Альбинос

Маленькая шестилетняя девочка бежала, выбиваясь из сил. В её голове билась только одна мысль: «Хоть бы не нашли». Она пробиралась сквозь кустарник, надеясь сократить путь. - Сара, я тебя нашёл! – прокричал детский мальчишеский голос. - Не мог окликнуть раньше! – разозлилась девочка. – Я же в кустарник влезла, а ты меня ещё раньше заметил! Сара начала пробираться назад, но её волосы необычно-молочного цвета зацепились за веточки и никак не пускали девочку дальше. - Сара, это не по правилам! – вскрикнула девочка, подбежавшая к мальчику. – Когда играешь в прятки - нельзя бегать! - Лиза, я всё делала честно, – возразила Сара, которая выбралась из кустов, оставив там приличное количество ослепительно белых прядей – правила всегда оговариваются до игры. Никто не говорил, что бегать нельзя. - Но мы ведь не можем перечислить всё, чего нельзя делать! – воскликнула Лиза и толкнула, стоящего рядом с ней, мальчика, ища в нём поддержки. Заметив действия подруги, Сара строго посмотрела на нашедшего её мальчика и сказала: - Питер, я же права? - Ну да, – неуверенно ответил мальчик. - Питер, почему ты всегда принимаешь её сторону?! – воскликнула Лиза – Это потому что она вся белая? - Я не белая! - возразила Сара и обиженно пробубнила – Я просто не загорающая блондинка… - Сара, ты не блондинка, у них волосы хотя бы какой-то цвет имеют, а у тебя вообще они такого белого цвета, какого я никогда не видела. - Лиза, хватит. Саре же неприятно! – заступился Питер. - Да, нет. Всё нормально, – сказала Сара и потом рассмеялась - Лиз, я посмотрю, как ты будешь говорить, когда я тебя подстригу! Потом заразительный смех девочки подхватили и её друзья. На Сару никто никогда не мог злиться дольше нескольких минут. Она производила необычный эффект на людей не только своей внешностью, но и своенравным характером. А внешность у Сары и вправду была очень необычной. Её кожа и волосы были молочно-белого цвета. Волосы имели не только необычный цвет, но и спускались к её плечам красивыми волнами. Тонкая и нежная кожа девочки из-за того, что она никогда не могла спокойно усидеть на месте, всегда была покрыта мелкими царапинами и синячками. А её бледно-голубые глаза часто при свете светила казались светло-розовыми. Весёлая и задорная Сара, казалось, всегда нарывалась на неприятности, но при этом умудрялась быть любимицей всех сверстников в детском доме. Вдруг за спинами нашей троицы выросла фигура их няни. Весь детский дом был на ней одной, так как других няней хозяйка нанять не могла. Хозяйка вела только финансовые дела, а всё остальное бросала на Розу. За годы работы в детском доме Роза огрубела и разучилась любить и сочувствовать сиротам. Она была строга и требовательна к детям, а они в свою очередь боялись и не любили её. Роза приучила их называть её мадам Роза и никак иначе. - Что это вы тут расшумелись?! – грубый голос няни прозвучал как гром посреди ясного неба. - О, простите нас, мадам Роза, – Сара сразу приняла самое невинное выражение личика и заговорила ангельским голоском, – мы не хотели побеспокоить Вас. Мы сейчас же удалимся и отправимся ужинать. Роза, по неясным причинам, невзлюбила необычную девочку, с того дня, как только увидела маленький подкинутый свёрток на пороге детского дома. А её внешность и вовсе пугала няню. - Да, отправляйтесь ужинать, если ещё успеете что-то ухватить. Нельзя гулять, не зная меры, – при этих словах на губах Розы появилась злобная усмешка. – А после столовой сразу направляйтесь в спальню. Сегодня ляжете раньше. - Как скажете, мадам Роза, – отозвался Питер, и дети сразу припустили подальше от своей няни. Ужины, как и завтраки с обедами, в детском доме были скудными. Бульон с картошкой, именуемый супом, быстро исчезал в ротиках детишек. После дня на свежем воздухе дети съедали всё, что только было в тарелках. А после они расходились