Альбинос

Седрик с Сашей прогуливались по деревне. Одинаковые дома стояли ровными рядами, а между дворами носились люди, погружённые в свои дела. Народу было много, но никто даже не думал увиливать от порученной им работы. Кто-то строил дома, кто-то бегал с инструментами, другие занимались огородами… Жизнь кипела полным ходом и никуда не спешащие Седрик и Саша привлекали внимание. Все старались держаться от мага подальше и кидали косые взгляды на проводника, смело вышагивающего рядом с Седриком. - От жителей мы вряд ли что-нибудь узнаем, - сделал вывод Саша, смотря на светило, поднявшееся из-за холмов, обступающих деревню со всех сторон. - Мы уже кое-что узнали, - тихо ответил Седрик. – Сам взгляни: у них полная свобода передвижения, большое количество инструментов в распоряжении и за ними нет постоянного надзора. И при этом все эти сенарийцы до дрожи боятся меня, хотя впервые видят. - На тебе чёрный плащ – сразу видно, что ты маг. - Александр, не в этом дело! – отозвался Седрик с нотками раздражения в голосе. – Подумай, сколько бы магов здесь не было, но ни одного, за время пока мы с тобой здесь расхаживаем, не увидели. Значит их значительно меньше, чем сенарийцев. Но эти люди, несмотря на своё численное превосходство, ведут себя как затравленные животные! Они боятся и выполняют приказы. Саша нахмурил брови и задумчиво начал прожигать землю под своими ногами взглядом, не видя куда идёт. Они шли так до тех пор, пока маг в самый последний момент не отдёрнул Сашу, чтобы тот не угодил в яму на дороге. - Если есть что сказать, так говори, - ледяным тоном сказал Седрик. - Почему тебя так волнуют эти люди? – спросил проводник. - А тебя разве нет? – изумился маг. - Волнуют. Но ты маг! Можно сказать один из тех, против кого, по твоему мнению, должны выступить эти люди. - Александр, неужели ты судишь по шаблонам? Если ты считаешь, что все маги, как один, себялюбивые, надменные и кровожадные, то нам не о чём больше разговаривать. После этих слов Седрик загадочно улыбнулся и направился быстрым шагом вперёд по дороге. Саша удивлённо застыл, не обращая внимания на суетящихся людей, которые, проходя мимо, задевали его. Лишь когда толпа полностью скрыла мага от глаз проводника, юноша спохватился и поспешил за ним. - Седрик, стой! – выкрикнул проводник, догоняя мага. - Вбей уже в свою хладнокровную голову, что я не мыслю стереотипами! Если бы это было не так, то я бы убежал от тебя, куда подальше, ещё при первой нашей встречи. Седрик резко остановился. Что-то впереди его сильно встревожило. - Александр, кажется, я знаю, где все маги. Они выстроены по периметру деревни. Посмотри, здесь у ворот их трое, а там дальше через равное расстояние стоят по двое. Их здесь много. - Где двое? – вытянулся Саша, всматриваясь вдаль, но никак не мог их увидеть. - Наверно притаились. Я их скорее чувствую, чем вижу, - пояснил Седрик. – Если я приближусь к окраине деревни, то меня сразу засекут. А Вадим уже должен был оповестить всех, что нас с Алисой нельзя выпускать. Саша посмотрел на двух внушительных громил у ворот. Даже если бы они не были магами, то всё равно нагоняли бы страх своей силой. А за спинами этих двух находилась довольно-таки худая фигурка в чёрном плаще. Проводник сразу узнал в этом щуплом парнишке Феликса. Ученик Вадима сидел на земле и рядом с этими громилами казался самой настоящей тенью. - Седрик, там Феликс. Он уже точно доложил, что тебя выпускать нельзя. Но если и был такой указ относительно вас с Алисой, то про меня ничего говорилось. - И зачем тебе за пределы деревни? – тихо спросил Седрик, так как к ним уже направлялся один из двух громил-магов. - Я поднимусь на холмы и хорошенько осмотрюсь. Может, сверху увижу какую-нибудь лазейку, через какую мы сможем отсюда выбраться. - Что вы здесь делаете?! – прохрипел грубый голос подошедшего мага. Хоть он и был