Ашикаби-(полу)ангел

      Вентиляторы компьютеров тихо шелестели, а от огромного количества вычислительной аппаратуры в комнатушке Мацу было душновато, несмотря на то, что здесь работал и кондиционер. Однако температура не причиняла неудобств ни привыкшей к ней Мацу, ни Хомуре — секирей огня, — ни Мие — секирей, которая являлась, по мнению посвящённых в её природу, сильнейшим существом на планете и точно могла позволить себе не обращать внимания даже на такие некомфортные условия.       Мацу хихикала, неспособная остановиться, и смех её с каждым мгновением становился всё более нервным, Мия же и Хомура мрачно молчали.       — Это всё, что ты можешь нам сказать, Мацу-тян? — наконец прервала хихиканье разрумянившейся девушки Мия.       — Ну Мия-тан! — мгновенно возмутилась та, надувшись. — Это же не личное дело, а всего лишь карта-пропуск! Я что же, по-твоему, из воздуха информацию беру или из ноосферы? Я и сервера МБИ только потому регулярно взламываю, — назидательно подняла она палец в воздух, — что оставила там кучу дыр и закладок для себя, пока у меня прямой доступ к ним был. Я же не могу своими способностями дотянуться через десятки километров. Только не в городе, пересыщенном всякими приборами и электросетями. — Закончив свою речь, Мацу извинительно улыбнулась и потупила взгляд.       — Тогда откуда ты взяла не только имя, но и звание, и то, что у Рэй-тян есть разрешение на оружие, и дату её рождения? — резонно спросила Мия.       — Ну, смотри сама, — Мацу увеличила размер шрифта на экране. — Вот: «MilRnk:UN2dLt:Sci» явно означает, что Рэй-тан — младший лейтенант какого-то научного отдела ООН, если я правильно понимаю, что значит «UN»; «BrthDt:300301:000» — это дата рождения; «PslWpn:SmAuto:001» скорее всего означает, что у неё есть личное оружие; «AmmLim:HlwP40:012» значит, что больше двенадцати патронов ей не выдают.. наверное. Кстати, «PslVhl:NonDef:000» практически наверняка означает, что личного транспорта у неё нет, а «GasLim:000000:000» значит, что топлива ей не полагается.       Всё ещё угрюмый Хомура всё же не смог промолчать, переглянувшись с Мией:       — С чего ты вообще взяла, что всё это надо расшифровывать именно так? — спросил он.       — А что ещё это может быть? — искренне удивилась Мацу. — Ведь это же очевидно. И вообще, Хомура-тан, всё это слишком банально. Куда интереснее то, что такой формат данных мне раньше не встречался. Он, кстати, не только непривычен мне, он вдобавок на физическом уровне не двоичный, а троичный! Если бы ридер просто пытался считать карту, даже у меня не вышло бы ничего понять! К счастью, он у меня... особенный, скажем так, и не считывает данные, подчиняясь каким-то протоколам, а просто фиксирует при сканировании параметры электромагнитного поля. Остальное — дело техники и моей гениальности! У-фу-фу-фу! — захихикала Мацу, зловеще сверкая очками и потирая руки.       — Да-да, ты молодец, Мацу-тян, но зачем нам это? Ну троичный код, и что? — пожал плечами Хомура.       — Как это что! — с негодованием взвилась Мацу. — Да такое неслыханно для предмета вроде карты-пропуска! Троичный код вообще на земных компьютерах почти не используется. Зато на нашем корабле все системы построены на троичной логике. Экспериментальные сервера МБИ, надо сказать, тоже. Но они — экспериментальные, а здесь мы видим нечто, производимое более-менее серийно. И не компьютер, а носитель информации, который обязан читаться как минимум несколькими компьютерами!       — То есть существует какая-то организация, в которой компьютеры и карты работают на троичной логике, при том, что земные компьютеры — практически все двоичные? — уточнила Мия, нахмурившись.       — Именно, — кивнула Мацу, ёрзая и пытаясь устроиться поудобнее.       — Но наши — троичные и есть?       — Точно так.       Мия потёрла подбородок.       — Знаешь, а у меня интересная гипотеза появилась... — пробормотала она.       — Что? Что за гипотеза, Мия-тан? — девушка оживилась.       — Мы ведь не первые секирей на Земле, у нас были предшественники. И современные ашикаби — их потомки. А теперь подумайте: что мы знаем о Рэй-тян? Девочка — аномально сильная ашикаби, способная то ли приглушать, то ли усиливать зов, и её к тому же так просто не поцеловать, что тоже аномально. А ещё у неё, помимо оружия и наркотиков, есть карточка таинственной организации, карточка, предназначенная для считывающих устройств на троичной логике. Как компьютеры секирей.       