Уличный гитарист.

POV Aoi Вот и он: мой дом, моя крепость. Хотя верно тут лишь второе. Это и правда крепость, с высокой оградой и охраной, стоящей по всему периметру особняка. Но так кажется лишь снаружи, изнутри это напоминает тюрьму, из которой сбежать практически невозможно. Но мне удалось это. Какой жестокий самообман считать, что меня просто взяли и отпустили. Скорее меня выпустили лишь на время с подпиской о невыезде. Может быть, именно поэтому я не люблю сюда возвращаться, потому что боюсь, что в этот раз мне уже не уйти, что меня снова посадят в свою камеру, роскошную, но все же камеру. Набравшись смелости, я подошел к воротам и позвонил, чтобы оповестить о своем приходе. Через пару мгновений мне открыл наш дворецкий, поклонившись и выразив свою радость по случаю моего приезда, он повел меня в дом. Сад, окружавший дом, был как всегда на высоте. Это была заслуга моей матери. Она приспособилась к жизни в этой клетке и, чтобы не чувствовать себя узницей, взяла во владения сад. Именно здесь она хозяйка, где ей никто не смеет перечить, где все исполняют ее приказы и распоряжения. Должен признать, что у нее хорошо получается. Различные цветы со вкусом рассажены по всей территории, словно кусочки цветной мозаики. Если приглядеться, то они создавали своеобразный, замысловатый рисунок, который как нельзя лучше сочетался со всем остальным. Искусственный пруд с рыбками, беседка под тенью размашистых ветвей деревьев, все это создавало впечатление уюта. Будь я другим, я бы наверняка полюбил этот сад, но мне всегда тут было не место. Даже когда я и был другим. В те времена, когда я был заносчивым, эгоистичным юнцом, который всех презирал и видел в них лишь инструменты, которые можно лишь использовать, это место казалось мне романтичным, простым и спокойным. В те времена мне требовалась роскошь, пышность, размах, чего было предостаточно внутри особняка. Как я не люблю вспоминать свое прошлое. Оно мне кажется таким грязным, таким порочным, что мне никогда не избавиться от него. Зажмурившись, будто от непереносимого света, я продолжал идти. Тут и там виднелись слуги: садовник, конюх, горничная, и все они, как один, кланялись мне, выражая свое почтение. А почтение ли это? Может они до сих пор видят во мне тирана, который их ни во что не ставит, и просто скрывают за вежливостью страх? Боже, они бы еще красную дорожку к дому проложили, ведь их «молодой господин» вернулся. Вернулся... Сколько же я здесь не был? Наверное, больше полугода. Да, точно, я приезжал сюда на день рождение матери. После долгих уговоров я согласился посетить это празднество, потому что все же я любил ее. А вот на день рождение моей младшей сестрички я не пришел. У нас общая мать, но ее отец – Кай, а значит она – часть его, а значит она часть того, кого я ненавижу. Тем более она выросла его уменьшенной копией, копией того меня. Я помню, с каким презрением она смотрела на меня, когда я укладывал чемоданы в машину, уезжая от них. Наверное, я уже для нее и не брат, а так, приживала, чужой, лишний, неродной. Слышал, что она сейчас в Англии, ее отправили в Оксфорд, за особые заслуги. Знаю я, что за заслуги такие. Но я рад, что хотя бы ее мне не придется видеть, хватит с меня и его, и всех прочих лживых улыбок. Дворецкий открыл мне входную дверь и первой, кого я увидел, входя в помещение, была моя мать. Она поспешно подошла и обняла меня. Я обнял ее в ответ, ведь я скучал по ней. - Юу, дорогой, - начала она,- наконец-то ты приехал. Мы заждались тебя, пойдем к столу, сейчас все подадут. Да, они ждали меня. Еще утром, пока Уруха спал, я позвонил домой и спросил дома ли Кай, так как он часто бывает в разъездах. Мама была очень удивлена моему вопросу, но на мою удачу он был в особняке, поэтому я сообщил, что приеду. Это ли не повод для праздника, для того, чтобы закатить шикарный ужин? Блудный сын пожаловал. Наверняка, они думают, что если меня хорошо принять, показать насколько они любят меня, то я вернусь. Глупцы. - Нет, мама, позже, - я отклонил ее предложение, потому что моя цель была иной. – Он у себя? - Да, он в кабинете, - она выглядела немного расстроенной. - Потом я обязательно поужинаю с вами, - я хотел смягчить обстановку, что мне и удалось сделать, так как она сразу улыбнулась. Я поднялся на второй этаж, дошел до нужной мне двери и постучал. - Входи, - послышалось в ответ. Он сидел в своем кресле, отвернувшись к окну, но услышав звук открывающейся двери, он повернулся и посмотрел на меня. - Какие люди, - язвительность слышалась в его голосе, - не ожидал тебя увидеть еще полгода. - Я тебя не ожидал увидеть еще дольше, но что поделать, - парировал я. - Хм, - усмехнулся он, - ну присаживайся. И что же тебе нужно? - Мне нужны деньги, - сказал я, устраиваясь в кожаном кресле. - И почему я не удивлен? Разве тебе могло понадобиться от меня что-то еще? Ты мог прийти только или за моей жизнью, или за деньгами. Третьего не дано. - Убивать тебя я не собираюсь. Пока. - Ха ха ха, - он театрально засмеялся и захлопал в ладоши. – Пока… Мечтай, мальчик. Тебе никогда не удастся этого