очень крупный, но высокому Седрику едва доставал до плеча. Зато вширь его плеч легко могли уместиться трое таких, как Саша. Лицо и тело этот маг скрывал под чёрным плащом с капюшоном. - Я хочу выйти за пределы деревни, - сказал Саша. - Нет! – прохрипел маг. – Вас запрещено выпускать. Седрик с Сашей собрались что-то сказать, но тут прозвучал робкий бархатный голос Феликса: - Да выпусти его, он же один порывается. Сказали не выпускать только магов, а если остальные из гостей разбегутся, то нам же легче! Если боишься, то можно его выпустить под мою ответственность. Громила повернулся к Феликсу, который так и не встал с земли: - Тебе проблем мало? Утром приполз никакой, и ещё теперь нарывается! А знаешь, я отпущу этого! – громила ткнул пальцем в Сашу. – Мне просто интересно посмотреть, как Вадим из тебя окончательно дух выбьет!! - Ему не зачем будет меня наказывать, - спокойно сказал Феликс. – Этот сенариец всё равно сам вернётся, хотя Учителю он и не нужен. Громила грубо вытолкал Сашу за ворота и, злобно ухмыляясь, начал предвкушать какое зрелище устроит Вадим, наказывая своего ученика. - Седрик, не жди. Дорогу сам найду! – выкрикнул проводник и начал подниматься на холм. Маг же благодарно кивнул Феликсу и направился обратно, вглубь деревни. Седрик провёл так весь день, блуждая среди одинаковых дворов. Он обнаружил только один, отличающийся от прочих, дом. Отличался он только очень большим глухим забором и более обширным двором. Всё остальное было таким же, как у всех. Седрик предположил, что это дом Вадима, хотя сказать наверняка не мог. Поговорив с несколькими людьми, он узнал, что все здесь запуганы магами настолько, что либо начинают так заикаться, что ни слова не разобрать, либо притворяются, что совершенно ничего не знают. Порой, некоторые «не знали» даже своих имён. А маги, дежурившие у границ, на осторожные вопросы Седрика лишь отмалчивались. Ничего не узнав, Седрик на закате вернулся в дом Васи и Милы. Хозяев дома не оказалась, но зато заскучавшие Эрони с Алисой мигом начали его расспрашивать про всё, что он смог разузнать. Вскоре, вернулась Милана и начала готовить ужин. Она не проронила ни слова за весь вечер. Когда хозяйка накрыла стол, в дом зашёл Саша, будто поджидавший именно этого момента. Он был весь испачкан в пыли и соке трав. Уставший юноша сразу сел за стол и набросился на еду. Его никто не торопил, но проводник, быстро умяв свой ужин, сам начал рассказывать: - Я прошёлся по всем холмам вокруг деревни. Маги в чёрных плащах стоят ровно на таком расстоянии, чтобы всегда видеть друг друга, и в случаи нужды прийти на подмогу. Лазеек чтобы уйти незамеченными – нет. А если и пробраться мимо магов, то пока начнёшь карабкаться по холмам, всё равно засекут. - То есть нас отсюда не выпускают и выбраться никаких возможностей - нет? – уточнила Эрони. - Тебя-то как раз-таки с Александром выпустят, а вот меня с Алисой, - задумчиво протянул Седрик. - Алисой? – удивилась Милана. - Агатой. Я оговорился, - холодно сказал Седрик и Мила, сцепив руки в замок у себя на животе, сразу же закивала. Ни у кого уже не было сомнений, что она поверила словам мага, а если и нет, то всё равно никому ничего не скажет. - Так нельзя! – запротестовала Алиса. – Да я бы в Совет пожаловалась, если бы могла, за то, что нас тут силой удерживают! Участие в военных действиях всегда были добровольны!! - Не всегда, Агата, - Седрик задумчиво смотрел в окно, и голос его веял холодом. – Если и планируются какие-либо военные действия то, первые ряды – это всегда гибель. Их так и называют – смертники. Иногда их направляют для отвлечения внимания, когда наступают с другой стороны. В любом случае, из смертников обычно никто не возвращается. В ряды смертников зачисляют насильно. Это и неопытные новички, которые не понимают, на что идут, и провинившиеся перед значимыми лицами, и