12 городов

Флоренцию Магнус любил. Это становилось очевидным к концу дня, когда они возвращались в отель, и Алек падал в кровать, не чувствуя под собой ног. До этого города Алек и не подозревал, что нефилима можно вымотать прогулкой. Не гуляли те нефилимы с Магнусом! В первый день Алек кое-как справился своими силами. На второй — втихаря вывел руну выносливости — как знал! — на этот день пришлось четыре палаццо, три музея, две базилики и три церкви. На третий их было еще больше… Магнус с энтузиазмом, несвойственным ему в начале путешествия, протащил Алека по всем значимым туристическим местам Флоренции, давая поблажку только на время сиесты. Да, сиесту Алек оценил, без нее он, пожалуй, не выжил бы. — Все-таки очень жаль, что ты не был здесь до наводнения, — заметил Магнус, потягивая кофе. — Здесь было столько чудесных вещей, которые я мог бы тебе показать… — Наводнения? — переспросил Алек, сначала мысленно поблагодарив стихию за избавление от очередной порции экспонатов, а потом упрекнув себя за черствость. — Не слышал о нем… Давно это случилось? — Не очень, — Магнус по-кошачьи прищурился и добавил. — В шестьдесят шестом… Алек сделал вид, что поглощен своим кофе. Что ж… Наверное для Магнуса это действительно было не таким уж и заметным сроком, но для Алека, отцу которого в шестьдесят шестом было меньше года, а матери не было даже в проекте, от этого в очередной раз стало не по себе. — И с тех пор ты сюда не приезжал? — догадался Алек. Магнус кивнул. Солнце отразилось в его очках и на мгновение ослепило Алека, а потом также ослепительно блеснула улыбка Магнуса. — Так приятно видеть, что здесь мало что изменилось! Пойдем, я покажу тебе еще одно место… Алек поставил чашку на блюдце и положил рядом деньги. После поездки в Осло Магнус слегка сдал позиции и позволял ему оплачивать хотя бы пустяковые покупки. Алек не заблуждался на этот счет, вряд ли Магнус действительно уступил, скорее — пережидал какое-то время, но ему это все равно нравилось. Приятно знать, что никто не будет смотреть осуждающе, когда ты сам платишь за свой кофе… — Когда-то я жил тут неподалеку, — сказал Магнус, сжимая в своей руке ладонь Алека. — Возможно, мы могли бы уговорить нынешних хозяев пустить нас туда пожить на денек-другой… Там была совершенно чудесная спальня с камином… Магнус снял очки и лукаво посмотрел на Алека. — Мы будем сидеть у огня, всю ночь жарить хлеб и зефир, а когда ты начнешь засыпать, мы устроимся прямо у камина, на полу. К черту кровати, в самом деле, что ты кроватей не видел?.. — Магнус, — засмеялся Алек, переплетая их пальцы. — Ты неисправимый романтик… ты еще предложи для меня на рояле поиграть! — А ты что-то имеешь против роялей? — усмехнулся Магнус, и Алек чуть было не ответил, что против роялей он имеет Джейса. Пока тот не научился как следует играть, Алек переслушал такого, что вряд ли могло привить любовь к музыке, а вот отвращение — запросто! — Да нет, — пожал плечами он, послушно сворачивая за Магнусом на очередную улицу. — Играй, пожалуйста… Но выражение лица Магнуса уже дало ему понять, что игры на рояле не будет. И что спать у камина им не придется. И что камина, в общем-то, уже нет… Магнус смотрел на новенькое здание торгового центра со смесью обиды, разочарования и потери. Прошлое Магнуса, кажется, настигало их со всех сторон… Алек сжал руку Магнуса крепче, и тот посмотрел на него, растерянно моргая. — Прости. Кажется, я поторопился с планами на ночь… — Все нормально, — торопливо ответил Алек, стараясь, чтобы его слова звучали как можно беспечнее. — Что я, каминов не видел, в самом деле? Магнус медленно кивнул, и у Алека снова защемило в груди. — Все-таки эти туристические города слишком быстро меняются… «Города меняются, а ты остаешься все таким же» — подумал Алек, не решившись произнести это вслух. Честно говоря, он вообще не знал, что сказать. Что говорить, когда близкого тебе человека ранят вещи, о которых ты не имеешь понятия? Сколько раз Магнус возвращался к памятным местам и не находил там ничего, что было ему дорого? Сколько раз ему приходилось начинать все с начала? Алек подумал, что ему пришлось бы собирать себя по кускам, если бы он, хотя бы однажды, оказался на месте Магнуса. А еще он понял, что в своем сверкающем мире Магнус вовсе не так беззаботен, как показывает, и под масками, которые он так любит на себя примерять, он просто прячется от неизбежной боли. «И я когда-нибудь тоже умру, — Алека воспитывали с этой мыслью с детства, но сейчас он впервые понял, что для Магнуса это будет очередным кошмаром наяву. — Я умру и оставлю его одного…» Это была страшная мысль, но сегодня Алек не мог позволить себе раскиснуть. Сегодня он должен был стать для Магнуса