"Ты умирала"

« 4 сентября 20** года: Сейчас, разговаривая с Блек Старом, мы вспоминали былые времена (такое явление, кстати, для нас не редкость – нам только и оставалось, что вспоминать о былом). И как-то мимоходом, я только сейчас понял, насколько сильно мы все были окружены давлением! Глупый вывод, прости за такую ахинею на этих страницах, которые я пишу для тебя, но высказаться – это моя обязанность. Если бы ты сейчас могла это понять, то тоже ужаснулась бы, уверяю тебя в этом, Мака. Мы всегда были окружены разговорами, бесконечными сплетнями и обсуждениями, но тогда это было незаметно, наряду с тем, как мы не замечали никого вокруг. Считали ли нас выскочками? Безусловно. Но была ли в этом наша вина? Нет, разумеется нет. И все это было с самого начала, с нашего первого появления в Академии Шинигами – ты будто бросила всем немой вызов своим мастерством и высоко задранным подбородком. Наверное, именно поэтому я так привязан к тебе, к твоей уверенности в завтрашнем дне. Давка была везде, это была битва на выживание сильнейших, и мы смогли всем доказать, что сила внутри наших душ – не голословный миф. Не хотелось бы выпендриваться тут, но считаю, что труднее всего пришлось именно мне. И не упрекай меня там, с неба! Я не высокомерен и нисколько не умоляю твоих душевных терзаний, однако для вас оружие и повелители были обыкновенным делом, все это впитывалось с молоком матери, а я был выкинут в этот мир за неимением другого выхода. Да-да, я знаю, что ты подумаешь – «Соул, ты идиот, не хочу ничего слышать, всем было тяжело», но я прав (по крайне мере в своих глазах точно). А еще я чертовски пьян. Только вспомни, как Блек Стар смотрел на меня первые пару лет – как на отброс, и постоянно наблюдал за мной, оценивал, я не имел права на слабости в то время, как ты спокойно допускала много ошибок. Не побоюсь этого слова «соревнование», именно оно и было. Его подарки дороже и больше, его еда должна была быть более вкусной, чем моя, если Блек захотел – то Мака должна сделать так и никак по-другому, иначе это грозило его истерично-агрессивным поведением (святой Шинигами, надеюсь он никогда не доберется до этого дневника, ни-ко-гда). Проверки, проверки, проверки, бесконечный контроль, на какое-то время я даже потерял свой внутренний ориентир, позволяющий мне точно определять, чего я хочу. Я стал сомневаться, стал хуже спать и часто бояться. Бояться тебя, твоих друзей (тогда именно «твоих», потому что мы были почти чужие во всех отношениях), учеников Академии, учителей, да всех, всех, кто понимал, кто он и что может в этом мире. Я даже собирался уйти восвояси, Мака, оставить тебя для лучшей участи, но не смог, потому что слаб. А затем что-то вспыхнуло внутри, просто в какой-то момент я стал понимать, что стал не просто частью этого мира, но частью твоего сознания. Глупо звучит – «вторая половинка», как любовный бред девочки-подростка, но ты стала чем-то вроде этого для моей души. И тогда получился резонанс, наша первая «охота на ведьм», самая сильная и сияющая ярче луны. Я помню, я слишком много помню. Кстати говоря, сейчас этот самый, в прошлом «очень страшный и злой», Блек Стар спит у меня на коленке и моя нога немеет, зато на его голове отлично пишется. Сегодня не вечер воспоминаний, а вечер моих жалоб, ты сама знаешь, что я скуп на нытьё (и давай без ироничного закатывания глаз, я сама скромность). С годами я все чаще возвращаюсь только к прошлому и не хочу смотреть в будущее, потому что впереди, увы, ничего нет, только беспросветная каждодневная серость. Этот мир все равно не принял меня даже спустя столько лет и событий. Он дал мне пощечину в виде смерти моей уверенности – тебя. Надеюсь, что хоть кто-то из нас был счастлив. А сейчас пора спать (и выгнать наконец эту пьяницу с моего дивана).» Соул громко выдохнул и тихо захлопнул тетрадь, откинувшись головой на диванные подушки. В голове шумело то ли от нервного перенапряжения из-за воспоминаний, то ли просто виски оказался не самого высокого качества, но ему определенно стало легче. Может ненадолго, но все же. Легко колыхались шелковые шторы, купленные Макой много лет назад где-то в Арабских эмиратах, а за окном давно стелилась полная тьма. Эванс опять вздохнул, сместил голову друга с коленки и переместился к распахнутым окнам. Старая привычка с юности – распахивать окна для избавления от запаха сигарет, он делал это автоматически при входе в квартиру – даже если не собирался курить. Какое-то время просто вдыхал воздух, а затем осел на пол, будто сраженный с ног резким ударом. Прикрыл глаза и откинулся головой на стену, в ожидании чего-то. Мягко погас свет в комнате и замерли настенные часы. Блек Стар чихнул во сне, затем перевернулся на живот и подложил руку под голову, не заметив ничего вокруг. Сначала звякнул висящий при входе в зал ловец снов, затем прокатилась легкая трель звона дрожащего стекла. Теплое свечение прошлось незаметной полосой по голове Соула, одарив теплом и тут же отправив в спокойный сон, а затем плавно прошло по полу, спинке дивана и столу, остановившись прям перед лицо спящего Блека. На какое-то время свет замер, а затем и попросту исчез, будто его и не было вовсе. А Соул видел уже десятый сон, где был все еще счастлив и призрак повелительницы улыбался ему и говорил что-то несвязное, глупое и по-девчоночьи сентиментальное. «Я ближе, чем ты думаешь, я ближе, чем ты думаешь, я ближе, чем ты думаешь…» - Я ближе, чем ты думаешь – раздалось в полной тишине над ухом Блек Стара и он резко проснулся.