спать по комнатам. Одна такая спальня была рассчитана на семь – десять детей. Таких комнат в детском доме было девять. Четыре на первом этаже и пять на втором. Комната Сары была рассчитана на десять детей. Кроватка девочки находилась у окна, которое было в полном её распоряжении. Естественно дети не легли сразу спать. Все шумели, играли и веселились, пока по осеннему тусклое светило не скрылось за горизонтом, оставив вместо себя туман и чёрные тучи. Уставшие за день дети быстро заснули, а Сара всё никак не могла погрузиться в царство снов. Девочка ворочалась и так и этак, но сон всё не приходил. Далеко за полночь Сара увидела за своим окном яркую вспышку. Она сразу вскочила и открыла окно. В лицо ей ударил свежий ветер. Не смотря на то, что комната была на первом этаже, расстояние от окна до кустов под ним казалось Саре очень большим. Открывая его, девочка всегда боялась упасть, но сейчас любопытство взяло вверх над страхом. Источника яркого света не было видно. Сара уже собиралась закрыть окно, как увидела яркое пятно. Оно летело по небу и приближалось. «Это звезда, – подумала Сара, – она падает… Значит, нужно загадать желание! Я хочу… Хочу…» Дальше девочка, не удержавшись, закричала в полный голос: - Я хочу, чтобы у меня были папа и… Закончить Сара не смогла. Звезда, оказалась горящим снарядом, который приземлился слишком близко и ударился о соседние окна. От удара стекло окна, из которого высовывалась Сара, треснуло. Девочка, не договорив желания, упала на кровать, а поверх неё упали шторы, стёкла и опилки от рамы. Дверь комнаты резко распахнулась. Яркий свет ослепил ещё ничего не понимающих детей. Это была одна из старших девочек детского дома. - На нас напали маги! Быстро все за мной! Выбегаем через главный вход! Все дети в панике рванулись к выходу. Они толкались и отпихивали друг друга. И, конечно же, никто не вспомнил о Саре. Она лежала на своей кровати, придавленная весом старых штор. Первые мгновения девочка ничего не понимала, но, когда она услышала про магов, её ум резко начал соображать. Все сенарийцы с детства знают, что маги кровожадны и не щадят ни женщин, ни детей. - Подождите, – застонала Сара, в след последнему выбегающему мальчику, но как только он скрылся за дверью, в комнату из коридора проникли ослепительная вспышка и душераздирающие крики. Ужас пронзил насквозь маленькую Сару. В стрессовых ситуациях люди делятся на две категории: одних страх парализует, а других заставляет действовать. Сара же была, как раз, из второй категории. Девочка вылезла из-под обломков и шторы. Всё тело её было в кровоточащих царапинах от разбитого стекла, но Сара, не обращая внимания на боль, ухватилась за подоконник и перевалилась через окно. Она упала в кусты. Встав, Сара, было, направилась бежать к воротам – единственной бреши глухого забора, но заметила входящих в них двух магов. Прятаться от них было негде. Сара, выбежав из укрытия, помчалась обратно, к дверям детского дома. Там её настигло новое препятствие. Все, кто мог, пытались протолкнуться сквозь проход. Они надеялись найти спасение на открытом пространстве, а Сара протискивалась сквозь толпу в дом. Как только девочка оказалась внутри, она направилась в комнату мадам Розы, что была на втором этаже. Комната оказалась открытой. Внутри никого не было. Девочка знала, что маги не оставят дело не законченным, если они пришли, то не уйдут пока не убедятся что ничего, а точнее никого, не упустили. Сара плотно закрыла за собой дверь и влезла в шкаф мадам Розы. Она прижала к себе какую-то тряпицу и содрогнулась в немом плаче. На первом этаже слышались крики, стоны и странные звуки заклинаний. Сара просидела так целый час, но ей это время показалось бесконечно долгим и кошмарным. Когда всё стихло, она услышала мужские голоса. В мёртвой тишине они казались раскатистым громом. - Ну что ж, здесь