такие случайно подвернувшиеся, как мы с тобой. Маги, идущие в первых рядах, всё равно погибнут, но зато смогут хоть немного ослабить противника и дать более сильным продвинуться вперёд, в ряды врага. Смертники всегда нужны и даже необходимы, чтобы не рисковать ценными магами, но их порой сложно найти. У Вадима такие планы на нас были с самого начала. В комнате стало тихо и мрачно. Все задумались о сказанных словах. Эрони задумчиво катала пальчиками крошки на столе. Ей было страшно за Седрика и Алису, с которой она уже сдружилась. Большой рыжий кот развалился на ногах у Агаты и громко сопел. Всю эту задумчивую идиллию прервал Вася, влетевший в комнату как ураган. Он с размаху сел на скамейку, которая угрожающе покачнулась и полный восторга или страха (чего именно определить было невозможно) затараторил: - Мила, там такое! Все шумят! Я это… иду, а они все собрались!! В общем, это… на улицу не ходи. Я это… - Барашек, ты не суетись! – посоветовала Алиса. – Сделай глубокий вдох и медленный выдох. Что это ты так разволновался, что аж спотыкаться забыл?! Давай, объясняй внятно. Вася так шумно вдохнул и выдохнул, что напугал кота, лежащего на ногах Алисы. - Там Феликс опять на клёне сидит! – наконец высказал паренёк. - А почему он на клёне сидит? – удивилась Эрони. - Вадим, видать, на него опять рассерчал, вот он и от гнева своего учителя на дерево залез! – взмахнула руками Милана. – А вы из дома лучше не выходите. У магов здесь такое развлечение: они Вадиму Феликса с дерева, а он им какую-нибудь мелкую услугу: то от дежурства освободит, то поощрение вне очереди выдаст. Главное условие - стянуть Феликса с дерева без магии. Вот и шумиха начинается. На улицу выйти нельзя! То предметы летают, то они с топорами носятся, хотя после одного несчастного случая их запретили. Однажды даже дерево поджечь удумали, а вместо этого спалили сарай. Благо внутри даже зверья не было. Феликс хоть и слабенький, но цепкий жуть! Так, что эта забава полночи точно будет длиться. - Говоришь, мелкая услуга? – переспросил Седрик. - Вась, – оживилась Эрони, – А где этот клён? Мила испуганно расширила глаза и замотала головой, пытаясь что-то сказать. Но Вася совершенно не понял никаких намёков сестры и весело выпалил: - Да этот клён, ну это… у дома Вадима растёт! Это самый большой двор в деревне и забор там тако-о-ой большой и высокий!! -Я знаю, где это, - улыбнулся Седрик. – Эрони, ты со мной? - Да ты же без меня и не справишься! – подскочила девушка, накидывая капюшон на голову. Растерянная Мила подбежала к двери и прислонилась к ней спиной, не желая пускать гостей. - Туда ходить не надо! – заверила она. – Там опасно! - Милана, я маг, - парировал Седрик. – Мне там уж точно не опасно, а Эрони я оберегаю сильней, чем свою жизнь. Будь добра, отойди. Маг аккуратно отодвинул Милану и вместе с Эрони вышел из дома. Светило уже спряталось за горизонтом, но всё равно было светло. Седрик уверенным шагом вёл свою преемницу к нужному месту. За день он исходил деревню вдоль и поперёк и легко здесь ориентировался. Собравшиеся около дома Вадима маги и вправду сильно шумели, хотя их было не так уж и много. Пост у границ деревни оставлять без присмотра было нельзя, поэтому собрались лишь те, кто был освобождён сегодня от дежурства. Худенький Феликс залез чуть ли не на самый верх раскидистого клёна и затерялся между его веток, прижавшись к стволу. Магам, собравшимся под деревом, было очень трудно разглядеть тщедушного паренька среди листьев. Они хохотали, кричали и свистели, распугивая всех жителей деревни. Маги трясли клён, пытаясь скинуть с него Феликса или чем-нибудь в него запульнуть, но пока все их попытки были тщетны. Сами взобраться они не могли, ветки бы их не выдержали, но и дотянуться до паренька возможности тоже не было. На подошедших Седрика и Эрони внимания никто не обратил. Девушка