На несколько секунд установилась тишина.       — Ты думаешь, что эту организацию основали потомки тех других секирей? — Глаза Мацу заблестели. — И как-то экспериментируют с нашими способностями? Но для этого нужны дзинки, а все они — у МБИ.       — Дзинки нужны для манипуляций тама и для настройки секирей, — возразила Мия. — Но наверняка генная инженерия способна на многое другое. Ты, чья стихия — информация, в любом случае знаешь об этом больше меня, Мацу-тян. Конечно, тама с помощью генетического вмешательства управлять не получится — это всё равно, что пытаться подключить душу к компьютеру. Зато для генной инженерии не нужны дзинки. А потомки тех секирей могли унаследовать высокие технологии древности, но не протолкнуть их на рынок, как это сделал Минака.       — И засесть в подполье, — добавил Хомура. — Ками-сама, это объясняет даже то, почему такая организация заинтересовалась Синто Тейто! План Секирей не настолько секретен, как хотелось бы Минаке. Знающие люди даже из открытых источников поймут, что он тут устроил.       — Это лишь гипотеза, Хомура-сан. Она не объясняет, зачем бы им посылать такого человека, как Рэй-тян, — охладила его запал Мия. — Как и того, почему они не собрали дзинки сами за столько веков, неужели не знали об их существовании? Почему никак не проявили себя на острове Камикура? Но это не значит, что мы не можем пытаться и дальше понять, что происходит. Мацу-тян, я хочу, чтобы ты извлекла из этой карточки даже бесполезную на первый взгляд информацию!       — Да тут почти ничего и нет, — вздохнула Мацу. — Ну хранятся цифры в виде текстовых символов, но это ничего не значит, просто в своё время так кто-то решил. Вот что интересно, так это то, что данные не зашифрованы. Для меня это не имеет значения, но сам факт! А ведь эта карта может являться и платёжным средством.       — Как карта МБИ? — Мия поморщилась.       — Нет, карта МБИ — это банковская карта, просто особенная. Здесь же речь идёт вообще не о деньгах, а о каких-то условных единицах. Видите код «PslAcс»? Это явно означает «Personal Account», что, в свою очередь, значит «личный счёт» на английском. А вот и баланс — «031205:GeC». Йена так не обозначается, я вообще не знаю, что за валюту так можно сократить. Кроме разве что золота, но этот вариант кажется маловероятным. Скорее всего, это какие-нибудь внутренние единицы взаиморасчета. Хотя... Возможно, это и номер счёта, мало ли. Даже наиболее вероятно. Списывать средства непосредственно с карты и на неё же начислять — чревато злоупотреблениями.       Мия, пока Мацу говорила, молча кивала в такт её словам, но когда та замолчала, вновь напомнила о себе:       — Что-нибудь ещё, с чем ты забыла разобраться?       — Ну, вот ещё имя Рэй-тан — но я уже говорила об этом. Видите? — Мацу показала на экран, где светилась строка «EmplNm:Ayana~:Rei». Мия и Хомура послушно перевели взгляд туда, а девушка, скосив глаза на монитор другого компьютера, где замерла зашумлённая картинка с Рэй гостиной, воровато облизнула губы. — И данные о самой карте. Она действительна лишь до первого января две тысячи шестнадцатого года. То есть срок её действия уже несколько лет как истёк. Странно, что Рэй-тан всё ещё держит её при себе. И странно, что ей не выдали другую. На этом всё, остались только технические коды, чьё значение без подсказки со стороны нельзя понять, и, как ни странно, эти коды двоичные. Вообще-то нам и так крупно повезло, что данные в большинстве своём читаемы. Из таблицы цифр да при нестандартном формате мы ничего полезного не извлекли бы.       — Отлично... Значит, с картой разобрались. А это что у нас такое? — протянула она Мацу металлический жетон Рэй. — Можешь что-нибудь отсюда извлечь?       — А, это? — пренебрежительно отмахнулась та. — Обычный армейский жетон. С этим не ко мне. Вещь, как ты понимаешь, по природе дубовая, служит исключительно для опознания трупа, электронике там в принципе не место.       Пожалуй, при Хомуре этого говорить не стоило. Парень резко выпрямился, бросил вещи Рэй на футон Мацу и вылетел из комнатушки, хлопнув дверью.       — Ой, — смутилась Мацу. — Кажется, я расстроила Хомуру-тан.       — Да, кажется, — сухо заметила Мия. — Потом извинишься. А пока лучше скажи: что думаешь об этом приборе? — и протянула ей аппарат СЖО контактного комбинезона Рэй.       Мацу схватила в руки «рюкзак» и, едва не принюхиваясь к нему, стала ощупывать и вертеть в руках под полным подозрения взглядом Мии.       Едва ли девушка остро нуждалась в таком ощупывании для того, чтобы сделать выводы. Но чуть-чуть помочь ей это могло. И всё же Мацу трудно было понять, зачем на самом деле она так поступает — потому ли, что это поможет ей разобраться? Или же по той причине, что это была вещь Рэй, в некотором роде — элемент её одежды?       Ведь Мацу реагировала на ашикаби Хомуры! Ещё тогда, когда та подходила к дому вместе с ним. Только в тот момент Мацу не понимала, что происходит. Она, как обычно, сидела перед экраном компьютера, увлёкшись по... познавательной информацией об отношениях полов, как вдруг — без всяких видимых причин — у неё закружилась голова, заколотилось сердце, а на душе и вовсе стало эдак легко-легко. Ей захотелось немедленно выскочить из комнаты, чтобы найти источник этих чувств, но, конечно, она не посмела. Вместо этого она сидела и наслаждалась своими ощущениями. А через полчаса те одномоментно обострились настолько, что мир словно взорвался яркими красками. Мацу от избытка впечатлений отключилась, а очнулась лишь тогда, когда к ней пришла Мия с вопросами. К этому времени реакция несколько угасла — во всяком случае, терпеть её стало возможно без значительного напряжения воли.       Мацу не могла и не хотела признаваться Мие и Хомуре с Удзуме, что реагирует. К ней и так относились несколько предвзято, а если она скажет, что Рэй — её ашикаби... Её просто к той не подпустят. Мацу ещё не успела посмотреть всю запись того, как Рэй общалась с обитателями поместья Идзумо, но то, что Хомура должен был буквально задымиться, чтобы Мия нехотя позволила ему поцеловать Рэй... Не очень-то это ободряло. У Мацу ситуация не такая плачевная и никогда не достигнет подобного кризиса. Не-ет, нужно затаиться, выжидая нужного момента. Она не боевик и не стихийщица, она не имеет права лезть на рожон и вообще не создана для этого. Её удел — сбор информации и продумывание планов.       Вот и сейчас она без лишнего риска выяснила, что главное — не забыть попросить Рэй сделать со своим «светом души» то же, что она сделала, когда окрылялся Хомура. И дело в шляпе! А с окрылением можно будет воплотить в жизнь многие планы, старательно измышляемые целыми годами. Чем Рэй особенно хороша, так это тем, что её даже не понадобится уговаривать на многочисленные «эксперименты», она с самого начала не будет возражать! У-фу-фу!       Тем не менее, сейчас у Мацу была конкретная задача — анализ прибора. И так уже Мия подозрительно косится, того и гляди обо всём догадается и начнёт рвать и метать. Поэтому Мацу сосредоточилась, задействуя свои уникальные способности.       Секирей информационного типа можно было пересчитать на пальцах одной руки. Такие секирей, как Мацу, умели управлять любой электроникой, причём как штатно — у них были потрясающая память и отличные технические навыки, — так и, в некотором роде, мистически — подключаясь к аппаратуре без участия каких-либо приборов и разъёмов. Ведь они могли заставить произвольный проводник выдать произвольный сигнал. Точно так, как и воспринять его, даже если тот никуда не уходит. Скорость же обработки ими данных не уступала компьютеру. Наверное, если между парой секирей информационного типа поместить ни к чему не подключённый колебательный контур, они смогут общаться телепатически, с лёгкостью генерируя и воспринимая речь. А может быть смогут телепатически связываться вообще с любым существом — или хотя бы такими же секирей...       ...Всё это не касалось самой Мацу.       Для неё это работало только в одну сторону: она могла лишь воспринимать электронные сигналы, а также подключаться напрямую к компьютерам. Чтобы добиться большего, ей нужно было сперва получить крылья, а возможно, что и использовать «норито» — временный разгон личных возможностей секире. Норито делает доступными новые мощные приёмы, но его можно использовать исключительно сразу после поцелуя своего ашикаби. Фактически, норито — это оверклокинг тама (ядра) секирей — средоточия их личности и сил.       