мы, пожалуй, закончили. Идём дальше, Седрик. - Нам приказано не оставить стоять ни одно здание, если ты не забыл, – ответил Седрик. - А кто сказал, что оно останется стоять? Стареешь, Седрик! Мы сожжём здание и делов-то! – отозвался первый голос. - Так-то оно так, но сначала, лентяй, нужно убедиться, что живых здесь больше не осталось, – ответил Седрик. - Гуманист ты наш! – съязвил его собеседник. - О, если б я и оставался гуманистом, то никогда бы не заслужил своё положение, по которому ты, кстати, должен мне, беспрекословно, подчиняться. Выполнять! – Твёрдо отпарировал Седрик, а затем добавил. – Чтобы было быстрее я возьмусь за второй этаж, а ты за первый. И проверь всё тщательно. Сара быстро захлопнула шкаф мадам Розы изнутри, но он оказался очень старый и даже в закрытом состоянии имел большую щель между дверцами. Шаги Седрика приближались. Вот распахнулась соседняя комната. Девочке было слышно, как маг проводил там обыск. Она со страхом ждала, когда он зайдёт сюда. Дверь комнаты мадам Розы распахнулась так резко, что даже впечаталась в стену. Сара затаила дыхание. Свет проник в комнату, и девочка могла увидеть мага в щель между створками шкафа. Седрику на вид было лет тридцать. Он был высокий с немного вытянутым лицом, которое казалось длиннее из-за зачёсанных назад каштановых волос. Всю его фигуру скрывал чёрный плащ с капюшоном – неотъемлемый атрибут любого мага, который легко выделяет его из толпы. Зайдя, Седрик не спешил делать осмотр. Он подошёл к распахнутому окну и шумно втянул воздух. Его серые глаза слипались от долгого недосыпа, а всё тело ныло от усталости. Затем он усмехнулся и заговорил сам с собой: - Не задался выходной. Хотя когда он был у меня в последний раз?! Надо здесь побыстрее заканчивать. После этих слов Седрик отодвинул кресло, заглянул за него и под кровать. Потом посмотрел и под столом. И только после всего этого, он направился к шкафу. Сара отпрянула к задней стенки шкафа, как раз в тот момент, когда маг открыл его. В первый момент, Седрик даже не заметил среди тряпья свернувшуюся в комочек девочку. Но его острый взгляд быстро отличил её. Маг, больно схватив Сару, вышвырнул её из убежища на пол. Девочка, вскрикнув, уткнулась лицом в коленки и замерла. Да, он убьёт её. Почему же нет? Он же не пощадил никого! Ни её друзей, ни мадам Розу. Сара ждала смерти, но она не наступала. Седрик не испытывал никакой жалости к шестилетней сиротке. Это была его работа – убей или будь убитым. Заклинание готово было сорваться с его губ и обрушиться на девочку, но Седрик остановил себя. Сара упала на полоску яркого света, что проникал из коридора. Седрик остановил свой взгляд на рассыпавшихся молочных волосах, на белоснежной покрытой царапинами коже, прекрасных кудрях. Девочка боязливо глянула на мага, она не понимала, почему он медлит. Седрик же увидел её бледно голубые глаза, которые при полумраке казались розоватыми. Он присел рядом и протянул к ней руку. Сара от испуга попятилась назад. Седрик, улыбнувшись своим мыслям, подхватил её на руки и направился к выходу. Как только он с девочкой вышел из комнаты мадам Розы, едкий дым ударил им в лицо. - Ну, никому нельзя ничего доверить! – воскликнул Седрик – Он, что решил нас заживо спалить?! Маг, прижав к себе покрепче Сару и закрыв своей ладонью ей глаза, начал спускаться вниз. Девочка, отойдя от первого испуга, начала вырываться. Она извивалась змеёй, надеясь вырваться, но Седрик спокойно сказал ей: - Тише, я не причиню тебе вреда, - тут девочка схватилась своими ручками за ладонь мага и постаралась оторвать её от своих глаз. – Я не советую тебе это делать, здесь много того, что лучше не видеть. Маг пробираясь сквозь зарождающееся пламя и тела сирот вышел из здания, где его поджидал нерадивый подчинённый. - Ты решил сжечь меня заживо?! – воскликнул Седрик. - Я знал, что ты