12 городов

В Мадриде было раннее утро — раннее по меркам Магнуса, потому что Алек был уверен, что уже середина дня, и… — И сколько можно краситься? Даже Изабель делает это в два раза быстрее. — Выпей еще кофе, — предложил Магнус. Выбор между черной и коричневой подводкой никогда не давался ему легко. Конечно, днем можно взять коричневую, но с черной глаза смотрятся намного выразительнее. — А можно я лучше брошу в тебя чем-нибудь? — Можно, — разрешил Магнус и кивнул в сторону стола, с которого еще не убрали их завтрак. — Кинь в меня вон тем круассанчиком, пожалуйста! — Магнус! — простонал Алек, рухнул на кровать и, глядя в потолок, предложил: — Может, ты просто используешь уже какие-нибудь чары, и мы пойдем гулять? — Не получится. Это все равно что пойти гулять в одних трусах, создав вокруг иллюзию одежды, а потом ты встречаешься с кем-то, кто не видит иллюзий… Не надо на меня так смотреть, я не говорил, что это происходило именно со мной. — А я что, я вообще молчу! — засмеялся Алек. Он перекатился на бок и теперь лежал на кровати, опираясь на локоть, и выглядел настолько соблазнительным, что Магнус начал сомневаться, стоит ли им идти куда-то вообще. В конце концов, эксгибиционизм не входил в первую десятку увлечений Магнуса. Только во вторую. — Так почему ты гулял в одних трусах? — Было очень жарко, — объяснил Магнус и отложил тушь. — Ну вот, каких-то сорок минут, и все. А какую рубашку мне надеть? Алек закрыл глаза. — Знаешь что, разбуди меня, когда все-таки соберешься. — Хорошо, — согласился Магнус, быстро натянул на себя первую попавшуюся футболку и на цыпочках подкрался к кровати. Наверняка Алек его слышал — в соревнованиях по подкрадыванию незаметно Магнусу вряд ли светили призовые места — но глаза нефилим не открыл и должным образом удивился, когда Магнус прижал его к кровати. — Нельзя спать на посту. А то враг коварно воспользуется этим сном и сделает что-нибудь ужасное, — промурлыкал Магнус, запуская руки под одежду Алека. — Да ты что? — очень натурально удивился тот. — А может, приведешь пару примеров, чтобы я был осторожнее в будущем? — С удовольствием! Когда они все-таки выбрались из номера, утром это время суток не назвал бы даже Магнус. Зато на улице светило солнце, изредка забегая за легкие, почти прозрачные облака. Мостовые и дома казались в этом свете почти белыми. — Итак, Мадрид, — начал Магнус тоном экскурсовода и, убедившись, что Алек смотрит больше по сторонам, чем на него, достал из воздуха карманный путеводитель. — Город расположен в центре страны и является политическим центром Испании. Численность населения Мадрида — три миллиона двести семьдесят три тысячи человек. В Мадриде нет Колизея или уникальной архитектуры Гауди, но этот город затягивает своей атмосферой, и ежегодно его посещают более семи миллионов туристов… — И откуда ты только все это знаешь. Алек обернулся. Магнус попытался спрятать книгу за спину, но не успел. — А я-то гадал, с чего ты вдруг заговорил, как какой-нибудь старый профессор! Жулик! — заявил Алек и бросился отнимать книгу. Магнус отдал ее без сопротивления. Ему нравилось сегодняшнее настроение Алека и не хотелось его спугнуть каким-нибудь неосторожным словом. — А сам ты про этот город что-то знаешь? — Ну… — Магнус честно попытался вспомнить, что он знает о Мадриде. Воспоминания были несколько обрывочными — что поделаешь, в Испании всегда умели делать хорошие вина и считали, что обед без вина — не обед. — Здесь есть храм Исиды. — Ты уверен? Мы вроде не в Египте. — Уверен, я его лично видел. Кажется, его перевезли сюда, спасая от подъема воды в озере, — махнул рукой Магнус. — Здесь его поставили в центре симпатичного бассейна, и ночью, когда включают подсветку, это выглядит очень красиво. — И мы туда пойдем? — Даже не