кем-то, кто удержал бы его здесь и сейчас, не позволил утонуть в прошлом, кто защитил бы от ранящих воспоминаний. Кем-то, кто был ему просто нужен, в конце концов… — Пойдем, — потянул он Магнуса за руку. — Здесь найдется бар? Я бы выпил чего-нибудь… Это было первое в жизни Алека похмелье, и он бы дорого заплатил за то, чтобы избежать этого печального опыта. Нет, с ним случались вещи и похуже, взять хоть тот день, когда его чуть не убил Аббадон, но то были будни сумеречных охотников, а похмелье — результат собственной глупости. — Зачем было столько пить? — простонал он, пытаясь открыть глаза. Солнечный свет, льющийся из открытых окон, резанул по глазам, что усилило и без того не слабую тошноту. Алек сжал зубы и кое-как сел, а потом, набравшись мужества, снова открыл глаза. По крайней мере, они с Магнусом находились в отеле — это давало надежду на то, что куролесили они не очень бурно. Однако, это был определенно не тот отель, в котором они остановились раньше, что делало полученную надежду очень слабой. Магнус лежал рядом с ним, в трусах, футболке и кедах, прикрывая голову подушкой. Надежда на то, что все было прилично, умерла в муках, когда Алек увидел у него на бедре следы от зубов. — Не поверишь, родной, — голос Магнуса из-под подушки звучал глухо. — Я думал о том же… Он застонал, перевернулся на спину и откинул подушку в сторону. Алек обнаружил еще два следа от зубов на его животе и совсем затосковал. Выглядел Магнус так, будто им помыли пол: футболка измята и надорвана у ворота, волосы всклочены, а тушь размазалась вокруг глаз, превратив Магнуса в подобие бешеной панды. — Боже, — с упреком уставился в потолок он. — Почему за столько лет я не научился это лечить? Хотя бы морской свинкой… Алек судорожно сглотнул. Хоть какое-то преимущество перед Магнусом у него было. Если только он не посеял стило… Алек кое-как дотянулся до своего рюкзака, валяющегося на полу у кровати, и понял, что это его день. Стило спокойно лежало во внутреннем кармане. Руки у Алека тряслись так, что иратце удалась только со второй попытки. Зато, когда она вспыхнула золотым, Алек почувствовал, как головная боль начинает проходить, и облегченно откинулся на кровать. Лежать почему-то было не очень удобно — спина саднила так, будто Алек проехался по нестроганым доскам. — Жаль, — выдохнул Магнус, легко коснувшись шеи Алека. — Я давно не видел ничего красивей этого... Алек почувствовал неладное, с подозрением подошел к зеркалу, висящему на противоположной стене, и остолбенел. Вся шея была в багровых засосах. Алек увидел засосы, уходящие под ворот футболки и, оттянув его, убедился, что только шеей Магнус не удовлетворился. — Ангел! Ты превратил меня в леопарда! — возмутился он. — Тебе нравилось, — вздохнул Магнус, с сожалением наблюдая, как бледнеет кожа Алека, — ну, в процессе... Алек немедленно покраснел и, поведя плечами, смутно догадался, почему так саднит кожа на лопатках. Кажется, нравилось не только ему. В процессе... Магнус тем временем наколдовал себе стакан воды и пузырек с таблетками. — Все-таки зря примитивных недооценивают, — сообщил он Алеку, растворяя таблетки в воде. — Из-за отсутствия рун и магии им приходится быть на редкость изобретательными. Вот это чудесное средство, например, спасало меня не один раз… — Когда рядом не было морской свинки? — уточнил Алек. Магнус фыркнул в стакан и, допив, поправил: — Когда Катарина отказывалась меня лечить. Алек не знал, кто такая Катарина, но был не в состоянии ревновать. Пока он думал только о том, чтобы попасть в ванную, умыться и избавиться от гадкого вкуса во рту, как будто он поужинал древаком. Он заглянул в ближайшую дверь. Да, это был определенно его день. Алек наклонился к раковине и принялся жадно пить холодную воду прямо из-под крана. Вместе с иратце это практически привело его в форму, по крайней мере, теперь он мог более-менее сносно соображать. Правда, и вопросов прибавилось… — Магнус, — спросил Алек, не выходя из ванной, обнаружив в ней один интересный предмет. — Я нашел килт. Можешь это как-нибудь объяснить?! — Я в трусах! — отозвался тот. — Под килт не надевают трусы, значит, это твое! Алек с опаской расстегнул ширинку джинсов и обнаружил, что Магнус, кажется, был прав... — О боже, дорогой, — простонал Магнус, доковыляв до ванной и прислонившись к косяку. — Ты же не оставишь меня с мыслью о том, что я не помню тебя в килте? Кстати, трусы на мне — твои. Вернуть? Алек представил себя в килте, и Магнуса возвращающего ему трусы, и решительно застегнул ширинку. Разврата для его психики было и так многовато. — Оставь, — твердо сказал он. Магнус в ответ только вздохнул. Судя по его лицу, он даже с похмельем готов был… вернуть. — Значит, не