Когда выключаются камеры

Утро воскресения встретило меня серыми облаками и дождём. Самое то, чтобы лежать в постели, пить горячий чай и смотреть дорамы, но я решила не идти на поводу у меланхолии, поэтому встала и начала собираться на шопинг. Неприятный осадок после вчерашнего ещё остался, поэтому самое то сейчас будет походить по магазинам, ведь, как известно, ничто не поднимает настроение так, как новые покупки. Так, я уехала на Мёндон часов в десять утра, а вернулась, когда уже стемнело. Спустив добрую половину зарплаты, я, навьюченная пакетами, но счастливая, зашла в дверь ставшей уже родной квартиры. Мою соседку я не видела со вчерашнего вечера, но, судя по громкой музыке, доносящейся из её комнаты, она была дома. Я прошла мимо и, зайдя к себе, сгрузила пакеты в угол. Остаток вечера я решила посвятить себе любимой и привести в порядок ногти, кожу и волосы. О вчерашнем инциденте я старалась не думать, хотя время от времени мои мысли снова обращались к тому вечеру и в голове всплывали слова Чанёля и, самое ужасное, вспоминались его глаза: дикие, похотливые и горящие яростью. Надеюсь, что сегодня парень протрезвел и уже и думать забыл о своём поведении. Да, скорее всего, так и есть. Ну подумаешь, обломался разок… С кем не бывает! Приведя в порядок мысли, а также сделав масочки на лицо и волосы, накрасив ногти и разобрав покупки, я успокоилась и стала готовиться ко сну. Думаю, мне нужно просто забыть про эту «встречу» и жить, как жила и раньше. ***** Снова на работу… Нет, не то чтобы мне не хотелось туда идти, просто я – сова, и проснуться в 6 утра для меня – наказание. Тем не менее, я встала, привела себя в порядок и отправилась по привычному маршруту, по дороге купив себе холодный кофе. Завтракать не хотелось, и я решила ограничиться этим. Сорок минут на метро, ещё около десяти минут пешего хода – и я на месте. Поклонившись охраннику, я прошла в заведение, поднялась на этаж и, зайдя в свой кабинет, стала готовиться к уроку и раскладывать материалы, как ко мне в кабинет влетела учительница китайского языка, запыхавшаяся от бега. - Анна, тебе велели срочно прийти к директору! Я встретила завуча по дороге сюда, и он просил тебе передать, чтобы ты немедленно зашла к начальству. Я вопросительно подняла бровь. Наш директор - Ким Ён Сан, великолепный человек, который, собственно, и дал мне шанс работать в этой стране, хотя у него и была масса претендентов помимо моей персоны. Тем не менее, с глазу на глаз мне приходилось с ним общаться только один раз – при приёме на работу. Это немного насторожило. Не став отдаваться размышлениям, я вышла из кабинета и спустя несколько минут оказалась около нужной двери. Только занесла руку для того, чтобы постучать, как дверь открылась и из комнаты высунулась взлохмаченная голова директора. - Анна! Наконец-то, я уж хотел за тобой послать, - он отошёл с сторону, делая приглашающий жест вовнутрь. - Что-то случилось? – я взволнованно посмотрела на директора. Он ощутимо нервничал. - Случилось… Присядь, поговорим, - он прошёл за письменный стол, а я села в кресло напротив. Несмотря на дружелюбность директора, я предчувствовала, что разговор будет не из приятных. Директор сидел, нервно теребя рукой рукав пиджака. Я терпеливо ждала, пока он решится начать разговор. - Видишь ли… Вчера ко мне домой пришёл человек. И этот человек угрожал мне моей жизнью и жизнью моей семьи, - я шумно выдохнула. – Он сказал, что если я тебя немедленно не уволю, то он лишит меня должности и дома. Сделает так, что мы окажемся на помойке. Если бы речь шла только обо мне, я бы даже думать не стал, но у меня жена и маленькая дочка… Деточка, кому же ты так перешла дорогу? – с горечью посмотрел на меня мужчина. У меня внутри всё словно оборвалось. Любимая работа, ради которой я жила, столько училась, которую я обожала… Всё оказалось сломлено в один миг. - А как выглядел тот мужчина? – мой голос стал