выберешься и ничем не рисковал, – отмазался подчинённый. – Лучше скажи, что это у тебя в руках? Явно - не сувенир! - Не твоё дело, – Седрик накрыл краем своего плаща девочку. – Лучше беги вперёд и развяжи мою лошадь. Когда подчинённый удалился, Седрик поудобней перехватил маленькую Сару и двинулся к своей лошади. Девочка боялась даже дышать. Она, парализованная страхом, просто сидела на руках мага, не в силах ничего изменить. Сара не заметила, как к ним подвели коня, как Седрик одним прыжком его оседлал и посадил её перед собой. - Нам предстоит длинный путь, – прошептал Седрик, накидывая на Сару свой плащ. Ехали долго. Пейзаж сменялся один за другим. К утру посреди поля выросло большое величественное здание. Если бы Сара не была так напугана, то оно ей бы непременно понравилось. Она бы даже сравнила его с одним из сказочных замков. Но сейчас малышка не могла оценить ни красоту, ни габариты здания. Подъехав, Седрик спешился и взял на руки Сару, замотанную в плащ. Очутившись в крепких руках мага, девочка смогла оглядеться, поскольку он не спешил уходить и давал какие-то распоряжения другим магам, прибывшим с ними. Закончив, Седрик направился к входу здания, но его окликнули: - Куда это мы направились?! – произнёс маг с ярко-рыжими волосами. - Я должен отчитываться? – Спокойно отпарировал Седрик. Видимо, спрашивающий посчитал этот вопрос риторическим, поэтому Седрику пришлось отвечать. – Я в свои апартаменты. У меня, в отличие от тебя, Фиделис, есть дела. - Какие же? Те, что у тебя на руках? – Съехидничал рыжий, кивнув на свёрток плаща, из-под которого выглядывала детская ручка. – Апартаменты может пока и твои, но находятся они вовсе не в твоём здании. Сначала ты должен отчитаться перед Юлием. - Это завтра, сегодня у меня дела, – беспечно ответил Седрик и пошёл дальше, не обращая внимания на летевшие вдогонку тирады Фиделиса. После прогулки по лабиринту коридоров, Седрик открыл ногой нужную дверь, но даже после этого он не выпустил Сару из рук. Дверь за ними закрылась сама и не просто захлопнулась, как от сквозняка, а крепко, на засов. Свет в комнате зажегся тоже сам. Было даже непонятно, откуда именно он исходил. Апартаменты Седрика являлись одной просторной комнатой (главной), в которой, судя по дверям, находилось ещё три комнатки. Обстановка главной комнаты была проста: кровать, диванчик, стол, заваленный бумагами, закрытый шкаф для одежды и открытый для книг. На первый взгляд самая обычная комната, но если приглядеться, то можно понять, что чего-то не хватает. У всех, даже у одиноких людей, в доме всегда есть портреты или изображения себя и близких. Но здесь не было и намёка на них. Седрик огляделся. Всё стояло на своих местах, и никто здесь в его отсутствие не побывал. Маг бережно опустил девочку на диван. Сара же сжалась в комочек, словно испуганный зверёк. Только сейчас, при хорошем освещении, Седрик увидел, как была одета Сара. Нет, его вовсе не смущало, что девочка была одета в большую рубашку, служившую ей ночнушкой. Это для него было логично, ведь нападение на селение было посреди ночи. Его смущало то, как эта ночнушка выглядела. Местами на ней виднелись не отстирываемые пятна, и было много заплаток. Да и сама Сара выглядела помятой. На ней было множество царапин с запёкшейся кровью, оставленных от вылетевших из окна осколков. После падения в кусты под окном, девочка заляпалась сырой землёй, разорвала в нескольких местах ночнушку и оставила в своих невероятно запутанных волосах множество маленьких веточек. Глядя на эту картину, маг усмехнулся, ведь образ девочки завершал полный страха и отчаяния взгляд. - Здесь тебе ничего не грозит, – тепло произнёс маг, но на Сару это никак не подействовало. Седрик, открыв шкаф с одеждой, начал что-то там искать. Найдя какой-то свёрток, маг опять подхватил Сару на руки и понёс в одну из трёх комнаток, которая