сомневайся. А это, — Магнус кивнул на красно-белое здание, к которому они подходили, — знаменитый музей Прадо, главное хранилище местного искусства. Тут много живописи и очень приличное кафе. Алек засмеялся: — Готов поспорить, дальше кафе ты и не продвинулся. — Неправда, — Магнус улыбнулся в ответ. — Я был даже в залах с живописью. Мы там искали одну картину, чтобы… — Чтобы что? — Чтобы стащить ее и продать заказчику, — вздохнул Магнус. — Там на стене до сих пор висит иллюзия моего исполнения. Зато она не выцветает и ее не надо реставрировать… И я почти в этом раскаиваюсь! — Понятно, — Алек хмыкнул. — То есть, все эти люди, — он кивнул на группу туристов, подходящих ко входу в музей, — уже много лет смотрят не на шедевр Веласкеса или Дега, а на твою работу? Магнус смущенно развел руками. — Тогда это казалось забавным, — просто объяснил он. — А теперь идти и сознаваться как-то неудобно… — Ну, еще бы, — согласился Алек. — В общем, если на тебя кто-то кинется и попытается побить, я буду знать, что ты это заслужил. И заступаться за тебя не буду. Магнус вспомнил тех, кто мог бы хотеть его побить, вспомнил год, посчитал, и пришел к выводу, что в таком почтенном возрасте на улицах уже не дерутся. Сами и вовремя доходят до туалета — и то счастье. — Конечно, дорогой. Но я был здесь крайне мил и никого не обижал. Алек засмеялся. — Так я тебе и поверил! Слушай, а ты можешь достать мне тот круассанчик, которым я должен был кинуть в тебя утром? — Для птички, да? — сочувственно спросил Магнус. — Ну, она же есть хочет, — сообщил Алек с совершенно серьезным видом и свел бровки к переносице, пытаясь не смеяться. — Мне ее жалко. — Когда ты так смотришь, мне хочется покормить тебя, — улыбнулся Магнус и торжественно вручил Алеку многострадальный круассан. Алек отошел к «несчастной птичке» и начал бросать ей кусочки выпечки. Голубь против дополнительных калорий в рационе явно не возражал. Магнус поймал себя на том, что смотрит на Алека почти с умилением, как дедушка — на играющего в песочнице внука. «Ну нет, так не годится». Магнус пробежал взглядом по ногам Алека, от кроссовок до ягодиц, припомнил некоторые подробности прошедшего утра и прикинул, что бы хотел сделать вечером. Теперь, если бы дедушка думал о внуке подобным образом, его посадили бы, как педофила. — Хотите сфотографироваться, сеньор? — Что? — Магнус обернулся к подошедшему парню. Молодой испанец в костюме тореадора широко улыбался. — Сфотографироваться, — повторил он по-английски. — Национальный колорит, фото на память. — Хочу, — подумав, решил Магнус. — Одолжите-ка мне ваш пиджак. И вас мне в кадре не надо, а вот тот молодой человек с голубем обязательно должен туда попасть. — О, сеньор, — испанец понимающе улыбнулся. — У вас есть фотоаппарат? — Конечно, — совершенно серьезно кивнул Магнус и убрал руку за спину, надеясь, что испанец не заметит голубых искр, неизбежно сопровождающих его магию. Вообще идея с фотографиями была хорошей. Магнус даже удивлялся, как ему раньше не пришло в голову сфотографироваться вместе с Алеком. Понятно, что у нефилимов потолком технического развития был сенсор, а верхом портретной достоверности — миниатюры в кабинете Консула. И Магнус, похоже, с ними переобщался, раз проехав столько городов, до сих пор не вспомнил о фотоаппарате. Теперь у него была возможность исправить свою ошибку. Алек заметил «папарацци» только на третьем-четвертом кадре и, разумеется, сразу отвернулся. Магнус почему-то даже и не сомневался, что будет именно так. Наверняка Алеку не приходилось в приказном порядке сниматься с дедушкой, бабушкой, у рождественской елки и на коленях у Санта-Клауса, но отвращение к фотографированию было прописано у него в подсознании. — Спина вашего друга будет смотреться тоже неплохо, но вряд ли это