наденешь? — Ты и так видел меня «леопардом» в килте! — возмутился Алек. — Не издевайся! «И не только видел» — добавил Алек уже про себя. Магнус посмотрел на него исключительно печально. — Но я же этого уже не помню… Алек этого тоже не помнил. Он вообще помнил только, как они пришли в какой-то бар, и Магнус уговорил его начать дегустировать местные вина. Вин было много… А потом они пошли гулять, добрались до садов Боболи, где Алек сам предложил Магнусу сфотографироваться в венецианском плаще и шляпе гондольера… — Ангел! — простонал Алек. — Надеюсь, ты не отправил фото в килте Джейсу?! Он метнулся было в комнату, но Магнус опередил его, приманив телефон магией. В следующую секунду лицо у него огорченно вытянулось. Фотографии в килте, к большому облегчению Алека и разочарованию Магнуса, там не оказалось. — Ну вот, даже на память не осталось, — кинул он телефон Алеку, и тот чуть было не пообещал как-нибудь примерить килт, чтобы утешить его, но вовремя одумался. — Я уломал тебя на килт и не помню это… — А что ты помнишь? — Помню, как мы гуляли по Паучьей тропинке, — мечтательно сказал Магнус, ложась на кровать и заводя руки под голову. — Ты такой раскрепощенный, когда выпьешь, Александр… Паучью тропинку — аллею в саде Боболи Алек помнил довольно смутно, но и этого хватило, чтобы заставить его покраснеть. Магнус достал откуда-то бутылку текилы и рюмку, сначала они пили просто так, а потом… Алека бросило в жар, когда он вспомнил, как слизывал соль с плеча Магнуса, как они целовались после каждой рюмки и какими горько-солеными были его губы. — А потом? — Алеку почему-то не давало покоя воспоминание о темном помещении со всполохами света. — Клуб, — мурлыкнул Магнус, перевернулся на бок и похлопал по кровати рядом с собой. — Иди ко мне, я расскажу, что ты там со мной делал… — Прямо в клубе?! — ужаснулся Алек. — Ну, там были такие хорошие отдельные кабинки… и такая громкая музыка… Алек сполз спиной по стенке, сообразив, на каком этапе попойки его шея украсилась засосами. — Ну, Александр, стоит ли так переживать? — Магнус свесился с кровати и погладил его по плечу. — Ведь это было к взаимному удовольствию… Алек закрыл лицо ладонями. Его попытка защитить Магнуса от воспоминаний, конечно, удалась, но какой ценой! — Иди ко мне, — Магнус потянул его к себе, и Алек послушно лег рядом. Магнус обнял его, и спросил, глядя в глаза. — Что тебя беспокоит? — Это было так глупо! — признался Алек. — Это было чудесно. — Но так неприлично! — Александр, любовь не всегда выражается в приличных вещах, — кошачий взгляд Магнуса успокаивал, практически гипнотизировал и затягивал куда-то вглубь зрачков. — И уж точно не всегда в умных. Иногда можно и в фонтане искупаться… — В фонтане?! Магнус засмеялся, потянулся к Алеку и поцеловал его. — Глупый… глупый… глупый нефилим… — прошептал он ему в губы. — Чего ты все время боишься? Меня или себя? Видел бы ты себя в мокрой одежде… Он повел по руке Алека кончиками пальцев, от запястья к локтю, погладил плечо и шею, большим пальцем провел по щеке. — Поверь мне, этого я забыть не смогу… — И вместо сухих штанов ты призвал мне килт, — вполголоса проворчал Алек. — И как ты только меня на это уговорил? — О, это было не очень сложно, на самом… — Магнус осекся, глядя куда-то сквозь Алека, а потом потрясенно прошептал. — Александр, я вспомнил тебя в килте! Алек снова закрыл лицо ладонями и застонал. — Давай забудем это, а? — Конечно-конечно! — сказал Магнус так быстро, что Алек немедленно понял — это навсегда останется в числе его избранных воспоминаний. И это и то, после чего Магнус оказался одет в трусы Алека и что он сам совершенно не помнил. Зато Алек помнил кое-что другое. — Магнус, — осторожно спросил он. — А то, что ты обещал показать мне Пизанскую башню на рассвете, мне приснилось или?... Магнус задумался. — Вот этого не помню уже я, — честно признался он. — Но мы ведь можем это проверить, правильно? — Пойдем ее искать? — саркастично уточнил Алек. — Нет, — Магнус поднялся с кровати. — Обычно, если я выбираю отель, то так, чтобы вид из окна был на какую-то достопримечательность и… Он подошел к окну. Помолчал немного, потом уточнил: — Ты уверен, что я обещал именно Пизанскую башню на рассвете? — Уверен, — Алека терзали сомнения в реальности воспоминания, но то, что Магнус обещал выровнять именно Пизанскую башню — мог бы подтвердить, держа в руках Миллертах. — Эм… Тогда я слегка напутал с порталами… Алек подскочил к окну и встал рядом с Магнусом. — Ну, ты же не расстроишься, что мы не попали в Пизу? В конце концов, эти два города даже начинаются на одну и ту же букву… — Пожалуй, нет, — медленно произнес Алек. Эйфелева башня, пусть и не на рассвете, тоже выглядела очень неплохо.