начала быстро оценивать ситуацию. - Седрик, помоги мне подобраться к клёну, а дальше я сама, - попросила Эрони. Маг приобнял девушку и начал продвигаться с ней сквозь толпу. Все шумели, толкались и не обращали ни на кого внимания. Подойдя к клёну, Седрик увидел Вадима и остановил Эрони. - О, надо же, кто пришёл! – воскликнул Вадим, увидев мужчину с девушкой. – Наши гости тоже решили принять участие или просто посмотреть? - Участие! – громко ответила Эрони, чем удивила Вадима. – Дайте мне немного времени без швыряний посторонних предметов в клен, и ваш ученик будет на земле. - Ну, давай, девчонка! – усмехнулись маги. Эрони, ни капельки не растерявшись, вывернулась из объятий Седрика и направилась к клёну. Девушка подошла к дереву и начала ловко на него взбираться. Она ещё помнила, как в приюте с друзьями всегда лазила по деревьям и чердакам, поэтому сейчас ей это легко далось. Лёгкая девушка быстро вскарабкалась на самую макушку и села на ветку рядом с Феликсом. - Э, глядишь, не только Вадим на дереве оставил своего ученика! – завопили из толпы. Шум внизу быстро восстановился, и был ещё веселее. – Потом будем обоих доставать!! - Привет! – улыбнулась Эрони Феликсу. - Здравствуй, - тихо ответил бархатный голос. - А мы, кстати, ещё не знакомы. Меня зовут Эрони. - Красивое имя, - устало улыбнулся Феликс, держась ослабшими руками за ствол. – Я раньше такого не слышал. Оно тебе идёт. - Спасибо, - Эрони было интересно, как он может судить идёт ей имя или нет, ведь она всегда ходила с низко натянутым капюшоном. – Феликс, а отчего ты на дерево залез? Это Вадим тебя сюда загнал? Юноша прикрыл глаза и сильно накренился, но затем, вздрогнув, принял более устойчивую позицию. Внизу все галдели, и никто не мог услышать, о чём говорят юноша с девушкой на дереве. - Учитель считает, что от меня нет толку, потому что я сам этого не хочу, и он думает, что я специально ослушиваюсь его приказы. Поэтому он меня и стимулирует. Порой, даже слишком строго. Сегодня хотел розгами. - Тогда извини за то, что я хотела тебя уговорить слезть отсюда, - грустно сказала Эрони. – Говорят, Вадим за это выполнит одну просьбу… - Хочешь я слезу? – прервал её Феликс. - Зачем? Тебя же побьют! - Побьют. Но этого я всё равно не избегу, – пожал плечами Феликс. – Сейчас учителя это забавляет и, возможно, если я слезу пока его настроение не переменилось, то смогу избежать наказания. К тому же меня ещё никто не просил слезть. Обычно угрожают или пытаются скинуть. Эрони растерялась от услышанного. - То есть, ты правда спустишься с дерева? Спасибо!! Феликс слабо улыбнулся и начал слазить с дерева. Он двигался очень медленно и аккуратно, когда Эрони, можно сказать, прямо слетела по веткам вниз. - Ну, и дела! – ухмыльнулся Вадим. – Феликс, неужто ты сам слез? - Я его попросила, и он спустился, - ответила Эрони. - А, вы прослышали про поощрение за помощь? И теперь вы надеетесь уйти отсюда? – недобро улыбнулся Вадим. – Не получится. Ты, Седрик, и Агата никуда не уйдёте. - Я просто хочу написать письмо, - ответил Седрик. Заметив недовольный взгляд Вадима, он добавил. – Моя преемница спустила твоего ученика, а я прошу тебя лишь отправить письмо, которое я напишу. - Думаешь пожаловаться Главам или Совету? Не выйдет! Я работаю по их указке. - Вадим, я хочу написать моему близкому другу. Я всегда держу с ним связь, когда уезжаю надолго. Моих писем он давно не получал и наверняка уже волнуется, куда я мог пропасть. - Ладно, - согласился Вадим. – Но писать буду я, под твою диктовку. Иди за мной. Седрик взял Эрони за руку и отправился следом за Вадимом. - Его напугало, что твой друг может начать тебя искать, - шепнула Эрони на ухо магу. – Ты напишешь Юлию? - Да, только тихо, - так же шёпотом отозвался Седрик. – Не надо, чтобы Вадим знал, какой у нас влиятельный друг. Феликс распахнул входную дверь дома