именно то, чего вы хотите, — заметил испанец. — Точно, — с сожалением согласился Магнус, обменял фотоаппарат на пиджак и несколько евро, с видом заправского туриста повесил его на плечо и подошел к Алеку. — Сладкий мой, ты уже покормил птичку? — Практически. Тут осталась только начинка, а ее птицам вредно, — объяснил Алек. — Тогда можешь покормить остатками меня. — Какая интересная мысль, — Алек разломил круасан и честно отдал половину Магнусу. Какое-то время они молча жевали, потом Алек спросил: — А ты, правда, фотографировался на фоне музея Прада в тореадорском пиджаке? — Да, — улыбнулся Магнус. — И теперь я хочу сниматься в садах Сабатини в сари. Сниматься в чужих костюмах было весело. Магнус ради такого случая даже утащил из магазина в Дели красное свадебное сари расшитое золотом, конечно, не сказав Алеку о его целевом предназначении. С Алеком вообще оказалось достаточно легко договориться — можно было утащить сари, если пообещать вернуть его на место после примерки, можно было рассказать про украденную картину и не получить за это удар клинком серафима, а за закрытыми дверями отеля Алек вообще становился на редкость сговорчивым. Вот только переодеваться, пусть даже ради снимков, в оригинальную одежду он категорически не желал, и Магнусу пришлось довольствоваться тем, что Алек вообще согласился с ним сфотографироваться. Потом Магнус изображал какое-то подобие индийского танца, Алек хохотал, растянувшись на газоне под табличкой «По газону не ходить», и все было прекрасно до того момента, как у него зазвонил телефон. Алек посмотрел на экран, потом на Магнуса, и тот понял по его смущенному выражению лица, что звонок был от Джейса. За пару недель Магнус успел основательно отвыкнуть от его присутствия в жизни Алека, и сейчас воспоминание о блондинистом наглеце неприятно его кольнуло. — Не ревнуй, — успел шепнуть Алек, прежде чем ответить на звонок. — Я решил, что ты уже достаточно по мне соскучился и решил позвонить, — донесся из трубки жизнерадостный голос Джейса. Легко сказать — не ревнуй! Алек виновато посмотрел на Магнуса и ответил неопределенно: — Ага. — Спасибо руне парабатай, если бы не она, я бы уже решил, что твой колдун тебя… превратил во что-то сильно неразговорчивое… Магнус решил, что уже услышал больше, чем ему хочется, и собрался было отойти, когда ответ Алека заставил его передумать. — Я же звонил не так давно. О разговоре Алека с Джейсом Магнус был не в курсе. И вроде бы он не таился и никогда не прятался с трубкой, но… настроение у Магнуса от этого начало стремительно портиться. — Изабель, а не мне, — уточнил Джейс, и Магнус повеселел. Ненадолго. — Я передавал тебе привет. Магнус едва не фыркнул, борясь с желанием отобрать телефон у Алека, который оправдывался, будто был в чем-то виноват. Магнус так увлекся, перебирая варианты того, что можно сделать с телефоном, что даже отвлекся на какое-то время, но потом реплика Алека вернула его на землю. — Слушай, не издевайся, со мной действительно все в порядке. Не удержавшись, Магнус наклонился к уху Алека и пропел в трубку. — Мучаю его и истязаю… — Ух ты, — хмыкнул Джейс. — Расскажете в подробностях? — Нет, — прошипел Алек, строго глядя на Магнуса. — А покажете? — А ты это переживешь? — Магнус не отказал себе в удовольствии поддеть Джейса, но мерзавцу все было как с гуся вода. И Магнус только зря получил пинок в лодыжку от Алека. — Не покажем, — смущенным и сердитым Алек был так хорош, что Магнус практически простил ему этот пинок. — Да ладно, Алек, чего я у тебя не видел? — пренебрежительно заметил Джейс и, насладившись тишиной в ответ, довольно изрек. — Не буду вас отвлекать. Можете продолжать свои истязания. Поганец. Ну, оставалась надежда, что какой-нибудь шустрый демон пришибет его до возвращения Магнуса в