Потерять жизнь

Как бессонница в час ночной Меняет, нелюдимая, облик твой, Чьих невольница ты идей? Зачем тебе охотиться на людей?

Я проснулся среди ночи, неожиданно, резко. Сердце учащенно билось, выпрыгивая из груди и заставляя воздух в легких ходить быстрее. Что-то снилось, что-то страшное, и теперь совершенно неясное, но это был первый раз, когда я вот так подскочил в кровати. Я глянул на вторую половину кровати и обомлел – Хинаты не было. Руки сами собой опустились к тому месту, где спала моя девочка. Холодная простыня, здесь, по крайней мере, уже час никто не спал. В душе опять зашевелились темные тучи, опять настало время случиться буре. Выскочив из кровати, я как можно быстрей оделся, и на всякий случай, осмотрел квартиру, вдруг, она все же дома. Как я и думал, вокруг пустота. Захлопнул дверь, пробежал три этажа, и в лицо дунул ветер. Ночью стало прохладно и необыкновенно темно, даже очертания домов еле видны. Куда идти? В «Минор», больше не знаю, где искать. Наверное, на скорости света, я долетел до дьявольского убежища, и хотел уже вломиться, но передумал, могу сделать только хуже. Оббежал здание вокруг, нашел черный ход. Оказался заперт, причем на качественный замок. Возможности попасть внутрь, нет. Ждать – это пока самый подходящий вариант. Я спрятался за углом здания, откуда можно видеть вход, и следил за любым движением. Прошел примерно час, прежде чем оттуда вышли двое. В густой темноте, плохо видно, кто это, но по голосам, я узнал в них Хинату и Учиху. Руки сжались, глаза потемнели, кровь взбурлила в моих жилах. Ненависть к этому дьявольскому отродью, безоговорочно вселилась в меня, при первом же признаке его присутствия. - Тебе ясна твоя задача? – спросил каким-то чрезмерно ласковым тоном Учиха, и кажется, прикоснулся к Хинате. - Да, хозяин. – Боже, сколько механики и бездушия в этих двух словах. Хината так не говорит, у нее низкий мелодичный голос, как у райской птицы. Это будто чужой человек сказал. - Хорошая девочка. – Учиха снова коснулся ее, и мне захотелось выпрыгнуть из-за угла и избить его до полусмерти. Размазать красивую харю, чтоб ни одного чистенького места не осталось. Хината направилась в мою сторону, и даже походка у нее была ненормальная, без женского изящества и грации. Будто балласт за собой тащила, который упорно сопротивлялся. Я сильней прижался к стене. Она прошла мимо. Я глянул на Учиху, тот стоял в темноте и дымил сигаретой. В черноте, я отчетливо увидел два горящих глаза, как у кошки. Сколько же зла в нем? Сколько порока? Я моргнул, и его уже не было, остался только сизый дым, разрывающий темноту. Не боясь больше попасться ему на глаза, я поспешил за Хинатой, благо, она еще не далеко ушла. Шел не спеша, держал дистанцию. Я намеревался узнать, что за задачу на нее возвесил чернокнижник. Так, мы добрались до сквера борцов революции. В мрачной тишине слышны только шаги Хинаты, мои и легкий отголосок чьих-то разговоров. Но до людей, кто бы они ни были, еще прилично идти, а моя девочка, шла конкретно к ним. Что происходит? Что она собралась делать? Раздался крик, эхом обошедший всю округу и затерявшийся в шорохе листвы. Я рванул быстрей, похоже, я успел потерять Хинату из виду, а она уже дошла, куда хотела и видимо, сделала тоже. Добежал. Увидел. И захотелось умереть… Над скамьей горел одинокий фонарь, благодаря которому, я смог увидеть это… Но лучше бы не видел, никогда, ни при каких обстоятельствах. Этот момент – камень моей жизни, такой ободранный, сбитый с краев и очень тяжелый. Лужи крови. Два израненных тела парня и девушки, не подающие признаков жизни, глаза их раскрыты в немом изумлении и посмертном крике. Сколько у них ножевых ранений, я не считал, но с уверенностью мог сказать, достаточно много. Над ними, с окровавленным ножом в руке, застыла не моя девочка, а «кукла колдуна». Ее лицо ничего не выражало, никаких эмоций, ни страха, ни ужаса, ни сожаления. Просто ничего, будто в ней, нет жизни. Я даже представить такое себе никогда бы не смог. Чтобы мой ангелочек, был способен на убийство, да столь жестокое. Нет, ни за что. Она на такое не способна. - Хината! – я не выдержал и закричал. – Что ты наделала?! Она не обратила на меня внимания, а продолжала свое бессмысленное занятие – изучение мертвых растерзанных тел. В этом был, словно ритуал какой-то. Опять же, я ничему не могу дать объяснения. - Хината! – я достал из-под футболки крестик и, расстегнув замочек, снял с шеи. – Погляди на мой крестик! Он способен в тебе что-то изменить? Хината не смотрела, но я сам поднес крест к ее глазам, чтобы хорошо было видно. - Что ты в нем видишь? Ответь мне. – Я взял ее руку, свободную от ножа. Почувствовав кровь, невольно поморщился, но руку не убрал. – Хината ответь! – мой адски-усталый голос разорвал тихое поскуливание ветра. В ее глазах появилась некая осмысленность, но кукольность тела не исчезла, видимо заклятие, уже сложно сбросить с плеч. Ее губы беззвучно двигались, не выпуская ни одного слова на волю. Мысли в клетке, за большим цементным забором. - Хината, этот крестик, ты мне подарила, помнишь? – в моих глазах наметились слезы безысходности. – Ты сказала, что душа попросила тебя, сделать мне этот подарок! Скажи, ты помнишь его… меня? – я, что есть сил, сжал ее руку. - Я… я… а… - слова ей не давались, будто вырвали все голосовые связки. – П..ом..ню. Слезы, наконец, вырвались из моих голубых глаз, омывая лицо солеными потоками. - Возьми его в руку. – Я опустил крест к ее руке, которую сжимал, а теперь выпустил. – Почувствуй его. Крестик легко расположился в мягкой ладони, поблескивая в свете фонаря. Я смотрел в ожидании, что будет, что измениться, ведь что-то же должно произойти. Надежда порхала в душе. Потерянные глаза долго изучали вещицу, пропуская ее через себя, пропитывая ее чужой кровью. - Хината, ты что-нибудь чувствуешь? - Я не… не… - Ее рука резко поднялась, и крест улетел в кусты. Я с грустью, смотрел ему вслед. – Мне он не нужен! Эти слова, она смогла проговорить четко и ясно. Полностью, отталкивая мои надежды прочь. - Детка, почему? - Отвали от меня ничтожество! И толкнув меня, грубым ударом, она побежала прочь от меня, и от места преступления. Я успел лишь заметить, как блеснули ее глаза при ударе, также как у Саске Учихи. Это конец, видимо я проиграл и все бесполезно. А она правильно сказала – я жалкое, глупое ничтожество, не способное защитить родное. От автора: Что ж, приближается окончание этой истории, осталось совсем немного. Буду рада услышать ваши отзывы, дорогие читатели!