своего учителя, пропуская остальных внутрь. В главной комнате было очень светло, а из мебели было только два стула и стол. Седрик прошёлся по помещенью, но не стал присаживаться. Феликс быстро юркнул в другую комнату и принёс оттуда листок бумаги и чернильницу с пером. После юноша опять скрылся в той комнате и больше не выходил. - Диктуй, - приказал Вадим, сев за стол и обмакнув перо в чернила. - Отправишь Екатерине, провидице, - попроси Седрик. - Она фигура заметная и часто устраивает приёмы, так что дом её ты знаешь. - Ты с ней знаком лично? – удивился Вадим. - Было дело – пересекались. Но письмо не ей. Адрес моего друга ты вряд ли знаешь, поэтому она посредник. Вадим промолчал и приготовился писать. Всё это казалось ему подозрительным. Он надеялся, что письмо, написанное таким образом, не сможет содержать скрытого смысла. Седрик начал диктовать:

Здравствуй, Катя. Пишет тебе Седрик. Я прошу тебя передать это письмо нашему общему белобрысому знакомому. Надеюсь, в знак нашей старой дружбы, ты исполнишь мою просьбу. И я бы попросил тебя не читать дальнейшие строки, так как ты знаешь нашу с ним манеру разговоров.

С уважением Седрик.

Здравствуй, мой друг. От маршрута не отклонились, но вышли некоторые затруднения. Так что до своей цели мы доберёмся не так быстро как планировалось. Моя болезнь ухудшается – проверь, что с этим можно сделать, как передать лекарство, ты знаешь.

Твой должник.

Дописав письмо, Вадим скептически осмотрел кусок бумаги. Он перечитал его и недовольно уставился на Седрика. - Что за болезнь?! – требовательно прорычал Вадим. - Моя личная, - парировал Седрик. – Я не хотел бы распространяться о своих заболеваниях. - Отвечай мне! – Вадим оскалился и, встав из-за стола, направился на Седрика. Вадим был зол. Он не привык, что кто-то может ему перечить и не подчиняться. Вадим начал читать какое-то заклинание. Убивать гостей он не собирался, его целью было - припугнуть и заставить подчиняться. Седрик задвинул Эрони себе за спину и примирительно поднял руки. - Синдром запясного канала, - спокойно сказал Седрик. - Чего? – растерялся Вадим, потеряв контроль над зарождающимся заклинанием. - Это моя болезнь, - терпеливо пояснил маг. – Ну, по крайней мере, этот диагноз мне поставил мой друг, которому я и хочу отправить письмо. Вадим, отодвинув два стула от стола, поставил их друг напротив друга. На один он сел сам и, расслабившись, откинулся на его спинку. - Садись, - приказал хозяин дома. Седрик стал за спинкой стула, а на него посадил Эрони. Вадима это почему-то не устроило: - Я сказал сесть тебе, а не ей! У меня к тебе вопросы и, отвечая на них, ты не должен стоять надо мной. - Вадим, - Седрик начал говорить так, будто разъяснял совсем очевидную вещь маленькому ребёнку, - я, конечно, понимаю, что у тебя здесь свои порядки, но сам посуди: как можно сидеть двум мужчинам, когда девушке в этой же комнате приходится стоять на ногах? Вадим начал тяжело дышать от ярости и сжал кулаки. Эрони быстро уловила такие перемены в сидящем напротив маге. Она легко вспорхнула со стула, освобождая его для Седрика. Но маг не торопился садиться. Он полюбовался на налившиеся кровью от злости глаза Вадима и с довольной усмешкой сел, усадив свою преемницу себе на колени. Девушка недовольно вскрикнула, но так и не смогла выбраться из кольца рук Седрика. Нет, она была не против такого, когда была маленькой, но теперь такие ребячества мага ей совсем не нравились. «Вот стоишь, строишь из себя культурного, - раздражённо подумала Эрони, - а сам ведёшь себя неподобающе никаким приличиям. Ещё и улыбаешься?! Седрик, ты, что специально Вадима злишь? Хотя, это нам как раз на руку. Если он будет зол, то не сможет сосредоточиться на опасных для нас вопросах». Эрони перестала вырываться и поудобней устроилась на коленях мага. Вадима это не устраивало, но он уже понял, что