хриплым и каким-то чужим. - Лет сорока пяти, кореец, представительского типа. В костюме, - ответил директор. – Ты его знаешь? Я покачала головой. - Навряд ли. Но я, кажется, догадываюсь, кто за этим стоит… - негромко сказала я. – Ким Ён Сан, пожалуйста, простите меня, что принесла Вам и Вашей семье проблемы. Я сейчас же напишу заявление. Он грустно кивнул. - Тебе не за что извиняться. Это ты меня прости… Я сейчас поступаю очень низко, и мне, правда, очень стыдно… Честно, если бы не эта ситуация… - мужчине было очень неловко. Я мягко улыбнулась. - Всё в порядке, не переживайте за меня. Я постараюсь всё уладить и найти работу, - постаралась успокоить я добропорядочного корейца. - Я напишу тебе самые лучшие рекомендации, - тихо сказал он. – И, если тебе удастся разрешить свой конфликт, двери моей школы всегда для тебя открыты, - в его голосе я слышала горечь и сочувствие. Я написала заявление об уходе и отдала его директору, и он тут же подписал его и убрал в ящик. Затем заполнил необходимые документы и некоторые отдал мне. Вот и всё. - Ну, с Богом, деточка… Дай Бог, всё образуется и ещё встретимся, - на прощание сказал он и по-отечески обнял меня. Я с трудом сдержала слёзы. Поклонившись и покинув его кабинет, я почти бегом кинулась к себе. В школе было тихо – уже начались уроки, но в моём кабинете было пусто – видимо, детям уже сообщили об отмене занятия. Поспешно побросав вещи в сумку, я бросилась прочь из здания, и только на безлюдной улице позволила себе разреветься. Я уже почти успокоилась, когда неожиданно зазвонил телефон. Номер был засекречен. - Да, - еле слышно сказала я. - Угомонилась? – хмыкнул в трубке знакомый голос. - Ты?! – я вскочила с бордюра, на котором сидела. - Я, - явно усмехался «голос». – Ну как тебе моё маленькое представление? Признаюсь честно, не ожидал, что всё получится так быстро. Думал, директор твой крепкий орешек и не отвернётся от тебя так быстро. - Какого чёрта, Пак Чанёль?! – не выдержав, закричала в трубку я, распугав своим ором сидящих неподалёку голубей. – Чего ты от меня хочешь? Ладно я, но зачем ты запугиваешь дорогих мне людей?! – кричала я. - Хватит истерить, - спокойно ответил парень. – Ты прекрасно знаешь, за что. И ты прекрасно знаешь, что ты должна сделать, чтобы всё вернулось на круги своя, и ты вновь жила обычной жизнью, днём обучая детишек английскому языку, а вечером одевалась, как типичная шлюха и шла в клуб. - А я смотрю, ты навёл справки, - усмехнулась я, проигнорировав замечание о шлюхах. – Ну и что ещё узнал? – я изо всех сил старалась сдерживаться и не бросить трубку. - Довольно много чего, - я прямо увидела, как его губы растянулись в ухмылке, и меня передёрнуло. – И все факты сыграют против тебя. Не надейся, что можешь от меня спрятаться – у меня такие связи, что тебе и не снилось. Я тебя из-под земли достану. - Серьёзно? – пришла моя очередь усмехаться, когда я мысленно представила себе территорию Российской Федерации. – А не многовато ли ты на себя берёшь? - И если ты заявишь на меня в полицию, то там тебя тоже только и ждут, - проигнорировав моё высказывание, продолжил он. – Так что для тебя же лучше сейчас сесть в чёрную машину, которая находится в десяти метрах от тебя справа, - я повернула голову и действительно увидела притормозившую возле парка, в котором я сидела, машину. Я сжала зубы и, решившись, сказала то, что думаю. - Да пошёл ты нахуй со своими угрозами и предложениями, Пак Чанёль. Кто ты такой, чтобы я тебя боялась и бегала, как собачка? – я невесело усмехнулась. – Я никогда не буду спать с таким, как ты. Добровольно или вынужденно. Извини, но максимум, что я могу сделать для тебя, так это прислать тебе свою фотку, чтобы ты мог подрочить в туалете, - зло выплюнула я и, бросив трубку, пошла в противоположную от машины сторону, где находилось метро. Хочешь войны? Ты её получишь. Не надейся, что я тебе так просто сдамся, Пак Чанёль.