но все таки понял, что наврятли это поможет. Вот так всегда: мои утешения только ещё больше огорчают людей. Но я же говорю чистую правду! -Идём, у нас нет времени,- собравшись с мыслями громко сказал я, чтобы вывести его из этого потопа, он даже не пошевелился, я подошёл к нему и нагнулся к нему, к самому уху,-дорогуша, я и без тебя без проблем выйду. Так что поднимай свой зад, если не хочешь, чтобы его смерть была напрасной.       И эти слова как волшебная палочка подействовали на него, все ещё безумно и беспомощно глядя на меня, сквозь рассыпавшиеся по всему лицу влажные кудри, как тупой ребёнок, который не может выбраться из песочницы, но он поднялся. Я быстро направился к двери, надеясь, что он так же последует за мной, но этот придурок стал заплетаться в своих ногах и вообще теряться в пространстве, как после пьянки. Черт. Я же могу оставить его, просто оставить и все. Никаких проблем, так будет в миллиард раз легче. Я ещё раз посмотрел на него, он просто стоял смотря куда-то через меня. Блядь, он, можно сказать, все таки мне жизнь спас только что. Матерясь на себя вслух и даже злясь, я крепко схватил его за руку и потащил, нет, поволок за собой. Будет сильно мешать, оставлю у первого поворота.       Теперь, когда проблема с первыми охранниками на нашем пути была решена, оставалась ещё несколько: во-первых, как много здесь охраны, во-вторых, как много расстояния нужно преодолеть, чтобы выйти наружу, и самое главное-куда идти. Будем надеятся, коридоры тут не по принципу лабиринта. Через пылающую руку парнишки я ощущал как бешено бьется его сердце, так пульсирует, что сейчас вены треснут. Боже, что же так беспокоится то?       Мы прошли уже пару коридоров, я аккуратно открывал двери, выставляя вперёд пистолет, который конечно же взял с собой. Перед нами появилась новая дверь, отличающаяся от других, железная, с кодовым замком. Так, пора вспомнить свои навыки программирования. Ввожу первый код, который приходит на ум, горит красный свет и резкое дребезжание замка. Неверно. Замок не вешают на двери в бесполезные комнаты или двери выводящие на улицу. Давай же, я должен открыть его. Ещё около пяти раз раздаётся оповещение о неправильности набранного кода, твою же мать. Парнишка нервно слоняется рядом, каждый раз морщась от красного цвета. Блядь, да открывайся же! Не выдержав я ударяю по коробке с кодом пистолетом, и чудесным образом это срабатывает. Я всегда знал, что жутко везучий.       А вид за дверью радует ни чуть не меньше. Это лес. Шумящий множеством листочков, ярко изумрудный лес. Это улица, это свобода. Побег почти совершён. Надеюсь у них нет караула по периметру. Перед нами дорога в метров шесть, а дальше - кусты. Нужно всего лишь преодолеть это небольшое расстояние. Теперь я уверен - свобода у нас в кармане, я уже чувствую порыв свежего воздуха, которого мне так сильно не хватало в этих жутких темницах. Теперь они навсегда позади, я никогда не вернусь в них, а все люди, причастные к моему заключению ответят за все. Парнишка неуверенно смотрит на меня. -Бежим!- командую я и со всей силы устремляюсь вперёд. Я чувствую порыв ветра, шум шелестящих деревьев, и победный настрой разрастается внутри меня. Я всегда добиваюсь того, чего хочу. И никакой отец мне для этого не нужен. Стоп. Выстрелы, снова выстрелы, оборачиваясь назад, вижу на крыше здания пару стрелков. Нас поливают градом пуль, но до гребанного укрытия осталось всего пара метров. Слишком уж они хреновые стрелки. Малика нужно лучше выбирать киллеров, эти совсем ничего не умеют. Оборачиваюсь ещё раз, чтобы посмотреть бежит ли ещё наш хромоножка, странно как его ещё не задело, но он бежит рядом. Ещё раз смотрю на стрелков и кричу, что есть сил: -Вы в пролёте, ребятки!- И тут я чувствую её, жаркую и молниеносную, смотрю вниз и не могу поверить в это, судорожно брожу глазами по телу. Нет. Не может быть. Не может. Я чувствую её каждой клеточкой тела. Пулю. Пулю где-то глубоко во мне.