связываться с Седриком в этом вопросе – это только пустая трата сил. - Что за синдром? – спросил хозяин дома. – И как это вообще выглядит? - Синдром запясного канала, - отстранённым голосом начал Седрик, - это такая болезнь, причиной которой является сдавление срединного нерва между костями и сухожилиями мышц запястья. В комнате воцарилась тишина. Вадим пытался обдумать услышанное, но он никак не мог ничего понять. Он так и сидел застывший с широко раскрытыми глазами и пустым взглядом, пока это состояние резко не перетекло в гнев: - Говори нормально, а не этими заумными фразами!! Седрик улыбнулся. Оказывается, простая анатомия, которую каждый маг должен знать назубок, для Вадима была непонятным языком. - Выражаясь более простым языком, - Седрик выставил вперёд ладонь, - это означает, что у меня часто болят руки и иногда немеют пальцы. О, чуть не забыл, ещё при нагрузках у меня трясутся руки. Теперь кажется всё. Вадим посмотрел на Седрика, как на умалишённого: - Ты, вообще, точно маг? Как с такими руками колдовать?! - А Седрик и не колдует! – быстро соврала Эрони. – Магия – это же большая физическая нагрузка, а ему руки перенапрягать нельзя, иначе они начинают трястись. А ведь в таком случае вся энергия расплёскивается, не сумев принять никакой формы. Поэтому, даже если бы Седрик хотел, всё равно не смог бы использовать магию. - Теперь понятно, что это ты так конфликтов избегаешь! – оскалился Вадим. – Значит, защитить себя не можешь, вот и добреньким прикидываешься!! На сегодня всё! Бегите, пока я добрый. Письмо завтра отошлю. Седрик кивнул и вместе с Эрони вышел из дома. Но девушка, как только закрылась за ними дверь, быстро осмотрелась и, никого поблизости не заметив, начала всматриваться в щель двери. На вопросительный взгляд мага она прижала указательный палец к губам, призывая к тишине. Сначала всё было тихо, слышались только голоса других магов на противоположном конце деревни. Но потом послышался грохот в доме. Что-то упало, потом послышался звон бьющейся посуды, а в конце вскрик Феликса. Эрони с широко раскрытыми глазами отпрянула от двери, зажав рот рукой. Седрик не успел ничего сделать, чтобы успокоить преемницу, как из-за закрытой двери послышался всхлип: - Учитель, за что?! - За то, что ты слез именно из-за этой девчонки! – послышался удар. - За то, что ты не можешь использовать свой дар! – глухой звук чего-то падающего. – И за то, что я вижу страх в твоих глазах! Феликс молчал, когда его били и после тоже. Упав на пол, он свернулся калачиком и остался так лежать, не двигаясь. Но, судорожно вздохнув, он заговорил почти спокойным голосом: - Как можно не видеть страх в человеке, на которого направляешь удар? - Бери пример с гостя, что только что ушёл. Он боится меня! Он, как и ты, не может ответить на удар и при этом совсем не показывает страх. Феликс, ты ужасный ученик. Иди к себе и чтобы до утра я тебя не видел! - Хорошо, учитель, - ответил слабый бархатный голос. Седрик не стал слушать дальше. Он бесшумно подошёл к Эрони и, взяв её за руку, повёл подальше от этого дома. Когда они отошли достаточно далеко маг остановился и обнял напуганную девушку. - Седрик, он его бил! – прошептала Эрони. – Он снял с него рубашку, а там вся спина… Он бьёт его только там, где можно это скрыть одеждой. На спине живого места не было! - Тихо-тихо, - успокаивающе зашептал Седрик, сильней обнимая девушку. – Эрони, успокойся. - Мне его жалко. Мы можем ему чем-то помочь? – девушка в надежде подняла голову на мага. Сама она ростом доходила только до его плеча, поэтому, когда она попыталась заглянуть магу в глаза, капюшон слетел с её головы. - Я не знаю, Эрони, - честно сознался Седрик. – Ты знаешь, я не добродетель, жертвующий собой ради других. Иными словами, я действую только по возможностям и так, чтобы не навлекать на себя лишних проблем. Эрони улыбнулась