Тем не менее, сейчас от Мацу требовалось всего лишь проанализировать прибор — то, что она могла и на текущем уровне своих возможностей. Штекеров под имеющиеся нестандартные разъёмы на корпусе аппарата у неё не нашлось бы, так что только к варианту прямого доступа и осталось прибегнуть. Впрочем, почему же «осталось»? Это был вполне проверенный и даже приоритетный способ, ведь пускай Мацу и не могла пока управлять электроникой прямо, она прекрасно чувствовала, как та устроена. Даже просто электрики это касалось. К примеру, девушка отлично представляла, как разведены провода в доме Мии, хотя, само собой, чувствовала их только тогда, когда специально задействовала свои способности.       Как сейчас.       Что было плохо, так это то, что если разветвление проводов и процессы, в настоящий момент протекающие в компьютерах, были вполне очевидны и понятны ей, то с медицинской аппаратурой она раньше никогда не имела дел. А возможности Мацу в бесконтактном анализе касались только электронной части, каковая в таком приборе, как СЖО, играет второстепенную для понимая его устройства роль. Мацу-то чувствовала, куда идут провода, но какая от этого польза, если она не понимала, что случится, если вдруг по ним поступит энергия или данные? Хотя кое-что смогла понять даже она.       В конце концов, чипы-таймеры — штука универсальная. А этот до сих пор...       ...отсчитывал время.       Ой.       «Стоп. Стоп-стоп-стоп. Что за ерунда? Да этого не может быть! Но Мие-тан сказать всё равно надо», — занервничала Мацу, поглядывая на строгую хозяйку гостиницы.       — Ну, что ещё? — грозно спросила та.       — Мия-тан... Ты не поверишь! Здесь встроен чип-таймер... — Мацу умолкла, пытаясь подобрать слова.       — Поздравляю, — сухо сказала та.       — Ты не понимаешь. Он всё ещё идёт!       — Какая неожиданность! — наигранно всплеснула руками Мия. — Боги решили подшутить над нами! Чип, предназначение которого — отсчитывать время, совершенно неожиданно это самое время и отсчитывает! Как нам теперь жить?       — Да я же говорю, что ты не понимаешь! Это UNIX-время!       — Троичное? — едко спросила Мия.       — Двоичное! Но дело не в этом, а в том, что таймер исправен, вот только, согласно ему, сейчас — шестнадцатое декабря две тысячи пятнадцатого года!       Тишина.       — Что, прости? — опомнилась Мия.       — Этот таймер отстаёт на пять лет, — с готовностью ответила Мацу. — Ну, на четыре полных года.       — Так... И ты считаешь, что это важно?       — Действие карты-пропуска Рэй-тан истекает в две тысячи шестнадцатом году. По-твоему, это совпадение?       — По-моему, кое-кто морочит нам голову, — заметила Мия.       — Именно нам? Кто мог знать, что Хомура-тан встретит Рэй-тан? Кто мог знать, что он приведёт её сюда? Кто мог знать, что здесь буду я?       Мия поджала губы.       — Рассчитывать могли не на нас, а на Минаку. Может быть, Рэй-тян — спящий агент.       — Тогда она слишком выделяется, — решительно отмела эту мысль Мацу. — Ничего путного такой агент не достигнет.       — Как тогда ты объяснишь эту разницу?       — У меня есть теория... Но сначала я хочу кое-что проверить. Дай-ка, пожалуйста, все эти лекарства.       — Это наркотики, — нахмурилась Мия. — И их нужно выбросить.       Но просимое она протянула.       — Ну, — Мацу поправила очки. — Для начала, это не совсем наркотики, а скорее боевые препараты, в том числе и психотропные. Шоколад, кстати, тоже их содержит; — добавила девушка к ужасу Мии, взглянувшей на невинную плитку словно на слизняка, — этот «Desoxyn» — не что иное, как альтернативное название «Первитина». Ничего нового, ещё немцы во время второй мировой войны делали такие занятные кондитерские изделия. Я, правда, думала, что подобные «пищевые добавки» нынче запрещены. Но отложим этот вопрос на потом. Сейчас меня интересует это, — Мацу ткнула пальцем в мелкий шрифт у запаянного конца шприц-тюбика. — И это. И это. И это.       Она последовательно тыкала на еле видимые буковки и сразу откладывала упаковки и шприц-тюбики в сторону.       — Ну и что всё это такое? — устало спросила Мия, массируя виски.       — Это снова даты! — торжествующе улыбнулась Мацу. — Срок производства и срок годности. Все они произведены в две тысячи четырнадцатом — две тысячи пятнадцатом годах, а срок годности лишь у некоторых истекает в этом году и позже, остальные, если судить лишь по дате, пора выбрасывать.       — Ну и?.       — Неужели ты не поняла, Мия-тан? Рэй-тан попала к нам из прошлого! — Мацу приняла пафосную позу, гордо задрав голову и сверкая очками.       — Из прошлого? — недоверчиво переспросила Мия.       — Из него.       — Мацу-тян, — Мия вздохнула. — Ты хоть понимаешь, как это глупо звучит? Может быть тысяча причин, по которым даты расходятся на пять лет!       — Ну... — Мацу задумчиво приложила палец к нижней губе. — Если тебе не нравится прошлое, то пусть будет альтернативная вселенная, в которой время течёт ина... Ай! Больно!       «Мия-тан пристрастилась раздавать подзатыльники», — горестно пожаловалась Мацу про себя. — «А ещё называет извращенкой меня!»       — У меня нет времени выслушивать твои глупые фантазии, Мацу-тян. Ты — секирей информационного типа, ну так и предоставь мне проверенные данные, а не собственные досужие измышления. Забудь о дате и найди какую-нибудь зацепку.       Пожалуй, сейчас говорила не Асама Мия, скромная домохозяйка, а секирей номер один Мия, командир первого Дисциплинарного Отряда. Мацу оставалось только подчиниться.       — Ладно, — буркнула Мацу. — Но, хоть убей, не понимаю я, чем тебе не нравится моя теория.       Она принялась споро разбирать прибор. Техническая смекалка Мацу не уступала её хакерским способностям.       Если говорить честно, то она не ожидала увидеть ничего особенно потрясающего воображение, но в действительности она заметила как минимум две такие вещи.       Во-первых, на части «рюкзака», обращённой к спине, было несколько мелких дырочек, а под крышкой напротив них оказались иголки, от которых в глубину аппарата уходили узкие трубочки, наполненные какими-то жидкостями.       Мия и сама прекрасно заметила эту деталь, но всё же спросила с каменным лицом:       — Мацу-тян? Что это, по-твоему?       — Я, конечно, могу ошибаться, но, по-моему, это иглы для инъекций. Точнее, для автоматического введения разных препаратов в кровь носителя. Наверное, что-то вроде этих препаратов, — Мацу указала на шприц-тюбики.       Мия сдержанно кивнула, и девушка продолжила демонтаж.       От краёв «рюкзака» снизу шли два кабеля, зашитые в широкие полужёсткие ремни, которые в надетом положении охватывали бы талию Рэй. Однако там, где они заканчивались, полезная нагрузка подключена не была. Наконечники, скруглённые в месте, где должны были прилегать к телу носителя, и имеющие Г-образную форму с наружной стороны, никаких энергопотребляющих элементов не несли. Даже диодов: зелёную маркировку на плоской их стороне нанесли всего лишь краской.       Вскоре Мацу поняла, зачем нужны кабеля. Проходя через наконечники, проводники изгибались в сторону носителя и расширялись. Так вот — части, обращённые к телу, не были изолированы.       О подобном Мацу где-то уже читала.       — Мия-тан? По-моему, это дефибриллятор, — со вздохом сказала девушка, предвидя бурную реакцию хозяйки.       — Что? — неожиданно спокойно спросила та.       — Ну... Дефибриллятор. Ну там, сердце запустить, если оно вдруг остановится... То есть, кто бы этот прибор ни сконструировал, он предполагал, что остановиться у носителя оно может, — спонтанно сделала Мацу вывод.       Мия пугающе улыбнулась.       — Ты не ошиблась, Мацу-тян?       — Н-нет.       Женщина кивнула и встала.       — Хорошо, — спокойно сказала она. — Пожалуй, я достаточно узнала. Да и нечего тебе оставить для анализа. Разве что пистолет? — невесело улыбнулась она. — Но я обещала Рэй-тян, что буду хранить его. Так что в следующий раз.       — Эм, Мия-тан... А нагар там, смазан... ли... — Мацу стушевалась под тяжёлым взглядом Мии.       — Это не так уж важно, Мацу-тян. И, знаешь что...       Мацу сглотнула.       — Думаю, тебе стоит спуститься к обеду. Пора и тебе познакомиться с Рэй.       «Уф!» — мысленно выдохнула Мацу с огромным облегчением. Хоть одна приятная неожиданность.       — И извиниться перед Хомурой.       Ну, не очень приятная.       — В конце концов, нужно же его хоть как-то подбодрить перед предстоящей ему уборкой.       А с другой стороны — жизнь прекрасна!