Нью-Йорк… Алек побагровел настолько, что Магнус даже не стал расспрашивать, при каких обстоятельствах Джейс имел счастье увидеть все, что ему видеть не полагалось. Может, и не видел, в самом деле, а так — дразнил. Магнус предпочел не уточнять. Вечером Магнус вспоминал все, что знал о современной технике. Не то чтобы он ее не любил, наоборот, он считал, что она делает жизнь весьма удобной. Но многие вещи ему просто не требовались, и в тех редких случаях, когда предмет все-таки требовался, приходилось изучать все буквально с самого начала. В этот раз он хотел скопировать снимки из фотоаппарата на телефон. Причем телефон принадлежал Алеку, и действовать надо было быстро, пока тот плескался в душе и ничего не видел. Магнус не считал себя ни мстительным, ни ревнивым. Но были вещи, которых он не прощал. Фотографии скопировались на удивление быстро и как раз туда, где Магнус их и хотел сохранить. Значит, сама судьба была на его стороне. Он выбрал из фотографий в сари ту, что получилась получше, еще раз полюбовался на то, как Алек, смеясь, обнимает его за плечи, пожалел, что не удалось натянуть сари и на Алека, и нажал «Отправить». Наверно, где-то в Америке Джейс должен был свалиться с кровати. Или с Клэри. Или на чем он там лежит. Магнус успел вовремя. Едва он положил телефон на место, как Алек вышел из ванной. Магнус притянул его к себе за пояс махрового гостиничного халата и поцеловал в шею, собирая губами с кожи капельки воды. — Что? — засмеялся Алек. — Только не говори, что ты успел соскучиться. Меня пятнадцать минут не было. — Успел, — выдохнул ему на ухо Магнус. И тут этому ходячему проклятью, Джейсу, наконец, пришел в голову ответ. Алек подхватил телефон, прочитал смс, и по его в секунду изменившемуся лицу Магнус понял — мучить и истязать сейчас будут его. Алек проверил отправленные сообщения и раздраженно спросил: — Вот, что ты успел, да? Доволен? По его щекам ходили желваки. Магнус почувствовал раскаянье, он, и вправду, заигрался и не учел мнения Алека. А следовало раньше понять, что он будет против. — Прости, — Магнус выставил вперед ладони. — Ну, хочешь, я сотру ему память, когда мы вернемся? «А заодно и о том, что он тебя видел… всяким» — добавил Магнус про себя. — А мне ты тоже сотрешь? — огрызнулся Алек и это совсем, совсем не было похоже на шутку. — Александр… — Что? — в голосе Алека отчетливо звучал металл. Магнус сел на край кровати, уставившись в пол. Прекрасно. Лучше не придумаешь. Он смог довести Алека дважды за неделю… — Прости, я не подумал, что это тебя расстроит. Я просто… Магнус закрыл глаза, понимая, что сейчас Алека устроит только честный ответ. И то, что Магнус будет чувствовать себя при этом круглым дураком, будет вполне справедливо. — Просто эта фраза, что он видел тебя всяким… Алек промолчал минуту, не меньше. Когда Магнус все-таки поднял на него глаза, тот стоял, скрестив руки на груди, и будто ждал этого взгляда. — А о том, что я тоже видел его всяким, ты не подумал? Битым, голым, с девчонками… — С девчонками? — Магнус уцепился за это, как за спасение. — Заставал пару раз, — Алек скривился и сел рядом. Магнус старательно отвел взгляд от разъезжающейся полы халата. — То еще зрелище было… — Ну, — осторожно произнес Магнус, — может, будем считать отправленный снимок справедливым возмездием? Ты увидел его в непотребном виде, он — нас… Алек помолчал еще немного, снова заставляя Магнуса занервничать. А потом принялся перелистывать в телефоне фотографии с Магнусом в пиджаке тореадора. — Что ты делаешь? — Отправляю сообщение, разве не видно? Алек посмотрел на него и счел нужным пояснить: — Ведь фотография была только одна, а Джейса я застукал два раза… — Александр, ты потрясающе справедлив! — с чувством сказал Магнус, обнимая и заваливая его на спину.