сделать. Ну и сколько тебе надо? - Много. Ютака, мне правда они очень нужны. - Во-первых, я тебе говорил, чтобы ты назвал меня Кай, раз уж не хочешь называть меня папочкой, а во-вторых, с какой стати я тебе должен их дать? - Хорошо, Кай. Мне нужно двести тысяч. А дашь ты мне их, потому что я твой наследник, а значит часть твоих денег по праву моя. - И это говорит мне человек, который всеми силами отрекался от меня на протяжении четырех лет? - То, что я отрекался, не меняет того, что я преемник твоей компании. - Но ты ведь и от компании отказывался, - он ухмылялся. – Но ладно, упустим этот момент. Для чего тебе такая сумма? Машину новую захотел? - Это не твое дело, Кай. Твое дело лишь дать мне денег. - Послушай, малец, - он облокотился об стол, - мне кажется, ты забываешься. Тебе напомнить с кем ты говоришь? Или, может, научить тебя как надо со мной разговаривать? - на этих словах он нажал на какую-то кнопку и в комнату вошел один из его амбалов. - Томо, научи-ка моего сына вежливости, - он указал рукой на меня. Томо двинулся в мою сторону, а я встал с кресла, потому что знал, что Кай такими вещами не шутит. - Сядь! – рявкнул он, а охранник уже успел подойти совсем близко. Я не успел среагировать или хотя бы увернуться, поэтому от сильного удара в лицо я упал на пол, ударившись об подлокотник кресла. Томо навис надо мной и уже готовился к следующему удару, но его остановил Кай, сказав, что пока что хватит. Я сел на ковре и почувствовал привкус крови во рту и жжение на щеке возле губы. - Ну что, теперь ты будешь более милым со мной, или было мало? Поднимайся и рассказывай, зачем тебе деньги. - На операцию, - зло прошипел я, усаживаясь обратно и понимая, что иного пути у меня нет. - О, как интересно. Ты болен? Я молчал. - Я спросил, ты болен? Мне позвать Томо? - Нет, - вот ведь мразь, - не я. Друг. - И с каких это пор ты спонсируешь операции своих друзей? – он расслабленно откинулся на спинку своего кресла. - У него нет таких денег, а у тебя есть. - А мне что? Я не благотворительный фонд. - Ты даешь деньги не ему, а мне. Разница есть. Я ТВОЙ НАСЛЕДНИК! – с нажимом я вновь повторил эту фразу. - Эх, - он вздохнул, - в этом ты прав. Ты мой единственный наследник, не на сестру же твою мне оставлять бизнес, - в его голосе были нотки разочарования. – Но где гарантии, что ты, мой наследничек, не исчезнешь сразу после того, как я выдам тебе нужную сумму? - Гарантий нет, - ответил честно я. - Вот именно, что нет. А без них я не работаю. - Чего ты хочешь? – обреченно спросил я, зная, к чему он клонит. - Ты знаешь чего. Согласен? Нет. Я был против. Всем своим естеством был против, но перед глазами всплыло лицо Урухи, его глаза, полные слез, его голос, умоляющий помочь, и я сдался. Только я собрался дать ответ, как он перебил меня. - Кстати, я тут подумал. Может это не твой друг, а твой любовник? Я вздрогнул и заметно напрягся. - Так я и думал, - он был крайне доволен собой. - Нет, Юу, тогда сделка отменяется. Ты опять взялся за старое и опять спишь с парнями. Ты опять вредишь моей репутации. Скольких трудов мне стоило замять ту историю и вот снова? А если он умрет, то и проблемы не станет. - Ну и ублюдок же ты, - я сжимал кулаки, борясь с отчаянным желанием наброситься на него. - Ублюдок – это ты. Ты вечно доставляешь мне неприятности! Я не желаю, чтобы ходили слухи, что мой сын – гей! Что будущий глава компании – гей! - Но это не слухи, а правда!! - я срывался, но сделал глубокий вдох и сказал: Если ты дашь мне денег, то я сделаю то, что ты хочешь. Если же нет, то ищи себе нового наследника. - Это твое условие? – на его лице вновь была ухмылка. - Да. Ты принимаешь его? – я надеялся, что он примет, иначе я за себя уже не мог отвечать. - Нет. Этого мне мало. Я дам тебе денег, но хочу, чтобы ты разорвал с ним любые контакты. - Ты дашь мне денег, и я буду делать то, что посчитаю нужным, - я подошел к его столу и уперся руками об столешницу. - Если ты против, тогда я сам сделаю так, чтобы вы больше не виделись, - он встал и теперь мы находились лицом к лицу. – Например, я расскажу про нее. Тогда уже он откажется от тебя. - Только попробуй, - процедил я. Больше всего я не хотел, чтобы Кою узнал об этом. - А что ты мне сделаешь? Ведь что ты, что твоя мать – мои игрушки, а я ваш кукловод. И лишь я решаю чему быть, - он отодвинулся от меня и прошел к сейфу, из которого достал чековую книжку. Затем он быстро написал нужную сумму, расписался, оторвал чек и протянул мне со словами: - Мы договорились? Я посмотрел на бумагу, которая может спасти брата Кою и, секунду поколебавшись, взял ее, решив, что я разорву нить, связывающую марионетку и кукловода, чего бы мне это ни стоило. - Договорились, - я развернулся и пошел на выход, сжимая чек в руке. - Постой, ты обещал остаться на ужин. Он сегодня замечательный. Не расстраивай свою мать, умойся и спускайся. И вот еще что, постарайся улыбаться. Мы ведь семья. С финальной фразой испарились последние капли моего терпения, и я покинул его кабинет, хлопнув дверью, не желая оставаться в этом доме ни секунды больше.