оказалась ванной. Маг аккуратно поставил девочку на кафельный пол. Подойдя к ванне, Седрик прошептал заклинание и несколько раз провёл над ней руками. Пустая ванна, повинуясь магу, наполнилась тёплой водой. - Ты вся перепачкана, поэтому тебе нужно помыться. Мыло я положу сюда, - маг положил желтовато-прозрачный кусочек, внутри которого были лепестки каких-то цветов, на краешек ванной, - а этим помоешь волосы, - стеклянный пузырёк с голубой жидкостью оказался рядом с кусочком мыла, - а полотенце возьмёшь с этой полочки. После, Седрик развернул свёрток, который достал из шкафа и показал Саре. Свёрток оказался мягким махровым халатом. - Когда помоешься, надень это, – сказал маг, затем усмехнулся, протягивая маленькой девочке свой халат, ведь он не только в сравнении с этой девочкой, но и по обычным меркам был очень высоким. – Извини, но детской одежды у меня нет, но позже я что-нибудь придумаю. Если что, то я в соседней комнате. Седрик вышел и прикрыл за собой дверь. Сара осталась одна. Она по-прежнему стояла, боясь пошевелиться. Ей казалось, что тяжёлый взгляд мага всё ещё направлен на неё, сквозь стенку. Но эта скованность быстро спала, словно невидимый ей маг отвел свой взгляд. Она медленно сползла по стенке на пол и содрогнулась в беззвучном плаче. Ей было страшно. Но это был не простой обыденный страх, который мы испытываем порой в течении дня, нет - это был страх пойманной в клетку мыши. Когда ты ещё жива, но не знаешь, что приспичит людям - поиграться или удавить... Не отдавая отсчёта своим действиям, Сара разделась и легла в ванну. Крупные слёзы неприятно катились по лицу, но она даже не пыталась их остановить. Сара просидела так минут десять. В детском доме Сара никогда не принимала ванну. Обычно их водили мыться на речку, а зимой они могли помыться только тогда, когда старшие воспитанники нагревали воду на огне. Сара, не обратив внимания на мыло, просто потёрла рукой места, где прилипла грязь или запеклась кровь. Припоминая, что ей ещё было велено помыть голову, девочка, набрав побольше воздуха в лёгкие, нырнула. Затем, она вылезла из ванной и, напрочь забыв про полотенца, одела махровый халат, в котором сразу же утонула. Найдя в себе силы остановить поток слёз, Сара дрожащей рукой приоткрыла дверцу, ведущую в главную комнату. Она удивилась, увидев Седрика упорно впихивающего подушку в наволочку. Казалось, делал он всё правильно, но до того неловко, что со стороны эта картина выглядела комичной. Седрик, заметив, что за ним наблюдают, бросил упорно сопротивлявшуюся подушку и посмотрел на Сару. Его взору предстала не менее комичная картина. Перед ним стояла маленькая девочка в таком большом ей халате, что рукава волочились за ней по полу. Сама же она была насквозь промокшей так, что вода в прямом смысле стекала с неё ручьями. Образ завершали кудрявые спутанные с мочалку волосы, из которых во все стороны торчали маленькие веточки. Маг, не выдержав, рассмеялся, чем сильно напугал Сару. Взвизгнув, она быстро захлопнула дверь ванной и бросилась к дальней стенке, попутно врезавшись в полку с полотенцами. Дверь ванной почти сразу же распахнулась вновь, впуская Седрика. - Прости, я не хотел тебя пугать, - эта фраза прозвучала так тепло, что Сара, не удержавшись, несмело подняла глаза на мага. Он доброжелательно ей улыбнулся. – Вот видишь, я совсем не страшный. Не бойся, подойди. Ты что, сама никогда не мыла себе голову? Давай я помогу тебе. Седрик бережно взял Сару за руку и подвёл к ванне. Один взмах руки и вода там исчезла, тихий шёпот заклинания, и ванна вновь наполнена чистой водой. Маг аккуратно нагнул девочку и, взяв тот самый пузырёк с синей жидкостью, начал намыливать Саре голову. Пена от непонятной жидкости была густой и белой. Седрик долго усердствовал, распутывая невообразимые узлы волос, и вытаскивая из них все веточки и