и отстранилась от мага, заглядывая ему в глаза. Седрик был удивлён такой реакцией, но сейчас не маскировал свои эмоции ледяным безразличием. Кругом было темно и в неярком свете звёзд глаза девушки казались розоватыми, как тогда при их первой встрече, в детском доме. Эрони, словно прочитав мысли мага, сказала: - Ты слишком самокритичен. Меня же ты спас от участи сгореть заживо в том доме. И приютил, не смотря на протесты всех окружающих тебя магов. Тебе было всё равно, даже тогда, когда Юлий высказал свою отрицательную позицию, хотя его мнение для тебя много значит. Седрик, тяжело вздохнув, провёл ладонью по своим волосам ото лба к затылку. Эрони знала, что так он всегда делает, когда нервничает. - Эрони, ты же знаешь, что тогда мне ничего не угрожало, и я мыслил чисто практически, - начал Седрик. – У меня есть знания, которые нужно передать, и достаточно большие средства, а наследника не было. Моя жизнь - это постоянный риск. Что бы я после себя оставил? Все накопленные мной книги, вещи и деньги просто бы разворовали или, что ещё хуже, передали Главам. Мне нужен был преемник и я его, а точнее её, нашёл. Ты очень красивая и необычная, я не мог допустить, чтобы такое чудо погибло. К тому же, ты была маленькая, и я мог воспитать тебя по своим убеждениям, вложить в тебя всё, что пожелаю. Тогда я думал только о себе, и мне было всё равно, что будешь испытывать ты. - Ты слишком плохого о себе мнения! – упрямо заявила Эрони. – Может, тогда ты так и считал, но теперь это не так. Я помню, как ты обо мне заботился. Ты очень добрый и ранимый, поэтому и прячешься от острого окружающего мира под безэмоциональной личиной. А знаешь, что больше всего выдаёт тебя, когда ты злишься, волнуешься или боишься? Маскируя свои чувства, ты резко становишься бесчувственным и холодным. Седрик широко улыбнулся. Прямолинейность и проницательность его преемницы всегда поражали мага. Вот только он себя таким не считал. Он кровожадный зверь, который впал в спячку, но в любой момент может проснуться. - Седрик, - Эрони резко посерьёзнела, - насчёт эмоций. Вадим тогда сказал, что ты его боишься… - Чушь! – немного раздражённо ответил Седрик. – Я за свою жизнь видел достаточно, чтобы перестать боятся таких простых вещей, как люди, кровь или нож себе в спину. Вадим привык, что его боятся, и видит это даже, когда страх в людях отсутствует. Эрони ненадолго задумалась. «Что же такого ты повидал, что перестал бояться то, что заставляет трепетать всех? – подумала девушка. – И чего же тогда ты боишься?». Но, зная, что маг не говорит о своём прошлом, вслух она задала совсем другие вопросы: -Что за странное письмо ты надиктовал? И почему так легко открыл Вадиму про свою болезнь? Да и кто вообще такая это Катя, через которую ты отсылаешь письмо? - Не знал, что вызову так много вопросов с твоей стороны, - удивился Седрик. – В таких делах ты намного прозорливей меня. Но ладно, слушай. Ты девочка взрослая и понимаешь, что, таким как Вадим, доверять не стоит. Я чувствую, что-то он темнит здесь со своими делами. Я так и не раскрыл имя Юлия, так как он хоть личность безумно безрассудная, но очень влиятельная. Не хочу спугнуть Вадима до того, как сюда придёт своеобразная проверка. И если мы сами не успеем выбраться отсюда, он нам поможет. - С чего ты взял, что Юлий поймёт твои намёки и пришлёт сюда проверку? - не поняла Эрони. - Ну, он редкостный интриган, поэтому на подвохи любого вида у него чутьё. К тому же, письма я пишу крайне редко, сама знаешь, что при обострении моей болезни пером не поработаешь. Если я отправляю письмо, да ещё и написанное непонятно кем, то дело серьёзное и опасное. А намёк в письме о моём плохом самочувствии - это чтобы он поторопился. И я решил припрятать в рукаве ещё один кинжал – Вадим считает, что я не могу колдовать. Это нам на руку. Теперь он считает, что мы у него на крючке. Поверь мне, Эрони, слепая самоуверенность и недооценивание соперника – прямая дорога к проигрышу. Эрони удивлённо посмотрела на Седрика. Она бы, получив письмо, не догадалась, что от неё требуется не лекарство, а проверка какого-то неизвестного места. Хотя, Юлий сам послал их по фальшивой карте, и они могли попасть куда угодно. Да и Седрик никогда не принимал никаких лекарств, даже когда руки не слушались его на протяжении целого дня. Всё логично. Но как Юлий найдёт ту деревню, в которой они находятся? Но с другой стороны, когда такое было, чтобы этот блондин не нашёл то, что искал и не получил желаемого? За всю свою жизнь рядом с Седриком, Эрони видела много причуд Юлия, которым он всегда потакал. Примером тому может служить и птица, за которой они отправились. - Катя – провидец, - продолжал свой рассказ Седрик. - С ней я познакомился давно, когда ещё работал на Глав и был военачальником. Она уже тогда была знакома с Юлием и у них сложилась взаимная неприязнь. Но, не смотря на их взаимоотношения и покровительство надо мной Юлия, она стала хорошим другом и всегда давала хорошие советы. Тогда я был новичком в мире магов и не понимал, во что ввязался. Она и Юлий, как заботливые родители, направляли меня в этом мире, не давая совершать непоправимых ошибок. Эрони, слушая мага, присела на какие-то брёвна, наверно, заготовленные для строительства очередного дома. Она, уперев локти в коленки и положив подбородок на раскрытые чашей ладони, поглощала каждое пророненное Седриком слово. Маг же, казалось, даже не заметил перемещений своей преемницы. Он говорил тихо, опасаясь, что их могут подслушать, но вблизи не было ни души. - Когда я находился в сомнениях относительно своей судьбы и просто не понимал, как быть дальше, - заканчивал повествование Седрик, - она посоветовала мне просто исчезнуть. Так, чтобы никто не знал, где я. В тот вечер она по моей просьбе пыталась увидеть моё будущее. Я не знаю, что она увидела, но тогда она сказала, что я могу с чистой совестью отправиться отрабатывать долг Юлию и оставить за спиной прошлое. Я тоже считал, что так будет лучше. Катя мне тогда сказала, что я всегда могу обращаться к ней за помощью. Чем сейчас я и воспользовался. - Почему я раньше о ней ничего не слышала? – спросила Эрони, сонно потирая, глаза. - Я не поддерживал с ней связь девятнадцать лет, - признался Седрик без каких-либо угрызений совести. - Девятнадцать?! – сон девушки, как рукой сняло. – Мне всего восемнадцать! А ты с ней перестал общаться ещё до моего рождения? Это же… Но ты же сказал, что вы были друзьями. - Были, - подтвердил Седрик. – Закроем эту тему. Ты устала и тебе нужно поспать. Нас к тому же, наверное, заждались. Девушка хотела что-то возразить, но поняла, что маг закрыл эту тему. Седрик и так рассказал слишком много, и большего просить она не в праве. Они оба пообещали себе и друг другу, что прошлому место только в прошлом и нарушать их уговор расспросами Эрони не решилась. «Когда-нибудь придёт время и ты мне всё расскажешь, - подумала девушка. – Просто ты сейчас не готов, но я подожду». Седрик и Эрони, не торопясь, отправились к друзьям, которые уже не на шутку разволновались. Седрик уложил Эрони, а сам шёпотом рассказал Алисе и Саше результаты их вылазки. Маг не был уверен, что Вадим отправит письмо, поэтому не надеялся на помощь со стороны. Попытаться, конечно, стоило, но и самим не стоит сидеть без дела. Саша показывал свою самодельную карту, которую успел начертить во время обхода холмов вокруг деревни. Седрик с Алисой пытались придумать способ скрыться незамеченными. Время уже подкрадывалось к утру, а они ничего не придумали. У них осталось шесть дней до того, как Вадим с другими магами отправят их в гущу военных событий. Если за это время ничего не перемениться, то Седрика с Алисой обрекут на бессмысленную гибель.