колючки, которые девочка успела нацеплять. Потом маг столь же заботливо обернул её голову мягким полотенцем. Саре одновременно были противны прикосновения мага, ведь он убил всех, кого она знала и любила, и в то же время ей было приятно, что хоть кто-то за все шесть лет её жизни впервые позаботился о ней. - Ну, вот мы и закончили! – улыбнулся Седрик, глядя на шёлковые молочные кудри. Затем он подхватил Сару на руки и отнёс на тот самый диванчик в главной комнате. На нём была постелена белоснежная простынь, пушистое одеяло и подушка, наполовину втиснутая в наволочку. Сара, вдруг, громко расплакалась. Седрик, не зная, что делать, попробовал успокаивающе погладить девочку по голове, но от этого стало только хуже. - Тише, всё хорошо, – начал шептать маг. - Нет! Почему я здесь? Почему?! Почему ты убил их, а меня нет? Что со мной будет? – всё, что накопилось в Саре прорвалось и выплеснулось наружу. «И будь, что будет» - подумала она. - Успокойся. Я не сделаю тебе ничего плохого. - Ты лжёшь! Все маги лгут. Ты будешь ставить на мне опыты, да? - Откуда в такой маленькой головке столько неприятных мыслей?! – воскликнул Седрик. – Я же сказал, что я ничего плохого тебе не сделаю! - А моим друзьям ты тоже это говорил? Или убил их сразу?! – казалось, страх Сары отступил перед её паникой и осознанием ситуации. Маг тяжело вздохнул и начал терпеливо, не повышая голоса говорить: - Да, я убил их. Ты это хотела услышать? Но если бы я хотел что-то сделать с тобой, то сделал бы это ещё там, в детском доме. У меня на тебя другие планы. - Какие?! – выкрикнула Сара. – И почему именно я?! - Малышка, задаёшь умные вопросы! – улыбнулся маг. – Почему я взял именно тебя, так это, потому что ты особенная, – заметив непонимающий взгляд девочки Седрик пояснил. – Ты никогда не задумывалась, почему у тебя такая тонкая ослепительно белая кожа? Почему твои волосы и глаза не такого цвета как у всех? Эти явления нормальные, но очень редкие. Таких людей, как ты, называют альбиносами. - И зачем тебе альбинос? – Сара, казалось, немного успокоилась. - Ну, во-первых, альбиносы сами по себе очень редкое явление, а ты особенна ещё и тем, что твои волосы волнистые от природы. Я много слышал об альбиносах, но чтобы они были кудрявыми – никогда! Пойми, такую красоту нельзя убивать. - Ты завёл меня как понравившуюся зверушку?! – вскрикнула Сара – Грубо говоря, но ты поняла суть, – усмехнулся маг. - Но зачем? – Не понимала Сара. – Кому нужны чужие дети? - Да, видно, что ты росла в приюте, – разочарованно произнёс маг. – Чужие дети нужны тем, у кого нет своих. - Если считаешь, что после этого, я должна расчувствоваться, то ты ошибаешься! – сердито воскликнула Сара. - Не считаю. Ты вправе думать, что хочешь. - Ты ведь меня не отпустишь? – теряя надежду, спросила Сара. - Не отпущу, – эхом отозвался Седрик, а затем сменил тему, – спать ты будешь здесь, а с одеждой что-нибудь придумаем. После этого маг встал и собрался идти, но девочка схватила его за рукав. - Если я теперь буду жить с тобой то, как мне тебя называть? – спросила девочка. - Извини, но я не совсем понял. - В детском доме, воспитательница говорила, чтобы мы называли её мадам Роза. А сторож говорил называть его господин… - Довольно! – резко прервал маг Сару, но дальше его голос смягчился. – Зови меня просто Седрик. - Хорошо, Седрик, - покорно отозвалась Сара. - И да, теперь тебя будут звать Эрони, – маг сообщил это так, словно давал кличку принесённому щенку. Звучало противно. И унизительно. - Но у меня другое имя! – запротестовала девочка. - Теперь это, – строго пресёк её Седрик. – Сладких снов, Эрони. Девочка, ничего не ответив, завернулась в одеяло и отвернулась к спинке дивана. Когда маг сам лёг спать и потух свет, она начала горько и беззвучно плакать. Она боялась выдать себя даже всхлипом. Сон подкрался к ней быстро и незаметно.